Падение Константинополя: время чудовищ

6 июля 1912 года (по старому стилю).  Летние каникулы. Костя почти достиг брачного возраста Ранним утром Костя пишет письмо деду.  Он ничего не просит. Не злится. Мама осталась очень довольна платьем. По крайней мере, настроение у неё было прекрасное!  Если не считать, что Костя его немного подпортил своими выкрутасами…  Заставил волноваться.  Но как только стало понятно, что Костя ни тонуть в ванне, ни кашлять не собирается, к маме вернулся отличный настрой.  Костя еле вытерпел её мягкие насмешки во время завтрака… Маму явно ничего, кроме самого Кости, не беспокоило. А значит, примерка прошла удачно.  И Костя просто пишет вежливое, еженедельное письмо… Решает начать с благодарности.  Но успевает вывести ровно и аккуратно только титул дедушки, когда на ухо ему начинают дышать. Да так громко, что кажется - за спиной огромный пёс, что сильно мучается в такой зной… От шерсти жарко?  У Кости не самые приятные воспоминания о собаках… Но сейчас ему совершенно не жутко. Потому что он прекрасно понимает, что там, позади, совсем не собака!  И того, кто у него за спиной, Костя не боится… Возможно, следовало бы! Костя о нём ничего не знает!  Но от этого юноши он никогда не видел зла… Лишь добро, лишь помощь!  И его выбор - довериться своему сердцу.  Костя замирает. Перестаёт писать.  Жёлудь на браслете, который Костя надел на левую руку, слегка царапает бумагу.  Наверное, это не очень удобно… Когда подвеска болтается! А ещё - издаёт небольшой шум при ходьбе. Звон, скорее…  Костя не знает, почему так. Жёлудь не металлический… А сам браслет - это всего лишь верёвка.  Чему там звенеть?  Костя не понимает! Но браслет не снимает.  Ему он нравится, на самом деле. И то, что звенит, - тоже нравится.  - Ты можешь хоть раз войти через дверь? - спокойно произносит Костя, - То есть через ворота?  - А зачем тогда окно так приветливо открываешь? - ехидно произносят позади, - Сам виноват! Ну, тоже верно! Можно было бы и закрыть окно… Хотя в такую духоту… Это нереально почти!  Костя едва заметно улыбается и медленно оборачивается.  Свят не очень охотно делает шаг назад…  Они чуть не стукнулись лбами! Такой забавный! Вот зачем было пугать Костю и дышать хуже бешеного пса прямо ему на ухо?  Наверное, для личного удовлетворения… Вон какой довольный!  Стоит в неизменной белой рубахе, не со своего плеча… Интересно, она у него одна? Или их много? И все они по какой-то причине огромные?  Просто рубаха всегда такая белая… Как новенькая! И ни капли не изношенная!  И это при том, что только вчера Свят кидался грязью.  Наверное, таких рубашек у него всё-таки много… И Костя втайне радуется этому… Тому, что Свят не нуждается. Пусть не по плечу, зато чистые и новые!  О том, ворованные рубахи или нет, Костя старается не думать.  Он подобное не одобряет. Но Костя - не дурак. Прекрасно понимает, что некоторые люди поставлены в такие условия, что иначе никак.  Так что Костя не осуждает… - А ты почему только сейчас явился? - вместо этого спрашивает Костя.  Свят вскидывает брови и криво усмехается: - А что, надо было остаться в ванной?  - Конечно! - мгновенно отзывается Костя, - Хоть бы помог мне пол вытереть!  Косте было слишком стыдно оставлять всё так, как есть, и он постарался прибраться. По мере своих сил и умений, конечно… И кажется, сделал только хуже.  Но он хотя бы пытался!  Свят смотрит на него так, будто Костя сморозил величайшую в мире глупость.  Будет он тут ещё прибираться! Не царское это дело!  Складывается ощущение, что это не Костя тут императорских кровей…  Косте становится так весело, что он изо всех сил старается не засмеяться.  - Там ничего не нужно было убирать! - бурчит себе под нос Свят, - Само бы высохло! - Ну да, - не спорит с ним Костя, а потом мирно добавляет, - Только потом вот появится плесень… - А что плохого в плесени? Она вкусная, - пожимает плечами Свят.  Костя замирает. И пытается понять - воришка пошутил… Или он это серьёзно?  Костя от всей души надеется на первое…  Спрашивать боязно. Тем более, Свят явно пришёл к нему не для того, чтобы о вкусовых качествах плесени рассказать.  И только Костя думает об этом, как Свят делано равнодушным тоном говорит: Вижу, оберег надел… Молодец. Догадливый! - Ты про браслет? Про жёлудь? - уточняет с интересом Костя.  - Да, про него! - отрывисто произносит Свят и, будто желая поскорее перевести тему, добавляет, - А ты чего сидишь тут? Киснешь? В вино превращаешься? Пишешь что-то… Почему не рисуешь? Хочу увидеть твои рисунки!  - Надо написать письмо дедушке, - поясняет мирно Костя, пропуская насмешку мимо ушей (воришка про вино до конца жизни будет вспоминать?!).  - Хммм… - издаёт глубокомысленное Свят и беззастенчиво смотрит на лист бумаги, что-то бормоча себе под нос. Кажется, силится прочитать… И…  Не может!  Потому что Свят вдруг злится. Пытается этот листок выхватить, чтобы… Чтобы сделать что?  Судя по ярости в глазах, то… - Ты можешь разорвать, если хочешь! Я успел написать лишь титул, - Костя медленно убирает руку с листа, - Но позволь спросить… Ты не умеешь читать? Если это так, то не стоит злиться! В этом нет твоей вины! И тебе не стоит её чувствовать.  - Конечно, моей вины тут нет! - резко и яростно перебивает его Свят, - Это всё вина людей! Напридумывают всяких языков мерзких! А мне потом их учить! Зачем?! Неужели нельзя остановиться на одном?! Это просто глупо! Хотя чего это я? Глупость и люди - это всё одно! Одно и то же!  Воришка начинает наворачивать круги вокруг стула Кости… Нервничает.  - Я грамотный! Просто я не хочу заниматься такими пустяками! - наконец, резко останавливается Свят, - Я умею читать… Умею! Просто это не то! Всё не то! Не те письмена! На этом языке сейчас не говорят! Свят выглядит уязвлённым и яростным. А ещё в глазах его есть нечто выжидающее… Он смотрит на Костю внимательно. С некой тайной, что прячется внутри… Но почему Свят временит? Чего ждёт?  Он ждёт, что Костя будет смеяться? Подумает, что Свят наврал о своём умении читать? Но Костя никогда не был таким! Он всегда старался давать людям шансы…  Верить им.  Другое дело, что они могут разочаровать потом… Но это потом!  А пока - презумпция невиновности! - Ты умеешь читать на том языке, на котором сейчас не говорят? - вслух задумчиво тянет Костя.  То есть он имеет в виду, что нет живых носителей?  Язык мёртвый? О, у Кости есть идея! - Ты можешь подождать чуть-чуть? - поспешно произносит Костя, - Я сейчас вернусь! Не дожидаясь реакции воришки, Костя молниеносно добегает до кабинета отца и забирает то, что ему нужно… Возвращается так быстро, как только может!  Костя знает Свята совсем не долго… Но он прекрасно уяснил одну вещь - тот может выкинуть всё, что угодно. И лучше его одного надолго не оставлять. Правда, Свят на этот раз решает обойтись без сюрпризов. Спокойно и послушно ждёт Костю у письменного стола… Даже удивительно!  Костя открывает книгу, что захватил в кабинете у отца, на первой попавшейся странице и протягивает её Святу так, чтобы текст был не вверх тормашками… Чтобы воришке легче было разобрать!  - Ты можешь прочитать и понять, что здесь написано? - мягко уточняет у него Костя, - Хотя бы чуть-чуть?  