Эксельсиор

Симус сжал губы в злобной ухмылке и, поднимая бокал, поднес его к губам. Он пытался, хоть и не умело, скрыть напряжение, которое накатывало каждый раз, когда его взгляд падал на слизеринцев. Его глаза задержались на Драко, который слишком расслаблено сидел для человека, которого ненавидит добрая половина школы. Алкоголь только подливал масло в огонь. — Бир-понг, да? — сдержанно произнёс Симус, его взгляд скользнул в сторону Драко и Тео. — Только если эти, — продолжил он, чуть сжав челюсти, — не решат в какой-то момент пнуть кому-то в спину «Аваду». Кто знает, что творится в головах этих безумных ПСов и, возможно, они уже получили новое задание от своих психанутых папаш. Когда Теодор услышал фразу Симуса, он почувствовал себя как вулкан, в который долгое время никто не бросал камней, но когда это произошло, он готов был вспыхнуть адским пламенем. «Пожиратели смерти» — название всегда оставляло шрамы в его памяти, как и для многих других. Все эти годы, как тень, висела репутация, которую хотелось бы сбросить, как змея старую кожу. И вот теперь, среди этого шумного веселья, кто-то, не зная всей истории, снова бросает это обвинение. Он почувствовал, как что-то болезненно сжалось в груди. Блейз, заметив, как дернулся Драко, который наверняка уже перебирал различные удушающие заклинания, кои мог с легкостью бросить в сторону Гриффиндора, присвистнул: — Ну-ну, Симус, сладкий, не нервничай, — Забини спрыгнул со стола и встал посередине между враждующими факультетами, — Мы уже не те, кто бросает проклятия в спину. Мы уже можем сделать это и в лицо. Симус на мгновение напрягся, но тут же услышал смех от слизеринца. — Да шучу я, Мерлин! Расслабьтесь, все в порядке. Мы все здесь просто хотим повеселиться и драка не входит в наши планы. Давайте просто отдохнем и поиграем, — последнюю фразу Забини сказал, глядя в глаза Драко, будто умолял не начинать ссору. Симус уже открыл рот, чтобы ответить, когда внезапно почувствовал руку на своем плече. Он обернулся и встретился с тревожным, но понимающим взглядом Гарри, который легким жестом покачал головой, молча давая понять, что сейчас не время для этого. — Надеюсь, задания не слишком жестокие, — обратился к Забини Гарри, ухмыляясь и пытаясь разбавить обстановку. — Кто не рискует, тот не пьет, мой Золотой, — сказал Блейз и наколдовал посередине комнаты длинный стол с необходимым количеством стаканов. Атмосфера злости и обидных слов постепенно рассеялась, уступив место смеху, когда игра набрала обороты. Симус, забыв о своём гневе, уже наслаждался моментом, когда Парвати Патил, прочитав своё задание, медленно подошла к нему и нежно поцеловала в уголок губ. Вокруг раздались крики и весёлые поддразнивания, направленные на смущённого парня, но каждый, несмотря на внешний смех, внутренне нервничал, ожидая своей очереди. — Сыграешь против меня? — Тео повернулся на голос и увидел Асторию Гринграсс. На ней было короткое чёрное платье, идеально подчеркивающее её стройную фигуру. Её темные волосы были уложены в гладкую прическу, а на губах едва заметная, но холодная улыбка. Нотт усмехнулся, вспоминая, как на четвёртом курсе в Большом зале Астория пыталась бросить в свою сестру скомканной бумажкой, но промахнулась так сильно, что бумажка пролетела и приземлилась прямо на стол с Когтевранцами. — Ты уверена? Задания могут быть довольно… жесткими, — отметил Тео, отворачиваясь к столу, — А ты, кажется, не нападающий от Слизерина. — Может, и не нападающий, — Астория наклонилась чуть ближе, её голос был низким и тянущимся, как капля меда на ложке. — Но знаешь, Тео, мне всегда удавалось забивать, когда это действительно нужно. — После Вас, — протянул руку Тео, пропуская девушку к столу. С одной стороны собрались парни с разных факультетов, с другой — девушки, их взгляды горели азартом. В воздухе витало предвкушение, смех и лёгкое напряжение перед началом игры. Гермиона совершенно не собиралась в этом участвовать, но жалобный взгляд Джинни и её обещание остаться в неоплатном долгу заставили подругу сдаться. Вздохнув, она взяла мяч, прицелилась и бросила — тот, словно притянутый невидимой силой, плавно нырнул в один из стаканов. Блейз растекся в улыбке и, подняв стакан длинными пальцами, вытащил бумажку: — «Выбери кого-то из игроков и прошепчи ему на ухо самый грязный секрет, который знаешь… или придумай.» Блейз ухмыльнулся, его взгляд задержался на Джинни всего на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы она заметила. Он медленно, словно кот, подошел к девушке, и, заправив локон за ухо, наклонился и шепнул: — Гриффиндорцы любят громкие жесты, да? Признания на всю школу, драки из-за девушки, клятвы вечной верности. — Он наклонился