Колесница. Звезда

Из протоколов допроса внутренней разведки

      Л: Записываешь? Хорошо. Диктуй.       Д: Я был на посту в сторожевой башне. Плохо видел, был сильный снег. Да и к тому же я…       Л: Был пьян.       Д: Ну да, праздник был… мы не ждали…       Л: Продолжай.       Д: Сначала я заметил одинокого человека. Быстро приближался. Бежал. Я подумал сначала, что кто-то из разведчиков, но никто из наших не носит таких дурацких шляп. Я собирался его окрикнуть, но он… исчез. Не помню, как потерял его из виду, просто в один миг он вон там, а в другой…       Л: Что было дальше?       Д: Пэт указал куда-то вперёд. С западного перевала приближалось войско. Я не сразу поверил глазам, но кто-то начал кричать «Берегитесь! Это враг!» Не знаю, кто. Не видел. Послал Пэта в деревню, а сам схватил сигнальный рог и начал трубить тревогу.

Из мемуаров Варрика Тетраса

      Началось как кошмарный сон.       Ни о чём не подозревая, мы пили и веселились, как вдруг, будто вестник ужаса, прогремел рог. Никаких условных обозначений, мы ведь и помыслить не могли что на Убежище вздумают нападать — просто одна повторяющаяся надрывная нота. Все, кто были в деревне, в одно мгновение замолкли, улыбки медленно сползали с лиц, сменялись растерянностью, затем страхом.       А потом мимо пронёсся один из часовых с криком «Тревога! враг на подходе!», влетел в часовню и начал бить в колокола — и завертелось. Как из-под земли рядом вырос Кудряшок, начал громогласными командами мобилизовывать расслабившихся солдат. Загремело оружие, загрохотало опрокидываемое добро. Растерянные крики, топот. Меня, несчастного гнома, пару раз умудрились сбить с ног, не заметив в сутолоке. Малыш со своими «быками» среагировали оперативней. Им такие подрывы были не впервой. Вместе с Лавеллан они рванули наружу, за ворота деревни. Бьянка покоилась неподалёку — ни за что в жизни не оставлю её в какой-то общей оружейной — так что я почти немедленно присоединился.       И там мы впервые встретили малыша-Коула. До самой смерти не забуду этого зрелища. Красные храмовники, словно орда Моровой нечисти, уже окружили деревню, напирали нескончаемым потоком — а посреди их рядов, как чёртов Жнец Смерти, плясала неуловимая тень. Вспыхивающая сталь, крики, падающие тела, кровь во все стороны — и только мелькающая то тут то там нелепая шляпа. Огородное пугало, кромсающее людей.        Фенрис не внушал мне такого ужаса, как этот мальчик-дух в ту ночь. Лавеллан растерялась поначалу, но быстро взяла себя в руки, и мы вступили в бой. Вскоре подоспело и подкрепление Каллена, и Дориан с магами. Вместе мы отбили авангард, и дали время расчетным бригадам взвести требушеты. Но без Коула чёрта с два мы бы успели. Этот пугающий до мурашек чудачок нёс смерть неотвратимую, как чума, и быструю, как сама мысль.       В уме до сих пор не укладывается, как в таком невинном пареньке может просыпаться такой безжалостный убийца.       За время краткой передышки, мы наконец рассмотрели его полностью. Худой, бледный, одетый как нищий и с этими его глазищами, которые смотрят как будто сквозь тебя. Заявил, что пришёл помочь против Старшего, но в рядах Инквизиции поднималась закономерная настороженность. Да у кого бы она не поднялась, после той кровавой бани, что парень учинил красным. Лавеллан однако запретила его трогать, сказала, что услышала его голос через Тень. Никто тогда не понял, о чём она. Да и о чём он, если уж на то пошло.       Тем временем наши войска перегруппировались и с Калленом во главе готовились перехватить инициативу. Несколько залпов требушетов уже изрядно проредили силы наступающих, и дела наши выглядели не так уж и плохо. Пока не появился дракон.

Из протоколов допроса внутренней разведки

      Р: Я… я не…       К: Соберись, рядовой. По порядку.       Р: По… по приказу командующего Каллена мой расчёт направил требушет на соседний склон. Снаряд вызвал сход лавины. Вражеское войско почти полностью смело… Мы… мы заряжали машину по-новой, когда… когда…       К: Ролан, дыши.       Р: Дракон. Эта зверюга… налетела, как летающий огнедышащий таран… Только этот дракон не дышал огнём, ну не совсем. Это была какая-то красная… гадость. Она расплавила требушет до каменного остова, а все, кто был вокруг… От них не осталось даже тел. Только сажа, тонким слоем на земле… А запах… Искательница, я бы не бежал, если…       К: Продолжай, Ролан.       Р: Я… я стоял в стороне, считывал ветер и высоту, меня тем залпом не задело, обожгло разве что… левый глаз больше не видит… В общем, началась суматоха. Я слышал, как трубят отступление, как командующий Каллен пытался скоординировать разбитое войско, но… слишком крутая каша заварилась… А потом мы увидели, что дракон заходит на новое пике. Разнесло таверну и лазарет. Я слышал, как люди горели заживо внутри… воздух заполнило запахом горящей плоти и реагентов… Создатель уберёг меня и в этом залпе, но… Наступает предел всему, что может встретить лицом простой человек.       К: Пытаешься оправдаться?       Р: Н-никак нет, миледи. Просто… я всего третий год на службе, я не ожидал что в реальной битве может быть такая куча-мала… Иногда за дымом и огнём не понятно было в какую сторону бежать, вокруг фигуры, тела — и я даже не знал, друг это или враг… Отовсюду крики, кто-то умирает на моих глазах, кто-то бросает всё и бежит… Ну и я тоже побежал.       Л: Что видел последним? До того как бежал.       Р: Отряд Вестницы кажется прикрывал отступление. Вроде, в сторону церкви. А потом их и меня разделило подкреплением этих красных, а во главе них шёл этот… Старший? Похожий на помесь скелета и иссохшего стервятника… красные кристаллы росли прямо из него, торчали во все стороны… Л: Видел, что он держал в руке? Его оружие. Разглядел? Р: Я… я не вглядывался, миледи. Л: Понимаю.

