Кpacныe лeпecтки cyдьбы

Эта глава так называется потому что кто-то опять не продумал наперёд возможные последствия, и это привело к тому, что едва не произошла чудовищная катастрофа. Спойлер: все выжили. Глава 9 * Две недели спустя в центральном торговом комплексе столицы, который больше напоминал отдельный город, стояла жара, поскольку кондиционеры почти везде не работали. Планета Бруск была довольно отсталой с точки зрения технологий, и до неё почему-то толком не добрались ещё КММ. Ценных природных ресурсов здесь было немного, но, благодаря богатой древней культуре и курортам с мягким климатом круглый год, Бруск быстро стал популярным туристическим местом для нескольких окрестных звёздных систем. Бутхилл с Аргенти, конечно, приехали сюда не на отдых – они пробыли тут всего неделю, но они давно так не уставали. Хотя истинной причиной их прибытия было то, что Авелин наконец передала Аргенти точные координаты одного из наёмников, которых надо уничтожить, не пришлось долго придумывать повод чтобы посетить это место. Недавно тут случилась большая природная катастрофа – настоящая, а не как в тот раз на Арган-Апачи – произошло извержение сразу нескольких спящих вулканов. Во власти творился полный бардак, столица почти не влияла на решения на местах, так что Аргенти с Бутхиллом уже несколько дней с этим разбирались – налаживали связи, старались достучаться до властей и договаривались насчёт поставок гуманитарной помощи для пострадавших жителей. То есть это в основном один Аргенти мотался по городу, договаривался и организовывал, у Бутхилла лучше получалось помогать полиции ловить бандитов и выводить на чистую воду коррупционеров. Это тоже было важно, и вышло даже эффективнее, чем Бутхилл мог ожидать, он поднял большую шумиху в прессе и несколько раз уже мелькал на местном телевидении. У рыцаря и ковбоя почти не было времени друг на друга. Через неделю-две Бутхиллу следовало съездить в клинику чтобы настроить и забрать второе устройство, скучать в ожидании не приходилось. Сегодня они договорились встретиться на рынке. Бутхилл уже битый час уже бродил тут один, Аргенти должен был появиться здесь уже довольно давно, но переговоры на этот раз затянулись. От нечего делать Бутхилл начал ловить членов банды беспризорников-карманников. Они все были явно несовершеннолетними, поэтому Бутхилл мог их лишь слегка припугнуть, да и некогда было возиться. Отдел местной полиции был далеко, так что он просто приводил воришек к охраннику рынка под честное слово отправить их в отделение. Было ясно как день, что он их просто отпускал, но Бутхилл ничего не мог поделать. Пока что удалось вернуть невнимательным туристам восемь кошельков, три телефона и пачку вафель в красивой подарочной упаковке. Поймав за руку в третий раз поймал одного и того же паренька, который вытащил бумажник второй раз у одного и того же растяпы, Бутхилл понял, что ему это надоело и пошёл смотреть прилавки. Может быть, получится подобрать подходящий сувенир для Аргенти, очень хотелось порадовать своего Рыцаря Красоты. Наконец Аргенти прислал сообщение, что скоро будет и Бутхилл описал своё примерное расположение – справа от закусочной, где сильно пахнет кофе. Можно было описать и точнее, закусочные тут на каждом шагу но он знал, что рыцарь и так его найдёт, поэтому спокойно продолжил изучать местные товары, не особо заботясь о том, чтобы оставаться на месте. В оружейных лавках было одно барахло, предметы народного промыла ковбоя тоже не заинтересовали. Разве что зашёл купил себе несколько пар трусов чтобы в свободное время носить на «Свете клином» – Аргенти ничего не говорил, но теперь ходить по кораблю совсем без ничего стало как-то некомфортно. Когда Аргенти наконец подошёл, он стоял перед прилавком с сувенирами для туристов, грыз пули и раздумывал, стоит ли вернуться и купить стринги и для рыцаря. Там не было с розами, были только с ромашками, наверное, нужно было сразу это сделать, теперь уже нет времени. Когда рыцарь приблизился, Бутхилл заметил, что в руке он держит какую-то еду на палочке. Бутхилл насторожился. – Привет, мой рыцарь, а это что такое у тебя? Это не то, что готовят на большой площади в странном ведре? Аргенти подошёл вплотную, убрал его волосы за ухо и коротко поцеловал в щёку. – Рад видеть тебя, моя любовь. Да, мне сказали, это местная халва. Хочешь попробовать? – Мы вчера видели в кафе халву, она совсем не так выглядит. Аргенти, не ешь! Подумай! Аргенти подумал и выбросил недоеденный кусок в мусорное ведро. – Мой дорогой серебряный ковбой, тебя заинтересовали эти изделия народных промыслов? – рыцарь с интересом взглянул на витрину с сувенирами. – Ты про эти милашные игрушки? – Бутхилл тоже наконец обратил на них внимание. – Аргенти, да если бы у меня в детстве такая была, на всю жизнь бы заикой остался. Как думаешь, это местные Вуббабу? Аргенти внимательнее посмотрел на набивные игрушки в виде пухлых плюшевых неопознаваемых животных ярких расцветок, плотными рядами стоящие на прилавке. – Вынужден не согласиться с тобой. Полагаю, это стилизованные овцы. – Овцы? Почему? Мне кажется, больше похоже на космических китов, но у них не бывает такого носа. Может, это кролики? – Это птицы колибри, – вмешался улыбчивый усатый продавец, некоторое время уже наблюдавший за Бутхиллом. – Колибри – священные животные Яоши, они опыляют растения