БП.

      Наутро разносортные коктейли, выпитые в порыве «великого веселья» ярко напоминали о себе. Благо Ангелина отлично знала способы, значительно смягчающие мерзкое состояние.       Внезапный стук в дверь вынудил подняться с уютной кровати. Медленно шаркая по полу тапками, Ангелина взглядом зацепила спящего в комнате Сашку. Но незваные гости яро долбились, требуя внимания, и женщине пришлось открыть. — Ангелина Юрьевна, доброе утро! Максим Николаевич просил передать, — и уже знакомая ей «каланча» из свиты Левина, тянула её сумку и пару пакетов через порог. — Да проходи ж ты! Кто через порог передает?! — Ангелина поежилась от холода, и запахнула халат покрепче. Среди принесенных пакетов, Ангелина вытащила свою сумку. — Эти баулы не мои! — открестилась от неизвестных сумок Ангелина. — Ангелина Юрьевна, всё в порядке, это всё от Максима Николаевича. — Не возьму! Он и так вчера мне… неважно, в общем. Ничего не надо, забирай давай обратно! — настаивала. — Ангелина Юрьевна, он велел, чтобы я не возвращался, пока не вручу всё вам. Я и так за прошлый раз с розами огрёб. Ну, пожалейте, пожалуйста! — Ангелину здорово развеселил молебен двухметрового амбала и она символично кивнула в сторону, разрешая поставить пакеты в прихожей. — Как тебя зовут-то, горюшко? А то вижу чаще, чем Левина, а имени не знаю! — Ангелина Юрьевна, нам по именам не положено, — тепло улыбается мужчина, он не привык к простому, человеческому обращению. — Кличка? — удивляется Андреева. — Позывной, Ангелина Юрьевна, — тихий смех мужчины разливается в ответ на неискушенную знанием тонкостей их «дел» женщину. — Ну и что за позывной такой?! — Ангелина сейчас не хуже самого прыткого дознавателя. И приспичило же ей… — «Даль», Ангелина Юрьевна, — вдруг выпрямился мужчина. — Военный, что ли? — не унималась Андреева. — В отставке, Ангелина Юрьевна! Разрешите идти? — Отставить – идти! Идем завтракать и пить чай, исполнять немедленно! А то ишь Левин, загонял человека с утра пораньше. Деловая цаца! Сам поди дрыхнет! — приглашая гостя на кухню, бормотала женщина. — Никак нет, Ангелина Юрьевна, Максим Николаевич делами занят. Мне не положено отсиживаться, начальник, знаете, за такое по головке не погладит! — Да не дрейфь ты, сама твоего начальника прижму, если надо. Все имеют право на обеденный перерыв!       И пока Ангелина и господин с позывным «Даль» распивали чаи, закусывая это дело бутербродами, на кухню забрёл выспавшийся наконец Александр. Увидев на родной кухне того, кто некогда держал его «мордой в пол», Саша заметно напрягся. — Твою мать, Ангелина, что он тут делает?! — громко возмущался сонный Саша. — Завтракает человек, чего ты разорался? Вот вы мужики народ, что ни случись – сразу орать! Садись с нами пить чай, — Ангелина уступила место Саше и принялась заваривать ещё одну кружку чая. Александр косился на нежданного гостя, но поняв, что никаких объяснений он не получит, молча ел со всеми. — Ангелина Юрьевна, мне действительно пора. Благодарю за завтрак. Очень душевно, — «Даль» двинулся к выходу, женщина кинулась проводить его. — И спасибо, что всё-таки приняли подарки, не то… мне бы прилетело!       Добродушный мужчина теперь не навевал никакого флера негатива, даже наоборот, пришелся Андреевой по душе. — Давай уже, топай дальше, «Даль»! Забегай на огонек. А, ну, и Левину передай, чтоб зашел на днях. Дело к нему есть.       Входная дверь громко хлопает, Ангелина кидает изучающий взгляд на пакеты, принесенные мужчиной и смиренно тащит их к себе в комнату.       Надо же, а у Левина неплохой вкус, пару строгих костюмов, белая блуза, черная юбка-карандаш и… белье? Точно, комплект белья с чулками. И где он только нашел эту блядскую гипюровую смесь? Ангелине даже думать не хочется, где он брал этот комплект и каких денег это стоит. Она бережно развешивает «обновки» в шкафу, а пакет с пикантными вещицами отправляет на самую высокую полку шифоньера. Не будет она такое носить. Да что там носить…примерять не станет! — Ангелин, а какого черта на нашей кухне завтракал головорез из Левинской банды?! — Саша разрывает приятную рутину женщины очередной претензией. — Пока ты вчера благополучно трахался, меня чуть было не изнасиловали. Я, конечно, сама дура, поперлась куда не стоило, но ты сам обещал за мной присмотреть! — Что с тобой… — Александр шокировано упал на табуретку. — Левин оказался рядом в нужный момент, выдернул меня из лап этого ублюдка, избил того до полусмерти и привез домой. Это хорошо, что ты не закрыл квартиру, а не то пришлось бы мне до утра стучаться! Саш, ты всё-таки неисправимый придурок, ну нельзя на тебя положиться! — причитала Ангелина.       