Падение Константинополя: время чудовищ

6 июля 1912 года (по старому стилю).  Летние каникулы. Костя почти достиг брачного возраста Первое впечатление бывает обманчивым.  В этом Костя убеждался не один и даже не два раза… И вот теперь снова!  Свят, как казалось Косте, не был прилежным учеником. Выглядел таким неусидчивым, своенравным… Но на деле, слушал он очень внимательно. И сидел спокойно! Чинно сложив ручки… С виду - само послушание!  Но что по-настоящему забавляет… Так это то, что у Свята на лице такое выражение, будто он делает Косте величайшее одолжение… Словно учиться - нужно самому Косте. Но никак не воришке!  Сидит тут! За столом, рядом с Костей… Похож на скучающего, откормленного кота. Глаза вон также щурит! Как настоящая кошка!  А Костя - мышь. Серая, обыкновенная… Но дрессированная! Фокусы умеет показывать!  А кот, преисполненный собственного величия, терпеливо на это смотрит… Свысока.  Лапой прихлопнуть мышь ему лень… Да и скучно это! Лучше пусть мышь его развлекает!  Всё равно есть коту не хочется! Довольный и сытый!  Такие образы вызывают у Кости чистый, искренний смех… Но он держится!  Свят такой человек… Который и обидеться может! Вспыхнет, как пламя в иссушенной траве! И кто потом этот пожар остановит?  Так что Костя сдерживает смех и раскрывает записную книжку… - Давай начнём с русской азбуки? - старается говорить ровно Костя, - Ты знаешь, сколько в ней букв?  - Десятка три? - морщит презрительно нос Свят.  - Почти. Три с половиной, - спокойно поясняет Костя, - Ровно тридцать пять! Давай начнём с первой. А! Азъ… Сейчас покажу её… И маленькую, и большую… Костя с упоением рисует, пишет, произносит, объясняет… Свят ловит каждое его слово. С большим сомнением на лице, правда… Но и с вниманием - тоже.  Костя думал, что Святу будет сложно сосредоточиться. И он быстро потеряет к Косте интерес… Ничего подобного!  Сидит, слушает… Проявляет чудеса усидчивости, внимания и терпения… А ещё - памяти.  Воришка усваивает новые знания удивительно быстро!  Костя теперь не удивляется тому, что Свят умеет читать на латыни… Потрясающее усвоение нового!  И дело тут совсем не в Косте… Вряд ли он хороший учитель! Наоборот, Костя отвлекается гораздо больше самого Свята!  Это он тут не может сосредоточиться!  И виноват в этом воришка.  Нет, он продолжает вести себя образцово-показательно… Не теряет внимание ни на миг! Но его чинно сложённые руки совсем скоро заживают собственной жизнью… Ничего такого Свят не делает!  Продолжает слушать. Всё запоминает… Но его руки вдруг тянутся к браслету Кости, который сам воришка и сделал… Костя сначала думает, что он просто  хочет отобрать подарок. Но Костя ошибается.  Свят ничего не отнимает. Он просто касается пальцами жёлудя.  Едва заметно, почти неощутимо…  Костя даже не сразу замечает!  Свят не трогает его самого. Не касается кожи.  Просто словно придавливает жёлудь к поверхности стола… Кончиками пальцев.  Косте, может, кажется… Но подвеска будто нагревается… Между запястьем Кости и рукой Свята лишь этот жёлудь.  Но Косте чудится, что и его нет!  А Свят просто касается его кожи на запястье. Это совсем не так! Подвеска никуда не делась!  Просто самообман!  Видимо, Костя никак не может забыть о том, что пальцы воришки совсем рядом… Что он словно держит Костю за руку… Прилежно учится. Слушает. Не теряет внимание. И не убирает свои пальцы с подвески…  И вот тут уже Костя начинает нервничать!  Путается в словах… Теряется… На «ижице» это замечает и сам Свят. - Что не так? - почти враждебно произносит он.  Костя думает о том, что эта агрессия защитная… Верно, воришка из тех, кто предпочитает бить первым.  Он неумолим. Но просто потому, что привык жить в постоянной борьбе… Не доверяя.  - Всё так, - тяжело вздыхает Костя, а затем аккуратно уточняет, - Тебе дать карандаш? Хочешь повторить пару букв? Свят бросает на него взгляд, полный подозрения, но лениво решает заглотить наживку…  Он точно догадывается, что Костя отвлекает его внимание, но для разнообразия не спорит… И Костю больше не пытает.  Просто отбирает у него карандаш и стремительно выводит прямо поверх Костиных букв - корявое, но уверенное «Constantius». - Констанций? - прищурившись, спрашивает Костя, - Ты пытаешься написать моё имя? Но это всё ещё латинский…  - Так и знал, что где-то есть подвох! -  сердито выплёвывает Свят и уверенно зачёркивает «ius» Constant… Стоять твёрдо.  