Lily's Boy

Несмотря на суматошное начало, остальное время, которое Гарри провёл в Норе, шло своим чередом. Мистер Уизли и Перси после Кубка мира почти не вылезали из Министерства, с головой увязнув в работе, громовещателях и ядовитых статьях Риты Скитер. Гарри было их жаль, и даже Перси не заслуживал такого. Появление двух старших братьев Уизли заметно встряхнуло привычный уклад. Дома они бывали нечасто, предпочитая навещать друзей по Британии, с которыми давно не виделись, но когда оставались, охотно участвовали во всех подростковых затеях. Гарри нарочно старался держаться поближе, вспоминая слова Ханны, сказанные ещё в прошлом году, что скорее всего, именно им предстоит занять места Уизли и Прюэттов. Подходящего момента заговорить об этом он так и не нашёл, но в одном он был уверен: этим двоим, похоже, можно доверять. Единственное, к чему Гарри никак не мог привыкнуть, была необходимость обходиться без палочки. В Серен Ду он так свыкся с тем, что мог свободно колдовать, что теперь не раз ловил себя на том, что держит палочку в руках, даже не помня, как взял её. Рон и Гермиона при этом обменивались странными взглядами, но, похоже, просто решили, что это нервы после Кубка. Сколько бы времени Рон и Гермиона ни провели вместе до приезда Гарри в Нору, его они явно использовали, чтобы наконец проговорить и закрыть последние разногласия, тянувшиеся ещё с прошлого года. Тогда Рон обвинил кота Гермионы в поедании Коросты и почти половину учебного года вёл себя с ней отвратительно. Впрочем, открытие того, что крыса на самом деле оказалась Пожирателем смерти в облике анимага, во многом помогло сгладить этот конфликт. Между ними троими почти всё вернулось на круги своя. Почти — потому что Гарри по-прежнему хранил секреты, а Рон и Гермиона, похоже, так и не заметили, что он изменился за последний год, пока они были заняты ссорами. Рону не нравилось, когда Гарри обрывал его пренебрежительные замечания о слизеринцах, а Гермиона едва не взорвалась, когда он отказался от её помощи с летними заданиями. — Я всё закончил ещё у Дурслей, — заверил он. — Спасибо, но вы как-нибудь без меня. Её предложение появилось лишь после того, как Рон осознал, что ему предстоит написать целую стопку сочинений, а Гермиона тут же начала его донимать, требуя закончить всё до отъезда в Хогвартс. — Тогда я могу их проверить, — беспечно отозвалась она. Гарри резко напрягся. Слова задели сильнее, чем он ожидал. — Мне не нужно, чтобы ты их проверяла, Гермиона, но всё равно спасибо, — ответил он, стараясь говорить вежливо. Даже если она не знала, что эссе уже смотрел Ремус, с чего она вообще решила, что им нужны правки? — Не глупи, Гарри, мне правда не сложно. Это же тебе на пользу, — возразила Гермиона. — Меня всё устраивает, — ответил он сквозь стиснутые зубы. — Пойду найду близнецов. Он выскользнул за дверь, прежде чем она успела продолжить спор, и закатил глаза, услышав, как Рон жалуется, что ему приходится учиться, а Гарри нет. В прошлом году Гермиона была слишком занята перегруженным расписанием и апелляцией по делу Клювокрыла, чтобы особенно переживать из-за оценок Гарри. Если она собиралась продолжать в том же духе и дальше, полностью игнорируя его мнение, проблемы были неизбежны.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