Саша ещё долго извинялся и винил себя в чуть не сбывшийся трагедии. И, пожалуй, впервые в жизни был искренне благодарен «головорезу» Левину.       «Загульные» выходные закончились и наступил неизбежный понедельник. Ангелина любила понедельники, потому что в целом обожала свою работу. Однако, прошлая рабочая неделя завершилась крайне неудачно. «Часики тикали», ей срочно нужно решать проблемы, в которые ее окунул коварный и изворотливый директор. Эта интрижка даром не пройдет, Ангелина землю грызть будет, но проучит негодяя.       Выйдя из подъезда в положенные семь утра, женщина натыкается на знакомый внедорожник. А вот и он! Не прошло и недели. — Ты решил не ждать, пока я попаду в очередную канитель, и приехал заранее? — «поприветствовала» Ангелина. — И тебе доброе утро, красавица! Поехали, отвезу на работу.       Это становится странной традицией: садиться в Левинский «катафалк» и куда-нибудь ехать с ним на пару. Как это вообще сложилось? — Ты ела? Может позавтракать заедем? — только сейчас она обратила внимание на его внешний вид. Неизменная косуха, протертые джинсы, любимая сигарета в зубах и совершенно изнуренный недосыпом взгляд. Интересно, у него бывают выходные? — Ты сильно-то не гуляй, у меня в восемь урок. Я не должна опоздать! — пригрозила, вытянув сигарету из пачки, валяющийся на торпеде. — Как дела, Ангелина Юрьевна? Я слышал ты моих людей радушно принимаешь у себя, хозяюшка! — несмотря на усталость, Левин пытается шутить. — Ты бы меньше гонял своих пацанов, да побольше бы выходных давал! Знаешь, как он бутерброды с маслом за обе щеки жрал! Будто бы не кормят его нигде! — сетовала женщина, выпуская сигаретный дым в приоткрытое окно. — Это просьба, или приказ? — Максим ехидно ухмыльнулся. — Пока просьба!       Дорога до школы была недолгой, слишком недолгой для их коротких и таких редких встреч. Ему хотелось катать её подольше, несмотря на титаническую усталость и отсутствие сна последние двое суток. Её присутствие рядом само по себе освобождало мужчину от оков грязных рабочих будней. — Ну серьёзно, как дела то? — Максим притормозил чуть поодаль от учебного заведения, чтобы посидеть с ней лишние десять минуток, не напрягая Ангелину сворой возможных пересудов по поводу такого «такси». — Ничего, Левин. Живая и слава богу! — фильтр сигареты чуть жжет женские руки. — Аккуратнее! — Левин забирает окурок. — Я слышал вашего лошка директора прикрыть на пару вёсен хотят, ты в курсе? — А как же… Слушай, я даже не удивлена, что ты уже всё знаешь... — недовольно закатывает глаза женщина.       Выдержав паузу и дав себе пару секунд на размышления, Ангелина всё-таки решается и выдаёт все подробности причины пятничного запоя. Рассказывает про мразоту-директора с идиотским шантажом, про гнилой коллектив, про переживания за учеников, которые явно не добирают знаний, хоть и стремятся, признаётся, что попала в тупик, выйти из которого ей ни совесть, ни гордость не позволяют: — Ну, вот, в общем… у меня неделя, чтобы решить этот вопрос, иначе он меня по статье уволит и спишет все свои грязные взятки на мою фамилию. Тварь! — заключает исповедь женщина. — Да уж… Значит так, сейчас ты идешь на работу и спокойно объясняешь ребятишкам сколько будет два плюс два и почему надо читать Пушкина. И больше в этот вопрос с вшивым директором не вникаешь. Начнет с тобой разговаривать, сразу посылай! Это ты умеешь... — спокойно объясняет Максим. — Левин, а ты откуда такой пиздодельный? Всемогущий, что ли? — Просто хочу оставить деткам хорошую учительницу! И всего лишь! — бархатистый смех Максима приятно отзывается в ней, и женщина невольно улыбается. Где-то подсознательно она знала, что её проблема не оставит его равнодушным. Безусловно, это было приятно. — Я тебе буду должна, я так понимаю? — естественно, она знала, что