Второй сезон глазами Ольги и Жана. Дневник заключенной

      Ольга с ненавистью посмотрела на закрывшуюся за Хранителем дверь и гордо вздёрнула подбородок, пряча слезы бессилия. — Жан, я не могу находиться в таких условиях. — В каких «таких»? Вполне приличные условия, — огляделся по сторонам Дешам, — в нашей больнице таких не найти. Скорее, похоже на частную клинику. — Ты издеваешься? Я не больна. Мне намного лучше будет в своём доме, в нашем саду. Мне нужен свежий воздух. А здесь буквально смердит лекарствами! — Оля, успокойся. Я проведу все необходимые исследования, поставлю тебе капельницу. Тошнить будет меньше. И тебе надо отдохнуть. Согласен, соседство ужасное. Но лучше здесь, чем в тюремной камере. Я с трудом добился, чтобы тебя перевели в больничное крыло.       Ольга обвела комнату безумным взглядом. Западня, ловушка... Хотелось биться головой об стену, но какой в этом толк? — Я тут с ума сойду, — жалобно всхлипнула Ольга, — Я — страховка Кости. Он видел, как Клим обманул его маменьку, и теперь хочет держать вампира под рукой, чтобы обратить её моей кровью… — Не беспокойся. Она не умрёт. Я ввел ей препарат, который спас твоего Барановского.       Жан сел в кресло, и стал составлять в блокноте список лекарств для Ольги. — Ты всё это время корпел над своим изобретением? Но оно же не сработало прошлый раз… — Это сложный процесс. Я постарался повысить эффективность препарата, добавил своей крови. Конечно, лучше всего раздобыть «кристалл».       Ольга слушала Жана с отрешённым видом, не вдумываясь в смысл его слов. Прежде всего её волновала собственная судьба. — Жан, а что будет со мной, когда Бредихина очнётся? Я хочу уехать с Серёжей в Петербург. Ты мне поможешь? — Да, — с готовностью согласился Дешам, но тут же осёкся, — то есть нет… Забудь о Барановском!       Ольга яростно вцепилась в лацканы пиджака Жана. — Это низко, маркиз… Никуда я без Серёжи не поеду! Он спас всем вам жизнь! — Ольга, прекрати истерику. — железным голосом произнёс Жан, аккуратно убирая от себя руки графини, — Я помню, что твой Серж оказал нам услугу. И только поэтому я сегодня несколько часов спасал его «никчёмную» жизнь. — Он опять в больнице? — пошатнулась Ольга, ощущая, как ноги становятся, словно ватные, а пол уходит из-под ног.       Дешам тут же вскочил, подхватывая Ольгу под локоть, и прижал к себе, успокаивающе гладя по плечу. — Ну, милая моя, а что тебя удивляет? Этого и следовало ожидать. В то самое время, когда Костя пришёл за тобой, его люди забрали Барановского. К несчастью, Серж посвящен в тайну вампиров. — Что… Что они с ним сделали, Жан?       Ольга села в кресло, которое ей уступил Дешам, и сделала несколько глубоких вдохов.       Мысли у неё понесли вскачь: «Так значит, вчера ничего не закончилось. Наступило утро и кошмар продолжился. Клим был лишь первой жертвой. И теперь Бредихин и его жалкие помощники не остановятся, пока не отомстят всем свидетелям их недавнего унижения…» — У Барановского разошёлся шов от ножевого ранения. Ты же помнишь, в каком состоянии он вышел из больницы? А потом заварушка с Климом. И… что вы делали этой ночью? — ядовито спросил Жан. — Тебе действительно необходимо знать все подробности?       Ольга почувствовала отвращение к бывшему мужу. Нашёл время читать нотации. Ещё пару дней назад она бы засмеялась и подразнила бы Дешама за его глупую ревность. Но сейчас это было просто жестоко и мелко с его стороны! Жан никогда раньше не был таким. — Ольга, с твоей стороны было преждевременно устраивать ночь любви, а потом выгонять парнишку из дома. Да ещё и зимой.       Воронцова устало кивнула, опуская глаза. Ну конечно, Жан прав со своей рассудительностью… Теперь, оказавшись взаперти из-за собственной беспечности, графиня нуждалась в его поддержке, а значит, придется отвечать… — Мы хотели вечером поужинать. Утром я пошла к вам, а у Серёжи были какие-то дела. — Он заказал столик в ресторане, — сообщил Жан информацию, которую ему удалось вытянуть из Кости, — А нашли его возле ювелирного магазина.       Жан полез в карман пиджака и достал коробочку. — Это тебе.       Ольга взяла с ладони Дешама бархатный футляр, открыла его и увидела кольцо с бриллиантом. — Не подскажешь, откуда у твоего студента такие деньги? — поинтересовался Жан.       