полюбить лето

Утро Зеницу начинается с водки. Он все утро сидит и протирает ею неимоверно зудящую спину, так и норовя почесать. Черт возьми, он все-таки обгорел и теперь он умирает от дискомфорта. Дед любезно делится своими сбережениями в виде трех бутылок водки и одной бутылки самогонки. Облегчение от зуда Зеницу чувствует лишь на первые несколько минут, а дальше его начинает выворачивать от неприятных ощущений, и облегчить это состояние никак не получается, кроме как мочить обгоревшие места спиртным. Пишет Танджиро сообщение.

Вы 12:06:

я обгорел

теперь я умираю

гулять не пойду

Танджиро 12:07: как обгорел? ты же весь обмазался

Вы 12:09:

я не знаю, видимо когда обтерся после купания все стерлось…

Танджиро 12:09: помочь чем?

Вы 12:13:

принеси водки

И кто бы мог подумать, что он действительно принесет? Он заходит на крыльцо уже без стука, обращая внимание на корчущегося от неприятных ощущений друга. Протягивает ему водку, видимо не догоняя, что он не пить ее собирается. — думаешь, напьешься и полегче станет? — обеспокоенно спрашивает друг. — нет, напиться тут не поможет… — он выливает немного спиртного на тряпку и прикладывает к спине. — сметаной не пробовал? Обычно все советуют… — хуже станет, ещё сильнее ожог можно получить. По крайней мере мне так говорили, поэтому лечение становится дорогим, — он машет бутылкой алкоголя и облегченно выдыхает. Его немного отпустило. Это совсем ненадолго, но сука, как же хорошо. — еще может чем-то помочь? — предлагает Камадо и садится рядом. — убей меня, чтоб не мучился, — предлагает Зеницу и вздыхает. Вроде стало полегче и он уставше кладет руки перед собой. — черт, ты правда как вампир. — так а ты думал шутки шучу? — он снова смачивает тряпочку и прикладывает уже к зудящим плечам, — про водку я шутил, так что можешь забрать, но спасибо, на тебя можно положиться. — не за что… — звучит немного растерянно и блондин смотрит на друга. Тот отвечает на сообщение кому-то и Агацума решает не мешать. — ты если что можешь идти. Я очень ценю твою поддержку, но представать перед тобой в виде подбитой чайки не особо входило в мои планы, — говорит последний спустя несколько минут тишины. — ты точно тут справишься? — да ладно, будто много работы сидеть тряпкой спину тереть. — ну хорошо тогда. Поправляйся, если что пиши, — улыбается Камадо, забирает принесенную с собой бутылку и уходит. «Ну и чего ты грустишь теперь?» — спрашивает Зеницу сам у себя, — «Сам хотел перестать с ними общаться. Все завтраками себя кормил, а когда выдалась возможность немного отстраниться – так сразу грустить» — мысленно он ругал себя за свою грусть, но поделать с ней ничего не мог, — «Привязался как идиот. Придурок, тебе уезжать меньше, чем через два месяца, на что ты рассчитывал?» — от мыслей захотелось плакать. А ведь правда. Он скоро уедет и они даже не вспомнят о нем. Эта дружба на три месяца его никогда не привлекала, потому что он знает – будет больно. Парень рвано выдохнул, откинул от себя тряпку и встал с диванчика. «Пойду кошек гладить» — заявил он в мыслях и пошел к обычному месту обитания всех их кошек – к сараю во дворе. Стоило ему туда зайти, дикие кошки стали испуганно разбегаться, но Агацума был умнее: он взял горстку корма и положил в мисочку. Страха кошек как не бывало, и вот, теперь перед ним сидят двое животных и кушают, а пока они трапезничают парню можно делать что угодно. И он гладит их. Долго и мягко, почесывая за ушком и под мордочкой. Животные никак не реагируют, но парня успокаивает, что он хотя бы просто может погладить их. «А ведь с ними у меня дружба тоже всего на три месяца. Но им пофиг, им что был я, что меня не было – все одно» — размышляет Зеницу и идет к своему месту на крыльце.