любая помощь в её ситуации как-то «оплачивается», просто хотелось уточнений, что называется – «на берегу». — Ангелин, ты, блять, на бухгалтера училась что ли, откуда у тебя это «должна» проскальзывает?! Всё мы дебит с кредитом сводим, блять! — Максима уже изрядно бесила тема какого-то мнимого «долга». Какие могут быть долги у женщины, которая так запала в душу. Ангелина виновато потупила взор в сторону, а затем протяжно вздохнула. — Извини. Вспылил. Ничего ты мне никогда не должна, поняла? И никому больше должна не будешь! — резюмирует мужчина, выбросив очередную выкуренную сигарету. — Спасибо, Макс. За это её «Макс», наполненное чистой искренностью, светлой надеждой и какой-то легкой нежностью, он отдал бы многое. — Я смотрю презенты пришлись по душе, — широкая улыбка озаряет Максима, он с удовольствием разглядывает обновки на той, кого представлял, когда собственноручно подбирал вещи в бутике. И он готов поклясться, ни одна фигуристая модель не сравнивалась бы с той, что так гордо восседает на переднем пассажирском его машины. — Ничего так, только по-моему ты перегнул, когда позарился быть стилистом моего нижнего белья! — не могла она не съязвить на тему пакетика с «интимными дарами». — А ты и тот комплектик надела, а ну, покажи! — Макс громко хохочет и тянет руки, чуть касаясь белой блузы. — Вот дурак! — Ангелина прыскает со смеху, но чувствует, как быстрые, казалось бы, безобидные касания влекут за собой будоражащие мурашки. Ещё не хватало! Она живо бьет по рукам мужчине, и чуть отстраняется, во избежание случайных касаний. — Считай, что я его выкинула! — беззастенчивое вранье. — Ничего, я ещё куплю! Шуруй давай, без десяти восемь уже! — спохватился Максим. Ангелина громко «охает», ругая Левина за излишнюю болтовню и кинув на прощание беглое: «Увидимся!», убегает на работу.       День проходит гладко. Дети на отлично подготовились к её предмету, чем сильно обрадовали, глупые коллеги не попадались на глаза, и даже злосчастный директор, будто бы позабыв неприятный разговор, не искал Андрееву в школьных коридорах. Всего лишь один разговор с Максимом и день заиграл другими красками.       Вечер тоже вышел каким-то чересчур спокойным: Ангелина вернулась домой в хорошем настроении, не торопясь приняла душ и уселась проверять стопку сочинений. И лишь громкий входящий на домашний потревожил увлекшуюся делами, женщину. — Ты слышала?! Васильева прямо из дома забрали! — суетно рассказывала добрая приятельница. — Куда забрали? — Андреева не понимала суть разговора. — Менты! Повязали, прямо из дома выдернули, можешь себе представить?! — «сопли, вопли, крики до небес!». Может быть для всех, кто был не в курсе его «темных делюг» это и было печальной новостью, но Ангелина то уж прекрасно знала, что наконец тому досталось «по делом». — Ясно. Это всё? Я очень занята, Вик. Давай завтра обсудим, — «обсасывать» порцию сплетен не хотелось от слова совсем. — Завтра привезут приказ о назначении ИО. Как думаешь, кого поставят? — не унималась женщина. — Да плевать мне, лишь бы кого приличного. Надоели уже эти передряги!       Как бы Андреевой не хотелось, отодвигать тему случившегося не получалось. Все мысли были заняты вечерним инцидентом. Сложить дважды два было не трудно: утренний разговор с Максимом слишком быстро дал свои плоды. Надо же, какой шустрый. Уж чего он сделал и как добился справедливости — третий вопрос, главное, что к ней никаких претензий, одной проблемой меньше. Всё к лучшему!       Следующим утром Андреева видит свою фамилию, жирно выделенную в приказе о новом исполняющем обязанности директоре школы. Ну, Левин, ничего не сказать…перебор!       Шокированная женщина принимает поздравления от коллег, пока не понимая, как отнестись к резкому карьерному росту.       День проходит слишком суетно: нужно успевать вести уроки, вникать в дела и важные бумаги, подписывать «дежурные» приказы, принимать поздравления от коллег. Слишком много для непривыкшей Ангелины. Она ко всему с толком подходит, налево-направо подписей не раздает. Зато точно знает, что может ответить за каждое принятое решение.       «Сверху» выкатывают список каких-то требований, в роде: оптимизация штата, новое ведение документации, продуктовый вопрос школьников, ещё пару деловых мероприятий. Одним словом, мозг к семи вечера уже просто закипал! Пришлось взять добрую половину бумаг на дом, чтобы за ночь успеть «въехать» в текущие проблемы, заодно подумать как следует, как с ними быть.       Коробку, которую собрала Ангелина, чтобы за ночь разобраться с документацией, тащить вручную просто невозможно. Ещё и букеты от коллег не хотелось бы оставлять гнить в кабинете. Делать нечего, придется вызывать такси со стационарного рабочего.       Как ожидалось, машин все никак не было. В их городе это неудивительно, мало того, что цены на такси конские, так еще и «бомбилы» совершенно не вызывали доверия, могли влегкую приехать на заказ нетрезвыми, и это повезет, если просто в алкогольном опьянении…       Пришлось оставить собранные вещи в кабинете, и поскорее побрести в сторону дома. Срочно нужен душ, горячий чай и минута тишины.       Прощаясь с вахтером, который теперь иначе как: Ангелина Юрьевна её не кличет, с облегчением выходит, вдыхая свежий воздух.       На душе хорошо, пусть и тревожно. Дойдя до того самого места, где вчера остановилась машина Максима, она с удивлением замечает два «черных корыта» из его «кортежа». Хотя, к чему тут удивления, вполне закономерно!       И тут же, словно «из воздуха» перед ней выплывает Максим: довольный, выбритый, наглаженный. В руках цветы, но на сей раз хризантемы. — С повышением, Ангелина Юрьевна! — его одеколон резко перехватывает ее дыхание. Вкусно, терпко, слишком ярко. Под стать ему. — Я даже не буду спрашивать, как тебе удалось! — и всё-таки она обнимает его в знак благодарности, да и приятно всё же. — Я просто знаю верные рычажки! Этого достаточно, поверь.       Ангелина чуть дольше положенного оказывается задержана в теплых объятиях. Её тело постепенно обмякает, найдя покой в стальных, как тиски, руках. Всё же, очень не хватает просто прижаться к кому-то большому и теплому после тяжелого рабочего дня. Теперь тревоги где-то в стороне.       Если бы Максим мог предположить, что её расположения можно добиться усадив лживую мразь за решетку, он бы пересажал всех в этом городе, пусть и в «убыток» своей репутации. Слишком долгожданны прикосновения этой женщины. — Макс, я так устала. Ты не мог бы подвезти меня до дома? — отстраняясь, тихо просит Ангелина. — Какие вопросы, садись, сейчас поедем! — мужчину отвлекает рабочий созвон, он машет в сторону машины, чтобы та усаживалась, и уделяет внимание абоненту.       Ангелина видит своего нового «дружочка» и не может не подойти, чтобы перекинуться парой слов. — Ну, здравствуй, Дальняя Даль! — весело хохочет. — Ангелина Юрьевна, добрый вечер. Вы как всегда — обворожительны! Поздравляю Вас с назначением! — мужчина галантно целует её ладонь. — Боже ты мой, а в этом городе есть хоть кто-то, кто не в курсе! Ей Богу! Я смотрю, ты по-человечески заговорил, так глядишь и имя тебе вернут, а то выдумали кликухи! — Ангелина пару минут беседует с мужчиной, складывается вполне приятная обстановка. Она подумать раньше не могла, что люди с такой грязной репутацией могут быть вполне человечными.       Увидев, что Максим уже заканчивает телефонные переговоры, женщина шепчет: — Так, у меня спец-задание. Фильм мне достать надо, импортный! Понимаешь, о чем я? — Ангелина комично щурит глаза, пытаясь не засмеяться от реакции напротив. — Ну, кино, для взрослых… — ещё тише произносит.       Глаза Даля заметно округляются, он неуверенно кивает, на что Ангелина громко хохочет и наконец все садятся по машинам.       Ангелина уже освоилась в Левинской «ласточке», а потому машинально дергает пачку его сигарет, не решаясь купить их себе сама. — Макс, я помню, что ты говорил мне о долгах, но могу я хотя бы чисто символически отблагодарить тебя? — Каким образом? Поцелуемся? — заметно обрадовался Макс. — Да щас же, ага! А пососать не завернуть?! — возмущения рвутся сами собой, но и это лишь «прикрытие», по плану Ангелины, поцелуй – самое безобидное из вариантов. — На ужин приходи завтра. Дружеский ужин! Поедим, потолкуем за жизнь, а то у нас что ни встреча — вечный кошмар какой-то! На том и порешили. Завтра. Вечер. Дружеская встреча. Он непременно отодвинет все дела, и минута в минуту будет на пороге.