В (без)опасности

Киберхреновина не впечатляла от слова совсем. Конечно, у Гэвина не было бабла на подобную цифровую срань, но, эй, у некоторых его знакомых было. Он уже видел подобные штуковины — и даже имел удовольствие с ними общаться, если, разумеется, это можно было обозвать общением. Ничего особенного, если желаете знать. Просто тупой тормозящий робот, не въезжающий в шутки про яйчишки. Не развернёшься. Зато Камски и Ричард пялились на эту хуебень восторженными влажными глазами, с таким неприкрытым, граничащим с одержимостью восхищением, что Гэвин ей даже немножечко завидовал. Естественно, не из-за Элайджи. Приходилось имитировать вялый интерес, чтобы хоть как-то приобщиться к прекрасному. Прекрасное, впрочем, сверкало ледяными серыми глазами в добром футе от его стратегической позиции на диване, лишая Гэвина какой бы то ни было возможности к нему, собственно, приобщиться. — Это, — неторопливо объяснял Ричард, баюкая хреновину в руке с нежностью, которой та, на скромный взгляд Гэвина, не заслуживала, — головной центр «умного дома». Сердце вашей системы. Ни на сердце, ни на пафосный головной центр белая штуковина цилиндрической формы, полностью помещающаяся Ричарду в ладонь, не тянула, но Гэвин всё равно лениво кивнул. Смартфоны с каждым годом становились всё тоньше и всё мощнее, так что, может, непритязательная наружность этой кибербанки тоже была обманчивой. Было бы славно, если бы она приносила хоть какую-нибудь пользу. Жаль, не сошла бы за робот-пылесос. Ему что, самому полы тут после Псины пидорасить? — Устройство оснащено продвинутым искусственным интеллектом, датчиками движения и камерой с распознаванием лиц, — продолжал Ричард. Мигающее обрамление с ободка пародии на Сири отбрасывало загадочный голубоватый отсвет на его лицо, делая его ещё более красивым и ещё менее человечным. — Мы уже подключили его к сети. После активации оно будет готово к использованию. — А это обязательно? — ляпнул Гэвин, позабыв на мгновение о том, где и с кем он находится. Ричард приподнял брови в безупречной имитации вежливого изумления, не коснувшейся глаз, и он неохотно буркнул: — Ну… использовать это ваше… устройство. Трепаться там с ним. Нельзя, что ли, ограничиться системой сигнализации и камерами на каждом шагу? Будто этого мало. Вы и без того проберётесь ко мне в задницу — оставьте нетронутой хотя бы башку. Элайджа издал странный звук, подозрительно похожий на замаскированный под кашель смешок. Ричард, тем не менее, даже не улыбнулся. — Вы подписали соглашение, мистер Рид, — спокойно напомнил он. Гэвин скривился: можно было обойтись и без болезненных намёков на тот роковой день, в который Джеффри схватил его за жопу. Ричард неумолимо отчеканил: — Страница третья договора. Раздел «О правах и обязанностях сторон». Согласно данному пункту, «Киберлайф» предоставляет вам рабочий образец устройства на безвозмездных основаниях. Вы, в свою очередь, обязуетесь протестировать все функции системы, доступные пользователю. Вы также должны своевременно сообщать в «Киберлайф» обо всех выявленных вами неисправностях в случае наличия таковых, что автоматически накладывает на вас… Господи, каким же он был занудой. Это не делало его широченные плечищи менее горячими. Всегда ли у детектива Рида был тайный кинк на сраных нердов? — Ладно, ладно, — перебил его Гэвин, поморщившись. — Понял я. А что, если я забуду эту вашу хер… киберштуку где-нибудь в доме? Как быстро система отрубится, а я останусь с голой жопой? Ричард хмыкнул. — Устройство способно функционировать в автономном режиме порядка девяти суток, однако я рекомендую, — он сделал акцент на этом слове, и Гэвин развязно ухмыльнулся: прозвучало почти непристойно, — держать его на станции подзарядки во избежание эксцессов. Вышеозначенная станция, представляющая из себя плоскую платформу с индикатором заряда, была размещена на низком журнальном столике под телевизором. Оставалось надеяться, что Псина не решит сыграть с ней в футбол. Надежды, впрочем, было мало. — Ага, — Гэвин душераздирающе зевнул: алкоголь сделал своё дело, и его неумолимо клонило в сон. — Значит, ваша навороченная робоняня всё-таки может сдохнуть без электричества. Ричард терпеливо вздохнул: — Данная модель не отключается, а уходит в режим гибернации, но в общих чертах вы правы. Для функционирования она нуждается в питании. Так же, как и вы, детектив. Удивительное сходство, не