За пару дней до отъезда в школу они все выбрались в сад, наслаждаясь последними тёплыми лучами летнего солнца. Гермиона и Джинни растянулись на одеяле у пруда, тихо о чём-то беседуя и то и дело хихикая. Этим летом они держались не разлей вода, и Гарри порой удивлялся, о чём вообще можно болтать так бесконечно. Судя по взглядам, которые они время от времени бросали в его сторону перед очередным приступом смеха, лучше ему было этого и не знать. А сам он вместе с остальными парнями, как обычно, носился в воздухе на метлах. Билл притащил из дома старый квоффл, и теперь они перекидывали его друг другу, придумывая всё более нелепые наказания за промахи. Гарри пришлось лететь, сидя на метле боком, что заметно усложняло задачу, но в целом у него получалось. Чарли, например, играл одной рукой, потому что вторую заклинанием привязали к спине, и это ему явно не помогало. — Это вообще нелепо, — проворчал Чарли, когда квоффл выскользнул у него из рук и полетел вниз. — Я не охотник, если уж на то пошло. Он нырнул следом, подхватил мяч и снова поднялся на уровень остальных. — Нас, ловцов, решили как следует погонять, да? — усмехнулся он, глянув на Гарри. — Вот был бы снитч, тогда разговор пошёл бы совсем иначе. Гарри невольно вспомнил о деревянной коробочке, лежавшей в сундуке. — У меня есть тренировочный снитч. — И ты только сейчас об этом говоришь? Ну ты даёшь, Поттер, — он покачал головой с притворным возмущением, затем прищурился, и в глазах вспыхнул азарт. — Ну что, проверим, кто из нас лучший ловец? Гарри, всё лето гонявшийся за снитчем в одиночку, если не считать того одного по-настоящему отличного дня, когда приезжал Драко, усмехнулся. — По рукам. Он приземлился и рванул в спальню Рона, протискиваясь между лишними кроватями и разбросанными вещами, пока не добрался до сундука. Коробка с тренировочным снитчем нашлась довольно быстро. Когда Гарри вернулся в сад, все парни уже стояли на земле, а Джинни с Гермионой даже оставили одеяло у пруда и подошли ближе.  — Итак, ловцы, — торжественно объявил Билл, принимая происходящее с такой серьёзностью, что почти удавалось поверить, хотя уголки губ всё же подрагивали. — Правила простые. Снитч получает фору в десять секунд, пока вы держите глаза закрытыми. Если он вылетит за пределы участка, придётся призвать его обратно. Не хотелось бы, чтобы маглы увидели лишнего. И мне нужен честный и чистый матч, ясно? Он так явно копировал мадам Трюк, что все рассмеялись. Гарри и Чарли пожали друг другу руки и оседлали мётлы, оставив ноги на земле. Билл щёлкнул крышкой, и, когда маленькая золотая сфера рванула в воздух, остальные Уизли затеяли громкий отсчёт, в который включилась даже Гермиона. — Три… два… один… Начали! Оба ловца сорвались с места. Гарри быстро ушёл вперёд, а Чарли заложил широкий круг над двором, выискивая среди зелени золотой блеск. Метла у него была одной из последних моделей «Чистомётов», быстрой и отзывчивой, но за «Молнией» не поспевала. Гарри не удержался и добавил несколько трюков и переворотов, отработанных за лето, сорвав у зрителей одобрительные возгласы и свист. Чарли рассмеялся, преследуя его через особенно резкий Воллонгонгский шимми. — Этого мало, Поттер! Улыбнувшись брошенному вызову, Гарри рванул вверх, и Чарли тут же последовал за ним. И вдруг внизу мелькнул снитч, и ухмылка Гарри стала шире. Самое время немного покрасоваться. Он наклонил метлу и ушёл в стремительное пике, а Чарли полетел следом, выкрикнув проклятие. Скорость росла, земля приближалась всё быстрее и быстрее, пока весь мир не сузился до метлы и снитча, зависшего над самой травой. Где-то на краю сознания Гарри отметил, что Чарли вышел из пике, не желая рисковать шеей, но сам он тянул до последнего, резко сворачивая в сторону в самый последний миг. Носки едва скользнули над травой, когда он, протянув руку, сорвал снитч на лету. Сбавив скорость, Гарри поднял золотой шар прямо перед ошеломлённым Чарли и подмигнул. — Нашёл. Рыжий