Dusk till dawn

"Осуждать гомосексуалиста за его сексуальное предпочтение — это преступление и жестокость." — Да я отвечаю, — залпом выпивая 50 грамм виски, говорил Антон — Саб-Зиро лучший перс в «Мортал Комбат». Я им кого угодно уложу. — Да твой недочемпион — херня, — ответил Арс. — Сильнейший — Райден, а не твой Саб-Зирчик. И хватит уже виски как воду херачить. Пару часов назад парни пришли в ночной бар "Сетка". Людей было много, а музыка орала невыносимо громко. Перед новым годом стали особенно часто проводить вечеринки. Арсению пришлось взять VIP-места, где шум зала был не так слышен. Они сидели в небольшой комнате, украшенной гирляндами, с чёрным кожаным диваном и круглым столом. Попов взял виски, коньяк и закуски для голодного Антона, который без всякого смущения частенько просил у официанта повторить "вот эту штуку с рыбкой". Сначала Шастун рассказывал Арсу о том, как ЦСКА порвали Спартак в прошлом сезоне. Потом они обсуждали новый выпуск ЧБД. Далее, оказалось, что оба парня — фанаты "Ведьмака" и, перемыв кости Енифер с Трис и придя к общему выводу, что первая круче, Шаст с Арсом перешли на «Мортал Комбат». — А вот нихуя! Саб-Зиро — лучший! - Настаивал на своём Антон, который уже ни капельки не сдерживался при Арсении и говорил с ним так, будто они друзья детства, — Пошли утром ко мне в общагу, я там у Поза плойку стащу. Спорим, я твоего Райдена отъебу? — закидываясь ещё одной стопкой, добавил парень, — И тебя вместе с ним. — Спорим! — Не раздумывая, протянул руку Арс. Антон тут же за неё схватился, — Пошли прям сейчас, ко мне. — Стой... А мы ж спорим, что я тебя в «Мортал Комбат» сделаю, или... Арс поперхнулся коньяком. — Блять, и с такими мыслями ты мне ещё говоришь, что не гей? — смеясь, ответил Арс, наблюдая, как Шаст пытается скрыть смущение. — Я нормальный, — поспешил оправдаться Антон, — Хочешь докажу? Вот прям сейчас пойду и девушку закадрю. Вообще как два пальца, — врёт. Шаст скорее от стыда помрёт, чем к кому-нибудь подкатит. Но сейчас надо было спасать своё положение! — Я тоже, знаешь ли, девочкам нравлюсь, — с издёвкой ответил Арс, — Только вот проблема в другом: они не нравятся мне. — Я тогда пересплю, — стараясь казаться серьёзным, ответил Шаст. В его голове он выглядел как дикий гордый лев, но, судя по улыбке Попова, он больше походил на злого котёнка. — Со мной? — Да нет же! С чего ты вообще это взял? — возмущенно ответил Антон. План под названием "Скрой от гея своё смущение" успешно провален. — Говорю же: я не пидорас! — А чего тогда руку не убираешь? — Шастун проследил взглядом за кивком Арсения. Антон все это время с силой сжимал кисть Попова. Парень одёрнул руку и хотел что-то сказать, но слова комом встали в горле. Арс, вдоволь насмеявшись над реакцией студента, наконец решил его успокоить. — Да расслабься, я ж прикалываюсь. — У тебя хреновое чувство юмора. — Немного обиженно сказал Шастун. Уже второй раз за ночь Арс вводит парня в ступор и заставляет краснеть. Антон мельком взглянул на улыбающегося Попова. "Смешно тебе, пидорас?" — подумал парень. Он неосознанно пробежался взглядом по Арсу: высокий, подкаченный, мужественный. Он вообще не выглядел как гей. А его руки? Да он при желании кому угодно втащить может. Антон как-то до этого момента и не замечал, что на вид худощавый парень имеет такие бицепсы. — Арс, — не отрывая взгляда от Попова, уже спокойно начал Шаст — А ты как вообще понял, что по мужикам? — Да это долгая история. — Ответил парень и сразу же о чем-то задумался. Улыбка тут же пропала с лица, а сияющие до этого глаза резко потускнели. — Расскажешь? — видя, как сменилось настроение Арса, Антон принял сочувственный вид. — А ты что, с собой сравнить хочешь? — съязвил парень, как-то странно улыбаясь. Его лицо по-прежнему светилось, а вот глаза... Антон заметил, что с ними стало что-то не так. — Просто интересно, как к такому вообще приходят. — Ответил