Сладость твоей крови

Блеклые солнечные лучи, в которых виднелись мелкие частицы пыли, бодро стучались в окна, и, не дожидаясь приглашения, проникали внутрь дома. Солнечные зайчики, вспыхивающие внезапно, с озорным отсветом бегло проскакивали по потолку, а после забегали под кровать и выжидали чего-то именно там. Совсем юный солнечный зайчик, являющийся, как и все его озорные собратья, чадом солнцепёка и ветра, задорно шевельнувшись, резко прыгнул прямиком на закрытые веки спящего юноши. Погружённый в беспробудные и, однако, болезненные грёзы, приносящие только слабую боль во всём теле, парень с трудом раскрывает тёмные глаза, пронзая, казалось, саму пустоту изнемождённым взглядом. Тихий усталый хрип вырывается из горла, и он тянется дрожащей от слабости рукой к бледному горлу. Пальцы сразу же натыкаются на шероховатую повязку белоснежного бинта и лёгкую багровую влагу. Охотник на ведьм и колдунов истощённо морщится. В горле до ужаса сухо и хочется ощутить охлаждающую воду, или, хотя бы, хоть немного еды. Как понял раненый – его кто-то нашёл, забрал в свой дом и... Бережно обработал раны, перевязав их? Трудно поверить в такое, особенно, если это сделал именно колдун или колдунья. Что ж, догадаться о том, что ты находишься в совершенно незнакомом и чуждом тебе месте легко, – как размышлял в мутных от былой боли и потери крови мыслях раненый. Перед глазами всё плыло, а очертания-края предметов удваивались на какую-то долю минуты, прежде чем он смог окинуть замыленным взглядом комнату. Уютная, с не особо множественным количеством предметов, спальня: деревянная дверь с интересными резными узорами на ней. Справа от входа, в углу, прямо за самой дверью, стоит новенькая и аккуратная метла. Возле кровати, с правой стороны, стоит деревянная тумбочка, на которой лежит несколько белоснежных листов бересты; стеклянный, но, к большому сожалению, пустой стакан; тёмно-багровое кольцо с мелкими узорами на нём, которое дополняло украшение в виде сверкающего ярко-красного аметиста посередине. Это на миг зацепило взгляд в лёгкой пелене интереса, но парень сразу же отвлёкся от рассматривания украшения. Слева от кровати, у стены, стоял большой деревянный шкаф из тёмного дерева. По всему периметру комнаты располагался мягкий шерстяной ковёр белоснежного цвета, и лишь по его краям струилась золотистая вышивка. – Очнулся всё же? – раздался резкий голос над его ухом, и охотник вздрогнул, сразу же устремив размытый взгляд на того, кто явился, словно бы, из под земли. Или же всегда здесь находился, просто призрачный, неощутимый и незамеченный. На его лице даже сквозь размытый взор можно было заметить раздражённое выражение. Кажется, этот парень, появившийся из ниоткуда, проклинал его всё это время. – В-во... ды... – сипло прохрипел охотник, жалко глядя на закрытые глаза Сайгику, который мгновенно протянул ему стакан с чистой водой, неприязненно нахмурившись. Но, как только Суэхиро потянулся к нему, чтобы взять стакан дрожащими руками, Дзёно легонько ударил его по пальцам. После, поднёс к его сухим бледным губам край стакана, начиная отпаивать его. Тэтте не сопротивлялся и лишь жадно глотал воду, начинал приходить в себя, набираясь сил. – Как же ты жалко выглядишь, – колко фыркнул Дзёно, безразлично оглядывая раненого с ног до головы. После этого презрительно потянулся за стаканом, поставив его с глухим стуком на тумбочку. – И как тебя зовут? – Т-тэтте... Тэтте Суэхиро, – выдохнул устало юноша, протирая глаза. Вода творит чудеса, видимо! Охотник провёл рукой по своим непослушным тёмным волосам и уже более чётким взглядом оглядел Дзёно. Ну точно, – колдун. Но зачем колдуну помогать охотнику? – Я не колдун, а ведьмак, – словно читая мысли Суэхиро, произнёс Дзёно, повернув голову в сторону окна, как будто пытался интуитивно присмотреться к дали. – Для меня не было бы выгодным, если бы ты сдох по своей тупости в лесу. Да и тем более, вы, охотники на ведьм, слишком «умные» для того, чтобы на полном серьёзе кидаться на ведьм и ведьмаков, чтобы убить их. Так что я не особо и побоялся забрать тебя сюда. В любом случае, могу создать кляп специально для тебя, если ты будешь орать о чём-то вроде «я в любом случае прикончу тебя!» или же пытаться задавать ещё больше вопросов. После всей этой речи, тон которой смешался в один едкий коктейль колкости и язвительности, у Суэхиро больше и не было вопросов, как в голове, так и на языке. Он сразу же заткнулся, всего минуту продержав тяжёлое безмолвие в комнате, после чего сразу же произнёс тихим, но как и обычно, спокойным тоном. – Спасибо тебе, – его тёмные глаза благодарно смотрели на лицо Дзёно, которое не выражало ничего. Юноша в ответ ничего не ответил, лишь кивнул, мол, как только поправишься я эксплуатирую тебя для собственных работ, и удалился прочь. Тэтте лежал на его мягкой постели, бессмысленно глядя в потолок и ожидая чего-то. Чего именно – он не знал, но... Почему-то к ведьмаку начинало что-то притягивать. Захотелось ещё раз взглянуть на его лицо. Прикоснуться к бледной, наверное, нежной коже, вдохнуть его аромат, рассматривать откровенно его и его красоту внешности. Суэхиро передёрнуло от резкой волны таких мыслей. Нет. К чему это вообще?.. он всего-навсего благодарен за помощь ведьмаку. И, как бы печально это не звучало, ему в любом случае придётся пролить кровь парня, несмотря на помощь – задание требует именно такого исхода, не иначе. «Значит, мне будет выгоднее задержаться здесь. Отнюдь, раны так быстро не залечатся, так что, если этот незнакомец позволит мне побыть здесь ещё, то считай, ночью будет минус один ведьмак.» Но от таких мыслей Суэхиро как мысленно, так и внешне – от щипающей боли, скривился. Не совсем приятно размышлять о скорой смерти того, кто всё таки нашёл тебя раненого и голодного в лесу, напоил и пригрел. Зверски, наверное, но задание порученное егерем придётся выполнить через силу, сжав до скрипения зубов челюсти, переломав себе все кости, но убить кого-нибудь из жителей ведьминской деревушки.