уставился на него, потом медленно подлетел ближе. — Ну да… нашёл. Чёрт возьми. Похоже, Оливер в письмах тебя даже недооценивал. Это был полёт высшего класса. Он взъерошил Гарри волосы, и под громкие аплодисменты они опустились на землю. Фред и Рон обменялись деньгами, и недовольство последнего было слишком заметным, чтобы его не уловить. — Ты что, поставил против меня? — с наигранной обидой спросил Гарри, наблюдая, как у Рона краснеют уши. — Ну… без обид, но Чарли и правда хорош, и… — Рон сбился, забормотал что-то невнятное, но Гарри только рассмеялся. — Мог просто сказать, что поддержал брата. Он всё ещё тяжело дышал после напряжённого полёта, приятное возбуждение не отпускало. Гарри обернулся к укротителю драконов. — Хочешь ещё раз? Поменяемся мётлами? Глаза Чарли загорелись. — Ты дашь мне полетать на своей «Молнии»? — выдохнул он. Гарри кивнул. — Тогда договорились. До трёх побед из пяти? — А что мне будет, если выиграю? — спросил Гарри с лукавой усмешкой, и Чарли расхохотался. — Самоуверенный мелкий нахал. Ладно. Если выиграешь, буду у тебя в долгу. В любое время. Без вопросов. Даже если вздумаешь попросить сглазить кого-нибудь из моих братьев. — Он хмыкнул и добавил будто между прочим: — И заберёшь с собой в школу остатки той бутылки огневиски. — А если выиграю я, — продолжил Чарли, прищурившись, — ты будешь должен мне. Тоже без разговоров. И до отъезда в Хогвартс я летаю на твоей «Молнии» сколько захочу. Гарри согласился сразу. Он и так бы дал ему погонять метлу. Мысль о том, какое одолжение может потребовать Чарли, мелькнула и тут же исчезла. Проигрывать он не собирался. — Ладно, первый раунд за Гарри, — объявил Билл, всё ещё изображая судью. — После каждого раунда «Молния» меняет владельца. Если окажется, что преимущество даёт именно метла, Гарри пересядет на мою. Он посмотрел на обоих. — Готовы? Они обменялись мётлами, и матч начался заново. Чарли откровенно наслаждался «Молнией», носился по воздуху и что-то радостно выкрикивал. Гарри держался с ним на «Чистомёте», привыкая к скорости и радиусу разворотов. Уже через несколько минут он заметил снитч и рванул за ним. Чарли мгновенно сел ему на хвост, быстро вырвался вперёд, но Гарри в последний момент провернул коварный манёвр и снова оказался первым. Пальцы сомкнулись вокруг снитча. Оба сбросили скорость и зависли в воздухе. — Чёрт, — пробормотал Чарли, глядя на него. Гарри только фыркнул. Но на этом всё не закончилось. В третьем раунде Чарли взял своё. Снитч выскочил прямо перед ним, пока они с Гарри находились на разных концах сада. Четвёртый вышел почти равным, но в последний момент Гарри всё же сумел вырваться вперёд. — Итак, три — один в пользу мистера Гарри Поттера! — объявил Билл под громкие аплодисменты. Чарли выругался, но, приземляясь, улыбался. — Чёрт возьми, Гарри. Это правда впечатляет. Они пожали друг другу руки. — Но ты мне здорово усложнил задачу, — возразил Гарри. — Особенно если учесть, что ты не играл в настоящий матч с тех пор, как выпустился. Чарли усмехнулся. — Льстец. Но спасибо. Значит, остаётся только ждать, когда ты потребуешь своё одолжение? Гарри и сам не представлял, зачем ему может понадобиться помощь Чарли, но иметь лишний козырь никогда не помешает. Он аккуратно убрал снитч обратно в коробку и забрал у Чарли свою «Молнию». Вскоре их позвали к ужину. Гарри оставил метлу в прихожей рядом с остальными и пошёл на запах еды из кухни. — Надеюсь, они скоро вернутся… — обеспокоенно пробормотала миссис Уизли, переводя взгляд с двух пустых мест за столом на семейные часы в углу, стрелки которых всё ещё стояли на «на работе». — Артур не