и помогают жизни пышно процветать. – Ну, может, местные птицы действительно могут так выглядеть, – предположил Бутхилл. – Мы тут недавно и вроде не видели таких. Продавец посмотрел на Бутхилла с терпеливой улыбкой. – Это игрушки, они не выглядят как настоящие птицы. Их у меня часто берут для детей, но лучше положить её в коробку у врат храма, тогда можно попросить Яоши о плодородии и богатом урожае. – Спасибо за разъяснения, добрый торговец. – сказал рыцарь. – Скажите, они сделаны из экологичных материалов? – Конечно, они совершенно безопасны! Внутри натуральный синтепон! Местное производство, без применения детского труда. – Прекрасно. Будьте добры тогда одну колибри. Вот эту, пожалуйста, самую невзрачную, оранжевую с фиолетовыми пятнами. Бутхилл в это время жевал пулю, и только поэтому ничего не сказал. Когда они немного отошли от прилавка, он наконец её проглотил и уже не мог молчать. – Ты серьёзно? Бедный Светозар уже засох, ему не поможет молитва об урожае. Он погиб, всё. Я же говорил, у нас дома неблагоприятная атмосфера для растений. И Пом-Пом, кстати, сказал, чтобы не дарила тебе больше папоротники, а то она хотела вручить точно такой же. Он тоже бы не выжил. Если хочешь, лучше давай купим новое растение. Ты в порядке? Красавчик? Аргенти резко остановился посреди прохода и уставился вдаль пустым взглядом, крепко сжимая в руках ритуальную игрушку. Он выглядел так, будто его поразило внезапное откровение. Он действительно сейчас понял одну важную вещь. – Прости, как ты сказал? Не мог бы ты повторить? – Я сказал, что в нашем доме растения не выживают. Нам нужен самый нетребовательный фикус или кактус. И имя для следующего растения буду выбирать я. Аргенти взял его под руку, и повёл к выходу. Он только что твёрдо решил, что как только вся эта ситуация со стиранием памяти благополучно разрешится, они непременно должны сыграть красивую свадьбу. Он должен называть Бутхилла своим мужем. Нужно будет подумать, как лучше сделать предложение. Сейчас лучше пока не говорить об этом, слишком рано. – Прошу меня просить за неуместное проявление чувств, я до глубины сердца тронут, как ты произносишь «у нас дома». Говори так почаще, моя любовь. Бутхилл пожал плечами. – Как скажешь, мой рыцарь. Это и правда мило, но мне не принципиально. Мой дом всегда там, где ты. Эй, ну ты чего? – Всё в порядке, моё сокровище, – улыбнулся Аргенти, но было хорошо видно, что в больших зелёных глазах стояла печаль. Бутхилл не понимал, почему это так потрясло Рыцаря Красоты, Аргенти стал каким-то нервным в последнее время, ещё и переутомление сказывалось. Бутхилл, напротив, стал спокойнее. Кажется, жизнь наконец вошла в правильное русло. Ковбой решил, что прямо сейчас не время для выяснения отношений и лучше пока сделать вид, что всё в порядке. Взгляд на мгновение задержался на названии магазина косметики неподалёку – «Мир Красоты». Заглянуть бы, у Аргенти ведь нет маячка синестезии, и он не может прочесть вывеску на местном языке, а его бы такое название точно заинтересовало, но Бутхилл решил, что сейчас на это нет времени, магазин как магазин. По соседству с ним располагалась небольшая лавка, который Бутхилл едва не пропустил. – Аргенти, смотри! Скидки на коврики из вонвакского пустынного мха! Рыцарь равнодушно поглядел на крохотный магазинчик. – Моя любовь, на Вонваке же нет пустынь. Давай как-нибудь слетаем туда, сам убедишься. – Зато тамошний мох очень живучий и я слышал, из него действительно получаются отличные коврики, ему не нужна вода, он питается минералами. Ты же сам жаловался, что я таскаю в кровать песок с улицы. Давай купим один, если скидка большая и он будет не хищный, а то наш придверный коврик совсем никуда не годится. Это считается за растение? Он не переставал болтать пока они подходили к открытой витрине. На этой планете всё было яркое, и небольшие ворсистые коврики разных оттенков зелёного цвета не стали исключением. – Ты прав, нам нужно что-то зелёное, но маловероятно, что эти яркие вещицы с Вонвака, – заявил Аргенти, – похоже на синтетику. – Вот этот дешёвый, – Бутхилл показал на коврик тёмно-изумрудного цвета. – Даже если подделка, просто положим у кровати. – Они настоящие, – улыбнулась взявшаяся будто из ниоткуда торговка. – Это скорее водоросль, чем растение, совершенно безопасно. Бутхиллу пришло в голову, что они тут все повёрнуты на безопасности. Продавщица взяла немного песка с галькой из ведра, заготовленного для демонстрации образцов, и насыпала на выбранный коврик. Послышался тихий шорох, зелёный ворс зашевелился и песок исчез. – Удивительно! – восхитился Аргенти. – Как прекрасно сочетаются удобство и эстетика. Милая леди, заверните нам его пожалуйста. – Он не кусается? – встрял в разговор Бутхилл. – Почему такая скидка? – Мы закрываемся, коврики плохо берут. Они хорошо собирают неорганический мусор, но портят обувь, а для использования в жилье и подавно не годятся. Она торопливо упаковала коврик и отдала Бутхиллу. – Дело в том, что настоящий вонвакский мох на ощупь холодный и склизкий, но на вид очень приятен, – спокойно пояснил Аргенти когда они вышли из лавки. – Это не подделка. – Тогда тебе не следует на него наступать, положим в гостиной где-нибудь с краю. – Или в коридоре у двери в ванную. Я просто буду перешагивать. Бутхилл кивнул. Он заметил, что Аргенти до сих пор держит в руке