Шаст, игнорируя подкол Арса. Во-первых, он чувствовал, что лучше не стоит сейчас вступать с ним в перепалку. Во-вторых, ему было реально интересно узнать об этом. Тем более, момент как раз подходящий. — Я вообще лет до 16 не знал, что такое может быть. Да и сейчас не до конца понимаю, как это происходит. — Все просто. — Наливая виски, начал Арсений, — У тебя же была девушка? Что-то же ты к ней чувствовал? — Ну да, было. И не раз, — с гордым видом сказал Антон, тщательно скрывая смятение. Ему было стыдно признаться даже самому себе, что за всю жизнь он ни разу не влюблялся. Даже внешне его никто не привлекал. Однако Шастун никому и ни за что не признается в этом. Особенно Арсению. — Ну вот, я тоже самое чувствую. Только к мужикам. — Ответил парень, разглядывая янтарную жидкость на дне стакана. — А можешь подробнее рассказать? — спросил Антон. Ему хотелось услышать больше конкретики. А вот Арсению нужно было выговориться. Он семь лет никому не рассказывал о своих чувствах. Даже Серёге. А ведь если так подумать, именно они сломали его жизнь. — Если будешь ржать, я тебе въебу, понял? — предупредил Попов, залпом выпив стакан и морщась. Последним аргументом в пользу того, чтобы выговориться, недоследователю стала мысль, что Арс, на минуточку, именно для этого и притащил в бар Шастуна. — Не буду, честно, — пообещал Антон. — Хорошо, — Попов опустил глаза и, увлечённо разглядывая что-то на столе, тихо начал рассказывать, — Я тогда ещё в школе учился. Не помню, вроде это был класс седьмой или восьмой. Я в театральный ходил, и однажды мы на новогоднюю ёлку должны были поставить сценку. Ну, знаешь, развлекательную, чтоб гостей посмешить. Мне досталась роль гея. — Арс усмехнулся, — Там такой сценарий был конченый. Я вообще в шоке, что его завучи утвердили. В общем, я должен был весь спектакль одного парня кадрить и целовать. В те годы это походу смешным было, я не шарю. — Ну, звучит это как пиздец. — Прокомментировал Антон. — В моей школе в любые годы за такое за гаражами бы отпиздили. Причём не только школьники. — А вот в моей школе это посчитали ебать каким смешным зрелищем. — Арс закусил губу, — Я, хрен знает, как это объяснить. Мы с тем парнем после начали в шутку строить из себя парочку. Целовались на публику, за ручку ходили, обнимались. Это было просто чтобы веселить других, только вот... Мне это стало нравиться. Как-то так. — Ну, школа у тебя, конечно, странная была. — Отметил Антон, представляя, что бы в его шараге за такое сделали с пацанами. — И это пидорство спокойно воспринимали? — В шутку — да. — А всерьёз? Ты ж у нас не "в шутку" гей. — А тут... Тут уже другое дело. — Голос Арса дрогнул. — Я однажды признался тому парню. С тех пор в моей жизни начался полнейший пиздец. — Антон нервно сглотнул, — Покоя не было нигде: ни дома, ни в школе, ни во дворе. — Арс замолчал. Перед его глазами начали мелькать воспоминая. "— Проваливай из моего дома, недоносок хренов! И пока нормальным не станешь — на глаза мне не попадайся! — В нескольких сантиметрах от головы парня разбилась о стену кинутая в него ваза. Её осколки раскроили ухо... — Ты мне больше не сын!" "— Ебни пидорасу ещё ногой!— Ой, смотри, до крови — здорово!— Че, дефектный, нравится? Такие извраты, как ты, должны такое любить!— Давай ещё ему!— Пацаны, а чё он не двигается? Может скорую?