работал столько со времён войны. Дети тревожно переглянулись. — Они скоро будут, мам, — мягко сказал Билл. — Наверное, просто заболтались. Ты же знаешь папу. К счастью, в этот самый момент стрелки часов сместились с «на работе» на «в пути», и два тихих хлопка возвестили о появлении последних членов семьи. Мистер Уизли выглядел вымотанным. Он поцеловал жену в щёку и устало опустился в кресло. — Мерлин, ну и неделька, — вздохнул он, качая головой. — Буду рад, когда всё это наконец уляжется. Уже давно бы улеглось, если бы Скитер не подливала масла в огонь своими отвратительными статьями. — Зато люди наконец начали серьёзно относиться к поискам Берты Джоркинс, — заметил Перси. — Мистер Крауч уже несколько недель говорит, что этим давно пора заняться. За его спиной близнецы закатили глаза, захлопали ресницами и, беззвучно передразнивая, с преувеличенной важностью повторили: «Мистер Крауч». Гарри фыркнул в тарелку с рагу. — Краучу очень повезло, что Рита ещё не пронюхала про Винки, — раздражённо отозвался мистер Уизли. — Он, наверное, изо всех сил надеется, что так и останется. Эти слова тут же вызвали у Гермионы новую тираду о правах домовых эльфов, и Гарри поморщился. Он ценил её намерения, но ей явно стоило сначала разобраться в вопросе, прежде чем высказываться всем подряд. — Ну всё, идите наверх, заканчивайте сборы, — вмешалась миссис Уизли, пока Гермиона не вошла во вкус. — Новые школьные вещи я разложила по комнатам. Гермиона, милая, я купила ту книгу, о которой ты просила. И постирала вашу одежду. — Спасибо, миссис Уизли, — машинально откликнулась Гермиона, на время отвлекаясь от своей речи. Пока что. Все, кто был достаточно взрослым для Хогвартса, нехотя потянулись наверх. За окнами гулко забарабанил дождь. — Хорошо, что успели полетать, — пробормотал Гарри, поднимаясь в комнату Рона. Вещи близнецов по-прежнему были в их комнате, которую на время заняли Билл и Чарли. Разве что сумка с товарами из «Фирменных вредилок Уизли» была спрятана в сундуке Гарри на случай последней проверки от миссис Уизли. С момента приезда Гарри так толком и не распаковывался, поэтому собрать вещи обратно оказалось нетрудно. Он лишь на минуту спустился вниз за метлой, стараясь не вслушиваться в разговор взрослых на кухне. Сириус ясно дал понять, что в это лучше не вмешиваться и дать им самим разобраться, и Гарри решил хотя бы попытаться последовать этому совету. С этой мыслью он поднялся обратно наверх и, открыв дверь комнаты Рона, сразу понял, что что-то не так. Рон стоял посреди комнаты, сжимая в руках нечто, подозрительно похожее на длинное бархатное платье тёмно-бордового цвета с пожелтевшими от времени кружевами на манжетах и воротнике, и смотрел на находку с откровенным отвращением. — Что за хрень? Неприятное предчувствие охватило Гарри ещё до того, как он успел сформулировать ответ. В этом году в списке школьных принадлежностей значились парадные мантии, а Снейп предупреждал, что Турнир Трёх Волшебников редко обходится без официальных мероприятий. С помощью Ремуса Гарри выбрал тёмно-зелёную мантию с золотой отделкой и был уверен, что она ему очень идёт. Неужели миссис Уизли и правда рассчитывала, что Рон будет носить это? Как по заказу, в дверь постучали, и в комнату вошла сама миссис Уизли, держа на руках стопку свежевыстиранных школьных мантий. — Вот твои вещи, Рон, дорогой. Гарри, ты точно не хочешь, чтобы я постирала и твои? Сегодня ещё можно успеть. — Всё в порядке, спасибо, миссис Уизли, — заверил её Гарри. Кери позаботилась обо всей его одежде перед отъездом, включая мантию и новый плащ. — Мам, ты мне дала платье Джинни, — заявил