Свят смотрит на страницу книги так, будто делает Косте величайшее одолжение… И неторопливо, лениво произносит: - Радуйся, Мария, благодати полная! Господь с Тобою… Свят осекается на полуслове. Глаза его снова нехорошо поблёскивают… - Это что за чушь? - сердито восклицает он, - Так и хочется язык с мылом помыть!  У Кости на его счет закрадываются не слишком хорошие подозрения… Рубашка на Святе достаточно широкая. Оголяет часть его груди. И Костя на этой груди не видит креста.  Могло ли быть так, что Свят некрещёный? Очевидно, могло? Если учесть, что он сирота… И… Вырос в лесу, как сам он утверждает?  Но… Он смог прочитать! Его кто-то учил, значит? А этот язык знают священнослужители! Преимущественно…  Всё чудесатее и чудесатее! Да и имя такое интересное… Свят! Это точно сокращение. Но какое имя полное?  Единственное признанное Церковью имя - это Святослав, разве не так?  Но полное имя воришка ни разу не произносил…  Может статься, что его зовут далеко не Святослав!  Надо бы как-то спросить… Очень аккуратно. А то он вспыльчивый! - Это молитвенник, - вслух ласково произносит Костя (общается будто с диким зверем, не иначе!), - Редкая книга… Досталась мне от отца, а ему - от его матери. Бабушка собирала редкие книги и знала несколько языков… Ты знаешь, что это за язык?  Свят хмурится, колеблется, а потом говорит осторожно: - На нём писали… В государстве одном... Сейчас его нет, кажется? Да, государства давно нет! А почему-то пишут всё! - Не понимаю я людей! - угрюмо бурчит себе под нос Свят, - Идиоты какие-то! Говорят на одном, пишут на другом! Бестолочи! Даже в собственном языке разобраться не могут!  - Ты знаешь латынь, - мягко и восхищенно перебивает его Костя, - И ты абсолютно прав, что сейчас нет государства, где использовали латинский язык… Римская империя пала. И Западная, и Восточная… Но так сложилось, что христианство пришло к нам из Рима! Даже моё имя пришло к нам оттуда! Вместе с верой… Это православное имя. Произошло от латинского constans. Это значит постоянный, неизменный… Стойкий. Так звали римского императора, который официально принял христианство… В честь него назван Константинополь… И латинский - до сих пор язык духовенства… И язык науки. Римская культура была очень развитой… Мощной! Выходит, латынь - это универсальный язык.  - Хорошо говоришь! Умный, да? - с едва заметной насмешкой произносит Свят, бессовестно растягиваясь на кровати Кости.  - Ум и знания - это разное, - пожимает плечами Костя, - Меня просто так научили. Это не только мои заслуги.  Он садится за стол. Стоять и смотреть на воришку свысока ему не хочется…  Молитвенник Костя аккуратно складывает на стопку других книг, что лежат на столе.  - Понятно-понятно, наш стойкий и постоянный! - теперь откровенно смеётся над ним Свят, - Видимо, не видать мне вина, как своих ушей! Раз ты такой неизменный! - Ничего, вишня сама по себе тоже вкусная! - рассеянно отвечает ему Костя.  Глаза воришки загораются странным огнём…  Так случается у него часто… Вот только что за в них эмоции?  Костя не настолько хорошо знает Свята, чтобы быть уверенным.  Но Косте внезапно становится не по себе. Он и сам, если честно, не понимает, что чувствует… И лишь бормочет себе под нос: - Выглядит, будто действительно кусок от меня оторвать хочет…  Костя думает, что говорит достаточно тихо… Но это не так!  Воришка моментально подаёт голос.  - Я бы не оказался откусить от тебя чуть-чуть… - вкрадчиво произносит Свят, - Ты - очень сочная ягодка. Но не бойся, я не буду! Костя густо краснеет. И сам до конца не осознаёт, почему… Воришка совсем юный. Как Маша… Он младше Кости! Да и выглядит совсем ребёнком…  Не мог же он иметь в виду нечто неприличное? Или мог?  