Научи меня дышать

Пребывая в темной невесомости сознания, Феликс, казалось, позабыл об остальном мире. В этом непроглядном мраке не было ни страха, ни смеющихся над ним людей, ни сомнений, ни боли. Здесь было спокойно. Здесь он наконец чувствовал себя свободным — без опасений вновь потерять контроль над своим телом и разумом. Эта тьма окутала его своими нежными объятьями, подарив столь желанный покой. Ли не знал, сколько он находился здесь. Минуту, месяц или год. Да ему было и не важно. Просыпаться почему-то совсем не хотелось. Однако первым звуком, вспоровшим пространство вокруг, был тихий размеренный писк. Внезапно перед ним вспыхнул тусклый, робко приближающийся свет. «Наверное, это то, что люди называют светом в конце туннеля», — мелькнула в голове далекая мысль. По-прежнему не открывая глаз, Ли попытался вернуться обратно в темноту, но та не приняла его обратно в свою негу. «Еще не время», — прозвенело в его голове. Феликс нахмурился и застонал. Воспоминания о случившемся начинали медленно проникать в его затуманенный разум. Бассейн, Хенджин в одном полотенце и кричащий на него Чу Ён. Неожиданно нахлынувшая волна паники. Холодный кафель. Капли воды. Чувство собственной беспомощности. Чужой беспокойный голос. Касание, вызвавшее непередаваемый ужас. И пустота. Ли медленно открыл глаза, щурясь от яркого холодного света ламп. Белые стены вокруг и ворвавшийся в нос тошнотворно-знакомый запах не дали ошибиться — он находился в медчасти. Рядом с кроватью стояла капельница, вливающая по тонкой трубке лекарство ему в вену. На мониторе были выведены показатели пульса и давления. Пижамная ткань неприятно холодила кожу. Глубоко вдохнув, Феликс попытался пошевелиться. По всей видимости, его как следует накачали успокоительными, потому что голова была будто набита ватой. Однако каково было удивление парня, когда, повернув голову, он увидел рядом с собой Хенджина. Тот сидел на стуле рядом с его постелью и дремал. «Что он здесь делает?» — мелькнула подозрительная мысль. «Может, врач отошел и попросил его присмотреть за мной? Нет, это было бы слишком странно». Заворочавшись под одеялом, Феликс собрал все силы в кулак, чтобы подняться. Сделав резкий рывок, он сел. В глазах тотчас потемнело. Его повело в сторону, и парень с ужасом понял, что вот-вот свалится с кровати. Но его неожиданно обхватили чьи-то крепкие руки, прижав к себе. — Ты решил окончательно себя добить? — раздался около самого уха чужой хриплый голос. Обернувшись, младший нос к носу столкнулся с Хёнджином. Оказалось, что тот проснулся как раз вовремя и успел подхватить пошатнувшегося парня. — Я… что они мне дали? — отчего-то смутившись, спросил Феликс. Его взгляд невольно уперся в пухлые губы старшего. — И что произошло после того, как я отключился? — Ложись, — не терпящим возражения тоном сказал Хван. — Тебе надо отдыхать. Убедившись, что Ли лежит и падать снова пока не собирается, старший наконец медленно отстранился. — Когда тебя вновь накрыло паникой, я попытался достучаться до тебя, но было поздно, — он отвел взгляд в сторону. Лицо Хенджина было холодным, но Феликсу показалось, что он выглядел то ли расстроенным, то ли рассерженным. — Из-за этого придурка Чу Ёна твой приступ оказался куда сильнее, чем прежний. Я аккуратно дотронулся до тебя, чтобы привести в чувство, однако это было ошибкой. Я лишь напугал тебя еще больше. Как только ты отключился, кто-то из парней сообщил дежурным смотрителям. Тебя незамедлительно доставили в реанимацию, замерили все показатели, вкололи успокоительное. Когда пульс стабилизировался, врач поставил капельницу и перевел тебя сюда, в стационар. Конечно, Хёнджин умышленно опустил ту