плюшевую колибри и решил вернуться к прежней теме разговора. – А эту штуку ты тоже хочешь разместить на корабле? Или ты и правда собираешься сходить сунуть эту бедную толстую птицу в ящик во имя плодородия? – Нет, конечно. – Аргенти посмотрел на Бутхилла и загадочно улыбнулся. Они снова двинулись к выходу с рынка. – Я собираюсь её засунуть совсем в другое место. Бутхилл от неожиданности подавился очередной пулей и закашлялся. Аргенти заботливо похлопал его по спине, и пуля проскочила. Несколько прохожих приостановились было чтобы поглазеть, но убедились, что ничего интересного, никто не умер, и пошли дальше. – Куда? О чём ты вообще? – едва отдышавшись, спросил ковбой – Она вон какая здоровая! Это не колибри, это лошадь! На самом деле до размеров лошади игрушка сильно не дотягивала, но действительно была гораздо больше и толще обычной колибри, скорее она была размером с крупную чайку. Аргенти пожал плечами и загадочно улыбнулся. – Посмотрим. Бутхилл был заинтригован, он заинтересованно склонил голову на бок. Аргенти не спешил прояснить ситуацию. – Последний этап переговоров по поставкам гуманитарной помощи должен был состояться завтра утром, но так вышло, что удалось досрочно достичь договорённости. Вечером у меня осталось ещё одно дело, потом можем сразу отправляться. Пока давай вернёмся в наш номер, мой ковбой, я покажу тебе, что имею в виду. Бутхилл ещё раз скептически посмотрел на мягкую игрушку. – Спорим, что не влезет? – Заведомо выигрышные споры не относятся к добродетелям, допустимым для Рыцарей Красоты. – пафосно заявил Аргенти. Бутхилл понял, что рыцарь его дразнит. Он наклонился к уху Аргенти и тихо прошептал. – Не знаю, что ты задумал, но я всерьёз рассчитываю, что прямо сейчас в номере ты меня наконец жёстко отмилашишь во имя Идрилы. Аргенти очень серьёзно посмотрел ему в глаза и кивнул. – Только обсудим сперва кое-что. * Они сидели на кровати в гостиничном номере. Аргенти отодвинул прядь волос, снова закрывшую правый глаз киборга, и потёрся носом о его щеку. – Моя принцесса, я чувствую, что нам надо поговорить. Бутхилл закатил глаза. Ну вот опять. Он не был настроен на болтовню, но видно, что Аргенти что-то гнетёт. Ясно, что разговор будет долгим, скорее всего рыцарь опять беспокоится о какой-нибудь ерунде – как в тот раз, когда Недотёпы в масках прислали ему идиотский комикс, состоявший почти полностью из сцен совокупления людей с осьминогами, и сказали, что там на одной странице есть намёк, где можно найти Идрилу. Аргенти пришлось очень внимательно изучить этот материал, и потом он неделю ходил и жаловался, что так и не смог ничего найти и, кажется, не поверил до конца, что это была глупая шутка. – Бутхилл, послушай. Я чувствую, что с каждым днём люблю тебя всё сильнее. У тебя бескорыстное доблестное сердце, твоё стремление восстанавливать справедливость и защищать невиновных благородно и достойно благословения Идрилы. А ещё ты невозможно красив внешне, ты очень сильно меня привлекаешь как мужчина. Аргенти замолчал, но явно это было не всё, что он собирался сказать. Бутхилл с улыбкой приподнял бровь. – Я тоже очень люблю тебя, мой серебряный рыцарь. А через несколько дней смогу любить ещё сильнее, если ты понимаешь, о чём я. Но Аргенти уже успел себя накрутить. – Мой Бутхилл, я устал, мне тревожно. Успокой меня пожалуйста, или как бы то ни было, скажи как есть, я всё чаще сомневаюсь, что достоин быть с тобой. Ты слишком совершенен во всём, я боюсь, что могу повредить тебе. Сила благословления, которым Красота тебя одарила, ослепляет меня, я боюсь, что не увижу верного направления. Меня гложет страх, что я уже отклонился от Пути Красоты и сам того не замечаю, всё глубже погружаясь в бессмысленную суетность. Сперва я радовался, что теперь вижу Красоту в окружающем мире чаще, но теперь меня это стало беспокоить. Бутхилл хотел было возразить, но Аргенти поднял ладонь, сделав знак, чтобы он заткнулся. Рыцарь ещё не договорил. – Пожалуйста, не перебивай меня, я должен правильно донести мысль. Я боюсь, что мог потерять способность отличить Истинную Красоту от иллюзий. Я подозрительно просто принимаю решения теперь. Вдруг я из лучших побуждений совершу некрасивый поступок? Мне кажется, что я, как и прежде, руководствуюсь смирением и стремлением прославить Красоту, но вот сегодня я до полусмерти запугал половину кабинета министров чтобы они приняли верное решение в отношении ликвидации последствий катастрофы, и они тут же уволили одного чиновника за то, что он не верит в Красоту. Но разве это красиво? Думаю, у меня серьёзные проблемы. Идрила добра и прощает меня, но я не знаю, сколько ещё она сможет терпеть мои заблуждения. Я боюсь, что однажды сам не замечу, как превращусь в Злое Предзнаменование. Я стану отвратительным монстром, покроюсь ужасной жёсткой чешуёй и перестану верно понимать Красоту. Бутхилл, может я уже монстр? Бутхилл взял лицо рыцаря в ладони и проникновенно посмотрел в глаза. В них стояли слёзы. – Аргенти, у тебя крышу снесло? – постарался успокоить его Бутхилл, – Я вижу, что с тобой всё прекрасно, тоньше и правильней тебя никто не чувствует слабейший отсвет сияния Идрилы. Эти милашки малость не поняли смысл Красоты, они решили, что можно поднять её на знамя и слепо верить в неё как во что угодно другое. Я знаю, что пару месяцев тут назад в моде было вегетарианство, даже