Представь, что ты любим мной

Несколько месяцев спустя

День выдался жаркий, и холодный соджу был идеальным спасением. Ки Хун сидел на складном стуле во дворе дома семьи Чхо, в тени. Несколько месяцев счастливых отношений немного изменили его, но исключительно в лучшую сторону. Он подстригся пару недель назад, и теперь его волосы, всё ещё довольно длинные, лежали в относительно аккуратной причёске. На нём была жёлтая рубашка поло, вполне плотно облегающая его тело, белые брюки и ожерелье с жёлтым цветком — всё это Ин Хо покупал ему в подарок в тот или иной период времени. Как выяснилось, у его мужчины был пунктик на дарение подарков, потому он с огромным энтузиазмом тратил деньги на Ки Хуна, хотя тот каждый раз отчаянно смущался и пытался его остановить — что, возможно, и было причиной, по которой он не останавливался. В итоге Ки Хун попытался смириться с этим и отвечать на его любовь по-своему: например, нежными прикосновениями и совместным времяпрепровождением. Время от времени он продолжал задаваться вопросом, откуда у простого детектива столько денег, но, честно говоря, он понятия не имел, сколько обычно зарабатывают в этой профессии, поэтому, доверяя Ин Хо, старался сильно не вникать. В конце концов, он рисковал жизнью и посещал кровавые места преступлений — должна же такая деятельность хорошо оплачиваться, не так ли? Пока он со своим напитком сидел вместе с Сан Ву в тени за столом, его парень стоял у гриля, готовя вместе с женой Сан Ву, разговаривал о чём-то и выглядел как всегда весьма сосредоточенным и спокойным. Рукава его рубашки были закатаны, потому что, естественно, даже в такую жару он явился в рубашке и, чёрт возьми, жилете, как на какую-то деловую встречу — в машине Ки Хуну пришлось снять с него галстук, ведь это было бы просто смехотворно, и он не хотел, чтобы тот начал задыхаться от жары. Впрочем, вполне возможно, что Ин Хо надел галстук только чтобы Ки Хун его снял — он часто так делает: использует самые безобидные манипуляции, чтобы получить любую крупицу нежности, хотя мог просто попросить. Иногда Ки Хуну казалось, что его парень порой забывает, что они в отношениях — что, безусловно, забавно, учитывая их историю. Ну, нельзя его винить. Ки Хун, расслабленный и спокойный, просто наблюдает за ним, и наслаждается мыслью о том, что у него такой красивый, умный и разносторонне одарённый парень. Это его мужчина. Мысль просто дикая. На другом конце двора Чжун Хо ел мороженое, болтая с Дэ Хо и Али, а между тем его парень, бывший военный Ким, лишь стоял рядом, слушая их и ненавязчиво заслоняя от солнца своего измученного жарой парня. Сначала мужчина показался Ки Хуну немного «холодным», но вскоре он понял, что тот просто привык держаться ото всех на расстоянии. Тем не менее, невозможно было не заметить, как ловко тот справлялся с тревожностью Чжун Хо, которая отпечатком осталась на нём от прошлых отношений. Ким был простым, честным и, похоже, делал всё, что бы Чжун Хо ему ни сказал, как будто для него это было естественнее дыхания. Вдобавок, Ин Хо доверял ему: он смутно упоминал о том, как тот когда-то давно помог ему в одном расследовании; подробностей, конечно, не поведал — и, если верить Чжун Хо, Ким тоже предпочитал не говорить об их совместном прошлом. Ки Хуну оставалось только догадываться, что дело было в, опять-таки, острове. Но он пообещал не спрашивать, и поэтому — не спрашивал, лишь с радостью наблюдал, как Чжун Хо медленно, но верно становится весёлым и влюблённым. Эти отношения были ему к лицу.  