Ольга вертела в руках кольцо и Жан был уже благодарен за то, что она не собиралась его примерить. — Ему Иван перевёл на карту. Он же чуть не убил Серёжу, когда выстрелил в машину. Да и за то, что было на допросах. До психушки довели. Я считаю, что мы вправе были потребовать возместить моральный ущерб! Ты в это время отирался около Хранительницы и не слышал, как Жалинский извинялся. — Я занимался спасением человеческой жизни. Это моя работа, — начиная терять терпение, ответил Жан. — Лучше бы она сдохла! И Костя тоже! — с жаром крикнула Ольга.       Дешам покосился на дверь. Не стоило злить Хранителя, находясь в его полной власти. — Attention!— произнёс Жан.       Но Ольга лишь досадливо отмахнулась. — Жан, что с Серёжей? — Геройский поступок забрал у него последние силы. А ночью он снова потерял кровь. — Да я совсем капельку, — пробормотала Ольга под укоризненным взглядом Жана. — Немного, но в его состоянии, ma chérie, этого оказалось достаточно, — продолжил сурово распекать Ольгу доктор Дешам, — Шов воспалился. Когда хранители притащили его в психиатрическую больницу, состояние резко ухудшилось. Опять привезли к нам. Представляешь моё лицо, когда я увидел его снова на столе? — Но ты вколол ему свою панацею? — Откуда бы ей взяться? У меня нет «кристалла», запас идентичных веществ я истратил на дозу для Хранительницы. Всё, что я мог, это лично провести операцию. Почистил шов, заштопал всё как следует. Пока жизни ничего не угрожает. Но Барановский очень слаб. И уехать с тобой в Петербург не может. Для него это равносильно смертному приговору.       Ольга слушала Жана с недовольной миной. Кольцо вернулось в футляр и Ольга отдала его Дешаму. Было без слов понятно, что графине негде сейчас хранить свои драгоценности. — Хорошо, я подожду, пока он восстановится. Ты же вылечишь его, Жан? — Я только этим и занимаюсь. А теперь, милая моя, давай начнём осмотр. Ложись на кровать.       Ольга расположилась сверху одеяла. — Ты не могла бы сначала снять платье? Или мне придётся сделать это самому?.. — Не в первый раз, милый Жан. Или ты уже забыл, как это делается? Не поверю…       Жан молча приподнял Ольгу за плечи и расстегнул молнию на спине. Ноги графини были в шёлковых чулках с кружевной резинкой. Жану пришлось призывать на помощь всё самообладание, пока датчик УЗИ легко скользил по смазанному гелем телу.       Ольга сжала пальчиками его руку и Жан провёл пальцем по тыльной стороне ладони, давая понять, что, знает, о чем она сейчас думает. Сколько раз француз проделывал этот путь своим языком и оставлял следы поцелуев. — Ты действительно беременна, — ошарашенно пробормотал Жан, глядя на очевидные признаки интересного положения. Несмотря на результаты анализа крови, он сам до сих пор не мог поверить… — Смотри, смотри. В твоём теле растёт живое существо.       Ольга и Жан обменялись взглядами, возвращаясь к давно забытому и, казалось, утраченному чувству. Нежная улыбка озарила лицо Воронцовой. Жан смущённо покраснел. — Сегодня утром мне показалось, на одно мгновение, что ты снова прежний, Жан… Когда пришёл Костя, ты так смотрел на меня, — волнуясь, произнесла Ольга, — И я снова поверила тебе. Вот я глупая, да? — Тогда я глуп не менее твоего, ma chérie…        Жан замолчал, испугавшись своего порыва. Ольга, разумеется, ждала, что в знак примирения он перебьёт хранителей и устроит ей побег. Но маркиз Дешам вовремя вспомнил о данной себе клятве не поддаваться больше на уловки Ольги и не становиться участником её спектакля. Хватит и той ночи, когда графиня вынудила его обратить её и погубить навсегда.       Да он же не этот мальчишка-студент! Маркиз Дешам — великолепный полковой хирург, прошедший не одну великую войну.       Напомнив себе о «славном» прошлом, вампир снова начал здраво смотреть на вещи.       Пока Костя вел себя прилично. А потом, возможно, найдется повод, чтобы вызволить Ольгу от хранителей. Уж с Бредихиными договориться было не трудно. И вопрос обычно решался деньгами. В крайнем случае, можно взять кредит. Да что угодно, лишь бы Ольга снова была на свободе.       Сохранив видео на флешку, Жан уставился в экран монитора, старательно избегая взгляда своей обращённой. — Беременность развивается нормально, но ещё рано делать какие-то выводы. Этот случай требует постоянного наблюдения.       Ольга разочарованно кивнула. — Разумеется… Наивно было даже надеяться, что ты сможешь меня понять, — голос Ольги нервно взлетел вверх, а в глазах заблестели слезы.        