Садистская симфония любви

Паутина лжи

Тишина в раздевалке звенела в ушах, гуще и тяжелее, чем после самой интенсивной тренировки. Федя сидел на скамье, отвернувшись от Дэна, который нервно барабанил пальцами по металлическому шкафчику. Воздух был наэлектризован, пропитан запахом пота и невысказанных слов. – "Нам нужно поговорить.." тихо произнес Федя, не поворачиваясь. Дэн замер. – О чем говорить? Все и так понятно. Дэн облокотился на стену скрестив руки и глядя на Макарова из подлобья. – Ничего не понятно, Дэн. Абсолютно ничего. Дэн вздохнул, провел рукой по взъерошенным волосам. – Что ты хочешь услышать? Что мне было просто хорошо? Да, было хорошо. Очень хорошо. Но это ничего не меняет. Он попытался смягчить тон, но в голосе всё равно проскальзывали стальные нотки. – Просто… забудем об этом, Федь. Ладно? Федя резко повернулся. – Забыть? Как ты себе это представляешь? Дэн нахмурился. – Чего ты от меня ждешь? – Правды. Я хочу правду. Почему это случилось? Почему ты… Почему ты сделал это? Дэн отвернулся, избегая взгляда Феди. – Заебал... – прорычал он. – Раз тебе так нужна правда, получай. Всё дело в твоём Стасе, понятно? Федя недоуменно нахмурился. – Что ты несешь? Лицо Денисенко исказила злобная гримаса. – Не строй из себя невинного ангелочка, Феденька! Я знаю, что Стас не такой, каким ты его видишь. Он… Дэн замялся, словно выплевывая каждое слово – …он не тот за кого себя выдаёт. Федя рассмеялся, но в его смехе слышалась истерика. – Ты шутишь? Стас? Да он мухи не обидит! Уж тем более, это просто смешно, Дэн. – Я блять не шучу... – Дэн шагнул вперед, сокращая расстояние между ними. – Я знаю гораздо больше чем ты. Не буду вдаваться в подробности, но поверь мне, он ещё тот выблядок... Федя покачал головой. – Не верю. Ни единому слову. Это больше похоже на ревность если честно. – Ревную? – Дэн грубо рассмеялся. – К Стасу? Не смеши меня! Мне просто жаль тебя, Макаров. Ты идиот." Гнев захлестнул Федю. Он вскочил со скамьи. – У тебя вообще нет права такое говорить мне! Ты же не знаешь ничего ни о нём, ни о нас. В тебе играет твоё самолюбивое эго которое в очередной раз задето. Дэн сжал кулаки. – Ох, я знаю больше, чем ты думаешь, в отличие от тебя. И сейчас я честен. – Честен? – в голосе Феди звучало отвращение. – Честен? Выплёскивать на меня весь этот бред по-твоему честно? Блять, ты невыносим. Федя начал одеваться, его руки дрожали от злости и обиды. – Я не собираюсь сейчас это выслушивать. Нам лучше какое-то время не видеться.. Дэн застыл, наблюдая за ним. –Ты действительно веришь ему больше, чем мне? Федя промолчал, натягивая толстовку. Он не мог смотреть Дэну в глаза. – Отлично, – прошипел Дэн. – Тогда проваливай. И не жди, что я буду извиняться за это. Федя резко повернулся и вышел из раздевалки, оставив Дэна одного. В пустой раздевалке эхом разносился тяжелый стук сердца Дэна. Гнев душил его, смешиваясь с обжигающей болью. Он пнул ногой металлический шкафчик, оставив на нем вмятину. – Черт! – заорал он, со злостью ударив кулаком стену. Он оттолкнул скамью и с яростью прошелся по раздевалке, разбрасывая полотенца и бутылки с водой. Его переполняло бессилие и отчаяние. Он хотел помочь Феде, открыть ему глаза, но тот предпочёл оставаться в неведении, цепляясь за иллюзию. Федя в это время влетел в Гоголь-бар, как будто за ним гнались все черти ада. Стас, протиравший бокалы за стойкой, сразу заметил его взволнованное состояние. – Федь, что случилось? Ты бледный, как смерть, – обеспокоенно спросил он, откладывая бокал. Федя рухнул на стул перед стойкой и залпом выпил предложенный Стасом стакан воды. – Денисенко…гад.." – задыхаясь, начал он, пересказывая произошедшее в раздевалке. Он сбивчиво рассказывал о обвинениях Дэна, надеясь что Стас легко объяснится с ним. Бармен слушал молча, с непроницаемым выражением лица. Внутри него бушевало раздражение. Денисенко перешел черту, нарушив их договорённость. Теперь он должен был действовать быстро и решительно. Когда Федя закончил, Стас обнял его за плечи. – Федь, не слушай его. Дэн