Око

Лиля сказала, что на вечеринке будет весьма неформальные контингент, поэтому Вадим понимал, что если наденет как обычно футболку и старые джинсы, будет сильно выделяться на фоне остальных гостей. Он откопал у папы в шкафу какую-то чёрную кожанку, взял у мамы цепочку, натянул джинсы, которые были ему немного не по размеру и закрепил их дедовским ремнем. Образ у него получился весьма карикатурным. Посмотрев в зеркало, Троицкий не сразу узнал себя. Он еще немного похимичил над прической, из коротких волос Вадика мало что можно было сделать, но Троицкий старательно пытался приподнять их, чтобы они слегка стояли дыбом. В дверь позвонили, Вадик попытался пригладить волосы испугавшись своего нелепого вида и пошёл открывать. На пороге стояла Диана. На ней была короткая юбка какого-то безумного чёрно-фиолетового цвета (Троицкий не был силён в оттенках), полупрозрачная кофта, а под ней чёрный топ. Весь образ Дианы он смог разглядеть, потому что пальто она, ходя по улице, решила не застёгивать. – Так, быстрее иди в комнату. Сейчас родители увидят тебя Бог знает что подумают! – шикнул Вадик и потащил подругу за собой. – Я вообще пришла посмотреть, как ты оденешься, потому что думала, ты как обычно напялишь свою зеленую футболочку. – усмехнулась Ладова. – Но, я смотрю, ты сегодня постарался. – Не знаю, что-то у меня с волосами... – пробурчал Вадик, поправляясь. Диана вытащила из своей крохотной сумки большой флакон лака для волос и приказала Вадиму сесть. Она пошерудила у него на голове своими тонкими пальцами, распушив волосы, пару раз пшикнула и прическа была готова. Вадик взглянул на себя в зеркало и засмеялся. – Господи! Ну на кого я похож?! – хохотал он. – На самого хорошенького неформала из всех, что я видела. – Диана потрепала его по плечу. – поехали! На улице в кожанке оказалось безумно холодно, поэтому Вадик был благодарен Диане за то, что та додумалась вызвать такси. Они быстро запрыгнули в машину и поехали по ночной Москве куда-то, куда ни разу не ступала нога Вадика. Дорога оказалась длинной и только на середине пути Ладова упомянула, что они едут в загородный дом, так что придется потерпеть. Фонари, подсветка домов, цвета светофоров рябили в глазах, Троицкий широко улыбался, пытаясь разглядеть всё, что видел. Массивные центральные здания мелькали в глазах, на улицах стоя в пробке, он мог рассмотреть людей, которые тоже этим субботним вечером собирались потусить. Музыка и шум дороги грохотали в ушах, но для Вадима эти звуки были чем-то сродни дискотекам, на которые он так любил ходить несмотря на дискомфорт. Просто любил и всё. Диана достала наушники и предложила Вадику послушать музыку, он с радостью согласился, поэтому остальную дорогу они ехали под плейлист Ладовой, стоящий либо из грустных песен, либо из репа. Друзья добрались по нужному адресу, возле калитки их встретил какой-то невысокий бледнолицый парень с чёрными патлами, свисающими на лицо. На нём были кожаные штаны, порванная леопардовая майка и куча украшений словно собранных у представителей разных субкультур. – Я Герман! – представился парень и протянул ребятам руку. – Вы друзья Лили, да? Диана и Вадик кивнули. – Пойдемте, все ваши уже приехали. Он пустил их на участок и ребята увидели перед собой большой белый красивый дом, оформленный в каком-то готическом стиле. Вадим приоткрыл рот, пытаясь осознать, что видит перед собой. Дом Германа больше напоминал замок необыкновенной красоты, в темноте Троицкий смог разглядеть симметричные резные окна и треугольные, скорее даже конусообразные крыши. Они зашли и Вадим увидел примерно то, что представлял себе ещё стоя на улице. Некогда чистые аристократичные хоромы были заполнены кучей молодых людей, громко ругающихся под современный рок, на полу валялись пластиковые стаканы и прочий мусор, а весь коридор был завален обувью разных размеров и стилей: от обычных кроссовок и до высоких красных сапогов на шпильке. Герман махнул ребятам рукой, чтобы они проходили в гостиную, где собрался весь народ и побежал позвать Лилю и остальных. Эдельвейс вышла в сопровождении двух людей из разных вселенных. Если сама Лиля выглядела примерно в стиле вечеринки, то на её спутников без слёз взглянуть было нельзя. По левое плечо стоял Ходаков, зализавший волосы назад и напяливший сегодня выглаженную белую рубашку. Он корчил недовольную рожу и презрительно озирался по сторонам, глядя на постоянно что-то кричавших, танцующих, курящих прямо в квартире или валяющихся на полу пьяных людей. В руках у него была принесенная из дома бутылка воды, а на ногах беленькие чистые носки. Справа был Максим, решивший взять от вечера максимум. На нём будто было надето всё, что можно украсть на блошином рынке: рваные джинсы, рубашка, завязанная на поясе, красная майка, а сверху ещё одна чёрная рубашка, куча цепей и ожерелий. кудрявые белые волосы торчали во все стороны, на лице у Алексеева было что-то на подобие макияжа, а точнее размазанная чёрная подводка под глазами и даже какая-то темная помада. Вадик еле сдержал