Око

Вадим пришёл в школу в ужасном настроение, делать сегодня что-либо совершенно не хотелось. Он кое-как отсидел все уроки, стараясь даже не смотреть в сторону друзей. Он чувствовал себя так одиноко и так беспомощно, мысли о том, что Ходаков – Второй не давали ему покоя, но и говорить это Валере казалось слишком опасным. Он действительно не знал, нужно ли, чтобы пророчество сбывалось. – И пожалуйста, закрывайте все свои долги. В мае уже начинаются экзамены у одиннадцатиклассников и все учителя будут заняты. Не оставляйте все на потом. – проговорила Ксения Сергеевна в конце урока. «– Контрольная по истории... – вдруг вспомнил Вадик и шлёпнулся головой об стол.» В конце учебного дня он быстро схватил все свои вещи и помчался на второй этаж в кабинет Марата Николаевича. – Мне бы... Контрольную переписать... – промямлил Троицкий, тяжело дыша на пороге. – Опомнился! Уже как два месяца прошло. Проходи, садись, только у тебя всего полчаса, мне потом на совещание надо. – усмехнулся историк и протянул Вадиму тест. Стоило Троицкому только приступить к работе, как Марат Николаевич снова заговорил: – Что же это вы все такие медленные. Вот нельзя вовремя переписывать? – В каком смысле «вы»? – Вадик оторвался от своих бумаг и посмотрел на учителя. На пороге появился Ходаков с самой кислой миной на свете. Он презрительно посмотрел на Вадика, а затем перевёл взгляд на Марата Николаевича. – Сень, у тебя только полчаса на работу. – пробубнил учитель. – Мне хватит и пятнадцати минут. Арсений взял свой тест и отсел на самую дальнюю от Вадима парту. – Да я к тому, что на пятёрку тебе нужно целый урок писать. – пожал плечами учитель. – Чем тебя четвёрка не устраивает? Все равно в году выходит пять... Ходаков проигнорировал учителя. Он быстро начал делать записи на листах, не поднимая взгляда. Вадик невольно подумал о том, что Арсений пришёл переписывать работу только чтобы проследить на ним. Его руки задрожали, а коленки затряслись. Он постарался сконцентрироваться на контрольной, но не мог ничего с собой поделать. Спустя чертверть часа Ходаков, как и обещал, сдал работу и вышел из кабинета, а вот Вадим задержал учителя аж на двадцать минут. Он смущенно вручил Марату Николаевичу свою контрольную и только хотел выйти из кабинета, как учитель остановил его. – Смотри, у тебя тут сразу ошибка грубая... – он тыкнул пальцем в письменную часть работы. – Первая пятилетка не... Дальше Вадим не слушал, а всё глядел на выход из кабинета, желая поскорее смыться и не встретить никого из друзей в раздевалке. Ходаков, конечно, ушёл, но нельзя было исключать того факта, что он может поджидать его где-то в школе. Учитель быстро проверил тест Вадика, исправил пару ошибок в письменной части и вернул ему работу. – У тебя отличные способности, Вадим, видно, что учил. Я тебе бы пятёрку поставил, но из-за того что так долго тянул пока что четыре. Ты большой молодец. Троицкий кивнул, взял бумагу и быстро вылетел из кабинета, ничего не сказав учителю. Он помчался в сторону лестницы, как вдруг из туалета выпрыгнул Арсений и схватил его за руку. – Нам надо поговорить. – процедил он. – Не о чем. – рявкнул Вадим и попытался одернуть руку. Сеня оказался сильнее, поэтому резким движением затащил того в туалет и захлопнул дверь. – Ты совсем с ума сошёл? Почему ты меня избегаешь? – Неважно. – Важно, Вадик. Я не понимаю, что происходит. Окей, сначала ты болел, но потом что случилось? Почему ты бегаешь от меня? Почему не хочешь обсудить? Если я тебя обидел, скажи! – Мне не о чем с тобой говорить. – снова рявкнул Троицкий и хотел убежать, но Сеня опять с силой схватил его за руку. – Ты опять начинаешь шизить. Скоро с ума сойдешь. Вадим, тебе нужна помощь, пойми это. – У меня всё нормально. – Ненормально! Тебе нужно уже к психиатру идти с твоими заскоками! Ты перестал общаться со всеми своими друзьями в один момент, ходишь, будто псих, всего боишься. Дерганный стал какой! Вадим, я же хочу тебе помочь, пойми, я выслушаю, я пойму, просто скажи, что случилось, почему ты со мной не общаешься? – Да потому что ты Второй! – заверещал Вадик и вырвал руку у Сени. Он развернулся и побежал к двери, но, услышав, что Ходаков не пытается догнать его, остановился и обернулся на парня. Сеня выпучил глаза и нервно засмеялся. Он одним лёгким движением запрыгнул на подоконник, сел и уставился в пол. – Что, прости? – промямлил Ходаков. – Я всё знаю. – заговорил Вадик, но уже не так уверенно. – И какие твои доводы? – Ну... Я... – в один момент все доказательства вылетели у Троицкого из головы. Он пялился на Ходакова, пытаясь считать его неоднозначную реакцию. – Понятно. Значит, теперь мы обвиняем друзей. Вадик, я всё понимаю, я же верю тебе, но нельзя быть настолько помешанным на своей теории. Сначала обвинишь меня, потом и Макса с Лилей, а дальше что? Своего отца? – Валера говорил что Второй будет держаться со мной рядом... – Тогда почему раз я Второй я не напал на Валеру, не знаю! Что там они еще делать друг с другом собрались... Короче не докопался к Валере... – Ну... Слушай... – Да не Второй я! Тогда бы я... Ну я не знаю, как тебе доказать. Просто если ты погряз в этой теме, надо всё равно оставаться разумным существом, человеком, а не просто «Знающим». У тебя есть друзья и надо им верить. – Но... Антон тоже был Знающим и помогал Валере найти Второго. И в его времена им оказался его лучший друг. – Какой ещё Антон? – Тот бездомный... Да неважно, там много всего. – Ааа... И поэтому ты решил, что я тоже Второй? Вот это у меня тактика конечно идиотская. – Ладно... Извини. – промямлил Вадик и сел рядом. – Я просто... Кажется, я схожу с ума. Меня ничего больше не беспокоит, кроме как эта теория, я не могу ничего с собой поделать. – Ладно уж. Я так-то и думал, что ты просто крышей поехал, но не знал, насколько сильно. – засмеялся Сеня. – Пойдём ко мне, заодно расскажешь, что там узнал от бомжа этого. А я расскажу, что произошло у меня... – Ты на меня не обижаешься? – промямлил Вадик. – Ну немного. Забей, я всегда знал, что ты шизофреник. Мир? – Мир.