несколько законов на этот счёт приняли, а теперь вот всех здесь интересует Красота. Наверняка, ты им не раз объяснял, но им сейчас так удобно, так что это не твоя вина. Не поняли и не поймут, ты их не слушай, я-то тебя прекрасно вижу, ты не такой, как они считают. Уж кому, а тебе стать чудовищем точно не грозит, я тебе сразу скажу, если ты впадёшь в заблуждение, обещаю. – Нет, у меня уже начала появляться чешуя, – мотнул головой рыцарь. – Это не смешно. Какая чешуя, где? – забеспокоился рейнджер. – Неужели правда? Аргенти не спешил показывать, вместо этого встал, отошёл к окну и закрыл лицо руками. Бутхилл вздохнул, подошёл и обнял его сзади. – Малыш, вместе мы всё преодолеем. Покажи скорей, что там у тебя за чешуя. Аргенти показал рукой на заднюю сторону бедра. – Это куда тебя на прошлой неделе выворотень цапнул? – с подозрением сощурился Бутхилл. Он почувствовал некоторое облегчение – В твоих доспехах много уязвимых мест, и он смог тебя поразить своим ядом, я видел, что у тебя там теперь прыщ. Ничего страшного, я встречал такое раньше. – Это тут ни при чём, любовь моя, я точно знаю, что это начало трансформации. Я не знаю, могу ли ещё повернуть процесс вспять. Может, вчера это и выглядело как прыщ, но сегодня всё стало хуже, мне даже больно сидеть на этой ноге. Пока он это говорил, Бутхилл расстегнул пояс и стянул с него штаны. – Ну да, стало хуже, – подтвердил он. Аргенти, прости, но это всё ещё не чешуя. Мазью своей мазать пробовал? Сходи к врачу как можно скорее, будет обидно, если ты лишишься ноги из-за прыща на заднице. Рыцарь хмуро смотрел на него, явно не доверяя компетенции Бутхилла в определении признаков Злого Предзнаменования. – Дело ведь не только во внешних признаках. Мне кажется я мог оступиться и незаметно для себя сойти с пути Красоты. Ты же знаешь, меня легко ввести в заблуждение, так что постарайся пожалуйста здраво оценить моё состояние. Бутхилл вздохнул, мнительность рыцаря иногда его утомляла. – Давай так. Вот скажи мне честно, Рыцарь Красоты, если бы надо было выбрать кого-то одного между мной и Идрилой, кого из нас ты бы выбрал? Аргенти отвёл глаза. – Если бы я был верным рыцарем, я должен был сразу же ответить, что выбрал бы Идрилу. Но... – Но? Аргенти посмотрел прямо на него. Губы дрожали. – Но Бутхилл. Теперь мне кажется, что вопрос не имеет смысла в такой постановке, на него невозможно ответить. Если я выберу Её, то сразу и тебя тоже. Она же на твоей стороне, как я могу не выбрать кого-то, кого Она так любит. – Ты меня перехваливаешь, но я именно это и имел в виду. Ты никогда не отступишься от Неё. Ты ясно видишь, что происходит вокруг и всегда поступаешь в соответствии со своими рыцарскими идеалами, твои решения – самые красивые из возможных, и это, кстати, одна из причин почему я тебя полюбил. Идрила осеняет Своей милостью наши с тобой судьбы, а за тобой начала присматривать задолго до нашего знакомства, ты сам это знаешь. Аргенти, ты никак не можешь оступиться если теперь Она стала ближе. Это же замечательно, что тебе стало проще жить, и я не оставлю тебя снова в одиночестве, если ты сам когда-нибудь того не пожелаешь. Ни за что. Когда настанет время, мы вместе отдадим свои жизни ради славы Идрилы, но скорее всего это произойдёт не сегодня. Мы оба знаем, что Она любит тебя и благословляет. Если не веришь, посмотри в зеркало – сколько лет мы уже знакомы, а ты вообще не меняешься, с возрастом становишься только красивее. Разве без благословления Эона такое возможно? Не додумывай за Неё пожалуйста, что она тебя терпит из милости, это похоже на богохульство. Ты ведь это знаешь не хуже меня, вот и зачем всё это было? Просто следуй дальше по Пути с тем же искренним рвением, как ты умеешь, и уверен, Она и дальше будет от тебя в восторге. Ты переутомился, тебе нужно больше отдыхать, вот и всё. Аргенти шмыгнул носом. – Бутхилл, спасибо. Твои искренние слова утешения согревают меня и поддерживают. Не понимаю, как я жил до встречи с тобой, я почти ежедневно боролся с внутренними демонами и не раз бывал на пороге гибели, а сейчас достаточно просто любить тебя и свет Идрилы виден ясно как никогда прежде. Мне нужно чтобы ты кое-что мне пообещал. Если я однажды всё же отступлюсь от Красоты, обещай, что уничтожишь меня. Бутхилл прикрыл глаза и приложил руку ко лбу. – Я знал, что ты однажды попросишь об этом. Аргенти, ты – всё, что у меня есть. Почему нам нельзя будет просто жить дальше вдвоём? Будем уединённо жить в каком-нибудь всеми забытом месте, куда Идрила сроду не заглядывала. Не так уж мало таких мест, сам знаешь. Прекрасно будем жить, ты же меня не забудешь, если я что-то понимаю в этих ваших Дурных Предзнаменованиях. Аргенти удивлённо моргнул. – Это не обсуждается. Я стану очень опасен для окружающих. Мой ковбой, пообещай, что не позволишь мне навредить невинным. – Ну.. да. Ну да. Я понимаю, что должен это сделать. Аргенти немного подождал, но ковбой больше ничего не сказал. – Бутхилл, это не обещание. – Я обещаю, что если с тобой это случится, я уничтожу нас обоих, но тебя – первым. – Прошу тебя, моя любовь, не надо. Не так. Ты должен жить дальше. Бутхилл издал короткий смешок. – Хах. Нет. Просто не обращайся в Предзнаменование и всё будет хорошо. Аргенти опустил голову и высморкался в платок. – Ладно. Я постараюсь. Только ради тебя, мой ковбой. – Ох, Идрила. Всё с тобой