часть, где, закутав младшего в полотенце, лично нес его на руках до медчасти. Не стал говорить и о том, как скандалил с врачом о том, что ему нужно собственными глазами увидеть, что с Феликсом все в порядке, и о том, как поклялся, что не сдвинется с места, пока тот не придет в себя. — Да… давно у меня не было такой мощной атаки, — пробормотал Ли, глядя в потолок. Наедине со старшим отчего-то стало неловко. — Как часто такое случается? — тихо спросил Хван. Его не покидало стойкое чувство, что сейчас он вторгается на территорию чего-то очень личного и даже болезненного. — Не то чтобы слишком, — Феликс вздохнул. — Но пару раз такое уже было. — Мне жаль. Прости за то, что не смог этого предотвратить. Теперь Ли догадался о причине подобного поведения Хенджина. Если он похож на его младшего брата, то старший будет всеми силами стараться оградить его от бед любыми способами. Но если это не удастся, будет, как сейчас, винить во всем себя. За то, что не предвидел. За то, что не уберег. За то, что снова не сумел спасти. — Ты тут ни при чем, — осторожно коснувшись его руки, сказал Феликс. — Всему виной просто совокупность различных факторов, приведших к этим последствиям. — Нет, я должен был вовремя остановить его, — Хенджин покачал головой. — Должен был заткнуть этому придурку его поганый рот и увести тебя оттуда. — Так, я смотрю наш пациент уже очнулся, — в кабинет бесшумно вошел врач, так что от его внезапно зазвучавшего голоса парни вздрогнули. — Отлично. Как Ваше самочувствие? Уже лучше? В таком случае мне необходимо провести осмотр еще раз и расспросить Вас о случившемся. Хван Хенджин, Вас попрошу на выход. Старший было открыл рот, намереваясь снова поспорить с врачом, но мягкое прикосновение холодных пальцев и кивок младшего заставили его передумать. Феликс слабо улыбнулся, как бы говоря: «Иди, со мной все будет хорошо». Хван нехотя поднялся и перед тем, как выйти в коридор, еще раз оглянулся на младшего. О чем он думал в тот момент? Что чувствовал? Что за эмоция отразилась на дне его карих глаз, и почему Ли внезапно стал так важен для него? Ни у одного из них ответа на этот вопрос не было.

***

Спустя пару дней постельного режима показатели Феликса окончательно пришли в норму и его выписали. Теперь он снова присутствовал на занятиях, виделся с друзьями, регулярно посещал врача, и, казалось бы, все было прекрасно, но появился один неприятный фактор. Надсмотрщик. Да, после того, как он уже второй раз свалился от тяжелого приступа панической атаки в людном месте, его лечащий врач решил, что за ним необходимо закрепить человека, который поможет избежать ситуаций, провоцирующих такие состояния, а также способного оказать первую помощь или, в случае чего, доставить Ли в медицинскую часть. Однако пока это действовало диаметрально противоположно. Вместо чувства спокойствия и защищенности, Феликс постоянно испытывал раздражение, досаду и дискомфорт. Минхо, изъявивший добровольное желание присматривать за воспитанником, всюду следовал за ним темной тенью. Лишь оставаясь наедине с Хёнджином в их комнате, младший мог наконец позволить себе расслабиться и вдохнуть полной грудью. — Прикиньте, мне разрешили позвонить другу, — проглатывая свою порцию супа, говорит Феликс. — Сегодня после уроков позвоню Чанбину. — Это твой школьный приятель? — интересуется Сынмин, привычно воруя с тарелки Хана котлету. — Да, мы уже давно дружим. — Хён, тебе вовсе не обязательно… — робко пытается возразить Чонин, но сразу замолкает под грозным взглядом Кима. — Спасибо. Видя теплую, предназначенную именно ему улыбку, Сынмин отворачивается. Ему больно смотреть на младшего, больно понимать, что тот даже не заметил, не