Рон, вытянув перед собой злополучный наряд. Миссис Уизли подтвердила, что это и есть его парадная мантия, и Гарри разрывался между желанием рассмеяться и искренним сочувствием, глядя на выражение ужаса на лице друга. — Мне пришлось взять подержанную, выбора почти не было, — огрызнулась она, покраснев. — Я это не надену! — вспыхнул Рон. — Да я лучше голым пойду! — Прекрасно. Гарри, не забудь сделать фото, мне давно не хватало хорошего повода посмеяться, — сказала миссис Уизли и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Рон швырнул мантию в открытый сундук и издал возмущённый звук. Гарри оставил его дуться, выскользнул из комнаты и спустился вниз посмотреть, чем заняты близнецы. — Что там наверху происходит? — спросил Фред, когда Гарри захлопнул за собой дверь. — Рон только что нашёл свою новую парадную мантию. Она… ну, скажем так, не самая красивая. Он скользнул взглядом к шкафу, где висели две парадные мантии, явно принадлежавшие близнецам. Они тоже были подержанными, но выглядели куда лучше Роновой. Обе глубокого тёмно-фиолетового оттенка: одна с серебряной вышивкой по краям рукавов и подолу, другая с бронзовой окантовкой. Ни единого кусочка кружева. — Бедняжка Ронникенс, — с притворной жалостью вздохнул Джордж, покачав головой. — Прямо трагедия. Надо было проглотить гордость и согласиться взять старую мантию Билла, как мама предлагала ещё до твоего приезда. Но нет — он заявил, что она слишком девчачья. — Там всего-то было немного розового, — уточнил Фред, закатив глаза. — В остальном она выглядела очень даже ничего. Я бы и сам её надел, если бы Билл не был таким чертовски высоким. Гарри фыркнул. Похоже, миссис Уизли купила эту мантию с рюшами вполне сознательно.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

С утра лил проливной дождь. Пока они ждали в прихожей такси, Гарри бросил взгляд на внушительную гору огромных хогвартских сундуков у двери. — Миссис Уизли, — осторожно начал он, — может, стоит уменьшить сундуки? В магловских такси может не хватить места. И без того поездка обещала быть непростой: Сыч и Живоглот вряд ли собирались вести себя спокойно. Хедвиг в это время отсутствовала, доставляя письмо Горраку под видом обычной переписки с Сириусом. Миссис Уизли, уже взвинченная исчезновением мужа и его делами с Грюмом, подняла на Гарри тревожный взгляд. — Гарри, наверное, прав, — сказал Билл, доставая палочку. Вскоре они с Чарли уменьшили сундуки, и те без труда уместились в огромной сумке миссис Уизли. Как и подозревал Гарри, трое таксистов выглядели совершенно озадаченными, увидев сову в клетке. Сыч только усугублял ситуацию, устраивая шум, пока его не втиснули на заднее сиденье к Рону на колени. Живоглот тоже был не в восторге, и к моменту, когда они добрались до Кингс-Кросса, Гарри, Рон и Гермиона были все в царапинах. — Мне правда очень жаль, — в который раз пробормотала Гермиона, проходя через барьер на платформу 9¾ и крепко прижимая Живоглота. Они отошли в сторону, и Чарли занялся возвращением сундуков к прежнему размеру. Когда вещи были уложены в купе, они вернулись на платформу попрощаться с миссис Уизли, Биллом и Чарли. — Пишите чаще, — с улыбкой сказал Билл, обнимая Рона, а затем близнецов. — Год у вас будет адский, хочу знать обо всём. Ты тоже, Гарри, — добавил он, крепко обняв его. — Возможно, увидимся раньше, чем вы думаете, — сказал Чарли, отпуская Джинни и целуя её в лоб. — Почему? — тут же спросил Фред. Чарли заговорщически коснулся пальцем носа и подмигнул. — Секрет, — настаивал он. — И Перси не говорите, что я это сказал. «Засекреченная информация до тех пор, пока министерство не