В другой стороне двора Чжи Ён пускала пузыри, хихикая и что-то говоря Сэ Бёк, которая просто лежала на газоне в тёмных очках и с пластырем на носу, наклеенным её младшим братом. Обстановка была умиротворяющей и ленивой, и здесь Ки Хун чувствовал себя прекрасно, а день его становился ещё лучше от одной лишь мысли, что Ин Хо смотрит в его сторону. Он вздыхает, затягиваясь сигаретой. Всего пару месяцев назад он и представить себе не мог что-то подобное. А если бы пару лет назад ему сказали, что однажды он будет так бессовестно счастлив, он бы просто рассмеялся этому идиоту в лицо и попросил не нести чушь. Удивительно, как много всего может измениться после одной случайной встречи в баре. — Ты и впрямь хочешь переехать к нему в квартиру? — спокойно спрашивает Сан Ву, выпуская дым в сторону, и Ки Хун сначала с недоумением смотрит на него, но потом просто пожимает плечами: — Его квартира ближе к моей работе. Да и я всё равно уже почти всегда там остаюсь, так что… — он вздыхает. — Ну, к тому же… в моём доме слишком много воспоминаний — как хороших, так и плохих. И я же не отдаю дом в чужие руки — Али будет следить за порядком, я в нём не сомневаюсь. Сан Ву задумчиво кивает, глядя куда-то в сторону. Он снова затягивается сигаретой, прежде чем слабо усмехнуться. — А ты ещё говорил, что это не надолго. — Ты о чём? — не понимает Ки Хун, а когда мужчина неопределённо машет рукой с сигаретой в сторону Ин Хо, тоже усмехается, слегка смутившись. — У меня были свои причины так считать, понятно? Тогда всё было по-другому. — Ну конечно, — просто говорит Сан Ву, делая глоток из бутылки. — Я серьёзно! — заявляет Ки Хун, смотря на него почти обиженно, и Сан Ву бросает на него свой излюбленный ироничный взгляд, без слов называя его идиотом. Тот закатывает глаза, фыркая и откидываясь на спинку стула. — Грубиян. Мой страх был полностью оправдан, мы тогда даже не встречались толком, — говорит он, и только потом понимает, что ляпнул. От микроскопической паники внутри он чувствует себя котом, у которого вспыхнула шерсть на хвосте. Бля. — В смысле? — несколько озадаченно спрашивает Сан Ву, наблюдая за ним сквозь стёкла своих очков и затягиваясь сигаретой. — Да так, — пытается непринуждённо отмахнуться Ки Хун, но Сан Ву всё так же невозмутимо смотрит на него, явно ожидая продолжения, так что тот тяжело, долго вздыхает, сползая ниже по своему стулу. — Пообещай никому не говорить. — С большой вероятностью расскажу жене, но продолжай. — Тц, — недовольно морщится Ки Хун, отворачиваясь и поджимая губы, но, впрочем, сдаётся. — Ладно… в ту ночь, когда я… впервые привёл его сюда… мы на самом деле не… встречались, — выдавливает он и закусывает губу, избегая взгляда лучшего друга. — Что-что? — приподнимает брови Сан Ву. Как только он начинает рассказывать правду, остановиться уже не может, особенно поскольку он не говорил об этом ни одной живой душе, так что у него будто срывает тормоза. — Я его тогда увидел во второй раз в своей жизни. Я… даже не знаю, как так вышло, но мы накануне встретились в баре, и я жаловался на свою жизнь, а он почему-то решил, что я ему понравился, и захотел подсобить мне с ужином, а заодно и поухаживать за мной. Он спросил адрес встречи, а я был в стельку, так что просто сказал ему, даже не спросив, с какой целью он спрашивает. Потом я пришёл к тебе, уже наготове врать, что мой парень не смог прийти, хотя никакого парня и не было, но тут я увидел его, и… что мне оставалось? Не мог же я сказать всем, что это просто шутка, поэтому решил… притворяться. А потом он предложил продолжить это делать, чтобы успокоить его семью, что он не одинок, и мы притворялись парой несколько недель, пока в какой-то момент он не признался, что я ему нравлюсь, и… — Стой-стой, притормози-ка, Ки Хун, — нахмурившись, прерывает его Сан Ву, а Ки Хун вздыхает, всё-таки переводя на него щенячий взгляд. — Ты… притворялся, что у тебя есть отношения? Ки Хун, поджав губы, неловко кивает. Сан Ву вздыхает, пальцами сжимая переносицу, и пытается собрать воедино кусочки головоломки, которая без малейшего предупреждения свалилась на него посреди самого обычного разговора. — Ты… у тебя жизнь что, романтическая комедия?    