понял его чувств и выбрал другого. Ему безумно горько от осознания, что они никогда не смогут быть вместе. Нервозность, смешанная с тревогой, мерзким комом скапливается внутри, и он начинает машинально успокаивать себя: складывает салфетку аккуратным треугольником, поправляет на столе каждый предмет, расставляя в идеальном порядке, и одергивает свой кардиган, раз за разом пересчитывая на нем количество пуговиц. Ребята, давно привыкшие к этим ритуалам, лишь молча смотрят, не говоря ни слова. — Не пялься, у него ОКР, — наклоняясь к Феликсу, шепотом сообщает Джисон. — Ой, — парень неловко закусывает губу. — Я не знал. Возвращаясь к своему супу, он вновь принимается за еду. Сидящий напротив него Хенджин уже доедает вторую порцию. Как ни странно, после того, как он вышел за дверь медчасти, они почти не разговаривали. Поначалу решив, что теперь они сблизились, Феликс пытался несколько раз начать диалог, но все его попытки заканчивались, не успев начаться. Хван всегда отвечал коротко и односложно, а его лицо выглядело более безэмоционально, нежели у каменной статуи. Не понимая, в чем дело, Ли часто думал о причинах такого поведения старшего. Может, тогда он сделал или сказал что-то не так? Феликс же был уверен, что отношения между ними изменились: никто никогда прежде не смотрел на него с таким волнением, теплом и заботой. Но, видимо, он ошибся. Сейчас Хенджину определенно было плевать. Оглянувшись на стоящего у входа в столовую и пристально сверлящего его взглядом Минхо, Феликс вздохнул. — Перестань трясти ногой, — пробурчал он Джисону. Поведение Хана в последние дни сильно поменялось. Он стал рассеянным, гиперактивным и еще более непоследовательным. Даже в этой ситуации: раньше он бы давно дрался с Сынмином на палочках из-за украденного мяса, но сейчас ему было явно не до этого. Решив, что на парня с «неправильной» ориентацией не действует назначенное лечение, врач выписал ему новые таблетки. Однако они явно относились к более тяжелым препаратам, чем прежние. Даже невооруженным взглядом можно было заметить, что с Джисоном творится что-то неладное. Перевозбужденная нервная система, острая реакция, бегающие глаза, отсутствующий взгляд и снизившийся аппетит. Он практически перестал есть, спать и стал все чаще прогуливать уроки. Зато его гиперфиксация на Ли Минхо теперь достигла апогея. Постоянно ходя с Феликсом, он то и дело подкалывал, стебал или стремился вогнать старшего в краску. Но, к его огромному сожалению, все это было напрасно. Минхо никак не реагировал на его выходки и слова, предпочитая попросту игнорировать докучливого парня. Но это Джисона не останавливало, и Феликс понимал, почему. Он как сейчас помнил свой неловкий разговор с Ханом.

/Двумя днями ранее/

— Ты не боишься, что тебя исключат за прогулы? — спросил Феликс, делая разминку. Джисон рядом лениво крутил головой, похрустывая пальцами. Пусть у них и была облегченная программа, но уроки физической культуры парням пропускать было строго запрещено. — Не-а. Предки сделают все, лишь бы я остался в стенах этой ебаной дурки. — А разве ты не можешь просто притвориться, что «вылечился»? — Ли показал жестом кавычки. — Тогда тебя бы давно выпустили отсюда. — Думаешь, я не пробовал? Все бесполезно, — Хан закатил глаза. — К тому же, если подумать, тут не так уж и плохо, — он нашел взглядом Минхо, стоящего у дверей, и подмигнул ему. — Ведь здесь работает такой прекрасный мужчина! — Но он намного старше тебя! — Бан Кристофер Чан тоже намного старше Чонина, но это не мешает Йени залипать на него каждый раз, когда он его видит. — Чего?! — у Феликса от шока отвисла челюсть. — С ума сойти, вот уж от него я точно такого не ожидал. Они