смех, видя всю эту безумную компанию. Он поздоровался со всеми и вместе с Ходаковым направился в сторону дивана, стоящего в самом углу. – Ну что, тебе совсем тут плохо? – обеспокоено спросил Вадим. – Да нет, терпимо. – процедил Сеня. Они завели какую-то спокойную беседу о погоде, как вдруг Ходаков прервал Вадика на полуслове. – Герман очень странный, я последил за ним, когда ещё никто из вас не приехал, – начал Сеня, но не смог устоять перед возможностью немного похвататься. – Видимо, я один здесь пунктуален. – Да говори ты уже! – шикнул Троицкий. – Короче, он вечно ходит в компании своих друзей, по которым сразу видно, что они безвольные, это я тебе прям сразу могу сказать. – Ходаков указал пальцем на трёх парней с одинаковыми прическами и в примерно похожих нарядах. Друзья что-то обсуждали, будто бы создавая фон для Германа, болтавшего с Лилей. В какой-то момент парень указал пальцем в сторону стола и ребята метнулись к напиткам, а затем принесли пиво для Германа. – Так, ну, допустим... – Валера тоже ходит в похожей компании, я замечал. У него тоже своя шайка бездушных, которые явно не меняют чью-то жизнь, а просто существуют для удобства. Вот и эта троица похожа на что-то в этом роде. – Ты прав. – кивнул Вадим. – Но это же не означает, что Герман – Второй? Мало ли таких, вон Диана тоже в окружении подобных стоит: один держит её сумку, другой – стакан, а с третьим она разговаривает. – Да, но Герман в целом подозрительный тип. Резко появился в жизни Лили, а соответственно, и в нашей. Валера говорил, что Второй будет нас искать, тогда логично, что тебя и меня тоже позвали на эту вечеринку. – Ты убедительно звучишь. Возле них на диван рухнул Макс, от которого слегка пахло пивом и крабовыми чипсами. Он обернулся на ребят и спросил, о чем они так заинтересованно болтают. Вадик и Сеня отмахнулись, мол, не очень-то интересная у них беседа. – Я вот что хотел сказать... – промямлил Макс. – Меня очень сильно пугает Герман. Он только что подошёл ко мне и активно начал спрашивать про театр, про мои мечты и цели, спросил, что я хочу больше всего на свете. Да я вроде и не против рассказать, но это было слишком жутко, я даже как-то смутился и сбежал от него. Он к вам не докапывался? Ходаков ожил и впервые за долгое время взглянул на Макса без презрения. – Не докапывался, но нам тоже не нравится Герман! – воодушевленно начал Сеня. Они синхронно улыбнулись и стали разглагольствовать о том, какой Герман уродливый, сколько прыщей они насчитали, какие некрасивые на нём штаны, и какие пошлые у него обои в гостиной. Вадик немного отошёл от обсуждения, потому что ему было нечего добавить. На телефон пришло сообщение от Арсения, которое тот написал так, чтобы Алексеев не заметил: «Давай Максу расскажем.» Вадим удивлённо взглянул на Сеню и пожал плечами. Возле Максима вдруг шлепнулась абсолютно пьяная девчонка и полезла к нему целоваться. Он аккуратно и как-то даже слишком легко приподнял её и похлопал глазами: – Куда её нести? – В спальню. – отрезал Ходаков, ухмыльнувшись. – Зачем?! – воскликнул Макс. – Ну спать её уложить, идиот. – засмеялся Сеня. Алексеев пожал плечами и удалился вместе со своим грузом. – Блондинки даже в белой горячке будут вешаться на Макса, а не на тебя. – съязвил Вадик, за что получил оплеуху от Ходакова. – Мы больше ни-ко-гда не поднимаем эту тему. – отрезал он. – Лучше давай поговорим насчет Германа. – Думаю, Максиму можно рассказать, по крайней мере он человек, который точно не проболтается. Только давай ты, а то я все свои запасы аргументов исчерпал, когда пытался тебе доказать. – Если честно, до сих пор не до конца верю. – расхохотался Сеня. – Но да, хорошо, без проблем. Когда Макс вернулся Ходаков натянул улыбку и начал свой рассказ. Вадик переодически встревал в разговор, отчаянно пытаясь намекнуть Сене, чтобы тот не давил на Алексеева. Троицкий огляделся и нашел глазами Диану. Она выпивала с каким-то уже новым парнем, который гладил её чёрные волосы и постоянно подливал больше и больше вина в бокал. Вадим скривился, подумав, что стоило бы вмешаться, но Ладова выглядела такой счастливой и совершенно не обеспокоенной происходящем. – То есть, вы думаете, что Герман и есть тот самый этот... Блюститель... Души который забирает? Дьявол типо? – испугался Алексеев и вжался в диван. – Не совсем, но ты примерно уловил суть. – кивнул Сеня. – Не знаю, странно это. Вы уверены, что можно верить этому Валере? – Мы своими глазами видели! – встрял Вадик. – Ну, а что нам делать? – Алексеев вдруг воодушевился и с нервной улыбкой взглянул на ребят. – Пока ничего. Мы в любом случае просто будем следить, а когда найдём более весомые доказательства – расскажем Валере. – пожал плечами Арсений. Вадим до конца не был уверен в причастности Германа к Око, но Алексеев с Ходаковым так топили за эту версию, что его аргументы против были абсолютно ничтожны по сравнению с фактами ребят. Он просто наблюдал за тем, как эти двоя без устали оскорбляют всеми возможными словами несчастного парня, хотя, возможно, не зря.