Тот неловко пожимает плечами, поднося бутылку соджу к губам. — А, но сейчас мы реально вместе, — решает уточнить он. — Я уже понял, — отвечает Сан Ву, а затем, вздохнув, снова смотрит на Ин Хо, раскладывающего еду по тарелкам. Какое-то время оба молчат. Потом Сан Ву усмехается своим мыслям, а Ки Хун, озадаченный, смотрит на него. — Что? — спрашивает он. Сан Ву качает головой, опуская взгляд на бутылку в руках. — Да так, просто… — он облизывает губы, раздумывая, говорить ли, но затем решается, равнодушно пожимая плечами. — Я завёл отношения со своей женой, чтобы люди перестали распускать слухи, что я гей. — Оу. — В какой-то момент мать начала постоянно намекать на брак, и я сболтнул, что у меня уже есть невеста, — делится он. — В конечном итоге я решил, что это не такой уж и плохой вариант. У супружеских пар много преимущества. А она была идеальным выбором. Её не привлекают мужчины, а меня — женщины, но у нас есть взаимопонимание, — Сан Ву пожимает плечами, не глядя на Ки Хуна. — Это был лучший выход для нас обоих. Ки Хун, приоткрыв рот, смотрит на него, силясь переварить услышанное. — То есть ты… состоишь в фиктивном браке? — шепчет он, наклоняясь к нему через стол. — Фиктивном? Документы-то настоящие. И ты же был на свадьбе, у меня даже фото есть в качестве доказательства, — тихо замечает Сан Ву. Ки Хун усмехается. — Бо-о-оже, у тебя даже брак беспроигрышный. Ты прям… типичный дипломированный бизнесмен, — смеётся он, и Сан Ву шикает, чтобы он успокоился. Ки Хун прикрывает рот рукой, расслабляясь и смотря на жену друга. Она выглядит счастливой. — И это правда работает? — тепло спрашивает он с искренним любопытством. Сан Ву затягивается, после чего тушит сигарету в пепельнице. — Мы заводим отношения с другими людьми, когда захотим, если ты об этом. Мы не скрываем их друг от друга, а просто знаем, что будем осторожны, ну, хотя бы пока наши родители ещё в состоянии слышать слухи. — А сейчас? — спрашивает Ки Хун, не в силах справиться с любопытством, которого у него в избытке. — У тебя кто-то есть? Сан Ву ненадолго задумывается над вариантами, прежде чем ответить не просто кивком. — Мне придётся помогать Али с переездом. Спасибо огромное, выходные будут долгими. Ки Хун открывает рот, силясь что-то сказать, но просто смеётся. Невероятно. — И ты ещё меня спрашиваешь, что у меня за жизнь такая? Вот это я понимаю — миссия под прикрытием, боже мой… Он покачивает головой и наблюдает, как Ин Хо полотенцем вытирает руки, берёт две тарелки и направляется к ним, ставя их на стол. Сан Ву завершает разговор без лишних церемоний — или, по крайней мере, ставит его на паузу; по его слегка заинтересованному взгляду видно, что он теперь пытается понять, как в ту ночь умудрился не заметить что-то настолько очевидное. Оглядываясь назад, может, какие-то намёки и были, но в тот момент он отмахнулся бы от любых сомнений, рассудив, что как-то неправильно подозревать своего лучшего друга в подобного рода вещах. Теперь всё встало на свои места. — Хорошо проводишь время? — спрашивает Ин Хо, с лёгкой улыбкой проходя за его спину, чтобы положить руки ему на плечи. Мужчина улыбается, расслабляясь от нежного массажа. — Да, — просто отвечает он, запрокидывая голову, и мягко ухмыляется, чувствуя поцелуй в макушку. — Ты, кстати, в этом жилете как идиот выглядишь. Ин Хо фыркает, закатывая глаза и чуть сильнее сжимая его плечи, прежде чем отпустить, и начинает расстёгивать жилет, вызывая у Ки Хуна смех. Он снимает его, оставаясь в рубашке, и вешает жилет на подлокотник стула. — Доволен? Ки Хун прикрывает рот рукой, сдерживая смех, а затем убирает её, смотря на Ин Хо с улыбкой, от которой у него болят щёки. — М-да уж, думаю, дело было далеко не в жилете, — поддразнивает он, и тот издаёт поражённый выдох, на секунду отворачиваясь от него и качая головой. — По рукам, в следующий раз ты выбираешь, что мне надеть, — говорит он, на что Ки Хун смеётся. — Ты не хочешь давать мне в руки подобную власть. — Теперь я заинтригован, — замечает Ин Хо и поворачивается к грилю, когда его зовут с чем-то помочь. — Не думай, что я забуду об этом. — Когда ты вообще о чём-либо забывал? — фыркает Ки Хун, но тот лишь легко, едва уловимо улыбается, а потом возвращается к грилю. Ки Хун мечтательно вздыхает и наконец переключает внимание на еду, которую принёс им Ин Хо, берёт тарелку и пробует. Сан Ву отчего-то не спешит приступать к своей порции, расслаблено и задумчиво наблюдая за ним с бутылкой соджу в руках. — Ты ему сказал? — спрашивает он, и Ки Хун, сбитый с толку, смотрит на него, сначала не понимая, о чём речь, но, как только их взгляды сталкиваются, моментально улавливает подтекст и отводит глаза, пожимая