***

Страдает он так до следующего дня. На следующий день спина чесаться перестает, но носить одежду на плечах и спине больно. «Это ничего» — думает он и надевает самую легкую рубашку, что у него есть. Белая хлопчатая, едва ли не прозрачная. На низ он надевает длинные шорты и усаживается на крыльце. Танджиро не пишет, никуда не приглашает, о самочувствии не спрашивает. Зеницу думает, что возможно он чем-то обидел друга и хочет сам написать ему, но мысль «Ты навязываешься» останавливает его. Он откладывает телефон и берет в руки книгу. Время близится к вечеру и Агацума думает, что надо бы поесть. Идет в дом, открывает холодильник. «Какое все вредное…» — вздыхает он и берет кастрюлю с кашей. Это блюдо стало его завтраком, обедом и ужином, если таковые бывали. После трапезы он снова достал телефон и открыл чат с Камадо. После долгих секунд он все же решается отправить сообщение.

Вы 16:34:

как дела?

Друг, которому не свойственно долго отвечать, не заходит в сеть и Зеницу думает удалить сообщение. Думает минуту, две, три и раздражается. «Слишком много думаю, пофигу» — раздраженно думает он и убирает телефон, вновь беря книгу в руки. Ответ ему приходит спустя полчаса и он тут же хватает телефон, открывает чат. Танджиро 17:07: устал картошку сегодня полол и завтра буду мама приболела, надо помогать

Вы 17:08:

понятно, отдыхай :(

Танджиро 17:09: оболтусы сегодня гулять идут пойдешь? меня не будет, я по дому буду помогать И Агацума знает, что без Танджиро ему там придется тяжко. Знает, но все равно пишет другу «пойду», отчаянно желая отвлечься от навязчивых мыслей и снова, хоть на секунду, почувствовать ту атмосферу радости. Камадо присылает ему номер Узуя и Зеницу залипает на несколько минут. «А что написать? Забери меня по братски или что?». Он снова думает минуту, две, три и бесится от собственного поведения. В конце концов, он знаком со всеми уже не первый день и, наверное, смог бы написать даже Иноске, который пугает его больше остальных. Или Ренгоку, с которым они совсем не общались. А тут он боится писать Узую, с которым у него сложились неплохие отношения.

Вы 17:20:

привет это Зеницу

я сегодня с вами

если вы не против

и если можно

Он не знает, зачем добавляет последние два сообщения, потому что они точно не против и ему точно можно. Тенген не отвечает также быстро, как Камадо, и блондин начинает нервничать и думать, что, возможно, стоит удалить сообщения и написать все заново, по-другому. Узуй 17:25: без проблем Приходит ему в ответ и он немного расслабляется. Узуй 17:26: мы тогда через часик встретимся и тебя заберем

Вы 17:26:

