Кот не в счёт

Станислав Соколов с детства отличался поразительным терпением. Удивительно, что именно сегодня юный мальчик нарвался на него в отвратительном расположении духа. Стас был рациональным бизнесменом, редко идущим на поводу у чувств. Сегодняшняя сорвавшаяся встреча, провалившийся заказ и неудачный манёвр на дороге под конец — всё вкупе выбило его из привычной колеи. Он был опытным водителем, но в этот раз зазря положился на другого, коим оказался парень. Ожидал, что водитель «Ауди», которого Соколов не разглядел сразу, справится с управлением без особого труда. Стоило признать: уже долгие месяцы Станислав был в глубоком душевном раздрае. Он это ни с чем не связывал, просто сделал для себя вывод, что пора наведаться на территорию друга и посетить тематический клуб. Мужчина последние годы не имел у себя постоянных нижних. Предпочитал брать сабов на ночь, не обещая им ничего, кроме хорошей сессии, а потом и секса. В отношениях с ним было легко: он был финансово готов обеспечить партнёра всем, в чём тот нуждался, был отзывчив, но во времени нередко ограничен, не мог полностью посвятить себя сабмиссиву, из-за чего отношения были недолгими. За двенадцать лет в теме на самый длительный период — всего в три месяца — у него задержался только один паренёк, напоследок устроивший скандал с угрозой вскрыть вены. Была у Соколова и бывшая жена, далеко не девственный цветочек, но за два года брака не получила домик в Альпах и разобиделась на мужа, потребовав развода. Стас, человек не жадный, отдал ей два дома в пригороде и квартиру в историческом центре города. Дарья же, в свою очередь, оставила ему кота. Станислав долго утверждал, что живность следовало бы забрать с собой: он совершенно не умел обходиться с животными. Но Даша решила иначе, и вот уже чёрт знает сколько времени в квартире у бизнесмена жил большой, белый и крайне наглый мейн-кун. Соколов получил в молодости отличный стартовый капитал от отца и вовремя занял выгодную нишу на рынке. Охранно-консалтинговая фирма отражала его любовь к контролю и порядку. Он занимался стратегией, аудитами, установкой систем и, конечно, личной охраной. В последнем Стас разбирался особо хорошо, не один год храня крепкий сон своего отца и находясь у него на службе в качестве профессионального телохранителя. Станислав происходил не из бедной семьи, но наследником ни одного из отцовских бизнесов не стал, был незаконнорожденным. Отец так и не признал его, только лёжа на смертном одре отсыпал приличную сумму денег. Когда-то, рассказывая об этом близкому другу — тому самому, что владел клубом, — за выпивкой, Стас пошутил, что в смерти отца как телохранитель виноват не был. И Роман подкинул идею — на полученные средства открыть своё агентство. Теперь Соколов был рад, что сделал именно так. Всю жизнь охранять всяких упырей сам он не был способен, устал ещё от собственного отца. Других терпеть был готов только косвенно и за очень хорошие деньги. К первому и основному бизнесу как-то незаметно добавились ещё два заграничных. Один был связан с уже знакомой сферой охраны, а второй — IT. Оба дела Станислав не светил, оставляя себе пути отступления на всякий случай, ведь никогда не знаешь, как именно пойдёт жизнь. Несмотря на свою бесконечную занятость, Стас продолжал поддерживать себя в очень хорошей форме, не горя желанием расползтись по креслу, как многие его знакомые после сорока. Он жил по чёткому расписанию — вплоть до расчёта времени на чистку зубов. Мужчина три года своей жизни провёл в Германии вместе с почившим отцом, где научился у немцев педантичности и пунктуальности. Хотел бы сказать, что и любовь к контролю позаимствовал у них, но нет, это было с Соколовым с самого детства. Так что да, белокурому мальчику в салоне серого авто очень не повезло застать Стаса злым и совсем разочарованным. Благо, что прооравшись, Станислав взял себя в руки. Совсем юношу запугал, тот на манер мышонка юркнул, спрятавшись от него в