Костя едва заметно улыбается.  - Почти… - вслух шепчет Костя, - Давай теперь твоё имя напишем… Костя хитрит. Хоть это качество ему не столь присуще… Оно иногда проявляется и у него. В особых случаях!  И Костя своим аккуратным почерком выводит…  - Какой ещё Святослав?! - почти верещит юный воришка, - Тебя давно собаки не грызли?! Совсем добра не помнишь? У Кости, кажется, две новости… Традиционно, хорошая и плохая.  Хорошая - Свят вполне быстро научился читать. По крайней мере, простые слова.  Плохая - его воришку точно зовут не Святослав.  И Костя рискует вытерпеть ещё одну вспышку ярости… Причины которой на этот раз ясны.  - Разве твоё имя не Святослав? - пытается исправить ситуацию Костя, - Прости, если не так понял… Но я больше не знаю имён с таким началом! Вернее, знаю. Святополк, например… Но честно говоря, последнее я помню только из истории… Свят шипит себе под нос злобно, а затем что-то уверенно пишет в тетради… И это… Swietobor?  А затем… Swantibor? - Это что-то польское? Немецкое? - в непонимании тянет Костя. Свят презрительно кривит губы и грубо произносит: - Славянское! Но видно, украли! Людишки вечно что-то воруют! Удивляться не стоит!  Ох, а это было достаточно самокритично!  Но Костя вежливо молчит об этом.  Лишь уточняет: - Значит… Свято… Бор?  Свят не очень довольно кивает.  И Костя не успевает подумать, как произносит: - Ты католик?  Наверное, его воспитывал кто-то из поляков? Из Царства Польского?  Это совсем не удивительно! Раз в составе империи, то в Москве поляков должно быть немало… В столице, по долгу службы, конечно, больше… Но и Москва - крупный город.  Тогда и имя, и вера, и знание латыни объяснимо… Или всё-таки учил Свята немец? В людных, торговых городах их тоже много… Интересно, кем был этот человек? Жив ли он? Продолжает ли заботиться?  - О тебе есть кому позаботиться? - чуть не произносит вслух Костя, но вовремя прикусывает язык. Он больше не хочет, чтобы воришка обижался.  - Кто такой «католик»? - рассеянно и с зарождающимся раздражением спрашивает Свят.  Он шутит? Хотя судя по очередной волне недовольства… Нет.  - Католик - это тот, кто исповедует католичество. Христианскую конфессию, - спешит пояснить Костя. Свят сплёвывает на пол. Или делает вид… Костя предпочёл бы последнее. Но заранее мирится и с первым.  - Чего вы все к этой вере пристали? - наплевавшись вдоволь, искренне возмущается Свят, - Разве без неё никак нельзя?  - Конечно, нельзя, - чуть рассеяно, но вполне уверенно произносит Костя, - Без веры не выжить!  - А можно мне верить в себя? - вскинув голову, гордо хмыкает Свят.  - Не можно, а нужно! - отвечает ему почти ласково Костя, - Но ещё нужно верить в Бога.  - Зачем? - с пренебрежением уточняет Свят, - Во что верить-то? Что такое этот ваш Бог?  Что такое? Это высшая сила? Которая… - Бог - это очень многое… - пытается объяснить Костя - и не только для Свята, но и для себя, - Это всё. Это истина, добро, справедливость, красота… Любовь.  - То есть, если я вашего Бога увижу на улице, то не узнаю… Ясно, - закатывает глаза Свят, - Непонятны мне такие боги… Под те признаки, что ты назвал, и ты подходишь! Но ты же не Бог! - Не Бог, - соглашается с ним Костя, - Но в каждом из нас чувствуется прикосновение рук Божьих… - Да брось! - перебивает его Свят, - Если судить по тому, что ты назвал… То почти все люди - отнюдь не творения Божьи!  Костя хочет возразить - сказать, что и любовь, и красота, и добро есть в каждом, но Свят лишь отмахивается от него и поясняет: - Я верю в нечто более реальное… Например, в богов. Не в одного, непонятного… А в конкретных. С конкретными силами. Которых узнать можно! Считай меня язычником, если хочешь!  Это так странно и удивительно…  Разве не все народы земли русской приняли христианство? До присоединения ханств ещё!  Прошло столько лет после того, как Владимир Святославович крестил Русь… Почти тысячелетие!  Костя на минуту путается в мыслях.  Тысячелетие Крещения будет в 1988 году… Кажется, что всего-ничего осталось до столь знаменательного события! Но это, когда речь идёт о целой тысяче лет!  А для простого человека - это уйма времени!  Вряд ли Костя застанет эту годовщину… Мало кто доживает до столь преклонных лет!  И уж явно это будет не Костя!  