плечами и делая вид, что это не так уж и важно. — Наверное, вырвалось, когда я пару дней назад болтал о школе, — отвечает он. — А что? — Ничего, — просто говорит Сан Ву, а Ки Хун бестолково смотрит на него, отчего тот усмехается и качает головой. — Ты порой такой слепой, это просто не перестаёт меня удивлять. — Эй! — негодует тот, прекрасно зная, что это правда. — Понятия не имею, о чём ты. Ты всё выдумываешь, — говорит Ки Хун, продолжая есть. Сан Ву вздыхает. — Ты бы не заметил, будь оно у тебя прямо под носом. Но ничего, его послание всё равно для меня, а не для тебя, — говорит он, вставая. — И мне бы ответить ему, пока всё не вышло из-под контроля. Приятного аппетита. — Ты о чём вообще? — вопрошает Ки Хун, но тот уже ушёл, оставив его одного, и он лишь вздыхает, качая головой и возвращаясь к своему стейку. Он не замечает, что рядом с тарелкой Сан Ву нет столовых приборов. Через некоторое время Ки Хун возвращается к остальным, болтая и смеясь, а Ин Хо стоит рядом, удобно положив руку ему на талию и внимательно всех слушая. Это прикосновение стало уже настолько привычным, что он его почти не замечает, просто продолжая рассказывать сумасшедшие истории из своей жизни и с наслаждением проводить время с друзьями. Впрочем, в какой-то момент жена Сан Ву выходит из дома и предлагает всем «поучаствовать в прототипе её психологического эксперимента», который через неделю она проведёт с настоящими испытуемыми в рамках своей научной работы. Объясняя чрезмерно сложными терминами о том, как стратегия, которую люди выбирают для победы в детских играх, поможет им изучить психологию взрослых, она раздаёт всем небольшие металлические контейнеры с печеньем дальгона, велев им пока не открывать их в угоду эксперимента. Когда очередь доходит до Ин Хо, он вежливо улыбается и качает головой, но Ки Хун чувствует, как его пальцы чуть крепче обхватывают его за талию. — Я, пожалуй, пас, — говорит он, всё ещё немного колеблясь отпустить талию Ки Хуна, который бросает на него растерянный взгляд. — Да ладно тебе, будет весело. Боишься не справиться? — мягко спрашивает он, но тот лишь неловко облизывает губы и улыбается ему. — Развлекайся, мне и так хорошо, — заверяет Ин Хо, и Ки Хун лишь вздыхает, решив пока не давить. Он открывает свой контейнер и издаёт страдальческий стон, увидев там этот проклятый зонтик. Когда он оглядывается на остальных, чтобы посмотреть, кому что досталось, он ещё больше убеждается, что удача явно не на его стороне: большинству выпали треугольники (например, Сан Ву и Сэ Бёк) и круги (Ким, Чжи Ён и Дэ Хо), а кому-то повезло чуть меньше, и они получили звезду (как Али или Чжун Хо), но он оказался единственным, кто вытянул зонтик. Очевидно, участвуй Ин Хо — получил бы второй зонтик. Он удручённо запрокидывает голову, из-за чего Чжун Хо дразнит его, усмехаясь и локтем пихая его в плечо. Затем он смотрит на Ин Хо, который вдруг выглядит немного напряжённым. Хотя, скорее всего, никто, кроме Ки Хуна, не смог бы уловить разницу между этим Ин Хо и тем, каким он был на протяжении всего вечера. — Тебе выпал зонтик, — констатирует Ин Хо; его голос звучит как обычно ровно, но он тут же спешит сделать глоток своего напитка, чтобы освежить горло. — Он бы и тебе выпал, так что считай, что тебе повезло, — замечает жена Сан Ву и, нажав на таймер, жестом приглашает мужчину сесть рядом с собой на скамейку. Тот, на мгновение замявшись, садится, всё так же сжимая стакан в напряжённых руках. Пока женщина наблюдает за ними и время от времени делает пометки в блокноте, очевидно, фиксируя разные стратегии, Ин Хо в напряжении сидит рядом, нервно потирая шею, и попивает свой безалкогольный напиток, явно сокрушаясь, что это не виски. Ки Хун же смиряется со своей несправедливой участью и старается не сломать печенье, аккуратно соскребая иголкой края узора. В какой-то момент он почти готов сдаться, особенно когда несколько человек уже успешно завершают задание, а у него в руках всё такое же целое печенье, но затем он бросает беглый взгляд на Ин Хо, и его осеняет гениальная идея. Он подносит печенье к лицу, смачивая линию слюной, и теперь дело