взяли выданные тренером скакалки и вернулись на свое место. — Ну же, давай, я знаю, ты хочешь спросить, — сказал Джисон, глядя на задумчивого друга. — Ты о чем? — О том, как ты застукал меня с тем парнем. Феликс вспыхнул, смущенно поджав губы. — Я не хотел подглядывать. Так случайно получилось. — Я не злюсь на тебя, — Хан усмехнулся, мягко толкнув его в плечо. — Просто в следующий раз не пались так сильно. Не всем нравится, когда на них смотрят. — То есть ты… — Ли нервно сглотнул. — Хочешь сказать… что ты постоянно с кем-то… ну, того? — Да, и не вижу в этом ничего постыдного. — Но как же Минхо? Джисон пожал плечами. — Пока он моя недостижимая мечта, я не собираюсь упускать шансы, которые преподносит мне сама судьба. Знаешь ли, я своего рода звезда в определенных кругах и довольно популярен в сексуальном плане. Так что, если понадобится совет, можешь смело обращаться ко мне! — Тише ты! — испуганно оглянувшись по сторонам, Феликс убедился, что никто не слышит их разговор, и только после этого вздохнул с облегчением. — Да и зачем бы мне понадобились твои советы? Бред какой-то! Хан смерил его долгим задумчивым взглядом, а затем расплылся в хитрой улыбке. — Можешь отрицать это сколько угодно, но я четко видел вспыхнувший в твоих глазах огонь.

***

Минхо стоял у двери кабинета, скучающе прислонившись спиной к стене. В коридоре было совершенно тихо и пусто, только полосы света расчерчивали пол, пробиваясь сквозь зарешеченное окно. Через несколько минут должен был закончиться урок. Ли был обязан сопроводить Феликса к посту охраны, где хранились личные вещи воспитанников, в том числе и телефоны, и на этом его рабочий день будет окончен. Он уже представлял, как вернется в этот пятничный вечер домой к своим котам, сядет на диван с бутылочкой холодного пива и посмотрит футбольный матч, когда звонок громко взорвался прямо над его головой. Дверь класса распахнулась, и подростки толпой повалили в сторону своих комнат. Вылетевший одним из первых Джисон, на удивление, даже не взглянул на Минхо. Ли вздохнул с облегчением. Откровенно говоря, этот парень с красными волосами, серьгой в ухе, дерзкой улыбкой и отсутствием манер его уже порядком достал. Старший не понимал, прикалывается тот над ним, издевается или намекает на отношения всерьез. Однако его пошлые шутки и постоянные намеки заставили Минхо изрядно понервничать. — Мы можем идти? Внезапно раздавшийся рядом непривычно низкий голос Феликса, совершенно не сочетающийся с его неуверенным выражением лица и мягкой внешностью заставил надзирателя вздрогнуть. Взяв себя в руки, Минхо кивнул. — Пойдем. Они миновали несколько коридоров, спустились по лестнице и оказались возле зала, отведенного для посещений. Убедившись, что младший чувствует себя вполне хорошо, Минхо передал его другому смотрителю и отправился обратно в свой кабинет за вещами. К этому часу занятия у всех парней уже закончились. Ребята разбрелись по своим комнатам или кружкам, поэтому Ли не встретил по пути ни души. Забрав свою куртку и рюкзак, он уже шел к лестнице, ведущей на улицу, когда услышал в кабинете слева странные звуки. Замедлив шаг, он прислушался. Тишина. «Может, показалось?» Однако через секунду до слуха вновь донеслась какая-то возня. Бесшумно подкравшись к двери, Минхо потянул ручку на себя, молясь, чтобы та не заскрипела. — Блять! — раздалось внутри чье-то ругательство, и старший безошибочно узнал этот голос. Еще даже не зная всей картины происходящего, ему захотелось резко ворваться внутрь, схватить Джисона за ухо и устроить ему форменную выволочку. Однако он не поддался этому порыву. Напротив, как можно медленнее приоткрыв дверь, Минхо прищурился, наблюдая за