сочтёт нужным обнародовать её», — монотонно протянул он, закатив глаза. Взгляд Гарри задумчиво сузился. Значит, Чарли каким-то образом связан с Турниром? Билл и Чарли с явным удовольствием дразнили братьев и сестру завуалированными намёками на секретный сюрприз, пока не раздался гудок и им не пришлось поспешить, чтобы успеть на поезд. По дороге к купе Гарри заметил Невилла, который шёл с сундуком, озираясь в поисках свободного места. — Эй, Невилл! — окликнул он, махнув рукой. — Хочешь сесть с нами? Невилл просиял и закивал, и вскоре все четверо устроились в купе, запихнув его сундук на багажную полку вместе со своими и захлопнув дверь. — Почему они просто не скажут, что у нас будет в этом году? — проворчал Рон. — Мы бы никому не проболтались. — Судя по всему, мы и так всё узнаем сегодня вечером, — примирительно сказал Гарри, словно и сам не знал никакого секрета. — Как прошли каникулы, Невилл? Он вёл себя так, словно они вовсе не переписывались всё лето, и Невилл в ответ снова широко улыбнулся. — Было здорово! — с воодушевлением сказал он. — Бабушка разрешила мне выделить целый участок в теплице под водные растения. Пока Невилл с азартом рассказывал о новых экземплярах, мысли Гарри невольно унеслись к запущенной теплице в Серен Ду. Он собирался заняться ею ещё летом, расчистить, привести в порядок и, возможно, вырастить кое-какие ингредиенты для зелий. В доме Дурслей ему даже нравилось возиться с растениями, но здесь всё оказалось куда более масштабным делом, чем кто-либо из них ожидал. Ремус и Сириус пообещали подготовить теплицу к следующему лету, и тогда, возможно, получится рассказать об этом Невиллу и попросить совета. А пока что он даже не знал правды о Сириусе. За время поездки к ним заглянуло немало знакомых лиц, и с каждым новым слушателем пересказ Роном событий Кубка мира становился всё более приукрашенным. Невиллу он ещё рассказал всё довольно правдоподобно, но к тому моменту, как в купе появились Шеймус и Дин, выяснилось, что они с Гарри чудом уцелели после встречи с целой стаей Пожирателей смерти, которые, по его словам, чуть ли не несколько раз пытались его проклясть. Гарри и Гермиона обменялись устало-скептическим взглядом. В какой-то момент разговор всё же удалось свернуть к самому матчу, а не к хаосу после него. Невилл слушал с откровенной завистью, пока Гарри и Рон взахлёб описывали происходящее на поле. — Бабушка не захотела ехать, — уныло сказал Невилл. — Ей квиддич неинтересен… Но звучит это просто потрясающе. Рон вскочил и полез в сундук, вытащив маленькую фигурку Виктора Крама. — Смотри! Мы видели его совсем близко! Мы сидели в Верхней ложе— — В первый и последний раз в твоей жизни, Уизли. Знакомая насмешливая интонация заставила Гарри резко поднять голову, и он порадовался потемневшей после лета коже, когда почувствовал, как щёки едва заметно нагрелись. Перед ним стоял Драко. Его волосы за лето чуть отросли и теперь спадали на серебристо-серые глаза. Он выглядел… хорошо. И, разумеется, за его спиной маячили Крэбб и Гойл. — Не припоминаю, чтобы мы звали тебя присоединиться к нам, Малфой, — холодно сказал Гарри, надеясь пресечь любой по-настоящему взрывоопасный спор прежде, чем Рон успеет вставить хоть слово. Конечно, у каждого из них была своя роль, но затевать драку ещё до начала учебного года не хотелось. Как всегда, ничего не вышло. Пусть между ним и Драко теперь было перемирие, к Рону это не относилось, и Малфой не упускал случая его задеть. — Уизли, что это у тебя такое? Из сундука Рона торчал рукав парадной мантии, явно вылезший, когда тот доставал фигурку Крама. Ткань покачивалась в такт