Жан скрестил руки в защитном жесте. — Из какой пьесы эта сцена? Я основательно забыл твой репертуар. — Это из пьесы нашей жизни. Перестань! — Прекрати!       Выкрикнули вампиры почти одновременно, начиная семейный скандал. Жан перешёл на французский, Ольга использовала всё богатство русского языка.       В дверь настойчиво постучали. — Жан Иванович, вам нужна помощь? Может, прислать хранителей? — крикнул в дверную скважину Константин. — Ещё несколько минут. Не входите, у меня пациент, — машинально пробормотал Жан и устало провёл руками по лицу. — Ты этого хотела? Да?! Выставить меня на посмешище перед этим мальчишкой? Да ты всех нас подвела.       Жан выдал эту убийственную тираду на французском, лишая Костю удовольствия оценить их семейный скандал. Ольга последовала его примеру. — Не такой уж он и мальчишка! Помнишь Петра Николаевича? Ему было шестнадцать, когда он стал Хранителем. А у Кости уже наследница подрастает. Анастасия-свет-Константиновна! Я уже тренируюсь. — Сначала надо дожить до этого времени… — с жестокой улыбкой произнёс Жан, — Ты хоть понимаешь, что я не могу вытащить тебя отсюда? И ночевать твоему сиятельству придётся здесь. И это в лучшем случае. Что ты говорила про подвал? — Успокойся, Жан. Это же не тебе спускаться в подвал! Я как-нибудь справлюсь, — с прежним высокомерием ответила Воронцова, надевая платье, — К тому же, долго они всё равно меня не выдержат.       Жан помолчал, борясь с эмоциями. — Я попробую предложить Косте отпустить тебя под мою ответственность, — уже спокойнее сказал он, — Помнишь, как это бывает во время смены легенды? Мы прячемся от людей какое-то время. А потом начинаем жизнь заново…       Но Ольга торопливо прервала Жана. — Какое-то время?! Да ты обычно по полгода торчишь в какой-нибудь Богом забытой дыре! Нет, я в область не поеду. И не надейся! Пасти коров меня не заставят! — Не понимаю, неужели лучше сидеть под землёй, в клетке, как дикий зверь?! — с горечью воскликнул Жан-Клод. — Все-таки клетка? Я знала… — Что до этого дойдёт? — Что этим всё и закончится. Нас держали для забавы. А теперь начнут рубить головы.       Жан с силой сцепил руки в замок. — Я не позволю, — дрогнувшим голосом произнёс маркиз. — Дед не позволит… — А что ты можешь сделать?! — расхохоталась Ольга каким-то поистине демоническим смехом, — Откажешься ставить клизму Бредихиной?! — Моё лекарство представляет интерес для людей. Костя хочет спасти матушку, я ему нужен. Поэтому он не причинит тебе вреда.       Ольга молча приподняла бровь вверх, удивляясь уверенности, звучащей в голосе Дешама. О каких гарантиях шла речь, если Костя сразу нарушил все обещания и вооружённые хранители размахивали перед ней шокерами при каждом удобном случае?! — И как долго ты сможешь держать её в состоянии овоща? Рано или поздно Бредихина или умрёт, или очнётся. — Скорее второе, — ответил Жан, — Лекарство очень мощное. Регенерация победит саркому. Вред, нанесённый организму химиотерапией, тоже будет нейтрализован. И наша Ирина Витальевна даже сможет вернуться на свой пост. Из Костика хранитель так себе. Я думаю, понадобится месяца два, может быть, три. — И я смогу уехать в Петербург? — Это будет лучшим решением. А когда вернёшься, будем готовиться к родам. — Жан, ты совсем дурак?! Меня никуда не отпустят. Ни в Починок, ни в Питер. Хранитель сказал, что будет казнь. И он это сделает. Да что им может помешать?! Они уже казнили двоих… Топор снова рубит вампирские головы, а ты просишь меня потерпеть и подождать. Чего? Смертного приговора?! Он уже вынесен!       Ольга подошла к стене и ударилась об нее головой раз, другой. — Это финиш. Боже, за что ты меня так караешь?! — воскликнула она.       Жан впился зубами в губу, но ни сделал ни шага. — Уходи, Жан-Клод. Оставь меня. Я не хочу тебя видеть. Кровь отдавай хранителям. Прочь! Пошёл вон отсюда!!!       Последнюю фразу Ольга прорычала, скалясь во всю вампирскую пасть. — Что ты творишь… — прошептал Дешам и вышел из комнаты.       Костя с ехидной улыбочкой ждал Жана в коридоре. — Я понимаю, почему вы каждый раз оставляете штамп о разводе. И даже сочувствую.       