нормально будет, я прослежу. Аргенти, прошу тебя, сядь ко мне на колени. Аргенти осторожно уселся и положил голову Бутхиллу на плечо. Ковбой обнял его, погладил по волосам и хотел было продолжить его успокаивать, но в голову пришли совсем другие слова. – Ты совсем не того боишься. Что-то происходит нехорошее во Вселенной, Безымянные жалуются, что Стеллароны совсем одичали, раньше так не было. Похоже, что расстановка сил поменяется, и непонятно, каким образом. Ещё меня беспокоят Эоны, это разве нормально, что мы их видим когда милашимся? Может, нужно с этим что-то делать, и почему это меня тревожит? И мне не нравится, что КММ сильно увеличили награду за меня, но это наверное самый меньший повод для беспокойства. Видишь, столько всего, из-за чего можно волноваться, а ты сосредоточился только на одной проблеме. Я неправ? Аргенти судорожно вздохнул, вытирая слёзы. – Да. В новостях вчера писали, что КММ почти втрое увеличили награду за твою голову. А меня так и не объявили в розыск, хотя вроде уже все знают.. – он снова шмыгнул носом. – Да, я видел, – кивнул Бутхилл. – Но вообще-то награду увеличили только в случае, если меня возьмут живым. Они и раньше обещали за меня целую гору кредитов, так что по сути ничего не поменялось. Будем решать проблемы по мере возникновения, верно? Сейчас у нас с тобой другая задача – защищать и распространять Красоту и ждать возвращения Идрилы. Хранительницы Зеркал не выходят на связь, так что неясно, как там обстоят дела, но надеюсь, что уже недолго осталось. Сейчас очень подходящее время для Её возвращения. – Он немного помолчал, любуясь прекрасным точёным профилем. – Сходи к врачу с этой своей чешуёй, ладно? Аргенти вздохнул и чмокнул Бутхилла в щёку. – Хорошо, схожу. Ты так добр ко мне, мой серебряный ковбой. Я не устаю восхищаться чистой красотой твоей души, ты помогаешь мне найти свет в непроглядной темноте, где я прежде блуждал один. – Я же ничего не сделал. – Ты сам не замечаешь, сколько делаешь для меня, мой Бутхилл. Теперь мне стало легче. Наверное, ты прав, я чувствую смутную тревогу в воздухе, но неверно её интерпретировал. И неправильно расставляю приоритеты. Я запутался, Бутхилл. – Всё будет хорошо, вместе мы справимся. Ты молодец у меня. Умничка. Знаешь, я иногда говорю, что ты глупый, но на самом деле я так не считаю, ты просто чудесный. – ковбой решил, что пора наконец поменять тему. Он снял шляпу и положил её на пол рядом с кроватью. – Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень красивые глаза? Когда ты улыбаешься, они сверкают как утренняя роса на листьях молодого деревца, что росло возле родного дома, и с ума сойти можно от счастья. А когда ты плачешь, в груди так давит, я не знаю что это, у меня же механическое сердце и оно не должно болеть, но хочется скорее тебя утешить чтобы эти глаза снова засияли. Аргенти посмотрел на него с обожанием и ещё раз шмыгнул носом. Бутхилл сдержанно улыбнулся в ответ и продолжил. – Я где-то слышал, что Рыцари Красоты должны держать своё слово. Помнишь, мы собирались милашиться? Мы всю неделю делали это наспех, да и вообще два дня пропустили, только сейчас время появилось. Знаешь, как сложно неделю спать рядом с голым самым привлекательным в мире мужчиной и так мало от него не получать? Я изголодался. Аргенти кивнул. – Конечно понимаю. Мне ведь было не легче, чем тебе. Спасибо, что выслушал. Бутхилл засомневался, что Аргенти было не легче – они так уставали, что рыцарь почти мгновенно засыпал, едва ложился на кровать. Киборг злился, почти каждый раз всё равно его расталкивал и получал своё, но секс был быстрым и скомканным и Аргенти тут же снова засыпал на всю ночь. Бутхиллу не нужно было так много сна, приходилось лежать в обнимку с желанным рыцарем и ждать утра. Даже то, что «цветок» почти всё время был отключён, не сильно помогало, слишком яркой была память об ощущениях. Бутхилл очень сильно страдал от нехватки секса и ничего не мог с этим поделать. Аргенти встал и начал стягивать перчатки. – Я очень благодарен, что ты мне помог разобраться. Пожалуй, как здесь закончим, стоило бы несколько дней отдохнуть от поручений и посетить какое-нибудь красивое место чтобы уделить время друг другу. Спасибо тебе, моя любовь. Теперь снимай штаны. Когда Бутхилл снял накидку и выпутался из брюк, Аргенти всё ещё заканчивал возиться с перчатками. Ковбой подошёл вплотную, сдвинул тяжёлую сверкающую волну красных волос, наклонил голову и стал бережно целовать Аргенти в шею, стараясь не оставлять следов и очень осторожно сдавливая зубами. Его до дрожи заводил мускусный запах тела Аргенти и пряный вкус кожи. Рыцарь откинул голову, подставляя шею, и стал тихо постанывать. С нажимом касаясь языком пульсирующей венки на шее, Бутхилл почувствовал, что сердцебиение рыцаря участилось. Он усилил напор, опустил руку и погладил твердеющий холмик спереди в брюках. Аргенти с тяжёлым вздохом подался тазом навстречу руке. Бутхилл начал ласкать его через брюки, член почти сразу стал полностью твёрдым. С некоторым сожалением он оторвался от шеи Аргенти и опустился на колени. Он быстро справился со скрытой застёжкой, расстегнул ширинку и помог освободиться от одежды полностью вставшему члену. На пару секунд Бутхилл замер чтобы полюбоваться. Большой, крепкий, ровный, а вершине головки идеальной формы блестит капля естественной смазки. Бутхилл