Осколки разума

***

      Тони стоял, глядя на закрывшуюся за Тором дверь, и медленно выдохнул. В воздухе всё ещё витал запах озона, а на языке остался горький привкус виски. Он поднял стакан, посмотрел сквозь янтарную жидкость и внезапно понял, что у него дрожат пальцы. — Чёрт…       Старк резко опустил руку и поставил бокал на стол. Злость внутри него бурлила, но теперь не была направлена только на Локи. Или Тора. Или даже самого себя.

'Под контролем'

      Эти слова вертелись в его голове, разрывая прежнюю уверенность на куски. Он сообщил Фьюри о визите Громовержца, как только тот вышел с Брюсом. Не то чтобы Старк чувствовал необходимость докладывать Щ.И.Т. обо всех своих делах, но всё, что касалось нападения на Нью-Йорк, было исключением.       Если бы Тор пришёл и просто потребовал скипетр, Тони не задумываясь послал бы его к чёрту. Но он не требовал, а объяснял. И это заставляло задуматься. Тони потёр лицо, запуская пальцы в волосы. "Локи мог быть под контролем". Сама идея звучала как бред.       Как удобно, да? Устроил вторжение, чуть не убил всех, кто попадался под руку, а теперь: "Ой, я ничего не помню, это был не я".       Но Тони не мог отрицать факты. Он знал, каким был Локи. Он видел записи с камеры на Геликарриере. Как он говорил, как двигался, как смотрел. Старк был неплох в людях. Особенно в тех, кто любит убивать.       Локи тогда выглядел неправильно. Не как человек, который жаждет власти, не как завоёвывающий мир тиран. Скорее как… орудие. Как оружие, которое не может понять, почему оно должно стрелять, но всё равно делает это. Призрачная улыбка, пустой взгляд, слова, сказанные слишком механично, слишком ровно.

'У меня есть армия'

      Не "я поведу армию". Не "моя армия". А "У меня есть армия". Как будто ему её просто дали.       Тони выдохнул и открыл интерфейс голографических экранов. — Джарвис, вытащи все записи с Геликарриера. И найди мне архивы с допроса Локи. — Уточните, какие именно записи вам нужны? — Все. Абсолютно все. — Немного необычный запрос, сэр.       Тони усмехнулся. — Знаю. Но давай не будем делать вид, что я не параноик. — Разумеется.       Голографические экраны мигнули, и кадры начали загружаться. Тони снова провёл рукой по лицу и взял со стола бутылку, не глядя. Но прежде чем налить себе ещё, он замер. Всё это время, пока Тор говорил, он чувствовал пульсирующую в висках ярость. Но сейчас… Сейчас в его груди поселилось неуютное, гнетущее ощущение страха.

      "Если Локи был под контролем… значит, кто-то стоял за этим. И если кто-то стоял за этим… значит, они могут снова напасть на Землю"

      Тони медленно опустил бутылку обратно на стол. — Чёрт.       Злость и ненависть отступили. Их место заняла куда более знакомая эмоция. Паника. И она толкала его в одном направлении — узнать правду. Тони Старк не мог позволить себе быть слепым. Он взял бокал, медленно покрутил его в руке и, даже не пригубив, поставил обратно. А затем развернулся к экрану, где загрузились первые записи. — Окей, Джарвис, давай разбираться, — пробормотал он, не отрывая взгляда от голографических экранов. — Время искать хлебные крошки.       Едва миллиардер успел отдать команду, как дверь в комнату скользнула в сторону, и в помещение вошёл Брюс, который сразу же обратил внимание на экраны. — Я знал, что ты не оставишь всё просто так, — спокойно заметил он.       Тони даже не повернул головы. — Ага, звучит так, будто я когда-то поступал иначе.       Бэннер хмыкнул и скрестил руки на груди, наблюдая, как перед Старком вспыхивают новые записи. Он знал, что Тони не из тех, кто игнорирует потенциальную угрозу. И уж точно он не из тех, кто может просто смириться с пробелами в информации. Каким бы саркастичным и самоуверенным он ни был, его мозг работал быстрее, чем он сам успевал осознавать. — Ты тоже это понял, да? — Брюс чуть прищурился.       Тони резко оторвал взгляд от экранов и посмотрел на него. — Что именно? Что есть вероятность, что блонди прав? Или что мы снова просрали что-то важное, пока смотрели не туда?       Брюс ответил не сразу. И если Тор прав насчёт контроля, то вопрос был даже не в том, виновен Локи или нет. Вопрос в том, кто стоял за этим. — Я пойду с Тором, — наконец сообщил Брюс.       Старк нахмурился. — Что, в Асгард? Ого, Беннер, даже не знал, что ты фанат нордической мифологии! — Это не мифология. Это наука, которую мы пока не понимаем.       Тони закатил глаза. — Вот это я называю оптимизмом. — Я пойду, чтобы убедиться во всём лично, — спокойно продолжил Брюс, игнорируя его язвительность. — Ты серьёзно собираешься сунуть голову в царство золотых пафосных полубогов? — Мне нужно видеть Локи. Старк усмехнулся. — Для науки? Брюс посмотрел на него долгим взглядом. — Для понимания.       На секунду воцарилась тишина. Старк мог продолжить спорить. Мог сказать, что ему не нравится эта идея, что Бэннер, возможно, суёт нос не туда. Но смысл? Если Брюс принял решение, его уже не отговорить. И, честно говоря… Чем больше Тони анализировал происходящее, тем сильнее понимал, что чёрт побери, они должны докопаться до сути. — Ладно, дружище. Только не забудь прихватить с собой побольше оборудования. Мне же не надо напоминать, что чем больше игрушек, тем лучше?       Брюс ухмыльнулся. — Постараюсь не забыть. — И ещё, — добавил Тони, поднимая палец. — Там нет связи, если что-то пойдёт не так, не жди помощи от Джарвиса. Так что бери всё, что может пригодиться, и постарайся не сдохнуть без Wi-Fi.       Бэннер покачал головой, усмехнувшись. — Буду держаться.       Он развернулся и направился к выходу. Тони посмотрел ему вслед, затем снова перевёл взгляд на экран. Джарвис уже собрал записи, и теперь перед ним висели кадры с Локи. Тони сжал челюсти. — Давай разбираться, Джарвис, — и погрузился в анализ.