Жан снисходительно взглянул на Костю, пропуская его бестактное высказывание мимо ушей. — Константин Сергеевич, вот запись УЗИ, — флешка перекочевала из кармана доктора в руки Бредихина, — Вы можете убедиться, что Ольга Анваровна ждёт ребёнка. Если хотите, я могу распечатать вам снимок.       Но Константину не нужны были доказательства беременности. Он выглядел совершенно подавленным. — Я верю вам, Жан Иванович. Лучше скажите, когда мама придёт в себя? — Ей уже ввели две дозы препарата. Думаю, скоро мы увидим эффект, — бодро произнес доктор. — Вы могли бы остаться у нас до тех пор, пока… — У меня ночное дежурство в больнице. Но если вам будет спокойнее, я могу прийти завтра. Заодно проконтролирую состояние Ольги Анваровны.       Хитрый француз не стал просить о свидании. И voilà, Бредихин сам предложил ему нанести следующий визит. Но всё было не совсем так, как ожидал доктор Дешам. — Мы отправим её вниз. Вы же не думали, что она останется здесь? — угрюмо спросил Костя, ожидая бурю возмущения.       Но Жан лишь тихо уточнил: — А что вы приготовили там, внизу? — Мы оборудовали целую комнату. Кровать, комод, ширма, стол со стульями. — Очень любезно с вашей стороны, господин Бредихин, — поблагодарил Хранителя Жан.       Костя пристально посмотрел на вампира. — Что-то не так? — осторожно спросил Жан. — Ольга Анваровна тоже так меня называла. — Если Ольга составит список каких-либо вещей, я могу привезти их, — предложил Жан, хватаясь за последнюю возможность сделать условия пребывания Ольги хоть немного приемлемыми. — Мы обеспечим графиню всем необходимым, — равнодушно произнес Костя, не подозревая, что слово в слово повторяет Кривича, — Лучше займитесь приготовлением лекарства. — Работа пойдет быстрее, если у меня будет «кристалл». У Ирины Витальевны были связи в наркоконтроле, — подкинул идею Жан, вспоминая ночь в КПЗ и свое внезапное, словно по мановению волшебной палочки, освобождение из застенков. — Так вам нужен «кристалл»! Что же вы сразу не сказали?       Костя сорвался с места и скрылся в глубине своего дома. Жан спустился на первый этаж и вышел во двор. Усевшись на скамейку, он посмотрел на вход в подвал. Рядом дежурили хранители. Они недобро уставились на вампира и Жан сделал независимый вид. От мыслей о том, что Ольге придётся наслаждаться этим обществом, стало совсем тоскливо. Доктор попробовал стрельнуть папиросу, но увы, безрезультатно. Хранители вели себя нагловато. И вампир в полной мере ощутил своё полное бесправие.       Костя вышел из дома и подошёл к Дешаму. — Вот, здесь есть немного. Завтра я достану ещё.       На ладонь Жана упал прозрачный пакетик с синими кристаллами. — Вы что, его дома держите? — изумился доктор. — Для чего?       Жан внимательно посмотрел на Костика, и вдруг оттянул его нижнее веко вниз, присвистнул. — Что вы делаете? Я прекрасно себя чувствую, — фыркнул Костя. — Прошу прощения, я уже двести лет домашний врач вашей семьи, — извинился Жан, — Константин Сергеевич, я просто обязан вас предупредить… — Знаю-знаю, — отмахнулся Костя, — У меня стресс. Мама умирает, и вся эта история с вампирами. И, знаете ли, я имею право отдохнуть, расслабиться. — Поверьте моему опыту, у вас наследственная предрасположенность к зависимостям. Поэтому категорически не советую злоупотреблять. Лучше всего вести здоровый образ жизни и воздерживаться от использования психоактивных веществ. Займитесь спортом. Тоже помогает сбросить напряжение.       Жан смотрел на Костю и понимал, что тот его не слушает. Так-так-так. Костенька, маменькин любимчик, с детства опекаемый дедушкой Кривичем и всем семейством, начал баловаться наркотиками. Вот тебе и стажировка у губернатора. — Вам «кристалл» нужен? — нахмурился Бредихин, по своему истолковав изучающий взгляд Дешама. — Ну так и берите!       Жан быстро опустил пакетик в карман пальто. — Да, я сегодня же начну делать новую партию лекарства. — Вот и хорошо. До свидания, Жан Иванович. — Au revoir, — откланялся Жан.       Торопясь покинуть двор Бредихиных, чтобы не пришлось отказываться от предложения доехать до города в машине хранителей, Жан пронёсся тёмной тенью. Унылые чёрные автомобили будили не самые радостные воспоминания.       Проходя через парк, Жан услышал прямо над головой монотонное карканье ворона. Он поднял глаза и пересёкся с пристальным взглядом необычно крупной птицы. Кажется, Кривич его искал. — Да иду уже, иду, — пробурчал под нос Дешам, ускоряя шаг и запрыгивая на подножку уходящего автобуса.