движению поезда, и кружевной манжет был очень заметен. Рон дёрнулся, пытаясь затолкать мантию обратно, но Драко оказался быстрее, и уже через секунду он держал её перед собой. — Мерлин великий! — воскликнул он. — Уизли, ты же не собирался это надеть? Драко окинул мантию оценивающим взглядом и усмехнулся. — Уверен, это был последний писк моды где-нибудь… э-э… в районе 1890 года, — протянул он со смешком, и Крэбб с Гойлом тут же расхохотались вместе с ним. Рон вспыхнул до корней волос. Гарри попытался заставить себя возмутиться за друга — и не смог. Мантия была просто ужасная. Проще было бы взять старую мантию Билла, и плевать, что она розовая. — Отвали, Малфой, — нахмурился Рон, выхватывая мантию и швыряя её в угол купе. Даже Невилл смотрел на неё с явным отвращением. — Может, тебе стоит подумать об участии? — лениво протянул Драко. — Там, знаешь ли, призовые деньги. Купил бы себе тогда приличную мантию. Рон нахмурился, явно не понимая, к чему он клонит. Драко коротко рассмеялся. — Ты хочешь сказать, ты не знаешь? Он скользнул взглядом к Гарри. Тот едва заметно покачал головой, и ухмылка Малфоя стала шире. — О, как мило. Мне отец рассказал об этом ещё давным-давно. Видимо, твоего просто не сочли нужным ставить в известность. — Или отец Рона просто знает, когда некоторые вещи лучше держать в секрете, — холодно сказала Гермиона. Драко рассмеялся. — Как будто родители всех остальных не рассказали им сразу же. Видимо, при нём такие разговоры просто не ведут. Похоже, Драко решил, что на сегодня достаточно, и его взгляд снова вернулся к Гарри. В поезде было слишком людно для разговоров — оба это понимали. Гарри лишь на секунду позволил себе едва заметную улыбку, но тут же стёр её, заметив взгляд Рона. Когда Малфой ушёл, Рон захлопнул дверь купе с такой силой, что стекло треснуло. — Ох, Рон… — пробормотала Гермиона, раздражённо вытаскивая палочку и тут же всё исправляя. — Не стоит позволять ему так тебя задевать. Рон, всё ещё дуясь из-за парадной мантии, мрачно нахмурился и с размаху сплющил в ладонях последний пирожок-котёл.Гарри тревожно переглянулся с Невиллом. Делить с Роном комнату в таком настроении будет… интересно. Оставалось надеяться, что объявление Турнира его хоть немного отвлечёт. Когда поезд прибыл на станцию Хогсмид, они поспешили к экипажам, не желая торчать под проливным дождём дольше, чем необходимо. — Интересно, бывало ли так, что из-за погоды первокурсников не переправляли через озеро на лодках? — вслух задумался Гарри, глядя, как Хагрид ведёт к воде группу промокших и притихших одиннадцатилеток. — Не думаю, — ответила Гермиона. — Я, по крайней мере, никогда о таком не читала. Они всегда находят выход. Гарри наспех наложил на себя высушивающие чары, прекрасно понимая, что по дороге к замку всё равно промокнет снова, но это определённо было лучше, чем сидеть в экипаже в насквозь мокрой мантии. К счастью, вскоре он уже оказался за гриффиндорским столом в Большом зале, высушенный заклинаниями в третий раз и с нетерпением ожидая начала пира. Когда в зал ввели промокших до нитки первокурсников, оставлявших за собой мокрые следы, вдруг стало ясно, что со времени собственного распределения это первая церемония, на которой он действительно присутствует. Песня Распределяющей шляпы оказалась совсем иной, по очереди расхваливая достоинства каждого факультета, и сами собой вспомнились слова Сириуса, сказанные накануне отъезда из Серен Ду. Он был уверен, что войну можно выиграть лишь тогда, когда факультеты держатся вместе. Возможно, Шляпа намекала на то же самое. Первокурсников оказалось на удивление много. Желудок всё