кончиком языка размазал эту каплю. Восхитительно. Он с трудом удержался чтобы сразу же не взять в рот член полностью. Он уже активировал свой «цветок», так что вид и запах члена вызывал приятное тянущее ощущение внизу живота. Ковбой несколько раз провёл языком по всей длине, глядя Аргенти прямо в глаза. Рыцарь закусил нижнюю губу и запустил пальцы Бутхиллу в волосы. Ковбой прикрыл глаза, широко открыл рот чтобы не зацепить острыми зубами, взял головку на язык и начал ласкать и посасывать её, полностью отдавшись чувствам. Он обожал ощущения от члена Аргенти во рту. Аргенти запрокинул голову и стал сладко стонать – Ох, да... Любимый мой. Хороший мальчик. Вот так, да, вот так... Ааах... Ещё недавно это был их основной способ заниматься любовью – теперь возможностей стало больше, но Бутхилл не собирался ни от чего отказываться. Едва он начал набирать темп, Аргенти глубже зарылся пальцами в волосы и осторожно придержал его голову. Бутхилл остановился. Аргенти снова поправил съехавшую чёлку чтобы открыть правый глаз. В этот момент Бутхилл уже держал член во рту целиком, уткнувшись носом в живот. Он поднял взгляд на лицо рыцаря. Щеки и уши Аргенти сильно покраснели, дыхание стало тяжелее, пухлые губы приоткрыты, зрачки расширены. Восхитительно. Киборг подумал, что в следующий раз непременно нужно сфотографировать портрет. Хотя, впрочем, для портрета такое экзальтированное выражение лица не совсем годится, уместнее было бы сделать икону. Пока эти мысли вихрем проносилась в голове, Аргенти тоже любовался его лицом у своего живота. Серые прекрасные глаза смотрят с обожанием, на лице лёгкий румянец, рот, принявший член до самого корня, широко открыт, верхняя губа подрагивает, открывая ряд острых белых зубов. Большой толстый член заполнял глотку Бутхилла полностью, но киборг умел надолго задерживать дыхание. Не разрывая зрительного контакта, ковбой начал едва заметно ритмично кивать головой чтобы головка глубоко в гортани тёрлась о место, где плоть переходит в пластик и металл. Собрав всю свою волю, Аргенти простонал. – Стой.. Пожалуйста, ахх... ещё рано... Бутхилл покорно отодвинул голову медленным движением, с хлюпаньем выпуская влажный от слюны член изо рта, по-прежнему смотря рыцарю в глаза. Было непонятно, где он там помещался. – Любимый.. – тяжело дыша, прошептал Аргенти – когда у тебя будет свой, попробуешь сделать со мной так же? Я постараюсь тоже принять полностью. Бутхилл провёл языком по верхним зубам, усмехнулся и кивнул. Его член не таких внушительных размеров, как у Аргенти, так что рыцарь, наверное, справится, если у него не сильный рвотный рефлекс. Вряд он получит такое же удовольствие как и киборг, но почему бы и нет. Но всё же сперва Бутхилл планировал заполнить не рот, а другое отверстие в теле Аргенти, это ему точно понравится. Рыцарь снова сбил его с мысли: – Вставай, моё сокровище, теперь моя очередь. Но вместо того, чтобы позволить Бутхиллу встать, Аргенти сам опустился на колени и накрыл губами губы киборга, заставив снова широко открыть рот, и решительно засунул язык Бутхиллу туда, где только что был член. Он почувствовал еле ощутимый мускусный вкус собственной смазки. У Бутхилла резко потеплело внизу живота когда рыцарь начал посасывать его язык. К сожалению, через несколько секунд Аргенти разорвал поцелуй – Ты ведь уже включил свой цветок? – Да, он очень хочет тебя. Если получится, давай снова попробуем кончить одновременно и чтобы ты был внутри. Да? – Да. Мы всегда кончаем одновременно, можешь не уточнять. Только помнишь, тут тонкие стены? Бутхилл вспомнил, что сегодня под утро весёлая семейная пара из соседнего номера шумно решила заняться, как они это называли, продолжением рода и их было слышно так хорошо, будто они находились не в соседней комнате, а в этой же. Аргенти сегодня снова из-за них не выспался. Бутхилл попробовал было по случаю к нему немного поприставать, но звуки соседского секса слишком сильно не возбуждали. «Мой ковбой, ты слышал, он назвал её пампушечкой а до этого – ватрушечкой?» – «Ага, а она уже третий раз зовёт его папочкой» – «Это может быть?..» – «Нет, они одного возраста» – «Ох, Идрила, какие странные люди» – «Главное, чтобы им нравилось» – «Почему он гавкает?» – «Эгоисты, могли бы и о других постояльцах подумать» – «Как хорошо, что мы не такие». – «Ни в коем случае.» – Мой рыцарь, опять ты про это. Я не могу вести себя тихо когда меня так первоклассно милашат. Не могу. Пусть соседи послушают, как должна звучать песня о любви. Может, усвоят урок. – Им больше не придётся. – Аргенти достал купленную недавно плюшевую игрушку. – просто держи её во рту. Бутхилл почувствовал некоторое облегчение. В отличие от Аргенти, у него почти никогда не получалось при занятиях любовью произносить какие-то осмысленные фразы, его максимум – взывать к Идриле и Аргенти. Но зато Бутхилл был гораздо более громким. – Ты хорошо придумал, я даже сначала не понял. Будем использовать ритуальную птичку как кляп пока ты меня милашишь. Яоши-то это точно понравится. Насчёт Идрилы не так уверен. – Я думаю, это будет очень красиво. Бутхилл сжал зубами плюшевую игрушку, подошёл к стене у окна, наклонился и упёрся руками, широко расставил длинные ноги и эффектно прогнулся в пояснице. – Не торопись. Развернись пожалуйста, я хочу отведать ароматный нектар твоего цветка Ковбой почувствовал