Из мемуаров Варрика Тетраса

      Всей деревней мы забились в церковь, затихли как мышь под метлой. Снаружи доносился грохот рушащихся в пожаре хижин, рёв дракона, бушующее пламя. Все понимали, что это конец. Мы были в каменной ловушке, и было лишь вопросом времени, когда она захлопнется.       Когда Каллен вышел вперёд озвучить свой план, на нём лица не было. Точнее, была какая-то жестокая маска обречённого героизма. Ни разу до того его таким не видел. И не хочу больше увидеть никогда.       — Слушайте внимательно, я хочу, чтобы все осознали. Если направить последний требушет на склон над нами, мы обрушим лавину на основную часть войска этого Старшего. А если повезёт, и на него самого.       Его слова камнями падали в гробовую тишину, ни у кого не хватило духу даже помолиться.       — Это погребёт всё ущелье вместе с деревней под тоннами снега. Мы умрём, но на своих условиях. И наша смерть принесёт благо всему Тедасу. Она приостановит Старшего, разобьёт его войско. Даст время людям узнать… о том, что случилось. И подготовиться.       Никто из нас не хотел умирать, но все понимали, что Кудряшок прав. И, сиськами Андрасте, я ему тогда не завидовал. Быть тем единственным, кто лишит последней призрачной надежды вверенных тебе людей, кто возьмёт ответственность озвучить и отдать команду на самоубийственный манёвр. Тем, кто найдёт силы распорядиться самой своей смертью так, чтобы она принесла стратегическую выгоду для общего, доброго дела — для такого яйца нужны. Яйца и светлая голова. И у Кудряша есть и то, и другое.       Серьёзно, вы видели его шевелюру?       Но, как вы уже поняли, смерть нас тогда миновала. Коул пришёл на выручку и здесь.       — Отсюда есть выход. — протянул он безучастным голосом, глядя куда-то в пустоту, потом повернулся к едва живому брату Церкви с перебинтованной шеей, — Канцлер Родерик вспоминает о нём, но не может сказать.

Из рапортов леди Искательницы Пентагаст

      Благодаря информации Канцлера Родерика и Коула уцелевшие силы Инквизиции нашли и распечатали потайной ход в подземелье церкви. Спуск привёл нас в систему туннелей, пронизывающих всю гору. Наш путь петлял, ходы раздваивались и растраивались, пересекались, и сходились, спускались и поднимались. Вскоре канцлер Родерик от кровопотери потерял сознание в руках волокущих его солдат, и дальнейший путь нам указывал Коул. Мальчик проявил удивительную осведомлённость об этом месте. Сам он объяснил это, цитата: «Скала говорит, шепчет, видит сны. Она помнит паломников во время летнего паломничества, только братья Церкви, не жрицы, топ-топ-топ»        Сколько мы прошагали в холодной темноте, сказать сложно. Мы двигались медленно, с раненными и бесчувственными, вымотанные и напуганные. Но в конце концов последний коридор вывел нас наружу, к неприметной тропе по другую сторону хребта. Едва мы задышали чистым воздухом, я велела одному из магов запустить огненный снаряд в воздух, дабы подать сигнал Вестнице, которая осталась отвлекать на себя внимание Старшего.       Да простит меня Создатель, но я не придумала лучшего плана. Мы подвергли её и её отряд чудовищной опасности, мы рискнули самым ценным, что у нас было. Она не должна была выжить. Провидение вернуло её нам, не иначе.

Из хроник, записанных со слов леди-Инквизитор Лавеллан

      […] Я не думала о страхе. Не знаю даже почему, ему просто места в голове не нашлось. Когда Коул объяснил, что такое этот Старший, и что он пришёл за моей Меткой — у меня просто всё встало на места. Люди вокруг меня, вот они, вот эти лица — я не могла навлекать на них этот кошмар из-за чертова зелёного пятна на своей руке. Не имела права. Они должны были бежать как можно дальше. От меня. От Метки. Железный Бык говорит, что остался со мной потому, что любит драться, но я думаю ему не чужда самоотверженность. Он не был мне должен, его оклад не покрывает таких рисков. Но он остался помочь мне провернуть ту уловку — и я никогда не смогу отблагодарить его сполна.       Неустрашимая Сэра, верный Блэквол, блистательный Дориан. Они все шли тогда на смерть со мной. Они могли покинуть Убежище через туннели вместе с остальными — но они все остались. Я уверена: если бы не они, я бы не вернулась.       А ещё я уверена, что чувствовала Соласа неподалёку. Я знаю, что вы подумаете. «Эллана разбита горем, помутилась умом. Предатель, разбивший ей сердце, мерещится ей теперь во всех воспоминаниях» Но я уверена. Он был там.

***