История Карины Валеска или, наконец, счастливый финал.

Охтинский район. Ресторан «Рында». 01:00 по местному времени. От лица автора. Заведение подходило к закрытию. Посетителей уже не было, и даже персонал разошелся по домам. Внутри остались лишь двое: бармен Максимыч и знакомый нам Александр Комолов, сидевший за дальним столом и мирно спящий. Не раздумывая, Максимыч набрал знакомый номер телефона. Когда звонок приняли, он начал разговор: — Ворон, у меня он. Спит без задних ног. — Почему ты его напоил?! — раздался разгневанный голос с другой стороны. — Ты же знаешь его. Если бы не налили, тут бы все разнес. — Я скоро буду… Максимыч вздохнул, глядя на мирно посапывающего Комолова. — Постараюсь, чтобы до твоего приезда ничего не случилось. Только учти, мне домой тоже надо. Ворон бросил короткое: «Буду через двадцать минут» и повесил трубку. Максимыч потер переносицу. Двадцать минут. За двадцать минут Комолов мог проснуться и устроить черт знает что. Пришлось снова заваривать крепкий кофе, чтобы хотя бы частично нейтрализовать действие алкоголя. Он осторожно потряс Комолова за плечо. Тот промычал что-то невнятное и перевернулся на другой бок. Максимыч повторил попытку, но Комолов лишь отмахнулся от него, как от назойливой мухи. «Ну, Ворон, держись,» — пронеслось в голове у бармена. Максимыч налил себе обжигающий кофе и залпом выпил половину. Надо было хоть как-то взбодриться. Комолов, как назло, спал богатырским сном, не реагируя ни на что. А двадцать минут таяли, словно утренний туман. Он окинул взглядом бар. Все вроде бы было на своих местах. Бутылки расставлены, стойка протерта, пепельницы чистые. Только вот спящий Комолов явно выбивался из общей картины. Максимыч подошел к окну и выглянул на улицу. Никаких подозрительных личностей, все тихо и спокойно. Но предчувствие беды никуда не девалось. Он решил действовать наверняка. Снова потряс Комолова, на этот раз более настойчиво. -Джокер, вставай! Тебе пора! — прошипел Максимыч прямо в ухо спящему. Тот недовольно поморщился, но глаза все же открыл. Осознание происходящего давалось ему с трудом. -Чего орешь? — пробурчал Саша, пытаясь сесть. Вскоре приехал Ворон в сопровождении Сташа и Шрама. Наконец, они забрали Джокера. Максимыч облегченно вздохнул, глядя, как троица скрывается за поворотом. Словно гора с плеч свалилась. Джокер был, конечно, та еще головная боль, но ответственность за его судьбу тяготила сильнее любой мигрени. Да и вообще, во всем этом дерьме с переделом сфер влияния, он, Максимыч, чувствовал себя пешкой, не более. А пешки, как известно, долго не живут. Теперь главное — не привлекать лишнего внимания. Залечь на дно, как говорится, и переждать бурю. Деньги есть, связи остались. Можно и в тишине пожить, по крайней мере, какое-то время. А там, глядишь, и снова в обойму вернусь. Кто знает, как все обернется. Максимыч достал из бара початую бутылку виски и налил себе щедрую порцию. Огонь согрел горло, разлился приятным теплом по всему телу. «За покой,» — прошептал он, поднимая бокал. За покой, которого, он знал, не будет еще очень долго. *** На следующее утро. В загородном доме Ворона. 8:00 по местному времени. Когда мужчина проснулся, он сразу ощутил сильную головную боль и невыносимую жажду, терзающую его горло. Тем не менее, он понимал, где находится, и осознавал, что разговор с отчимом неизбежен. Ему лучше самому отправиться к нему. Приняв контрастный душ и переодевшись в свежую одежду, Александр спустился на кухню за таблеткой. К его неудовольствию, там уже находился отчим, завтракал. — Привет, Саша. — поздоровался Ворон, когда пасынок сел рядом. — Только без нотаций.