себя глупо. Развернулся спиной к стене, но дальше было непонятно, что делать. Упереться ногой было некуда. Рыцарь снова встал перед ним на колени. – Закинь ногу мне на плечо. Да, или можешь просто её поднять, вот так. Ох, какой прекрасный вид. Бутхилл поднял ногу в вертикальный шпагат и постарался принять более соблазнительную позу, подав бёдра вперёд. С птицей в острых зубах, пусть и плюшевой, он чувствовал себя как охотничья собака с какой-то примитивной планеты, которая несёт хозяину подстреленную добычу. Он постарался отогнать эти мысли, из них слишком сложно было бы создать новый фетиш. Аргенти поднял голову и посмотрел ему в глаза. – Тебе удобно так стоять? Бутхилл не мог ответить, поэтому просто кивнул. Так с поднятой ногой он мог бы стоять хоть весь день, кибернетическое тело это позволяло. Он на всякий случай заблокировал положение ноги чтобы не приходилось её удерживать, но за равновесием всё равно приходилось следить самому. Аргенти раздвинул пальцами внешние «лепестки» и нежно поцеловал вульву, едва коснувшись губами, затем облизнул губы чтобы почувствовать вкус смазки Бутхилла и первый раз провёл языком по бархатистым складкам, ненадолго остановившись на маленькой жемчужине, которой нужно было особое внимание. У Бутхилла потемнело в глазах, он крепко впился зубами в игрушку. Несмотря на опасения, минимальные настройки отклика сенсоров подходили ему идеально. Датчики давления, влажности и температуры исправно поставляли сигналы в мозг и Бутхилл мог полноценно ощущать язык и губы Аргенти. Рыцарь уже запомнил, какие именно прикосновения больше всего действуют на Бутхилла и сейчас бесстыдно этим злоупотреблял. Он ласкал его цветок с обожанием и благоговением, следя за тем, чтобы Бутхилл не возбудился слишком быстро. Сейчас он выводил языком их имена по буквам. Датчики позволяли Бутхиллу чётко распознать движения, но ему сейчас было не до проведения экспертизы почерка, он мог только приглушённо стонать. Ткань под острыми зубами кое-где разошлась и Бутхиллу в рот попала синтетическая вата из игрушки, но сейчас было не до таких мелочей. Примерно на букве «Т» собственного имени он положил руку рыцарю на голову и прижал чуть сильнее, не в силах терпеть эту сладкую пытку. Аргенти не возражал, он послушно усилил нажим. Жертвенная плюшевая колибри прекрасно заглушала нарастающие стоны. Бутхилл не сразу среагировал, когда Аргенти бросил выводить буквы и встал, прижавшись к цветку напряжённым членом. Рыцарь придавил ковбоя спиной к стене, взяв его за руки, переплетя пальцы в замок. Бутхилл чувствовал, что головка напряжённого члена тычется между влажных горячих «лепестков». – Сейчас я войду в тебя, моя любимая принцесса. – прошептал рыцарь на ухо. От его губ пахло мёдом и пряностями, цветочным нектаром. – Ты готов? Бутхилл одобрительно промычал. Он высвободил руки, обхватил Аргенти за плечи и застонал в несчастную колибри ещё отчаяннее когда твёрдый член начал раздвигать податливые полимерные стенки. Сложно было не кончить тут же, слишком сладким было ощущение, что самый любимый, самый желанный человек берёт его так страстно и нежно. Внутренние размеры «цветка» были идеально откалиброваны под размер Аргенти, это ещё больше усиливало ощущения для обоих. Бутхилл ощущал каждый сантиметр когда член проникал в его тело всё дальше и дальше. А потом обратно. И снова. И снова. Неторопливо, без спешки. Чуть глубже с каждым разом. Он подмахивал тазом при каждом толчке чтобы Аргенти мог проникнуть ещё глубже. При каждой фрикции было слышно негромкое металлическое звяканье когда молния на куртке стукалась о доспех. У Бутхилла был уже полный рот синтепона. Рыцарь наклонился к его уху и стал горячо шептать в такт толчкам: – Мой ковбой, ты всё чувствуешь. Как хорошо, да, тебе хорошо. Ты чувствуешь, как я люблю тебя. Люблю, да, вот так, да. Ты такой страстный, такой горячий. Такой тесный. Так хорошо быть в тебе. Моя девочка. Красавица. О, как хорошо. Как сладко. Ах, да! Ещё, давай ещё. Ты молодец, дай мне ещё. Я люблю тебя. Скоро я тебя наполню до краёв, уже недолго. Ты это почувствуешь. Во имя Идрилы. Держись, держись, уже скоро. Аргенти прикусил Бутхилла за мочку уха. Это было невыносимо. Бутхилл почти не разбирал слов, бархатный голос рыцаря сводил с ума. Он вцепился в доспехи, почти повиснув на Аргенти, сжал зубы и стонал в игрушку в ритме с фрикциями. Он отдавался с неистовой страстью, почти себя не контролируя. Если бы Аргенти его не держал, он бы давно упал на пол. Когда рыцарь резко увеличил темп и амплитуду, Бутхилла наконец накрыло волной мощного оргазма. Глаза закатились, по телу пошла крупная дрожь. Шпора на опорной ноге непроизвольно включилась на пару секунд и если бы они стояли у тонкой межкомнатной стены, Бутхилл, вероятно, прорезал бы её насквозь. Приглушённые игрушкой крики стали громче. Цветок запульсировал вокруг члена Аргенти и рыцарь кончил, бурно извергнувшись внутрь. Как и было обещано, Бутхилл действительно это почувствовал. Аргенти не сразу вытащил член. Какое-то время они продолжали обнявшись стоять у стены, восстанавливая дыхание. Через пару минут Аргенти всё же выскользнул. Бутхилл начал возвращаться в реальный мир. Он моргнул и наконец опустил ногу. Тяжело сполз на пол вдоль стены. Аргенти опустился рядом и стал заботливо доставать пальцами изо рта Бутхилла сильно изгрызанную