тем, что происходит внутри. Собственный пульс ускорился, дыхание стало более громким, ладони предательски вспотели, выдавая волнение. Там, внутри, между парт, стояли три парня. Два высоких старшеклассника зажимали Хана, по очереди целуя и нетерпеливо запуская руки ему под одежду. — Тише, сучка, — недовольно зашипел один из них, до боли стискивая пальцами талию Джисона. — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали? — Нет, — выдохнул Хан, теряясь в хаотичном поцелуе. — Так-то. Один из парней поднял его голову за подбородок к себе, впившись в губы, а второй прижался пахом к заднице младшего, прикусив кожу на его затылке. Джисон замычал. Казалось, он сам был инициатором всего этого разврата, однако его затуманенный отсутствующий взгляд Минхо совершенно не понравился. Зажатый между двумя перевозбужденными старшеклассниками, он выглядел словно жертва обстоятельств, не до конца понимающая, что с ней происходит. Между тем парень, стоящий сзади, расстегнул свои брюки, рывком стащив с Хана штаны. Этого Ли уже не мог выдержать. Рванув дверь на себя, он ворвался в класс разъяренным вихрем, готовый уничтожить тех, кто посмел прикоснуться к младшему. — Что, блять, тут происходит? Какого черта вы здесь устроили?! — Мы… мы ни причем! — трусливо выкрикнул первый, испуганно округлив глаза. — Да! Это все он придумал! — поддакнул второй парень, неловко натягивая брюки и показывая пальцем на Джисона. Минхо впился в Хана цепким взглядом, указав остальным на выход. — Вы двое, вон. Увижу еще раз — будете наказаны. И закройте за собой дверь. Парни послушно ретировались, оставив Хана один на один с главным надзирателем. Джисон только разочарованно закатил глаза. Минхо снова обломал ему кайф, и это начинало порядком бесить. Поправив одежду, он уже собирался тоже покинуть кабинет, но старший неожиданно крепко схватил его за запястье. — Нет, ты останешься. — Блять, да что тебе от меня нужно?! — вспылил Джисон, вырывая свою руку. — Сам игнорируешь меня, но и с другими потрахаться не даешь. В чем, сука, твоя проблема?! Опешивший Минхо замер, словно позабыв, что вообще хотел сделать. — Правилами запрещены любовные и тем более сексуальные связи между воспитанниками, — тихо, будто на автомате, сказал он. — Правила, бла-бла-бла, — передразнил его Хан. — Мне поебать на устав этой дурки, понятно тебе? Просто твои сказочные принципы не позволяют тебе признать, что ты тоже меня хочешь. — Что за чушь ты несешь? — неосознанно надвигаясь на Джисона, Минхо нахмурился. — Говорю, что ты, очевидно, бесишься, что ты не на их месте! — Да ты больной на голову! — прорычал старший, не замечая, что прижал Хана к стене. — С чего ты вообще решил, что возбуждаешь меня? — Может быть, поэтому? Младший оскалился, и Минхо вдруг ощутил сомкнувшиеся на своем члене чужие пальцы. Медленно опустив взгляд вниз, он понял — у него самый настоящий стояк. Хан тем временем не медлил. Расстегнув ширинку его джинс одним ловким движением, он пробрался рукой под белье, поглаживая твердый орган. — Сука, — закрыв глаза, Минхо резко выдохнул, все еще отказываясь признать, что Джисон прав. — Вообще-то меня зовут по-другому, но для тебя я буду кем угодно, милый. Хан издевательски усмехнулся и, приобняв свободной рукой старшего за талию, внезапно поменял их местами. Теперь Ли оказался спиной к стене, изумленно глядя на с бессовестной улыбкой дрочащего ему Джисона. — Ну давай, спусти своих демонов с цепи, — прошептал младший ему на ухо, прикусив мочку зубами. — Позволь себе сделать то, чего так сильно хочешь. — Я не должен. Я не имею права… — все еще борясь с одолевающим его желанием, откликнулся Минхо. — Хорошо, — Джисон вдруг остановился и