Феи

      Просыпаться в этот раз было приятней. Утренняя прохлада отступала перед теплыми объятьями, из которых трудно выползти и продолжить бодрствовать. Ло пробудился полным сил, аккуратно сняв с себя руки Харриса, отправился готовить завтрак. Джон же со стоном пытался поднять конечности, мышцы тянуло от сильного напряжения и скопления молочной кислоты. В попытке привести себя в порядок он растирал кожу вдоль мышц, разгоняя скопившееся в них напряжение.       Мастер ловко нарезал фрукты, раскладывая их по импровизированным тарелочкам из выгнутых листков. Зайдя в палатку, чтобы позвать Джона, он обнаружил его в позе, в которой сидят только отчаявшиеся люди.       - Эй, Джон, все хорошо?       Он оставил завтрак в стороне и присел на колени перед ним.       - Ноги…болят… - хрипло сказал феец, понурив голову. Ло с щенячьим виноватым видом положил свою вихрастую макушку на его бедро.       - Прости. Не думал, что будет так плохо.       Он прошелся сухими поцелуями по местам, которым вчера уделил уж слишком много внимания. Руки нежно гладили по фиолетовой штанине, как будто пытаясь успокоить и забрать его боль себе. Удивительным образом он справлялся, и Джон, как доктор хотел обозвать его «колдуном», но лишь часто-часто похлопал по его пушистой голове.       - Все уже в порядке, красотка, нет времени на нытье. У нас задание. - Ло кивнул и подал Джону его завтрак.       Густой лес стоял без движения, даже еле слышные шорохи издавали сами феи: стук приборов, тихие разговоры, шорох одежды и крыльев. Все живое будто затаилось или вообще покинуло берег.       Закончив трапезу, Ло умело сложил большое количество вещей в их маленькие рюкзаки. Джон удивлялся его сверхспособности умещать всего побольше – в пространство поменьше. Насколько вообще это позволяли законы физики? Ученый задумчиво смотрел на бурные потоки воды. Волны будто с каждой секундой становились темнее и ленивее, чем дольше он разглядывал их, тем больше казалось, что время замирает.       - Ло, посмотрим, что находился вверх по руслу реки. Либо очаг заражения слишком далеко, либо я еще не додумался до другого варианта.       Ло безмолвно кивнул. Он подошел ближе и так же тихо вложил нож в руку Харриса.       - Будь осторожен… прошу.       Джон спрятал блестящее лезвие в халате. Он уверенно улыбнулся и зашагал в сторону намеченной цели.

…

      Чем дальше они заходили, тем сильнее кристальная вода стала мутнеть и приобретать темно-фиолетовый оттенок. Ее потоки словно загустились и перестали бежать вовсе. Берег стал похож на аметистовую шахту, растения, как хрустальные изваяния, защищали от непрошеных гостей своими острыми гранями. Чем дальше, тем обильнее высились наросты, прорывая даже стволы деревьев, оставляя уродливые сломы и щепки. Скинт по-своему был красив, но все живое, чего он касался, жухло и умирало.       Теперь отовсюду слышался тревожный звон и срежет. Фауна пыталась существовать, как могла. Зараженные животные волочили свои грузные от тяжелых наростов тела по больной земле. Сломленные и искривленные конечности мешались и ступали совсем не туда. Им не было дела до новых гостей. Только бездумное движение вперед, да из стороны в сторону.       Фейцы жались друг к другу. Кристальные цветочные арки скрывали их, но постоянный близкий дребезжащий шум нервировал. Джон, опасаясь нападения, решил, что мешочки с запасами пыльцы лучше обмотать в еще один слой чего-либо, чтобы ее золотистый свет не привлек лишнего внимания. Ло быстро обернул ее во все вещи, что только были, и запихнул вглубь рюкзака. На всякий случай Джон соорудил медицинские маски, мало ли, через дыхательные пути эта зараза попадет в легкие, и уже ничего невозможно будет сделать.       С каждым шагом флора и фауна все больше и больше окрашивалась в мертвенный, неестественный фиолетовый оттенок. Снова тишина. Только вдалеке слышалось, как шумные струи, бренча и звякая, бились о скинт, заполонивший основание горной породы. Перед фейцами вырос горный массив.       - А вот он и очаг заражения. - Джон обходил берег, пытаясь вычислить источник, откуда же обильней всего пробиваются кристаллы скинта. Чисто визуально выше по склону не было никаких неестественных наростов. Как будто сама вода внизу источала нечто зловонное, благодаря чему земля умирала. Но больше никаких примечательных черт. С воздуха было бы осмотреть все легче, но это верная смерть. Еще полдня впустую. Сколько бы они не осматривали и не обходили округу, ничего, только несколько птиц, вросших в кристальные ветви деревьев, и еле передвигающиеся подобия оленей. Фейцы снова вернулись туда откуда начали.       