машину. Юнец совсем не выходил из головы. Зацепил подтянутым телом и красивой попкой, прекрасно подчёркнутой джинсами. Бывший телохранитель твёрдо был уверен, что не сорвался бы на парня так, займись кем-нибудь в клубе, когда только почувствовал привычные нотки лёгкого бешенства. Высшая степень недотраха сжирала его, если уж посмел заглядеться на задницу подписывающего бланки юноши. Жаль, что не смог посмотреть, с кем имел дело, пока занимался бумагами позднее сам. С другой стороны, чтобы узнать имя, фамилию, да впрочем всё, даже адрес, достаточно было позвонить одному приятному знакомому и пообещать бутылочку недешёвого коньяка. Так Соколов и решил поступить, уступая собственному жгучему любопытству. После потери основного имущества в пользу Дарьи Стас обустроился в небольшой однокомнатной квартирке. Он поставил машину во дворе. Вышел, обошёл автомобиль, ещё раз взглянул на повреждение, теперь под светом фонарей. Действительно, утром можно было просто закрасить чёрным лаком, никто и не заметит. Мужчина вошёл в подъезд, лёгкой рысцой вбежал по ступеням до третьего этажа — лифтов в немолодом пятиэтажном доме не было. Зато были очень толстые стены, Станислава это устраивало. Ему нравилась жизнь в частных домах за тишину и покой, но сейчас он не спешил покупать участок, не хотелось тратить лишнего времени на дорогу до офиса и обслуживать дом. Прямо на пороге его встретил громогласный кошачий вой, а потом характерные звуки избавления кота от шерсти в желудке. Соколов возвёл глаза к потолку. Уже спустя мгновение животное демонстративно обмахивалось хвостом, как веером, медленно прикрывая жёлтые глаза. – Что? – вопросил Стас у Марселя. – Ну у тебя же есть корм. Иди и жуй. Мужчина докатился до того, что болтал с котом. Это было легко исправимо внедрением общества в свою жизнь, чем и планировал заняться на выходных. Нужно было только сначала отыскать мальчика. Снова расстроиться, что выбрал натурала, а быть может, и гомофоба, для Стаса отличия не было. И тот и другой исход означали, что малыша он себе не получит. Соколов разулся, повесил пальто и свернул на кухню. Корм действительно был, а вот мясо, которое он вытащил размораживаться утром испарилось. Поняв, что остался без ужина, Станислав полез в холодильник. Несмотря на его заработок, было удивительно, что там ещё мышь не повесилась. Марсель встал на задние лапы, тоже стараясь заглянуть внутрь. – А мне что прикажешь есть? – спросил он у кота. Кот моргнул. – Мяу. – Мне пойти погрызть твой корм? Марсель многозначительно посмотрел на миску. Не хватило только кивка. Станислав поднял брови, думая, что живёт с садистом похуже себя самого. Сунув в рот ломтик сыра, Соколов ретировался в кабинет, прихватив бумаги. Все три его компании процветали, но требовали немало внимания. Он мог бы смело передать управление, пусть только и формально, но не был пока готов отпустить фирмы в свободное плавание и получать со своих детищ только доход. Было с его стороны невероятно старомодно — возить документы домой и заниматься ими перед журнальным столом, не имея в распоряжении кабинета, но он находил в этом какой-то особый шарм с налётом надёжности. Не доверял особо важные контракты даже самым ответственным подчинённым. Руки чесались позвонить человеку, способному отыскать мальчика, пострадавшего от гнева Стаса, но будить знакомого в час ночи и что-то требовать было далеко не тактично. До трёх он просидел над бумагами, потом, даже выпив кофе, стал засыпать. Закончил, только разобрав последний заказ. Какой-то деятель хотел обезопасить свой офис и дом. Просмотрев местоположение, сделав пометки, Станислав отправился в постель. Уже кладя голову на подушку, услышал вопль Марселя, прикорнувшего на хозяйской кровати. Кот выскочил из-под мужчины, издав ещё один крик, явно содержащий порцию мата. Животное свалило в туалет — копать Нарнию в лотке. Соколов пожелал наглецу, чтобы дерьмо к его меху на жопе прилипло, и провалился в сон.