— попросил Александр. — Это даже не в моих планах, — ответил Вениамин с грустной улыбкой. — но так продолжаться не может. Надо что-то менять. -Саша, ты спиваешься. Ты губишь себя и свое здоровье. -Я знаю! — воскликнул Комолов. — … прости. Я прекрасно понимаю что так нельзя, но ничего не могу с собой поделать. Я понимаю что именно по моей вине она находится в психушке… Я ведь мог попытаться помочь им сбежать. Вина «грызет» меня изнутри. В голосе Александра слышалась глубокая боль и отчаяние; Ворон никогда не видел его таким. — Либо отпускаешь это состояние, либо действуешь, — сказал Ворон. — Но помни, теперь Карина с Разумовским, и если ты действительно хочешь помочь, придется вытащить их обоих… И вря тли она когда-нибудь тебя простит. — Мои ребята на это никогда не пойдут. — Ты прав, Саша. И это может быть рискованно для них… Но без посторонней помощи нам не справиться, — задумался Ворон. — Что вы выяснили о Разумовском? Есть ли у него друзья, на которых он мог бы рассчитывать в сложной ситуации? — У него был один товарищ, Олег Волков. Но он погиб несколько лет назад в Сирии… Они выросли в одном детском доме, были друзьями с детства. — Волков, говоришь… Сомневаюсь, что он погиб. — Я видел его дело. Четко указано, что он мертв. — Элементарная инсценировка смерти. К тому же, я видел Волкова чуть более двух лет назад, ещё до появления Карины в нашей жизни. — В тот момент он уже считался погибшим. Но как ты его встретил? При каких обстоятельствах? — Как думаешь, кто убил Ковбоя? — ответил вопросом Ворон. — Так ты именно для этого привлек Волкова! — был поражен Комолов, услышав это. — И никто не смог ничего выяснить. — Олег — профи своего дела… Но мне неясно одно: если они друзья детства, почему Волков не помог Разумовскому? — с задумчивым лицом произнес Ворон, глядя на своего пасынка. — Но это не самое важное. Я могу попытаться связаться с ним. У меня остался его номер. — Ты уверен, что он согласится? — спросил Александр с сомнением в голосе. — Убежден, — сказал Вениамин, уверенно беря в руки телефон. Вениамин набрал номер, и в трубке послышались длинные гудки. Александр нервно барабанил пальцами по столу, наблюдая за лицом отчима. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем на другом конце провода ответили. — Да? — послышался хриплый голос. — Олег, это Ворон. — Вениамин говорил спокойно, но в его голосе чувствовалась сталь. — Нужно поговорить. Дело касается Разумовского. Наступила тишина, затем короткий ответ: — Где и когда? Ворон продиктовал адрес и время встречи, после чего разговор закончился. Он положил телефон на стол и посмотрел на Александра. — Встречаемся сегодня вечером. Посмотрим, что из этого выйдет. Тебе лучше отдохнуть. Вечером пригодишься. Александр кивнул, чувствуя, как напряжение медленно отступает. Он не знал, что ждет их вечером, но доверял Ворону. Отчим всегда был немногословным и расчетливым, и если он говорил, что все будет хорошо, значит, так оно и будет. Он поднялся со стула и направился в свою комнату. Мысли роились в голове, не давая покоя. Кто такой этот Олег? И почему Разумовский так важен? Он знал только, что от этого разговора зависит очень многое. Ему нужно было собраться с силами и быть готовым ко всему. *** Вечером они выехали из дома за час до назначенного времени. Ворон вел машину молча, его взгляд был сосредоточен на дороге. Александр чувствовал, что отчим тоже нервничает, хотя и старается этого не показывать. Наконец, они прибыли на место встречи — небольшой, ничем не примечательный бар на окраине города. Внутри было полумрачно и шумно. Запах дешевого пива и табачного дыма въелся в стены. Ворон окинул взглядом зал и уверенно направился к столику в углу, где их уже ждали. За столом сидел мужчина средних лет, с длинными волосами и такой же неухоженной бородой и пронзительным взглядом. Рядом с ним стояли двое крепких парней, всем своим видом демонстрируя готовность к любым неожиданностям. Ворон кивнул в знак приветствия и представил Александра: «Это мой приемный сын, Александр». Мужчина окинул Александра оценивающим взглядом и протянул руку. «Олег», — коротко сказал он. В его голосе чувствовалась сталь. Разговор начался с формальностей, но вскоре перешел к делу. Олег рассказал о Разумовском, о его влиянии и связях. Александр слушал внимательно, стараясь не упустить ни одной детали. Он понимал, что ставки высоки, и от его действий зависит не только его будущее, но и, возможно, жизнь. Вечер обещал быть долгим. Напряжение нарастало с каждой минутой.