Доктор сидел на берегу, сердито уставившись на разбивающиеся потоки воды. Темная рябь быстро гасла в загустевшей жидкости.       - Джон, тут ничего нет… - голос Ло был глух. Не хотелось признавать, что проделав такой путь, они так и не выяснили в чем причина. Сама по себе вода не могла испортится. Было бы легче, если бы у берега был труп животного, или ядовитое растение, можно даже было бы списать все на магию. Но берег был чист и сверкал фиолетовым цветом.       - Но тут должно что-то быть! Мы проделали такой путь, разгадка совсем близко, - его голос обессиленно затух. Джона эта ситуация бесила, и он очевидно так просто не уйдет.       - Мы все уже осмотрели, стоит вернуться чуть назад и прийти позже. Ты же знаешь воду, мы с тобой не сможем залезть.       Джон боролся с собой. Он понимал, что единственное, где они не смотрели – это чертова вода. Да даже с феей воды туда лезть опасно. Он судорожно перебирал варианты, уставившись на бурно бегущие со склона потоки.       - Нет, не все! Симпапусик, мы не смотрели за водопадом! - от осенившей мысли он вскочил и сжал плечи мастера. Ничего хорошего это не предвещало, особенно загоревшийся азартом огонек в глазах. Ло это очень не нравилось, слишком опасно.       - У нас нет с собой феи воды, чтобы защитить крылья. Ты сам знаешь, что это не лучшая идея – лезть в такой сильный поток воды.       - Ну, Лололошка, ты же мастер! - Джон вздернул одну бровь, осматривая его с ног до головы.       - Придумай, как защитить крылья. Наверняка там есть пространство, где можно пройти, не касаясь воды. Это единственное место, где не смотрели.       Феец тяжело выдохнул, отпираться было бесполезно. Он сам жаждал правды не меньше Джона, столько усилий было потрачено и нервов, так что Ло вынужден согласиться с ним.       Для исполнения «заказа» ему пришлось много побегать. Живности, хоть и мало, но она была, так что он решил уйти в лес как можно дальше от зараженной воды. В глубине он сорвал несколько больших и свежих листов, там же он нашел крепкую паутину и смолу. У мастера был большой опыт в создании герметичных фляжек для фей воды, так что проблем быть не должно. Феец проклеил стыки, дополнительно сшил и для надежной фиксации на спине приделал лямки. Работа была готова.       - Молодчина, Симпапусик!       Джон чмокнул его в лобик, схватил снаряжение, почти молниеносно надел и быстрыми шагами направился к скале. В груди клокотал азарт, ожидание и надежда. Если не сейчас, то никогда. Неизвестно насколько все станет хуже, и смогут ли они подобраться сюда в следующий раз, вдруг и так опасно острый берег еще сильнее обрастет фиолетовым скинтом?       - Да притормози ты! Ремень не затянул как следует.       Ло пытался успеть за ним. Но под грозным взглядом строптивец все же остановился и дал мастеру убедиться в надежности приспособления. Теперь точно все готово. Ло очень внимательно следил за тем, чтобы Джон не соскользнул с гладкой поверхности кристаллов, и был готов ловить его в любую секунду. От этого он казался дерганным и напряженным. Джон всеми фибрами души чувствовал это немое «не навернись».       За водопадом действительно оказался узкий проход, кристаллы почти замуровали его. Чернильная жидкость сочилась по выдолбленным желобам внизу, каменистые стены скрылись за гранями кристаллов и превратились в острый частокол.       - Похоже ты был прав…       - Красотка, я всегда прав.       Маленькая победа приободряла, но ситуация ни на грамм лучше не стала. Впереди темное и совершенно неизвестное помещение. Ло сильно сжал руку ученого, боясь, что тот в порыве научного интереса убежит и нарвется на невесть что.       - Спокойно, ты мне пальцы так переломаешь.       - Прости. - Рука чуть ослабила хватку, но не отпустила ладонь.       Осторожно они продвигались вглубь. Кристаллы так и норовили зацепить одежду и царапнуть поглубже. Обувь неприятно чвакала от грязных луж. Пахло сыростью и чем-то сладковато тошнотным. Ло обмотал их ноги в еще один слой листвы и закрепил смолой. Явно эта жижа не просто грязь. Слабое фиолетовые свечение скинта освещало путь, и фейцы, избегая острых стен и смердящей черной жидкости между камней, пробирались дальше.       