чуть ближе, понижая голос. — А вот у нас, на Слизерине, считают, что есть вещи куда более… убедительные. Интересно, Уизли, тебе хоть раз показывали, насколько сильно можно хотеть кого-то — без лишних слов? Звук, когда стакан разбился об пол, пронзил тишину, мгновенно отвлекая всех. Но прежде чем кто-то успел среагировать, Гарри, словно вихрь, вылетел из комнаты. Джинни уже хотела отправиться за ним, но рука Гермионы ее остановила. — Дай ему время, — сказал девушка, нежно улыбнувшись. — Ну что ж, давайте не будем отвлекаться на мелочи, — голос Астории был наполнен ехидной ноткой. — Игра только началась, так что возвращайтесь в реальность. Тео, твоя очередь. Нотт, удивленный столь неожиданным вниманием к себе от Астории, взял в руки мяч и легонько его подбросил. — Какой ужас, мне придется выполнить твоё желание, — с насмешливой ухмылкой произнесла девушка, не скрывая лёгкой иронии в голосе, — «Поцеловать кого-то. И пусть все это увидят.» Астория без всякого предупреждения подошла к Тео, схватила его за воротник и притянула к себе. Мгновение, и её губы сжались на его, совсем не стесняясь. Тео застыл, но в следующий момент он ответил на поцелуй, всего на секунду. Он отстранился и шепнул тихо, чтобы слышала только она: — Ты забыла, где находишься, Гринграсс? Это не твой личный уголок для игр. Он отстранился и вернулся к игривому тону, как будто ничего не произошло, чтобы поддержать атмосферу игры. Взгляд Пэнси был испытующий, почти вызывающий, когда она подошла к столу и приняла мяч в руки. Вокруг царила тишина, все ждали, что будет дальше. Драко стоял рядом, его выражение лица ничем не выдавалось, но в его глазах был этот характерный огонь — он наслаждался моментом, зная, что Пэнси всегда игнорирует правила, когда речь шла о её задание. — Ну что, Паркинсон, — ехидно сказал он, бросив взгляд на её сосредоточенное лицо, — Давай, покажи, на что ты способна. Она усмехнулась, едва заметно покачнув головой, и с профессионализмом бросила мяч, не промахнувшись и точно попав в один из стаканов. Сомнений не было — она сделала это с легкостью, которой мог бы позавидовать любой. — Твое желание, Малфой, — усмехнулась она, переводя взгляд на него. Уголки губ Драко едва дрогнули в злой ухмылке, но он вовремя себя остановил: — «Расскажи другому участнику то, что скрывал.» Кто придумывает эти дебильные… — Начал говорить Драко, но в этот момент на бумажке начала светиться новая фраза, — «Передай это тому, кого ты хочешь заставить выполнить твоё желание». Драко почувствовал, как на его лице расплывается довольная ухмылка, когда на бумажке вспыхнула новая надпись. Он взглянул на Тео, который только что начал читать, и, понимая, что теперь всё зависит от него, невольно облегченно выдохнул. Никакой неловкости, только радость от того, что Тео выполнит его желание. Нотт прошел мимо Астории, которая странно выпрямилась, словно ожидая какого-то действия от него, но он остановился перед Гермионой. Он взглянул на нее, наклонился чуть ниже, его дыхание почти коснулось её кожи, и с ухмылкой произнес: — Я этого не делал, — прошептал Тео, точно зная, что она поймет, — Знаешь, иногда мне нравится наблюдать, как ты думаешь, что ты такая умная и неприступная. А на деле путаешься в таких мелочах. Брось, Грейнджер, ты же у нас не глупая девочка. Последнюю фразу он произнес нарочито медленно, едва касаясь губами ее уха. Гермиона ощутила, как его слова проникают внутрь, вызывая острое раздражение… и что-то еще. Она сжала губы в тонкую линию, пытаясь не показать, как его близость и шепот в ухо заставляют её чувствовать себя уязвимой. Но в тот момент, когда его губы коснулись её уха, что-то в ней встрепенулось. Было тяжело игнорировать это странное чувство, которое, несмотря на её отвращение, ощущалось как нечто большее, чем просто злость.

***

Время давно перевалило за полночь, и в комнате для девочек Гриффиндора царила тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Гермионы, выдававшим её привычное бессонное состояние. Переворачиваясь с одного бока на другой, она мечтала, чтобы могла владеть навыками окклюменции; собрать все непрошеные мысли в одну коробку и отправить на самую дальнюю полку сознания. — Гермиона, ты спишь? — тихонько спросила Джинни. — Не спится, — обреченно ответила Грейнджер. — Как ты думаешь, если Министерство и Визенгамот оправдали некоторых людей, может, стоит попробовать и нам отпустить предрассудки и дать шанс? — Если бы все было так просто, то, может, мы бы уже и забыли об этом, — сказала Гермиона, тяжело вздохнув. — Но предрассудки не исчезают так быстро. — Но мы ведь можем попробовать, Гермиона. Стоит хотя бы попытаться, — сказала Джинни мягким голосом. — Может быть.