пожал плечами. — Тогда я пойду и найду кого-нибудь другого, чтобы… мхмф! Его уловка подействовала. В темных глазах напротив тотчас вспыхнуло ревнивое пламя, и на парня обрушился жадный поцелуй. Чувствуя, как чужой язык настойчиво проникает в его рот, Хан застонал, прижимая Минхо ближе к себе. Тот кусал его губы в сумасшедшем порыве, будто кто-то по щелчку пальцев отключил его самоконтроль. Запутавшись рукой в красных прядях, Ли оттянул их назад, с наслаждением слыша новый стон младшего. — Господи, какой же ты, бля, горячий, — Джисон задрал рубашку Минхо и зачарованно провел ладонью по четким кубикам напрягшегося пресса. Длинные ресницы старшего затрепетали от его прикосновений. Ли привык быть главным в постели, но почему-то именно сейчас, рядом с Ханом, хотелось довериться младшему, позволив ему взять над собой контроль. Неуверенно опустив руку на его топорщащуюся ширинку, Минхо взглянул парню в глаза, как бы спрашивая разрешения. Тот коварно улыбнулся, на миг отстранившись от надзирателя. — Надо же, не знал, что Ли Минхо умеет стесняться. — Это не правда… Джисон! — не успел старший договорить, как Хан расстегнув верхние пуговицы его рубашки, принялся покрывать алыми засосами выступающие ключицы. — Ах! Губы парня скользнули вниз, остановившись на его сосках. Ощутив поднимающуюся в теле обжигающую волну, Минхо резко сжал в пальцах член Джисона. Хан втянул воздух сквозь зубы. Находясь так близко к старшему, он едва сдерживал себя от того, чтобы разложить его прямо на парте, как проделывал это уже сотню раз у себя в голове. — Что такое? Ты нервничаешь? Нежно прикусив зубами каждый сосок по очереди, Джисон выпрямился, вплотную прижимаясь к Минхо. Старший нахмурился, собираясь сказать что-то колкое в ответ, но тут его тело пронзило разрядом тока. Освободив их члены от белья, Хан обхватил их рукой, увеличив амплитуду движений. — Просто заткнись, — пробормотал Минхо, чувствуя, как парень толкается бедрами ему навстречу. — Как скажешь, сладкий. По уху медленно прошелся горячий язык, бросив Ли в дрожь. Его сердце и без того бешено колотилось в груди, угрожая проломить грудную клетку, а сейчас, когда он положил свою руку поверх ладони Джисона, и подавно. Минхо буквально сгорал в этом пожаре. Хан оказался совсем не таким, как он себе представлял. Словно яркий солнечный блик: такой же необычный, сильный, но не подавляющий и до одури желанный в этом однообразном сером мире. Его пальцы жадно стиснули задницу Минхо. Из горла Ли вырвался несдержанный стон. — Пиздец, как же охуенно ты стонешь, — хрипло прошептал Джисон, затыкая рот старшему новым поцелуем. Как бы ему ни хотелось слышать эти мелодичные красивые стоны, опасность того, что их могли услышать, всё еще оставалась. Рука Хана начала двигаться в быстром рваном темпе. Минхо тяжело задышал, чувствуя, как парень все сильнее вжимает его в стену. Ухватившись за его плечо свободной рукой, он тоже толкнулся младшему навстречу. Их ритм синхронизировался. Пальцы сильнее сжались вокруг мокрых от естественной смазки набухших членов, и спустя несколько мгновений оба кончили практически одновременно, запачкав друг друга своей спермой. Найдя в тумбочке преподавательского стола салфетки, парни быстро устранили все последствия близости и привели себя в порядок. — Ебануться, — произнес Джисон, пытаясь отдышаться. — Теперь наши наказания должны стать куда интереснее, не находишь? Минхо молча отстранился, наконец медленно осознавая, что же они наделали. — Эй, только не смей делать вид, что между нами ничего не было! — дернув его за руку, рассерженно крикнул Джисон. — Было, — не глядя на него подтвердил старший. — И я, к сожалению, не смогу этого забыть.