хорошо

Светловолосый радостно улыбается, в животе переворачивается предвкушение. Он быстро помогает деду с огородом, радостно оповещает его о том, что идет гулять и шлепает одеваться. Он не знает, что ему надеть с его больной спиной, если даже от легкой рубашки чувствует дискомфорт. Решает, что быстро привыкнет к неприятным ощущениям и надевает футболку, толстовку и спортивные штаны. Причесывает пушащиеся волосы, оценивающе смотрит на себя в зеркало и вздыхает. «В конце концов, я же не на свидание иду, чего я так нервничаю то?» — думается ему и он слышит звук пришедшего сообщения. Узуй 18:31: брей ножки мы в дорожке Зеницу думает как на это реагировать и выходит на крыльцо. Решает ничего не отвечать и ждет. Вскоре к дому приезжает два мотоцикла и он выходит на встречу к друзьям. — а где Ренгоку? — спрашивает он первым делом. — привет. Работает, — оповещает его Узуй и в ответ получает кивок. — привет, — чуть запоздало произнес Зеницу своим друзьям. Иноске никак не реагирует, Генья машет рукой, а Тенген смеется. — ну че, садись, поехали, — басит Хашибира и блондин садится. Он больше не хочет кричать из-за скорости, но все еще крепко обнимает водителя, который, в общем-то, не особо против. Они доезжают до все того же леса и Зеницу снова чувствует свободу. Глубоко вдыхает влажный лесной воздух и плюхается на все тот же диван, где сидел и в прошлый раз. Хашибира помогает с костром, а Шинадзугава садится рядом с блондином. — давно с ними знаком? — тихонько спрашивает последний у своего соседа по дивану. — не то, чтобы прям очень. Пару лет, — отвечает тот и смотрит на знакомого, — мотоцикл водить умеешь? — резкий вопрос ставит Зеницу в тупик. — нет, откуда бы мне… — значит будешь учиться, — вздыхает Генья и смотрит на парней, разводящих костер, — они если пьют, то на убой, сами не доедут, не говоря уже о том, чтобы кого-то везти. Обычно я с Танджиро всем помогаем, но сегодня он не пришел, поэтому сильно на алкоголь не налегай, — объясняет он и снова вздыхает, а блондина пробирает восхищение. Этот парень самый молчаливый и тихий, но такой же заботливый, как и Камадо. — это все хорошо, но… если я сломаю… — нормально все будет, — и Зеницу неуверенно кивает. Иноске заканчивает с костром и сгоняет Шинадзугаву со «своего» места. Тот без возмущений пересаживается на кресло. Узуй выходит из дома с тремя банками пива и с бутылкой мартини, включает музыку и тоже усаживается на диван. — как спина? — спрашивает самый старший, глядя на Зеницу. — ну, больше не чешется. — ну хоть так, — слышится в ответ и Тенген тянет младшему банку пива. Тот отрицательно машет головой, — опять голодный? — не голодный, просто не хочется, — отвечает светловолосый. — вы как обычно нажретесь как свиньи, а нам вас везти придется, поэтому не спаивайте человека. Я один не управлюсь и оставлю вас тут на растерзание комарам, — заявляет Генья. — да пожалуйста, в первый раз что ли, — отвечает ему Иноске и отпивает пиво из своей банки. В ответ ему следует лишь пожимание плеч от Шинадзугавы. Ребята сидят в тишине и Тенген шумно вздыхает, усаживаясь ровно. — какие-то вы тусклые, ребята. Иноске, с тобой то что? — да нормально со мной все, — басит парень в ответ своему другу и снова пьет пиво, — не знаю как вы, но я собираюсь нажраться. — то есть как обычно? — улыбается старший блондин, но в ответ не получает никакой реакции, кроме нового раздраженного вздоха, — пиздец, Иноске, ты начинаешь меня бесить. — да пошел ты, — рычит брюнет и встает с дивана, уходя в дом. Зеницу чувствует волнение. Не хотелось бы стать свидетелем какой-нибудь драки. — забейте, недотрах в голову ебет, — вздыхает Тенген. Агацума все-таки тянется за ранее предложенной ему банкой пива. Он не любит алкоголь: ни вкус, ни запах его не привлекают, по этим двум причинам он никогда не напивался, да и не пил вообще особо. Но сейчас захотелось. — о как, осмелел малой, — улыбается Тенген, — Генья, может и тебе принести? — откажусь, — парень утыкается в телефон, активно набирая какое-то сообщение. На губах едва видная улыбка. — ну малой, давай хоть ты со мной поболтай. Как там жизнь в городе? — туалет в доме. И душ. И кондиционер есть, — говорит он, вспоминая почему он город любит больше, чем деревню. — а ещё когда я прихожу в магазин мне не говорят «О, Зеницу, как там дедушка?». — в ответ ему смеются. — возможно тебе это и кажется каким-то абсурдом и доставляет неудобства, но на самом деле так жить легче, когда знаешь всех и знаешь, чего от них ожидать, — рассуждает беловолосый. — а тут все живут и работают в деревне? Ну, в