Око

– Подожди, а почему она еще подкидывает? – возмутился Макс, увидев, как Диана достала из колоды ещё одну карту. – Потому что это таро, придурок. – рявкнул Сеня. – А эта хрень что значит? – Это значит, что он страдает, но ничего не может с этим сделать. – вздохнула Диана. Лиля громко завыла, упав на плечо подруги. – Ну подумаешь бросил, ну Лилька, мало ли таких Германов водится? – Вадик осторожно погладил Эдельвейс по плечу. – Мало! – пискнула она и снова заплакала. Ребята сидели на кровати Дианы. Они собрались этим холодным январским вечером, чтобы поддержать Лилю после расставания. Как рассказывали девочки, пара и так постоянно конфликтовала, потом он начал проявлять холод, а затем и вовсе завёл тираду о сложной учёбе в одиннадцатом классе, о том, как тяжело совмещать подготовку к ЕГЭ, пьянки и отношения, а ещё и с «кентами» надо видеться. Потом, по словам Эдельвейс, у него объявилась какая-то давняя подруга ну и тут всё совершенно посыпалось. – Вот и пусть хоть обцелуется со своей... Как её звали? – спросила Диана. – Ли-и-и-и-иза! – протянула Лиля. Арсений нервно закашлялся, покосившись на Вадика. – Ну какая Лиза! Она же это... Тупая, да? И страшная, да? Ну и вообще ты талантливая актриса, писательница, стихи вон... Прикольные у тебя. – пробубнил Троицкий. – И что? Он её выбрал! – возмутилась Лиля. – Он выбрал пьянки с друзьями, ты не виновата. – вздохнула Диана. Лиля улеглась на кровать и стала смотреть в потолок мокрыми глазами. Её светло-русые кучерявые волосы лежали на белой подушке, нос слегка подрагивал от всхлипов. – Лиля, ты же такая замечательная, самая-самая лучшая на свете. – Макс погладил её по плечу. – Герман совсем тебе не подходит, он жалкий, скучный, тупой... А ты... А ты такая прекрасная. Вадим с Сеней снова удивлённо переглянулись, а затем и Диана с Максом уставились на Ходакова, ожидая, что он тоже поддержит подругу. – Герман идиот и страшный. – выдавил из себя Арсений. – Даже тебе такого не надо. Вадик нервно прикусил губу, понадеявшись, что Лиля не слышала «поддержки» друга. – Да пошли вы! – неожиданно заорал Ходаков. Он кинул телефон на другую сторону кровати. – Что такое? – удивилась Эдельвейс. Сеня потянулся за телефоном и показал сообщение из классного чата Вадику. «Вадим Троицкий, Арсений Ходаков, спешим сообщить Вам, что Вы прошли на городской тур олимпиады по литературе и истории. С 6 до 8 января Вы отправляетесь в подмосковный пансионат, где будет проводиться следующий тур.» – Что? Какое Подмосковье? – заверещал Вадим. – Да ты помнишь как мы согласились писать какую-то олимпиаду, чтобы прогулять математику? Ну вот, оказывается, мы победили. – И что? Это значит, что нам надо ехать... В Подмосковье? Зачем? – «В течение двух дней Вы будете заниматься подготовкой, которая будет проходить в самом пансионате, на третий день напишите олимпиаду и отправитесь домой. Сопровождать в поездке Вас будет Марат Николаевич, учитель истории. Пришлите мне письменное согласие от своих родителей на почту.» – Ну и что за дичь? – заныл Вадим. – Я хотел нормально провести каникулы! – Не повезло. – хлюпнула Лиля. В комнату постучались и дверь тут же отворилась. На пороге показалась длинноволосая брюнетка средних лет. Она облокотилась об косяк и улыбнулась ребятам. – Почему ты не сказала, что у нас гости? – обратилась она к Диане. – Забыла. – пожала плечами Ладова. – Знакомьтесь, ребята, это моя крестная Яна. Она буквально вчера вернулась из Франции. Женщина усмехнулась и присела на край кровати. – А почему ты плачешь? – спросила Яна у Лили. Эдельвейс пожала плечами и прикрыла заплаканные глаза, пытаясь остановить слёзы. – Парень бросил, наверное? – хихикнула крёстная. – Ну не переживай, вернётся ещё. – Не верне-е-е-ется! – завыла Лиля. – Мужиков вернуть проще, чем долг. – засмеялась женщина. – Ну ладно, ребята, пойду я. Она лёгким движением выскользнула из комнаты. К Яне тянуло всеми чувствами, словно к женской версии Змея Искусителя, но, взглянув на неё, все процессы в теле останавливались, будто от встречи с Медузой Горгоной. – Нифига у тебя крёстная крутая. – удивился Макс, завороженный красивой женщиной. – Это ты ещё её маму не видел. – захохотал Арсений, мерзко покосившись на подругу. – Ну перестань! – Диана попыталась сделать серьёзное лицо, но сама не могла сдержать смех. – А отца-то у тебя нет... – продолжал Ходаков. – Знаешь, я всегда хотел себе дочь. Диана стукнула его по плечу. – Вадик, что лучше, быть отчимом Дианы, чтобы быть мужем её мамы, или быть мужем её мамы, чтобы быть отчимом Дианы? – удар Ладовой не остановил поток мерзких шуток от Ходакова. – Лучше не ехать на вонючую олимпиаду. – вздохнул Троицкий.