просто завидует. Ты же знаешь, какой он импульсивный и грубый. Не позволяй ему разрушить наши отношения. Я люблю тебя, и я бы никогда не причинил тебе боли. Он говорил мягко и убедительно, словно опытный психолог. Федя прижался к нему, и его тело начало постепенно расслабляться. – Я знаю, Стас. Просто… это было так странно он него слышать.. Стас погладил его по голове. – Все будет хорошо. Просто забудь об этом. А я позабочусь о том, чтобы Дэн больше не беспокоил тебя. В его голосе звучала ледяная решимость, которую Федя не заметил. Вечером того же дня, когда бар закрылся, Стас приступил к реализации своего плана. Он знал, что у Дэна были проблемы с законом в прошлом – мелкие кражи, драки, употребление наркотиков. Этого было достаточно, чтобы построить вокруг него целую сеть лжи. Первым делом он взломал электронную почту Дэна. Это оказалось на удивление легко, учитывая слабость его пароля. В переписке он нашел кое-что интересное – старые сообщения, свидетельствующие о том, что Дэн когда-то занимался сбытом наркотиков. Стас скопировал эти письма, а затем отправил с его адреса несколько сообщений на адреса известных в городе наркоторговцев, заказывая крупные партии различных веществ. Затем он перешел к более серьезным вещам. Стас был хорошим хакером, и ему не составило труда получить доступ к базам данных полиции. Он изменил информацию о нескольких нераскрытых делах об убийствах и склонениях к суициду, добавив туда имя Дэна Денисенко в качестве подозреваемого. Он подделал улики – номера телефонов, IP-адреса, записи с камер наблюдения, – все указывало на Дэна. Особенно тщательно он поработал над делом о "Друге", оставив цифровые следы, связывающие Дэна с погибшими подростками. Он даже оставил пару "реальных" улик. Зная, что Дэн иногда посещает один из заброшенных домов на окраине города, Стас подкинул туда несколько предметов, принадлежавших жертвам: шарф, заколку для волос, фотографию. Он также оставил там нож с отпечатками пальцев Дэна (благо, заполучить их было несложно). После этого Стас позвонил матери Феди, Ольге Макаровой, которая занималась делом о "Друге". Он изобразил крайнюю обеспокоенность состоянием Феди после разговора с Дэном. – Добрый вечер, простите, что беспокою вас в столь позднее время, но я очень волнуюсь за Федю, – начал он дрожащим голосом. – Он сегодня был очень расстроен после разговора с одним знакомым, Денисом Денисенко. Он наговорил Феде ужасных вещей. Я думаю, этот парень психически неуравновешен. Федя говорил, что он ревнует… А еще, я слышал, что в городе ищут какого-то "Друга", который подталкивает подростков к самоубийству. Мне кажется, Денис может быть как-то с этим связан. Просто… пожалуйста, проверьте его. Я очень боюсь за Федю. Мама Феди была удивлена звонком. Она знала Стаса как спокойного и рассудительного молодого человека. Его слова вызвали у нее беспокойство, но она не хотела верить, что Дэн, которого она знала как друга Феди, может быть причастен к таким ужасным вещам. – Стас, я понимаю твою обеспокоенность, но не делай поспешных выводов, – ответила она. – Денис, конечно, парень непростой, но я сомневаюсь, что он способен на такое. Тем не менее, я проверю его, просто чтобы убедиться, что все в порядке. На следующее утро Ольга Макарова решила проверить информацию о Денисе Денисенко. Вскоре она вскрыла множество подробностей о криминальном прошлом, о подозрительных сообщениях в его электронной почте. Затем поступили данные из полиции о том, что имя Дэна фигурирует в нескольких нераскрытых делах об убийствах и склонениях к суициду. А когда следователи обыскали заброшенный дом и нашли там улики, все сомнения отпали. Макарова была в шоке. Она не хотела верить в то, что Денис может быть тем самым "Другом", которого они так долго разыскивали. Но улики были неопровержимы. Ей пришлось задержать Дениса Денисенко и доставить его на допрос. Днем, когда Дэна задерживали, Стас наблюдал за этим издалека, с усмешкой на губах. Его план сработал идеально. Теперь Денисенко был в руках полиции, а Федя – в его.