смысле, из нашей компании. — я в городе живу, на лето сюда езжу, — доносится от Геньи. Зеницу кажется, что этот человек – единственный, кто может его понять и решает позже как-нибудь спросить у него совет. — только Генья, остальные все тут родились и живут, — все-таки отвечает Узуй. Иноске тем временем сидит в доме. Он злится и курит уже третью сигарету подряд, запивая ее пивом. «Как же он бесит» — думает брюнет и едва держит себя от порыва пойти и набить лицо другу. — «Вот и хули он лезет не в свое дело» — все еще злится он и вспоминает мальчика-одуванчика. Парень никогда никому не признается, что находит его невероятно милым и обнимательным. Несмотря на то, что тот выглядит как фарфоровая кукла – весь бледный и хлипкий – Хашибира думает, что он милый. И добрый. Ну кто отдаст свою кофту спящему человеку, когда на улице ночь и куча комаров? «Черт бы побрал эту принцессу» — он снова затягивается и громко вздыхает, — «Подумаешь, маленький и милый, мало таких что ли? Так ещё и городской, нечего ему с нами водиться» — ворчит он в мыслях и снова вздыхает. Все же тот парень запал в душу. Тенген встает со своего места, оставляя Зеницу наедине с Геньей, который все никак не вылезет из телефона. Парень идет к домику, где засел его друг и ожидает увидеть там комок злости. Заходит, садится рядом с ним на диван и тянет ему свое пиво. — ты чего это? — рычит младший. — да просто не хочется. Я чего-нибудь покрепче хлебну, — говорит он и парень, сидящий рядом, принимает предложенное ему пиво. — че с тобой? — да сказал же уже – нормально всё. Отъебни. — слушай, все видят, что не нормально, кого ты тут наебать пытаешься? Либо рассказывай, либо вали и не порти настроение своей злой миной. Парень раздраженно вздыхает и смотрит на старшего. Смотрит долго, будто решается на что-то. — как думаешь, Моницу быстро забьет на нас, когда вернется в город? — все же решается спросить брюнет. — черт его знает. Порой мне кажется, будто я с аристократом рядом сижу, он в первую встречу на нас смотрел как на дикарей. — ну это можно оправдать: до этого он общался только с городскими вежливыми и с добродушным Камадо. Да и встретили мы его не то, чтобы тепло. — но все же. Я не знаю, забьет ли он, когда приедет домой. — Иноске расстроенно качает головой. — блин, ну ты че, из-за пацана расклеился что ли? — ой, отстань, — фыркает младший и снова отпивает пиво. — влюбился? Флаг тебе в руки. Если у тебя с ним не выйдет – мы тебя поддержим. Все, хватит ныть, идем бухать, — и на «кабана», на удивление, это действует. Тот встает с дивана, не забывая про свое пиво и выходит из дома следом за другом. Генья уже убрал телефон и о чем-то беседовал с Зеницу, который отчего-то улыбался и кивал. — о чем разговор? — Тенген снова плюхается на свое место. — да так, — с улыбкой отвечает Генья и старший задумчиво глядит на этих двоих, но вскоре забивает и достает бутылку мартини. Иноске выносит из дома четыре стакана, на случай, если кто-то ещё захочет. Тенген наливает алкогольный напиток себе и другу, после этого пьет пару глотков и морщится. Иноске следует его примеру, но не морщится. Зеницу наблюдает за этим действом и задумывается, о том, что такого произошло в доме, что они оба приняли решение напиться. Размышления ни к чему не приводят и он делает глоток пива, которое ему ранее дал Узуй. Тем не менее, настроение в компании начинает понемногу подниматься, разговор между Иноске и Тенгеном завлекает и обычно молчаливого Генью. Младший блондин все еще не решает подключиться к диалогу, но внимательно все слушает. — в том году у нас вся компания нажралась и Генья психанул. Оставил всех тут и забрал мой мотик, — делится Тенген, — забрать я его смог только вечером, потому что этот оболтус днем не выходит из дома, даже на пару минут, — недовольно продолжает парень, глядя на друга. — ну. Вы сами виноваты. — коротко комментирует главный герой рассказа. — Генья, ты слишком жестокий, — ноет Узуй и закидывает ноги в штанах на подлокотник дивана, укладываясь там поудобнее. — а вы свиньи, не знающие меру, но я же не жалуюсь, — отвечает Шинадзугава беззлобно, и коротко смеется. Зеницу тоже улыбается, отпивая пиво из все той же банки. — а ты вообще! — вдруг показывает старший блондин на младшего, — ну кто тянет одну банку пива весь вечер? Он не знает, что ответить и молчит. Старший вздыхает, осуждающе качая головой. — давайте сыграем в карты на выпивку, — предлагает Иноске и достает из кармана колоду карт. Соглашается даже Генья и у Зеницу просто-напросто не остается выбора поэтому он неуверенно