обслюнявленную колибри и куски синтепона. Бутхилл то ли не мог, то ли не хотел встать сам, так что Аргенти его поднял и отнёс на широкую кровать. Достал пачку салфеток, вытер ковбою подбородок и убрал подсыхающие следы спермы и смазки на внутренней поверхности бёдер. Лёг рядом. Бутхилл почти пришёл в себя, взгляд стал более ясным. Он перевернулся на живот и с мягкой зубастой улыбкой посмотрел на Аргенти. Погладил по руке. – Спасибо, мой рыцарь. Ты меня совсем разбаловал... Только мы больше не будем использовать никаких предметов культа в таких делах. Слишком опасная штука. Аргенти рассеянно кивнул и взглянул на него, как будто что-то вспомнил. – Милый Бутхилл, не уходи от темы. Мы же договаривались, что ты будешь говорить сразу. По твоему лицу всё ясно, ты тоже снова Её видел? Сегодня было будто как-то иначе. – Да, и куда более ясно и чётко, чем за всю эту неделю. Спасибо тебе. Идрила невыразимо Прекрасна, ведь в Ней вся Красота этого мира. Аргенти, мне кажется, мы делаем для Неё недостаточно, я хочу как можно больше узнать о Ней и о вашем рыцарском ордене. Ваши традиции, культуру, кодексы. Ты вроде как-то упоминал пару часов назад, что надо бы куда-нибудь слетать на несколько дней. Давай на Мелустанин? Аргенти удивлённо посмотрел на него. – Ты что, хочешь стать Рыцарем Красоты, мой серебряный ковбой? – Любить меня по-милашному, конечно нет, я не справлюсь! Я Галактический Рейнджер, я просто пытаюсь делать мир чуть более приятным и справедливым местом. Распространять свет Идрилы – это твоя задача. Аргенти кивнул. – Ты прав, моя любовь. Мало кому из Рыцарей удаётся так далеко зайти по пути Красоты как это сделал ты. Я благодарен судьбе, что смог помочь тебе в этом, ты стал одним из самых верных и преданных Её последователей. Я многому учусь у тебя каждый день. Бутхилл собрался было что-то ответить, но замолчал. Вместо этого провёл ладонью по растрёпанной копне красных волос Аргенти и спросил: – Тебе не жарко? – Жарко. Решение не снимать доспехи было чересчур опрометчивым. Сейчас мне нужно в душ и переодеться. Аргенти сел и начал отстёгивать латные пластины. Бутхилл хмыкнул. – Обычно люди раздеваются до того, как помилашатся, а не после. – В следующий раз непременно сниму с себя всё перед тем, как возлечь с тобой. А что ты говорил насчёт игрушки, тебе всё-таки не понравилось? Или дело в том, что синтепон невкусный, но разве это так уж опасно? Бутхилл смущённо отвёл глаза. – На самом деле мне очень понравилось, просто давай впредь чуть меньше импровизировать. Как там твоя чешуя? Подозреваю, она могла почти исчезнуть. – Какое это имеет отношение... – Аргенти озадаченно повернулся. – Не могу найти это место, здесь есть зеркало? – Сейчас всё поймёшь. Боюсь, в этот раз Идрила была не единственной. Аргенти резко развернулся к нему, едва не выронив из рук нагрудник. – О чём ты? Так ты видел Яоши? Нужно было сразу сказать! Прости, что перебил тебя тогда. – Не то чтобы так уж чётко видел, но кое-что почувствовал. Мы получили благословение плодородия, а, может, проклятье. Думаю, если просто отдать эту игрушку в храм, столько внимания от Эона не получить, мы опять всё правильно сделали. – Бутхилл нервно усмехнулся, видя, что Аргенти всё ещё не понимает – Нуу, ты же понимаешь, это такое всем известное чувство, когда божество отзывается на ритуальную жертву и даёт тебе помощь чтобы ты мог забеременеть. Хорошо, что я не просил об этом. Аргенти покачал головой. Он был сильно обеспокоен, но старался подыгрывать. – Нет, как-то так сложилась моя судьба, что мне такое чувство незнакомо. Интересно было, наверное. Но ведь не сработало? Ты в порядке? – Да, на этот раз не вышло. Даже не знаю, почему. Мне показалось, у Яоши просто сходу не вышло разобраться, что со мной делать. – Может, это как-то связано с тем, что ты не являешься фертильной женщиной с готовой к оплодотворению репродуктивной системой? Бутхилл согласился: – Я тебя уверяю, будь у меня хотя бы какие-то из нужных органов, не было бы ни единого шанса не зачать от тебя сегодня. Но моё тело ведь даже не живое, это как пытаться заставить забеременеть картонную коробку. Когда благословление не сработало, я смутно увидел, как Яоши улыбается – в тот момент я не придал значения, но теперь мне эта улыбка не нравится. Давай постараемся больше не привлекать внимание Эона Изобилия, боюсь, меня хорошо запомнили. Про «на этот раз» – это ведь была не шутка. В другой раз получится. Я, знаешь, подумал и решил, что всё-таки не готов становиться матерью. – Из тебя получился бы отличная мать. – фыркнул Аргенти. – Хорошо. Тогда сейчас я схожу в душ, а потом снова пойдём к тому торговцу и спросим, как отпугнуть Яоши. – он задумался на несколько секунд – Не то чтобы я не любил детей, но считаю, что чтобы их получить, лучше использовать более надёжные испытанные методы, которые устраивают всех. Как бы ты смог сражаться на поздних стадиях беременности? Это было бы опасно и для тебя, и для ребёнка. Хотя, наверное, проблемы с вынашиванием начались бы задолго до этого. – Эоны, Аргенти, прекрати! Сапоги! – Да, ты прав, я увлёкся. Идём, мы успеваем, несколько часов до назначенной встречи у меня ещё есть. – Аргенти, ты страшный человек. Сам сходи, не хочу больше видеть этих птиц. Никогда. И этого торговца. Я лучше зайду в магазинчик возле выхода с рынка, хочу присмотреть что-нибудь на память.