находите? Гэвина необъяснимо передёрнуло от этого диковатого сравнения: как если бы можно было сопоставить живого, дышащего и ошибающегося человека с грёбаной машиной. Камски, занявший позицию на противоположной от его собственной стороне дивана, молчал — по всей видимости, наслаждался шоу. Он не пошевелился, когда Ричард приблизился к ним; позорно, предательски поёжился только Гэвин. Жалкий и взволнованный Гэвин Рид. — Посмотрите в камеру, мистер Рид, — мягко произнёс Ричард, деликатно проигнорировавший его нелепое движение. Опустился на подлокотник, с которого Гэвин стремительно убрал руку. И протянул ему эту… штуковину. «Глазок» камеры ехидно вспыхивал голубым, хотя голубее неба здесь был только пиздодельный детектив Рид, пускающий слюни на пёсика Элайджи Камски. — Запустить процесс биометрической идентификации, — шепнул Ричард тоном, которым полагалось говорить намного более грязные и понятные вещи. Он, конечно, был охренительно сексуален, когда сидел в нескольких дюймах от него и нёс свою киберчепуху; но Гэвину всё равно поплохело, когда по его напряжённой морде прошёлся синий луч сканера. Сверху вниз. Задержавшись на бровях, глазах и губах. Это пугающе напоминало прицел. Прицелами были и холодные серые глаза, сосредоточенные на его лице. Какого хрена Ричард так пялился? Что он рассчитывал найти на его ебале, подписку на «Нетфликс»? — А если я побреюсь, — прохрипел Гэвин, чтобы разбавить чем-то неловкую паузу, в течение которой чужое бедро в плотных брюках тесно соседствовало с его трясущимися пальцами, — эта ваша хрень меня узнает? Ричард моргнул — так, будто сканировал его тоже, делая одному Богу известные выводы из этого анализа, — выпрямился и улыбнулся одним уголком рта: — Разумеется. Данная система аутентификации основывается на распознавании сетчатки глаза. Гэвин уставился на него беспомощно. Ричард благосклонно растолковал: — Иными словами, в действительности система нуждается лишь в сканировании вашей сетчатки. Полное лицо пользователя используется только для создания его цифрового портрета в памяти устройства. Можете считать это… — он странно кривовато усмехнулся, — …данью сентиментальности мистера Камски. Гэвин рефлекторно повернулся к Элайдже, и ему показалось, что он успел поймать мелькнувшую по холёному лицу тень, но раньше, чем он понял бы, что она значит, Камски небрежно уронил: — Я предпочитаю делать свои машины человечными. Хотя бы внешне. Гэвина замутило. Камски вкрадчиво добавил: — Это наделяет их особенной привлекательностью, не правда ли, мистер Рид? А ухмылялся-то, с-сука, как многозначительно. Гэвин поморщился и отвёл взгляд. Что было взять с этого фрика? — он наверняка уже собрал в своём многомиллионном подвале кибердевочку для кибертраха. Имея в распоряжении ассистента вроде Ричарда, было исключительно тупо присовывать сборищу проводов и микросхем, но Гэвин всегда готов был вызваться добровольцем и утешить Ричи после трагической размолвки с его папиком. Возможно, несколько раз подряд. Господи, о какой же херне он думал. Может, в вине был афродизиак? А что? Откуда ему знать, как именно проходили местные офицерские оргии? — Остались голос и отпечатки пальцев, — выдохнул склонившийся к нему Ричард практически Гэвину в самое ухо. Было совершенно не обязательно придвигаться к нему ближе, нет? Но Гэвин малодушно не стал говорить об этом вслух, а Ричард сделал вид, что всё в порядке вещей: стандартная настройка киберхуйни и всё такое. Вас не облапали взглядом, мистер Рид. Это, блядь, биометрическая, как её там, идентификация. Вы что, впервые об этом слышите? Ну и лошара же вы, мистер, мать вашу, Рид. Ричард, к счастью, подобными эпитетами не сыпал и больше в лицо Гэвину не дышал. Теперь он, сосредоточенный, был сконцентрирован на устройстве в своей руке и лишь прошелестел еле слышно: — Вам нужно будет что-нибудь сказать. Достаточно стандартной фразы из четырёх-пяти слов. Абсолютно любой. Устройство привяжет запись к аккаунту пользователя и будет распознавать в вас владельца даже без сканирования лица. Было что-то почти интимное в том, как он шепнул: — Готовы? О, Гэвин был готов. — Погнали, — буркнул он вслух и, немного подумав, всё-таки отодвинулся. Во имя сохранения своего душевного равновесия. — Начать запись, — прохладно приказал Ричард устройству. Раздался негромкий звук, очевидно, оповещающий об активации диктофона. Гэвин почему-то