кивает. Он не особо хорош в подобных играх, поэтому сильно сомневается. Иноске поставил пенек, на котором они будут играть, а Тенген и Генья подвинули свои кресла поближе, после чего игра началась. Первым из игры вышел Генья, победно улыбаясь. Зеницу смотрит на веер из своих карт и грустно принимает поражение. Тенген с радостным криком скидывает последнюю карту в виде козырного туза и младший блондин снова берет карты, глядя на две оставшиеся карты у Иноске на руках. «Слава богу хоть не на раздевание» — проносится у него в мыслях, когда ему в руку суют стакан, наполненный мартини. Он выпивает все до последней капли и жмурится от горькости и жжения в груди и горле. Зеницу чувствует легкое головокружение и снова берет свои карты, которые ему раздал Иноске. В этот раз он не намерен проиграть, поэтому внимательно смотрит в свои карты и наблюдает за игрой. Однако в мыслях сдается уже на середине, будучи единственным с таким веером карт. Генья снова вышел из игры первым. На втором проигрыше Зеницу начинает громко возмущаться: — я не хочу чтобы он ходил под меня! Он издевается! Генья, поменяйся местами с ним! — возмущенно кричит младший блондин и тыкает в сторону Хашибиры. А потом пьет ещё один стакан мартини и снова жмурится от таких же ощущений, что были и в прошлый раз. Парни меняются местами без возражений, но легче не становится. Теперь на руках у Агацумы ещё больше карт. Генья играет в несколько раз лучше, чем Иноске. После очередного проигрыша Зеницу пьет ещё один стакан и на этот раз даже не жмурится, пусть у него в горле и груди все ещё жжет. Он чувствует себя пьяным, когда смеется от пререканий между Тенгеном и Иноске. Они смотрят на него непонимающе и он прикрывает рот рукой, ещё сильнее хохоча. Он хочет перестать смеяться, но остановиться не может. Зеницу чувствует, как живот и щеки начинает сводить от смеха, делает глубокий вдох и старается успокоиться. Спустя несколько таких глубоких вздохов ему наконец удается перестать смеяться и он осматривает всех, чувствуя уже ощутимое головокружение. — может хватит? Вы на него посмотрите, он уже готовенький, — говорит Генья, недовольно цыкая и осознавая, что помощи сегодня ему никто не окажет. — ладно, я что-то подустал, — принимает предложение остановиться Тенген и скидывает свои карты в колоду. Туда же летят и карты остальных. Агацума пьяно наблюдает за друзьями, которые ведут какой-то непонятный для него диалог, будто на другом языке. Чувствует на плече руку Геньи и вздрагивает: — ну кто же так людей пугает! У меня чуть-чуть и сердце бы остановилось! — он цокает и качает головой. — давай я тебя домой довезу, пока тебе совсем плохо не стало, — произносит Генья. — дома дед! Он увидит, что я пьяненький и будет стебаться! Не пойду! — приводит он достаточно веский аргумент, который он смог придумать своим пьяным мозгом. В ответ ему пожимают плечами, якобы «ну, как знаешь» и Зеницу вздыхает, глядя на Иноске и Узуя, которые что-то напряженно обсуждают. — я считаю, что иметь лошадь очень выгодно, потому что ну вот как ты думаешь, сколько стоит вспахать огород? — говорит Хашибира. Он заколол волосы в хвостик и Зеницу думает, что это выглядит невероятно хорошо. — ну, мы всегда 2-3 тыщи платили. — ну это у вас по дружбе, а на самом деле такое удовольствие стоит не меньше пяти косарей. — ребята, какие лошади, картошку же можно в магазине купить, — вклинивается младший блондин и ловит на себе шокированные взгляды, — что вы так смотрите? За килограмм 100 рублей! И никаких пяти косарей за лошадь! — это у тебя там в городе все так легко, а тут, в деревне, у нас все свое, — возмущенно говорит Тенген. — да какая разница! Картошка она и в Африке картошка! — сомневаюсь, что в Африке растет картошка, — задумывается всерьез Хашибира. — придурок, это выражение такое, — бурчит Зеницу и толкает сидящего рядом брюнета в бедро ногой. — кто это здесь ещё придурок? — рычит он и хватает младшего за ногу. — отпусти меня блин, — говорит он, но вопреки своей просьбе не пытается никак сопротивляться. Его тянут за ногу и он съезжает на спину. Вторую ногу он кладет поверх ног старшего, а первую опускает туда же. — а ты не ахуел, малой? — бурчит Иноске и смотрит на Узуя. Тот наблюдает за этим с улыбкой. — ой да ладно тебе, тебе же не сложно, — отвечает ему Агацума и спокойно вздыхает, прикрывая глаза, чувствуя себя сонным. — боюсь, если ты уснешь, то Генья оставит тебя спать на этом диване и бровью не поведет, — предупредил Узуй, а в ответ ему просто махнули рукой, мол «сам разберусь». А потом он провалился в сон.