[ Глава 23 ]
8 апреля 2025 г., 14:36
— Но если люди не доверяют нам, как мы можем их защитить? — спросила она, и я почувствовал, как мое лицо нахмурилось.
— Они хотят или нуждаются в нашей защите?
— Да.
— От чего? Ситхов больше нет.
Ладно, я знал, что это неправда, но никто больше не знал.
— Ты хочешь сказать, что джедаи нужны, потому что обычные люди слишком некомпетентны, чтобы позаботиться о себе?
Она покачала головой.
— Нет. Но бывает, что джедай способен решить проблему, которую не смог бы решить обычный человек. Мы здесь, чтобы помогать Республике служить людям.
Ее голос медленно повышался по мере того, как она говорила, а эмоции прорывались наружу.
— Мы здесь, чтобы служить народу Республики в меру своих возможностей и защищать их от угроз.
— Каких угроз? Ситхов больше нет. Республика охватывает более половины галактики, и никакая другая держава не может бросить им настоящий вызов. Значит, угрозы внутренние, а не внешние? Если да, то кому или чему они угрожают? Обычные люди? Нет.
Я покачал головой и внимательно посмотрел на нее, пока она слушала мой рассказ/объяснение.
— Самую большую угрозу демократии представляют люди и организации, находящиеся на самом верху. Те, кто стремится подмять под себя волю народа в угоду своим эгоистичным прихотям и желаниям.
— То есть вы хотите сказать, что сенат и лидеры бизнеса - это враги? — спросила она, и на ее лице отразилось замешательство.
Я снова покачал головой и вздохнул.
— Не все. Но мой дед как-то сказал, что никогда не стоит доверять тем, кто активно стремится к власти.
— А разве он не был бывшим канцлером Старой Республики?
Я усмехнулся вопросу.
— Да, был. Но я думаю, он много жалел о том времени, когда был у власти.
Я сделал паузу и подумал о тех нескольких случаях, когда мы говорили о политике, и каждый раз у него был такой вид, будто он хочет вернуться и что-то изменить, хотя я никогда не знал, что именно, а записи о том, что было до Руусанской реформы, были отрывочными. Тем более что ситхи дважды захватывали Корусант с момента моего отъезда до настоящего времени.
— Честно говоря, я думаю, что большинство людей хорошие, но все, что нужно для победы зла - это чтобы хорошие люди ничего не делали.
Эта была одна из моих любимых цитат.
— Именно собственный разум, а не те, кто его окружает, заманивает человека на темную сторону.
Мне нравилась эта цитата, которую я нашел в архиве в одном из старых текстов несколько недель назад.
Серра, сидевшая во время последней минуты нашего разговора, снова потерла предплечье, глядя мимо меня, явно обдумывая сказанное.
— Те, кто ищет власти, обречены быть развращенными ею.
Она говорила медленно, словно вспоминая что-то, что когда-то слышала, но только сейчас поняла.
— Теперь я поняла.
Она улыбнулась, и я снова подумал, что она выглядит мило.
— Каждый человек представляет угрозу, если подчиняется зову тьмы внутри себя.
Я улыбнулся ей в ответ и кивнул.
— Да. Однажды я услышал старую поговорку, которая как нельзя лучше подходит к этому вопросу. В каждом из нас живет два волка. Один - злой: ревность, гнев, печаль, сожаление, жадность, высокомерие, эго. Другой - добрый: радость, мир, доброта, правда, любовь. Побеждает тот волк, которого мы больше всего кормим.
— Интересная поговорка. Она справедлива не только для других, но и для джедаев.
Я чуть не подпрыгнул от голоса, раздавшегося у меня за спиной, и, повернувшись, увидел Йоду, сидящего в своем кресле рядом с членом совета джедаев Мейсом Винду и еще одним волосатым.
— Магистр Йода, вы, кхм, удивили меня, — сказал я и заметил, что все три джедая улыбнулись моему заявлению.