сглотнул. Ричард поднёс устройство к самым его губам, так, что голубые блики «глазка» оказались прямо на уровне его рта. И Гэвин, чувствуя себя полным кретином, пробормотал: — Я ненавижу гавайскую пиццу. В этот момент ему в голову не пришло ничего умнее этого тупого предложения, но устройство снова пикнуло, оповещая о конце записи, а Ричард удовлетворённо кивнул: — Замечательно. Гэвин предпочёл бы, чтобы эта похвала прозвучала в совершенно другом контексте. Ричард был похож на кого-то, кто способен вытрахать всю душу медленными и мучительными толчками, а потом выдать что-нибудь вроде «хороший мальчик». А Гэвин слишком хорошо знал самого себя для того, чтобы не понимать, что ему бы это вкатило. Ох, блядь, как же всё это было по-идиотски. К счастью, грязные мысли детектива Рида Ричард пока не читал — иначе не прозвучал бы так ровно и сдержанно, когда произнёс: — Остался последний этап верификации личности. Пожалуйста, дайте мне руку. — А? — Гэвин вылупился на него растерянно. — Дайте мне руку, — повторил Ричард, нисколько не потревоженный его внезапной глухотой, и первым протянул ему ладонь, ту, в которой не было устройства. Гэвин побагровел, кажется, до самой резинки трусов. Но руку, конечно, подал, не удержавшись от хриплого: — Когда ты так просишь, детка, невозможно не повиноваться. Ричард на шпильку — или подкат, или тупую шутку, чем бы оно ни было — не отреагировал, зато Гэвин затылком ощутил пристальный взгляд уставившегося на него вдруг Камски. И дружелюбным взгляд этот не был ни на йоту. Ревновал, что ли? Беспокоился за честь своего пёсика? Ну, раньше надо было думать, старина. Пока ты не собрал себе кибердевочку. Ричард обхватил его запястье пальцами, направляя к устройству, подушечки большого и указательного прижались к «глазку», снова активировавшему свой мини-прицел, хотя на этот раз никаких команд ему не поступало. Похоже, и эта киберсрань питала к Ричарду определённую слабость. Гэвин рвано выдохнул. Ричард придерживал его руку в таком положении несколько секунд, по всей видимости, контролируя её неподвижность, а когда устройство снова пикнуло, ослабил хватку. Гэвин испытал нечто вроде разочарования. Вот же придурок. — Отлично, — вряд ли Ричард осознавал, насколько поощряюще он звучал и до чего это могло быть неоднозначным. — Запуск. Пару мгновений они втроём — расслабленный Ричард, напряжённый Гэвин и задумчивый Камски — сверлили устройство взглядами, и ничего не происходило. Гэвина уже подмывало спросить, чего именно они ждут и почему пялятся на эту, вероятно, неисправную хреновину, как стадо баранов, но штука вдруг очнулась от коматоза. — Устройство готово к работе, — сообщил приятный женский голос, который мог исходить только от кибербанки. — Модель RK900, серийный номер 313 248 317 87. Текущий пользователь: Гэвин Рид. Подтвердите личность пользователя. Подтвердите личность пользователя. Подтвердите личность пользователя. Гэвин встретился глазами с серыми ледышками Ричарда, и тот кивнул. — Подтверждаю, — слабым голосом откликнулся детектив Рид. Устройство издало звук, похожий на тот, каким мог бы быть довольный смешок, если бы тот принадлежал роботу. — Добро пожаловать, мистер Рид! — оживлённо сообщила баба в кибербанке. — Обновляю данные. Система сигнализации активирована. Система наблюдения активирована. Система контекстных подсказок активирована. Скачиваю дополнительные протоколы. Скачиваю дополнительные протоколы. Скачиваю дополнительные протоколы. Установка. Установка. Установка. Драйвера обновлены. Соединение с сетью стабильно. Текущее время: тринадцать часов сорок три минуты, вторник, пятнадцатое июля две тысячи двадцать пятого года. Температура снаружи: восемьдесят два градуса Фаренгейта. Температура внутри: шестьдесят восемь градусов Фаренгейта. Атмосферное давле… — Её можно как-то заткнуть? — утомлённо поинтересовался Гэвин у Ричарда, продолжающего наблюдать за ним с подлокотника, и тот щёлкнул пальцами. Баба немедленно замолчала. — Это чё за магия вне Хогвартса? — изумился Гэвин. Ричард прищурился: — Стандартный набор жестов для управления устройством. Все возможные комбинации перечислены в инструкции по эксплуатации. Ах да. Точно. У этого ведь была инструкция. — Я рекомендовал бы вам ознакомиться с ней, детектив, — Ричард казался слегка задетым. Что, лично текст памятки составлял, что ли? Гэвин передёрнул плечами: — Ага. Если делать нехуй будет. К его