— Ой, да похер, пусть сдохнет. Одним отбросом меньше будет. " " — Прекрати! Пожалуйста! Хватит! Я же упаду! — кричал мальчишка, которого полностью вытолкнули одноклассники из окна четвёртого этажа. Они держали его за ноги и громко смеялись. Кто-то снимал на камеру, кто-то отпускал пошлые комментарии насчёт парня, а кто-то подзывал остальных к окну с криком: "Смотрите, тут педик суициднуться хочет!" " " — Господи, за что мне такой брат? Лучше бы мама сделала аборт..." — Арс! Попов резко дёрнулся. Перед ним на коленях сидел с испуганным видом Антон. Он крепко вцепился в его плечи и тряс. Арс сам не заметил, как выпал из реальности. Видимо так сказываются алкоголь и недостаток сна. По его щекам ручьём текли слезы, а тело била мелкая дрожь. Он нервно выдохнул, пытаясь прийти в себя. — Арс, я больше не буду спрашивать об этом, только, пожалуйста, успокойся, — взволнованно говорил Антон. Он примерно представлял, о чем мог думать в этот момент Попов, поэтому ему стало не по себе. Шаст понял из рассказа Арса главное: тому, ой как, не просто жилось из-за ориентации. Арс ещё несколько раз глубоко вздохнул. Он потихоньку успокаивайся. "Надо начать уже ромашку пить, а не вискарь. Как девочка расплакался, браво," — мелькнуло в голове парня. Он понимал, что эти слезы были не только из-за болезненных воспоминаний. Последние несколько дней Арсению, мягко говоря, не везло, поэтому нервы начали сдавать. — Ну, ты ж пидо... Кхм... То есть гей — тебе можно плакать, — попытался успокоить Арса Антон. — Я чё, вслух это сказал? — закатывая глаза, спросил сам у себя Попов. Его перестало трясти, и от недавней истерики почти ничего не осталось. Только голова немного болела, но тут виноват ещё и алкоголь. Парень начал чувствовать, что его предплечья неприятно ноют. Он перевёл на них покрасневшие глаза. Шастун до красноты сжимал их. Взгляд Арса зацепился за его руки. Костяшки были разбиты и, судя по всему, совсем недавно. На запястьях виделись синяки от чьих-то пальцев, а многочисленные браслеты с камнями, цепочками и бусинами под давлением врезались в тонкую кожу. Арсений неосознанно коснулся пальцами покрасневшего запястья, раздвигая верёвки и цепи, обвивающие руку парня. Антон дрогнул от несильной боли и одёрнул руки, пряча их за спиной. — Это... — хотел спросить Арсений, но Шаст его тут же перебил, откидываясь назад и опираясь спиной о край диванчика. — Упал. На руки. "Ага. Упал, — мелькнуло в голове Арса, — На кого—то. А потом подрался." Он взял со стола практически пустую пачку сигарет протянул одну сигарету Шасту. Молчание. Арс понимал, что студент не просто так оказался один на морозе, без верхней одежды да ещё и ночью. А теперь и эти раны. Парень, медленно затягиваясь последней сигаретой, внимательно смотрел на Антона. Тот, подолгу держа табачный дым в лёгких, пялился в одну точку где-то на полу. Спустя несколько минут Шастун затушил окурок и пошёл в сторону двери со словами: "Я девочек кадрить, а ты тут сиди. Тебе все равно там ничё не светит". Арсений мельком увидел, как на его щеке блеснула мокрая дорожка от глаза до уголка рта. — Мужика красивого увидишь — зови, — бросил ему напоследок Попов, провожая взглядом двухметровую тень. — Обойдёшься, я в зеркало смотреться не буду. — Ответил Антон, закрывая за собой дверь. Арс откинулся на спинку дивана и выдохнул. До чего он докатился? Пить со студентом дешёвый вискарь посреди ночи в прокуренном баре — неужели для него это панацея? Парень нащупал в кармане джинс телефон: Восемь пропущенных.17 новых сообщений. И от кого же? Верно! Серёжа. Арс нехотя принялся читать сообщения друга. Не то, что бы ему было неприятно его внимание. Нет, просто слишком много текста, от которого болят и ещё больше слезятся глаза. Прочитав пару строк, он понял, что лучше перезвонить. Мысль о том, что сейчас около четырёх ночи смутила его уже тогда, когда из трубки послышось: "Чтоб ты сдох, козёл вонючий". — Братан, прости, не подумал, — раскаялся Арс. — Да пошёл ты нах... — Попов отвёл телефон от уха. Серега добрый парень, верный, не вспыльчивый, словно кавказский ангелочек. С бородой. И хвостиком. —... урод ты пизданутый, я тебя... — Однако, если его разозлить, он может стать самим дьяволом во плоти, и тогда, кто бы ты не был, он тебя сожрёт и не подавится. И Арс это знал прекрасно. — Ты меня понял, гандон?! — Да, Серёжа, прости, больше так не буду. — Так то... — успокоившись, сказал парень, — ты это... Что хотел? — Там пропущенные от тебя