Узкий острый коридор заканчивался проходом, заросшим кристаллами. Словно решетка в темнице, они как будто всеми силами сдерживали монстра, притаившегося внутри. Внизу плотность скинта была намного больше, его толстые наросты практически не оставляли места. Если бы фейцы могли взлететь, то с легкостью бы проникли внутрь, но им остается только придумать как просочиться через плотную фиолетовую стену.       С трудом, но подходящая щель была найдена. Ло скинул рюкзак в более сухое место, где черной жидкости не было, и достал свои инструменты. Парочкой точных движений он расширил проход настолько, чтобы можно было свободно пройти.       Перед ними было необъятное помещение, высокие железные столы, обросшие пурпурными минералами, помятые бумаги с расплывшимися надписями, валявшиеся везде, колбы разных размеров и содержания.       - Это лаборатория, - тихо сказал ученый, и уже было рванул вперед, одушевленный близкой разгадкой.       - Джон, не отходи далеко. - Ло поудобнее перехватил меч, держа его наготове.       - Мой рыцарь, ты же дал мне нож, так что не волнуйся ты так, не пропаду, - театрально запричитал феец.       - Принцессу, всегда нужно оберегать, - глаза мастер тепло улыбнулись ученому, но его тон не терпел никаких отговорок.       Джон сбито выдохнул, все-таки он тоже достанет оружие. Так спокойней. В пещере было тихо. Только капающий звук воды и шелест страниц. Ученый пытался разобраться в записях и шумно перелистывал один лист за другим. Наблюдая за ним, Ло было не по себе, с каждой минутой лицо ученого становилось все мрачнее и встревоженнее.       - Джон, что там?       Тот вздрогнул, очнувшись от чтения, и посмотрел на мастера.       - Лололошка… думаю, мы обязаны избавиться от этих записей.       Лицо Ло исказилось в удивлении. Да чтобы Джон сказал сжечь какую-то информацию. Это неслыханно! Обычно он даже самую неприглядную писанину тащил в архив, а тут такое заявление.       Ученый провел рукой по лицу и отвернулся. Кожа была бледной и болезненной, будто его сейчас стошнит.       - Этот чокнутый проводил эксперименты над феями. Тут описаны… пытки и.. их результаты.       Пальцы с силой сжали буквы, комкая страдания его сородичей. Гордая, размашистая подпись была почти на каждой странице, подтверждая авторство человека. Ужасно, тошнотворно ужасно. Тут даже были схемы того, как и что вырезать и для чего использовать. Это важно, возможно могло бы пригодиться в его собственных медицинских исследованиях. Поможет лучше понять устройство фей…       «Это не медицина - это пытка… такое не пригодится. Никогда.»       Даже в силу своей опытности и насмотренности Джон не мог вынести больше и строчки. Нутро холодело и сжималось, к горлу подступал сухой ком, он просто надеялся, что вернувшись к истокам, эти феи никогда больше не почувствуют боли.       Лололошка присел рядом, рука в успокаивающем жесте погладила по подрагивающему плечу. Что он может еще сделать? Только быть рядом. Ему не хотелось знать, что там такого вычитал Джон, раз его лицо и тело выдали такие эмоции. Феец тяжело выдохнул и уперся своей головой в плечо мастера.       - Как закончим, первым делом избавимся от всего этого.

…

      Все же они двинулись дальше вслед за тонким черным ручьем, вязко сочащимся по полу. Ржавые операционные и письменные столы сменились клетками. Из них торчали облезлые шкуры непонятных существ, кости были раздавлены минералами, они заполняли почти все свободное пространство внутри. Эти подобия животных, судя по всему, еще были живы, иначе почему тогда скинт не рассыпался в прах? Страх пронизывал всю плоть, холодными каплями прокатываясь по позвоночнику, еще усиливая зябкую дрожь. Фейцы старались не смотреть. Они ничего не могут для них сделать, поэтому взгляд пустых глазниц вызывал еще большее отчаяние.       Чем дальше, тем темнее и насыщенней становились сердцевины наростов. Запах стоял скверный, все живое здесь вымерло, но никогда не умирало до конца. Просто становилось питательной средой для завораживающих кристальных лесов.       В середине комнаты высилась неестественно большая глыба. Ее фиолетовые грани были неправильными, острыми, искаженными, местами будто оплавленными. Как лопнувшая язва на земле, она раскрывалась к верху. Ее искаженные ветви, как мосты, заполняли практически всю комнату. Они хотели получить больше места, тянулись во все стороны, мерцая липким фиолетовым цветом. Черная булькающая лужа скапливалась в углублении, продавленном весом этой громады. Мрак скрывал эту опухоль, будто само ее существование – тайна и грех. Никто не должен про нее знать. Феи осторожно обошли темный купол, осматривая скопление острых деформированных игл.       