идёт куда проще. Ин Хо, глубоко задумавшись, смотрит на него — без улыбки, но слегка впечатлённый. Ки Хуну удаётся закончить за десять секунд до истечения таймера, и он с гордостью демонстрирует своё печенье. — Я сделал это! Никто из вас в меня не верил, но смеётся тот, кто смеётся последним! — он бросает многозначительный взгляд на Дэ Хо — единственного, кто сломал своё печенье. — Ты победил, но какой ценой? — насмехается Чжи Ён, вертя телефон у его лица, где воспроизводится видео, на котором он отчаянно лижет своё печенье. — Ты, мелкая негод… — Не парься, обещаю использовать это видео исключительно чтобы подкалывать тебя, — весело говорит девушка. Он громко стонет, закатывая глаза, подходит к Ин Хо и плюхается рядом с ним, одной рукой обхватив его за плечи. Подумав, он, улыбаясь, всё равно протягивает ему зонтик, глядя ему в лицо. — Держи. Оно правда вкусное, просто мне не очень нравятся сахарные соты, — говорит Ки Хун, но по-прежнему слегка неуверенное и нервное выражение лица Ин Хо заставляет напрячься его самого. — Всё нормально? — с беспокойством спрашивает он. Ин Хо, замешкавшись, всё же улыбается и принимает печенье из его рук. — Конечно. Просто воспоминание, — уклончиво отвечает он и некоторое время просто смотрит на печенье в своей руке. Ки Хун задумчиво наблюдает за ним, но решает не допытываться, по крайней мере, не сейчас и не при всех. И даже если он замечает, что Ин Хо так и не откусывает печенье, он ничего об этом не говорит. Когда вечер подходит к концу, Ин Хо отвозит его к себе — это место уже давно стало домом и для Ки Хуна, учитывая, как много времени он здесь проводит. Всё началось с того, как тот однажды заметил, что, если он останется здесь, ему не нужно будет ехать на метро на работу, а аргументов против у Ки Хуна не нашлось. Так что постепенно его вещи начали заполнять чужую квартиру — до такой степени, что теперь, когда наступило время формального переезда, Ки Хун знал, что ему понадобится одна поездка на машине туда-обратно. Здесь уже были: его расчёска, дешёвый, но любимый шампунь, одежда, обувь, ноутбук и куча других мелочей. С его появлением в этой прежде пустой и безжизненной квартире, которая выглядела вот только вчера купленной, появились признаки настоящей жизни: например, ковёр, который он заприметил на рынке и просто не смог удержаться от покупки, или магниты на холодильнике, которые так удобно использовать для записок друг другу. Хотя Ин Хо порой тяжело вздыхал, убирая беспорядок, который Ки Хун неизбежно оставлял после себя, он любил даже эту часть их совместной жизни. Он был готов каждый день мириться с грязной посудой в раковине, если это означало, что после работы он сможет засыпать в одной кровати с человеком, которого любит. Он был слишком влюблён, чтобы спорить. — Как думаешь, мне пойдут розовые волосы? — немного пьяно спрашивает Ки Хун, останавливаясь в прихожей, пока Ин Хо закрывает за ними дверь. Тот тихо вздыхает и кладёт руку ему на поясницу, мягко, но настойчиво ведя в ванную, чтобы смыть усталость жаркого дня. — Давай обсудим это, когда ты протрезвеешь? — спокойно предлагает он. Стоя перед зеркалом, он помогает ему снять ожерелье, бережно убирая его в шкатулку у раковины и не отрывая от него взгляда. Его прикосновения, как всегда, нежные и заботливые. Ки Хун фыркает, касаясь своих прядей. — Розовые волосы... Ты бы всё равно любил меня, если бы я покрасился в розовый? — внезапно спрашивает он, поворачиваясь к нему, и Ин Хо слабо усмехается, протягивая руку, чтобы коснуться его лица. — Я бы любил тебя, даже если бы у тебя вообще не было волос, любимый, — говорит он и продолжает раздеваться. — Врёшь. Ты же обещал меня арестовать, если я подстригусь, забыл? — подмечает Ки Хун, тоже снимая рубашку и бросая её в корзину для стирки. — Всё так, — спокойно отвечает Ин Хо, настраивая воду в душе. — Но я бы всё равно любил тебя, даже если бы ты оказался за решёткой за это ужасное преступление, — добавляет он, и Ки Хун смеётся, прежде чем присоединиться к нему под прохладные струи душа. После долгого дня вместе они наконец могут побыть наедине. Можно ли мечтать о большем?