— Да. Было легко, но это так, — сказал он, переведя взгляд на Серру. — Под возвышенный голос посвященной Кето я оказался привлечен. Я впечатлен тем, как вы объяснили ей роль джедая.
— Действительно. Басню, которую вы рассказали, я раньше не слышал, но это прекрасный урок о том, как легко любое существо, джедай или нет, может погрузиться во тьму, — заявил волосатый джедай. Я искал в памяти его имя, но ничего не нашел, поскольку в фильмах и мультфильмах его имя не упоминалось, а большинство моих контактов с Советом происходило через мастера Джиитта. — И хотя мы, похоже, не обеспокоены общественным восприятием нашего Ордена, будьте уверены, мы заметили постепенные изменения, произошедшие за последние несколько столетий.
— Мастер Ранцизис прав, — добавил Винду, назвав имя джедая. — Однако это не тот вопрос, который должен волновать юнлингов.
Я кивнул, но не собирался соглашаться с его предупреждением и надеялся, что Серра тоже.
— Да, мастер.
Она ответила без малейшего намека на то, какие эмоции ее одолевают.
— Хорошо, хорошо. Оставим вас на время учебы, — заявил Йода, когда он и два других члена Совета уплыли.
— Та басня, которую ты мне рассказал… ты в нее веришь? — спросила Серра, когда убедилась, что мастера ушли и мы снова остались одни.
Я повернулся и увидел, что ее лицо теперь ближе к моему, а глаза сфокусированы на мне.
— Думаю, да.
— Но одной из вещей, которые ты назвал для хорошего волка, была любовь, — тихо сказала она, придвинувшись еще на шаг ближе. — Ты хочешь сказать, что эмоции - это неплохо для джедая?
Я улыбнулся. Девушка была более любознательна, чем большинство других, и я полагал, что в будущем она станет для своего хозяина настоящей находкой.
— Ну, такие вещи, как гнев, ревность и высокомерие, определенно плохи, но я не понимаю, почему такие вещи, как любовь, надежда и сострадание, противоречат кодексу.
Она кивнула и улыбнулась, но впервые это была не горделивая ухмылка, а искренняя радость от услышанного.
— Я не знаю, почему мы должны отвергать связи с людьми, если они делают нас сильнее.
— Ну, я думаю, это как-то связано с тем, что ты становишься слишком привязанным или зависимым от кого-то. Ты будешь готов сказать или сделать все, чтобы защитить его.
— Но разве это не признак любви?
Я немного посмеялся над наивностью девочки. Но ведь ей, как и мне, было всего восемь. У нее не было нескольких десятилетий дополнительных знаний, понимания и чувств, на которые она могла бы опереться.
— Это собственничество. Я считаю, что любые отношения должны быть равными. Такие, где оба человека являются партнерами во всем. Если один человек начинает доминировать или нарушать свои правила, заявляя, что защищает/помогает партнеру, он отходит от истинных чувств, превращая отношения в то, что хочет только он.
Она кивнула, притворяясь, что понимает, но я знал, что это не так. Она была слишком молода, чтобы иметь хоть какое-то представление. Тем не менее, если она готова была честно и открыто выслушать мое мнение о Кодексе джедаев, я не собирался прекращать разговор.
— Итак, теперь ты свободен? — спросила она после нескольких минут молчания, пока я наблюдал, как она обдумывает мои слова.
Я кивнул, и она широко улыбнулась.
— Тогда пойдем.
...
Я заблокировал клинок Серры своим собственным, но мне пришлось повернуться, чтобы уклониться от второго. Быстрая вспышка телекинеза отправила меня назад по дуэльному кольцу, давая мне возможность немного отделиться от девушки.
— Ты серьезно хочешь сказать, что учишься владению световым мечом всего несколько месяцев? — спросила она с другого конца ринга, и я кивнул. — Ого! Даже я не овладела основами шии-чо так быстро, а я ведь блестяще владею световым мечом.