глубочайшему сожалению, в текущих обстоятельствах этот сценарий был наиболее вероятным изо всех. Даже несмотря на то, что теперь у него имелся вай-фай. Ричард склонил голову набок — в этом жесте было что-то механическое, что-то неестественное. Он будто хотел что-то сказать или спросить, но в это мгновение молчавший до сих пор Элайджа вдруг шумно прочистил горло и поднялся на ноги с негромким: — Боюсь, мы с Ричардом уже опаздываем. Если у вас не осталось никаких вопросов… Вопросов, справедливости ради, у Гэвина не было изначально. Равно как и желания ввязываться во всё это дерьмо. Но Ричард выглядел как неплохой бонус к происходящей дрисне, так что, возможно, из ситуации ещё можно было извлечь некоторые плюсы. — Только один, — буркнул Гэвин, тоже вставая с дивана и с сожалением провожая взглядом чужие бёдра, обтянутые строгими брюками: Ричард опередил его на какие-то секунды. — Как мне поменять голосовые настройки этой хуйни? Не то чтобы я был женоненавистником, но, понимаете ли… предпочитаю, чтобы на мозг мне капали мужики. В серых глазах мелькнула искорка интереса. Камски, напротив, помрачнел. Они с Ричардом переглянулись, и между ними произошла короткая, но ожесточённая битва взглядами, которую Гэвин не выкупил. Затем Ричард, похоже, одержавший в ней победу, медленно произнёс: — Теперь вы — системный администратор. Достаточно просто попросить. Система предложит вам каталог голосовых вариантов из нашей базы, но вы также можете предоставить ей доступ к своим контактам или дать прослушать любую аудиозапись, и она в точности скопирует необходимый вам тембр. — Серьёзно? — усомнился Гэвин. Ричард сдержанно улыбнулся: — Абсолютно. Устройство обладает усовершенствованной функцией распознавания и расшифровки звуковых волн, что означает, что оно способно воспроизвести любой ранее услышанный им голос. Чей угодно. В этой его усмешке было теперь что-то, что вдруг заставило Гэвина понять: он знал. Блядский Ричард прекрасно знал, чей именно голос Гэвин рассматривает в качестве основного варианта для своей новенькой Сири. И это его чрезвычайно забавляло. Вот же самодовольный уёбок. И почему только Гэвин вечно западал на таких вот павлинов? За что, Господи Иисусе? — Ясно, — буркнул он, обозлившись на них обоих, и мотнул головой. — Ну, вы, типа, торопились вроде как. Не смею задерживать. Насмешливый взгляд Ричарда прошёлся по его пылающему лицу и остановился в районе губ. Гэвин впился зубами в нижнюю. К счастью, Камски поддержал его негромким: — В самом деле. Нам уже пора. Какими бы ни были их с Ричардом взаимоотношения, не слишком-то напоминающие теперь стандартную раскладку начальника и подчинённого, тот повиновался и, приблизившись к телевизору, вернул устройство на станцию подзарядки. Ободок вспыхнул голубым; глаза Ричарда — его далёким морозным эхом. Гэвин поёжился. — Не забывайте об отчётах, мистер Рид, — дежурным тоном, не похожим на то, как он говорил с ним до сих пор, произнёс Ричард. — Каждую среду не позднее восьми вечера мы будем ждать от вас заполненный файл с описанием протестированных функций и выявленных неполадок. Гэвин рисковал однажды закатить глаза так сильно, что они уже не вернулись бы на своё законное место. Но пришлось кисло кивнуть. Как минимум чтобы уменьшить количество пунктов в грядущей головомойке от Джеффри. — Приятного использования, детектив, — промурлыкал Ричард уже в дверях, когда они остались наедине: распрощавшийся с Гэвином Камски отошёл к машине. — Мой номер внесён в систему. Вы можете связываться со мной по телефону или напрямую через устройство. В любое удобное время. По любым вопросам. Гэвин с тоской подумал о том, что те вопросы, которые он был бы рад обсудить с Ричардом за закрытой дверью, без навязчивого присутствия Элайджи Камски, пялящегося на них с улицы, определённо не находились в юрисдикции «Киберлайф». — Ясненько, — буркнул он вслух. — Буду иметь в виду. Вали уже, пока твой папочка не прожёг во мне дыру взглядом. Ричард повернул голову, посмотрел на Камски и издал негромкий смешок. — Всего доброго, Гэвин, — мягко произнёс он — каким-то таким тоном, который заставил бравого детектива Рида залиться краской — и, кивнув ему, развернулся и зашагал к Элайдже. Гэвин провожал его задницу глазами до самой тачки. Голосовому помощнику пришлось бы несладко: Гэвин определённо собирался принудить цифровую версию Ричарда к некоторым кибер-извращениям.