А может, Костя слишком много думает? И Свят просто подцепил какие-то шуточки с улицы? У старших?  Косте кажется, что он вступает в какую-то странную игру… У которой не знает правил. А раз так, то не стоит и ввязываться!  Не зная брода - не суйся в воду!  И Костя спешит перевести разговор в безопасное русло… - Ты не хочешь научиться гражданскому шрифту? - изо всех сил старается держать лицо Костя, -  Пишут сейчас на нём. И то, что ты не разбираешь его, - это совсем не хорошо… Знаешь, как сильно обмануть могут?  - Я бы посмотрел на того, кто посмеет меня обмануть! - почти предвкушающее оскаливается Свят. Какой он, однако, самоуверенный! Или это наносное?  Судить сложно… - А что? - пытается пошутить Костя, словно жизнь его ничему не научила, - Подговоришь знакомого медведя?  - Ну, можно не только медведя… - пожимает плечами Свят, - Я могу рысь ещё подговорить!  Он настолько нагло и свободно растянулся на Костиной кровати, что можно снова начинать сомневаться в своём происхождении…  Особа королевских кровей тут явно одна! И это не Костя.  - Рысь? - пытается не улыбнуться Костя, - И они у тебя в знакомых ходят? Или подговоришь какую-то одну? Конкретную?  - У меня все рыси знакомые, - снисходительно поясняет Свят, - И все меня слушаются! За всю мою жизнь лишь одну рысь у меня переманили… Мне было не очень приятно, конечно. Но я смирился. Связываться было себе дороже! - И кто такой смелый? - уточняет ровно Костя. Свят смотрит на него острым взглядом. Будто чует скрытую насмешку… Но какое там веселье? Когда тебе медведями да рысями угрожают! - Да был тут у меня один знакомый… - наконец, бормочет недовольно Свят, - Уступил я в этом вопросе ему… - Кто-то очень влиятельный? - вполне серьёзно интересуется Костя.  - Не влиятельнее меня! - хмыкает презрительно Свят, - Он всегда думал, что сильнее меня. Так возможно и было…  Свят вдруг сжимает руку в кулак.  - Но понимаешь, - добавляет холодно он, - Дело иногда совсем не в силе… Если бы мы сошлись один на один, он бы не выиграл. И я тут без бахвальства! Но это, конечно, уже не проверить… Он мёртв. И я знал, что он недолго протянет. Иногда что-то неизбежно… Но я не думал, что он и рысь за собой потянет!  - Он убил её? - в ужасе спрашивает Костя.  Как-то он даже не пытается сомневаться, что воришка придумывает или врёт…  Верит априори.  - Не, сестра его убила, - злобно выплёвывает Свят, - Из ревности. Она любила брата своего, как женщина любит мужчину… И довела его! А теперь вот переобулась что-то! Не долго горевала будто! Замуж вышла за другого моего знакомого! И даже ребёнка родила! До сих пор жива, представляешь? И главное - всех таких праведных выбирает! Но это обычное дело, конечно! Тьма всегда к свету тянется!  Костя понимает, что сидит с открытым ртом…  Такое бывает? Свят точно тут не сочиняет сидит?  - Ладно, не вдавайся в подробности… Леший тут ногу сломит! - заметив выражение лица Кости, отмахивается от него Свят, -  Но знай - в жизни ещё не то бывает! Да, наверное, лучше не стоит больше спрашивать… Так и до шока недалеко!  - Так что? Ты хочешь выучить гражданский шрифт? - не слишком изящно меняет тему Костя, - Я могу тебе всё объяснить… Уверен, ты очень быстро с ним справишься!  Свят глядит на Костю оценивающе. А после - плавно, каким-то совершенно кошачьим движением, поднимается на ноги и подходит к столу… - Ну, давай! Валяй! - почти приказывает ему Свят, - Учи меня, умник-разумник!  И Костя учит.