***

      Воздух здесь был неподвижным. В замкнутом пространстве подземного комплекса пахло металлом, маслом и стерильностью. Напряжение висело в воздухе, пронизывало всё, заполняло каждую тень. Тор чувствовал это сразу, как только ступил на платформу.

Щ.И.Т. ждал его.

      Двери с глухим шипением скользнули в стороны, открывая просторное помещение. Глаза агентов, следящих за ним из полумрака, были насторожены. Здесь ему не доверяли. Здесь его не ждали с распростёртыми объятиями.       В центре зала стоял Фьюри. Свет выхватывал его силуэт, отбрасывая резкие, угловатые тени. — Должен сказать, ты не застал меня врасплох, — его голос прозвучал ровно, но в нём скользнул намёк на насмешку. Он скрестил руки на груди, едва заметно качнув головой. — Старк уже успел предупредить.       Тор не ответил сразу. Только крепче сжал рукоять Мьёльнира, будто пытаясь удержать собственное терпение. — Тогда ты знаешь, зачем я здесь.       Фьюри не кивнул, не сделал ни единого жеста, но его глаз сузился, он ожидал этого момента. — И что же? Пришёл просить ещё один подарок? — в голосе звучал холод. — Ты хочешь, чтобы я отдал вам оружие, способное контролировать разум? Да ещё и после того, как твой брат уже использовал его на наших людях?       Громовержец стиснул зубы. — Это не оружие, — его голос звучал глухо, но в нём вибрировало сдержанное напряжение. — Это ключ к разгадке.       Директор ЩИТ слегка качнулся вперёд, его взгляд стал острее, цепляясь за выражение лица громовержца. — К разгадке чего? — его голос стал мягче, опаснее. — Способа оправдать брата?       Тор почувствовал, как гнев вспыхнул в груди. — Целители обнаружили следы чужой магии в его разуме. Мы не знаем, кто оставил её, но её присутствие… оно не исчезает. — И что? — Фьюри задал этот вопрос настолько равнодушно, что, казалось, его не интересовал ответ.       Бог Грома напрягся. — Мы должны понять её природу, прежде чем… — он боялся произнести это вслух.       Фьюри не шелохнулся. — Прежде чем что? — надавил он, вопросительно подняв бровь.       Одинсон глубоко вдохнул. — Прежде чем мы его потеряем.       Тишина разрослась между ними. На мгновение в воздухе не было ничего, кроме едва слышного гула работающих механизмов.       Но затем Фьюри медленно выдохнул, качая головой. — Всё справедливо, — вы получили Тессеракт, а нам достался скипетр. Я не вижу больше смысла в продолжении этого разговора, можешь уходить.       Тор сжал кулаки, пальцы заныли от напряжения. — Ты оставляешь его, потому что боишься.       Фьюри не отвёл глаз, но угол его губ дёрнулся в почти незаметной усмешке. — Чёрт возьми, да! — он шагнул вперёд, его тень легла на каменный пол, разрастаясь вокруг. — Мы не знаем, кто стоял за этим. Мы не знаем, что ещё угрожает нам. И пока я не узнаю, этот скипетр останется здесь.       Молнии вспыхнули в глазах Тора. — Я понимаю твои тревоги, — он изо всех сил пытался держать под контролем свой гнев, понимая, что это не приведёт ни к чему хорошему. — Но ваши знания не помогут вам ни в использовании скипетра, ни в поиске того, кто оставил этот след в разуме Локи. Даже в Асгарде это будет нелегко. Всеотец сам займётся этим.       Фьюри сузил глаз. — Возможно, ты прав, — в его голосе не было ни капли смирения, только колючая, хищная осторожность. — Но я предпочту убедиться в этом сам, чем доверить оружие богам, которые раз за разом приводят войны в наш мир.       Тор сделал шаг вперёд. — Боги не приводят войны. Мы приходим, когда война уже неизбежна. — Мне напомнить, кто именно возглавлял армию пришельцев? — спросил директор ЩИТ.       Тор понимал, что люди ненавидят Локи и видят в нём врага, чудовище. Он сам когда-то смотрел на брата так же. Но теперь он знал правду. Люди тоже её увидят, рано или поздно. — Ты совершаешь ошибку, оставляя скипетр в Мидгарде.       Фьюри не моргнул. — Пусть так. Но это моя ошибка. И я готов её совершить, — он отступил на шаг. — Ты всё сказал, Одинсон? Потому что я — да.       Тор не ответил. Он мог... Он мог одним ударом Мьёльнира разнести этот зал в руины и вырвать скипетр силой. Но понимал, без жертв не обойтись. Щ.И.Т. никогда не отдаст его добровольно.

Это ещё не конец

      Громовержец развернулся и ушёл, оставив за собой гулкое эхо шагов. Но он чувствовал, как песочные часы переворачиваются и время ускользает.