были... — А ты читал, что я тебе в ТГ писал? — окончательно проснувшись, спросил Серега. — Ну... — протянул Арсений. Возможно Матвиенко все в деталях уже рассказал в тех 17 сообщениях, на которые парень благополучно забил. — Ну и сука же ты, Попов. — обречённо проговорил Серёжа, — Ещё и пьёшь без меня. Несмотря на то, что Арсения никто не видит, он все равно сложил ладони и скорчил моську, мол: "Прости, виноват". — Ладно, забей. Я тоже вчера вечером без тебя тусил., — "Врешь. Алина в Инсте снимала историю, как вы вечером шторы выбирали." — Поэтому я не обижаюсь. Козёл. — "Пиздишь, ой пиздишь..." — Ну прости. Давай завтра сходим? — предложил Арс. — Ты угощаешь, — тут же добавил Матвиенко. Видимо шторы были дорогими. — Ну, Серёг, ты же знаешь, что я теперь безработный, какой угощать? — ответил Арс, — Я максимум могу виски купить за 500 рублей. Будешь? — Понял, сам эту отраву пей, — по голосу было слышно, как тот поморщился, — Кстати, насчёт безработицы... Я нашёл, куда твою задницу английскую пристроить можно. — Подробнее, — немного удивился Арс. Он даже сделал вид, что не услышал "разрывную" про свою пятую точку. — В общем, — воодушевлено начал Серёга, — у меня сестра работает менеджером по персоналу в одном колледже, и у них там как раз англичанка со своим папиком в Дубай жить сваливает. Сечёшь? — Секу. Что за колледж? — поинтересовался Арс, пытаясь вспомнить, где там сестра Серёжи работает. Она же вроде медиком была, нет? Или она на два фронта? — Я тебе в ТГ ссылку на сайт кинул. Там название пиздец полный, — ответил парень. Арс тут же включил громкую связь и полез искать ссылку, — Если коротко, там мусорят учат. — Пиздец... — Ну да, там не графские хоромы, зато тебя туда хотя бы возьмут. — Понимая огорчение друга, попробовал успокоить Серёжа — Арс, тебя сейчас мало куда взять могут. Та сука, Максимова, уже всему городу растрепала, что ты её типо изнасиловал. — Серёг, ну у меня ж вышка... Я ж Кембриджский экзамен на С1 сдал... — просматривая фотографии того, что Матвиенко называл колледж, говорил Арс, — Руководство не то, что бы нормальные фотографии сделать не удосужилось, они даже рейтинг себе накрутить не пытаются! 3.2 — это вообще как? А прикол, если это балл уже с накруткой... — Интеллигенция ты наша питерская, я, конечно, понимаю, но вас наотрез отказываются брать в нормальные места. Даже в обычных школах шлют. И поверь, я им и про твой экзамен рассказывал, и про вышку — всем плевать. Тебя как минимум год нигде не возьмут работать с детьми в Воронеже. — Объяснил Серёжа. Арс и сам это понимал, что эту историю уже везде разнесли, и не каждая организация осмелится взять на себя такую ответственность. Арс опёрся лбом о край стола и застонал. Ну что за пиздец?! — А больше нет вариантов? — не сдавался Попов. — Братан, только если ехать в другой город. Тебя и тут только по блату берут. — Ответил парень. Ему было искренне жаль друга. Серёга всегда говорил, что Воронеж не место для Арсения. Тому минимум в Питер надо. А в идеале: куда-нибудь в Лос-анджелес или на Лонг-айленд... —Держись там, все наладится. А завтра... то есть сегодня, в 11:00, тебе надо приехать документы подписать. А до этого в гимназию заскочить, тут уволиться. — Блять... — протянул Арсений, предвкушая весёлый денёк. Только услышав о планах на завтра, а точнее уже на сегодня, как уже начал чувствовать усталость. — Ладно, Серёг, спи... Спасибо, ты — настоящий друг, — искренне сказал парень, чувствуя признательность к Матвиенко. — Да ладно тебе, мы же... — Сукин сын! — А ну сюда иди, шпала! Арсений дёрнулся, и телефон с грохотом ударился о кафель. За дверью начинался какой-то кипиш, и парень чувствовал, что в этом явно замешан его собутыльник. Он выпрямился, вслушиваясь в каждый звук в зале. — Мужики, да вы не так поняли! Я её не тро... эй, положи огнетушитель, пожалуйста! — прокричал Шастун, заставляя Арса сорваться с места.