настойчивее напоминал о себе, а золотые блюда перед глазами оставались пустыми. Он пытался следить за распределением и вслушивался в имена, надеясь услышать что-нибудь знакомое по книгам о Визенгамоте. Но, кроме близнецов Кэрроу, которых обоих отправили в Слизерин, никто внимание так и не привлёк. Наконец подали еду, и Гарри с жадностью наполнил тарелку, почти не прислушиваясь к разговорам вокруг. Он поморщился, когда Почти Безголовый Ник обмолвился о домовых эльфах. Этого хватило, чтобы Гермиона тут же завелась. Похоже, в этом году это ещё аукнется. Когда пир подошёл к концу, Дамблдор встал, чтобы произнести речь в начале учебного года. До последнего никто не ожидал, что Турнир Трёх Волшебников означает отмену квиддича, и возмущение разделили многие ученики со всех факультетов. Гарри встретился взглядом с Седриком Диггори, который тоже выглядел расстроенным этой новостью. Вот и весь реванш. Неожиданное появление Грозного Глаза Грюма стало для всех полной неожиданностью. Гарри ощутил смутное беспокойство, когда магический глаз остановился на нём. Неестественно ярко-голубой, он словно видел насквозь. Гарри мысленно отметил, что стоит расспросить Сириуса, на что вообще способен этот глаз. О самом Грюме было известно лишь то, что утром рассказал мистер Уизли, и уже одно только его давнее знакомство с Дамблдором настораживало. Пока не станет ясно, что он за человек, разумнее было держаться настороже. Когда объявили о Турнире Трёх Волшебников, Гарри изобразил такое же удивление, как и все остальные. Близнецы, разумеется, были среди тех, кого новость особенно задела из-за возрастного ограничения. — Нам же почти семнадцать! — не унимался Фред, поднимаясь к Гриффиндорской башне. — Да должен быть способ это обойти, — подхватил Джордж. — Если наши имена окажутся в числе участников, нас уже не смогут отсеять. Гарри не верил, что всё будет так просто, и предпочёл промолчать, пока близнецы строили планы, как обойти беспристрастного судью. Когда же те предложили присоединиться Рону и ему, он фыркнул. — По-моему, за учебный год я и так влипаю в неприятности чаще, чем нужно. Зачем ещё и нарочно их искать?  — Да, дружище, пожалуй, ты прав. — Фред пожал плечами. — Ну что ж, значит, вся слава достанется нам! Пожелав всем спокойной ночи, они разошлись по спальням, и Гарри, поднимаясь наверх, усмехнулся, заметив у Дина новый постер с Виктором Крамом. Может, стоило всё-таки захватить с собой плакат «Холихедских Гарпий», а не оставлять его в комнате. Его всегда можно было выдать за подарок на день рождения или придумать какое-нибудь другое объяснение, хотя тогда пришлось бы разбираться с вопросом, почему именно «Гарпии». Впрочем, куда проще было бы купить постер «Паддлмир Юнайтед» и заодно поддержать Оливера. Переодевшись, он отодвинул мысли о квиддиче и постерах, задёрнул полог кровати и наложил привычные чары уединения. Стоило снова оказаться в Хогвартсе, как внимание само собой вернулось к планам на год. Нужно было сблизить всех наследников без исключения, даже слизеринцев. Если удастся заставить их работать вместе до того, как до них доберётся Дамблдор или Волдеморт, у магического мира после войны хотя бы появится шанс. Планировать саму битву, конечно, хорошо, но кому-то нужно было заранее понимать, что будет потом. Иначе всё снова закончится ровно так же, как после двух предыдущих войн, когда все прячут головы в песок и позволят Альбусу Дамблдору взять на себя всё остальное. Кроме того, ему следовало держаться тише, не попадаться Дамблдору на глаза и разобраться, кому в замке вообще можно доверять. Пока что этот список был удручающе коротким.