На этой мысли Костя приходит в себя и снова думает о том, что прошло так много времени, а язычники до сих пор существуют!  Если воришка не шутит.  Но наверное, подобное возможно. Государство у них лесистое…  Глухих земель много. При желании, укрыться можно.  - И в каких богов ты веришь? - вслух уточняет спокойно Костя.  - Их много. Тебе, что, всех перечислять? - угрюмо бормочет Свят, - Тут язык заплетаться будет… Серьёзно!  - Хотя бы каких-то главных? Основных? - вот теперь Косте действительно любопытно.  Когда недоговаривают, всегда становится интереснее.  - Основа - это Белобог и Чернобог, - немного неохотно поясняет Свят, - По вашему, боги жизни и смерти… - И как они выглядят? - с интересом спрашивает Костя.  Ему действительно любопытно. Он не смеётся!  Земля Кости - это огромное пространство…  И много на ней народов, языков, культур…  С языческой Костя, правда, никогда не сталкивался… Но у Кости не так много опыта! Всё когда-то случается впервые.  И это не значит, что он не будет чтить чужое. Миролюбие и к иным терпимость - это то, что людей скрепляет… Делает их сильными!  Свят будто не очень хочет говорить о богах… Колеблется словно.  И лишь через пару минут неохотно поясняет: - Чернобог высокий, как и все боги. Черноволосый, черноглазый… Бледный. Чуть костлявый. Но это если с остальными сравнивать… Силы в нём немерено! Белобог - противоположность Чернобога. Волосы - светлые, золотистые… Кудрявые… Видел поле ржи? Вот, на рожь похожи! А глаза - на небо, что над полем этим! И румянец на щеках. Кажется, что мощи в нём больше, чем в Чернобоге. Но это - обманчивое впечатление. По силе у них полное равенство. Костя слушает Свята невероятно внимательно… Интересно, кто рассказал ему это? Или это он сам придумал? Если последнее, то его воображение поражает!  - Ты сказал, что Белобог - противоположность Чернобога… Ты имел в виду облик? Или они полные противоположности? Борются друг с другом? - хочет узнать больше Костя.  - Не борются. Ты о чём? - возводит глаза к потолку Свят, - Они - одно целое. Ни один не может существовать без другого… Исчезнет один - сгинет не только второй… Всё сгинет!  - А… - тянет почти в нетерпении Костя. Неожиданно славянская мифология увлекает его… В голове много вопросов. Пожалуй, слишком много! Но Костя не успевает сформулировать ни один из них.  За дверью вдруг раздаётся мамин голос… - Коть, ты написал письмо Милостивейшему Государю? - кричит она, - Ты можешь передать ему мою благодарность?  Костя вздрагивает всем телом. Поворачивается лицом к двери.  Отчаянно думает, как ему объяснить присутствие воришки в своей спальне… - Не прыгай! - шипит Костя, снова разворачиваясь к Святу.  Лучше пусть их вместе застанут, чем воришка снова сиганёт вниз, рискуя переломать себе все кости…  Что, в конце концов, такого? Они просто сидят за столом и пишут!  Но когда Костя оборачивается, он, разумеется, не застаёт никого рядом… Да как так можно?! Двигаться столь бесшумно и быстро?  Костя сам не замечает, как бросается к окну…  Он не замечает многое. Как смахивает записную книжку… Как после стука и минуты ожидания в спальню заходит мама…  - Коть, ты снова не отвечаешь! - со всей искренностью, на которую способна только мать, возмущается мама, - Ты хочешь, чтобы я умерла от беспокойства? Я понимаю, ты совсем взрослый… И я бы не заходила! Но в последнее время с тобой происходит слишком много всего, и… Мама осекается.  - Коть, это что такое на полу? - растерянно уточняет мама и поднимает упавшую записную книжку, - Это твоё имя? И что за… Свантибор? Ваши имена… Объединены в кружочек?  Костя, который пытается высмотреть воришку во дворе и, разумеется, не обнаруживает его, смотрит в непонимании на маму… А затем до него доходит смысл сказанного.  И он в ужасе отбирает у мамы книжку.  Их имена объединены в кружок?! Каким это образом? Костя не делал этого! - Я… Просто… Решил восстановить свои знания по истории, - с трудом выворачивается Костя, - Императоры, короли… Римская, польская история… Так или иначе, всё это часть нас сегодняшних?  - Ох, понятно! - так тяжело вздыхает мама, что становится ясно - ничего ей непонятно, - Ты, главное, отдыхай… Письмо потом напишешь!  Мама отдаёт ему записную книжку и смотрит с такой жалостью, будто у Кости обнаруживается серьёзный, неизлечимый недуг… И Костя, мучительно краснея, понимает, что теперь стучаться в его спальню будут удивительно часто…