Меч и её мальчик

Сун Лань всегда стремится к тому, что правильно. Как бы ни было трудно, странно и страшно, как бы ни было больно — Сун Лань не пойдёт на сделку, не пожалеет себя, не сбережёт. “Наверное, для этого мы и встретились”, — думает Сяо Синчэнь, посматривая украдкой, как его друг ухаживает за Фусюэ. Движения строгие и уверенные, но исполненные изящества. Масло гвоздики. Шёлковый отрез… Мелькнувшее не ко времени чувство — зависть к чужому мечу!.. — сдувается с сердца, как снег; Сяо Синчэнь касается ножен Шуанхуа и позволяет себе улыбнуться. Луна в небе яркая, круглая — как нарисованная; ветер, играя ветвями, разрушает иллюзию, выводит их четверых из картины — в жизнь, настоящую, чистую, честную; в жизнь, о которой Сяо Синчэнь и мечтать не смел — там, на горе. Санжэнь Баошань была убедительна, неоспоримо мудра — он и не стал с ней спорить. Сяо Синчэнь предпочёл деяние. Верные слова не изящны, ведь так? Красивые слова не заслуживают доверия. Увы, иногда их приходится подбирать. Сяо Синчэнь понимает, что мир не раскрашен чёрным и белым. Ни один человек не стремится ко злу, не желает творить его, видеть в себе и взращивать. Зло рождается из слабости — когда не хватает душевной силы заботиться о других, когда помнишь только себя и думаешь — о своём. Поэтому Сяо Синчэнь старается быть сострадательным к тем, кто не наделён силой; а иногда, увы, могущественный заклинатель бывает куда слабее разносчика овощей, и эта слабость способна сгубить десятки, сотни, тысячи судеб!.. Своему мечу Сяо Синчэнь порой тоже завидует. Он хотел бы вложить себя в достойную руку и ничего не решать, просто — делать, что должно. Он даже знает её, эту руку!.. Но люди, увы, не мечи. Не смейся, Шуанхуа!.. Сун Лань всегда стремится к тому, что правильно. Первый его порыв — тот же, что у Сяо Синчэня: можно настраивать себя по нему, словно струны у циня. Только Сун Лань идёт напрямую. Ни одного лишнего движения, ни одной лишней мысли — как и сейчас, с мечом. Чистый, честный. Настоящий. Зачем тебе — пачкаться чужой слабостью? Цзычэнь, “драгоценный сын”... Ты убираешь меч в ножны, ты поднимаешь глаза, и дыхание перехватывает. “Если не хочешь себя беречь, то не страшно, — думает Сяо Синчэнь. — Значит, я буду рядом”. Значит, я тебя — сберегу.