Чем дольше они находились в этом месте, без намека на свет, тем больше глаза привыкали к темноте. Теперь взгляд мог уловить больше деталей, но лучше бы не видел. Оба они мгновенно оцепенели.       Большое, человекоподобное тело, черное, все еще с плотью. Эта громада, как птенец, вылезал из верхушки под самым потолком. Гниющее черное лицо застыло в безумном то ли смехе, то ли крике. Иглы скинта пронизывали его, не давали некоторым кускам плоти сползти с костей. Сердце существа было проткнуто насквозь черным кривым шипом и сочилось чем-то неприятно зловонным и вязким. Барьер скинта поглощал труп и хотел скрыть в кокон, но как будто ему не хватило времени, и верхушка кокона, так и не закрылась.       Ло зажмурился и выдохнул. Сам вид этого тела вызывал у него рвотные позывы, подходить ближе – последнее, что бы он хотел сделать. Это место всеми фибрами души вызывало отторжение, неприязнь, чувство, говорящее что это только верхушка айсберга. Развернись! Уйди! Тебе не стоит знать больше.       Джон с таким же сомнением и смятением смотрел на облезший череп существа. Противно. Что делать? Не будет ли хуже, если они последуют своему интересу и желанию зайти дальше? Янтарные глаза метнулись к мастеру, лицо его почти сравнялось по цвету с зеленой маской, прикрывающей нос. Немой вопрос – «Идем?» – повис в воздухе. Заминка длилась будто вечность. Ло нахмурился и перехватил из-за спины острый инструмент.       - Идем, я сделаю проход.       Плотная, аметистового цвета стена не хотела поддаваться. Но, спустя долгие двадцать минут размашистых ударов, пропустила фейцев за барьер. В тени гиганта было не разобрать, что находится перед ними. Только смутный тонкий силуэт. На земле сидело маленькое тело феи, от его торса тянулся тот самый острый шип, пронизывающий грудную клетку трупа напротив. Феец был мертв, его тело тоже разлагалось и сочилось жидкостью.       Ло прикрыл рот, пытаясь не опорожнить содержимое желудка. Так быть не должно. После смерти фея возвращается к дереву, рассыпается в искры и подпитывает корни магической энергией. Они никогда не должны гнить и разлагаться, как животные или люди.       Бледный Джон начал спускаться вниз. Дрожащими руками он хотел притронуться к телу, но благоразумно отдернул их. У этой феи не было крыльев. Их обрывки торчали из спины. После таких ран обычно сходили с ума от боли. Щипало глаза, и противный ком подступал к горлу.       Жидкость из тела феи стекала в продавленную ложбинку в полу. Туда же падала плоть убитого существа, смешиваясь, это вязкая жижа просачивалась за пределы пещеры, так и попадала в воду.       - Джон, что же это такое?       Джону трудно было говорить. Трудно было осознать застывшую сцену перед ними.       - Мы нашли источник заражения, Лололошка…       Накатывали слезы, горечь и непонимание. Это так до предела жестоко, желудок переворачивался и норовил сжаться и вытолкать из себя все содержимое вперемешку с желудочным соком.       Новость должна быть радостной, но счастьем даже и не пахло, только душком тошнотной гнили и тупым отчаянием. Эта жестокая картина навсегда останется в их сознании.       - Думаю, стоит вернуться назад… - Усталость резко опустилась на плечи. Что они сейчас смогут сделать вдвоем? Их команда выполнила миссию, источник заразы найден. Теперь осталось только разобраться как избавиться от последствий.       Ло отвернулся от Джона, сидящего рядом с самым несчастным и оскверненным существом. Что-то золотистое тускло блеснуло в тени стены.       - Джон, подожди, там что-то есть.       Ло указал на гору, похожую на костлявую руку. Она лежала отдельно от тела, почти вросшая в фиолетовую стену. В самом кулаке что-то светилось. Ведомый непонятным порывом, Лололошка ринулся туда. Джон за его спиной кричал о том, чтобы Ло остановился, но тот уже был у цели.       В груди пульсировало и тянуло, золотистое свечение мерцало и звало. Джон поспешно подбежал к мастеру.       - Ты чувствуешь? - Феец сверлил взглядом плотно сомкнутые костлявые фаланги пальцев.       - Как бы я хотел сказать «нет», красотка. - В груди что-то отзывалось аритмичной дрожью в такт слабому мерцанию.       - Я попытаюсь разжать пальцы.       Ло схватился за свой инструмент и принялся аккуратно поддевать кости и наросты. Фиолетовые сердцевины кристаллов сменились на тёплые жёлтые. В руке мертвеца был кокон. Внутри смутно виднелось тело, застывшее словно в январе. От него веяло теплом, родным, приятным и зовущим.