«You didn’t save me because we’re friends?»

Когда Агент Стоун получил сообщение от Доктора, он подумал, что ему померещилось. Как Роботнику удалось пережить такой мощный взрыв? За последние месяцы у Агента Стоуна были перемены: его кафе процветало, все его сотрудники были трудолюбивыми и честными, и он встретил Шедоу. Шедоу был последним человеком — или ежом — которого он ожидал увидеть на пороге своего дома через несколько дней после того, как предположил, что потерял Доктора из-за взрыва. Черный еж молча постоял на пороге его дома несколько секунд, прежде чем спросить, как дела у Агента. – Доктор много для тебя значил, не так ли? — спросил Шедоу. –…Да, он… Значил. — ответил Агент Стоун. Снова повисла неловкая тишина, а затем Агент счел вежливым пригласить черного ежа к себе домой. – Зачем... ты пришел в гости? Как ты меня здесь нашел? — спросил Агент Стоун, сварив две чашки кофе и пододвигая одну к черному ежу. –…Я был один, когда потерял Марию. Я подумал, что тебе понадобится компания. — просто ответил черный еж. Агент Стоун не ожидал, что черный еж, который уже бросил его в крабе, будет столь внимателен к его чувствам. Это было такое простое действие. Но именно поэтому Агент Стоун предложил черному ежу остаться с ним и помочь ему с кофейней, которую он планирует открыть. Начать все заново. Поэтому, когда бизнес процветал и он получил сообщение от врача, он почувствовал себя... Воодушевленным, но в то же время противоречивым. Будет ли Шедоу в порядке, если Агент Стоун просто встанет и уйдет? Если Агент Стоун решит бросить все, чтобы снова присоединиться к злым планам Доктора? Агент Стоун хотел быть рядом с Доктором. Ему нравилась и восхищалась решимостью и стойкостью Доктора с тех пор, как они впервые встретились. Кто-то, кто был изгоем, но этот факт никогда не отвращал Доктора от величия. Он был вдохновляющим и освежающим в своем собственном «злом» смысле. Когда Доктор спросил его, хотел бы он увидеть его правителем мира, в котором он оказался после взрыва, Агент Стоун, к его удивлению, обнаружил, что откладывает приглашение, гадая, что подумает об этой новости Шедоу. К счастью, Тейлз пришел просить его о помощи с роботом по имени «Металл Соник», и Шедоу согласился помочь, что облегчило Агенту принятие решения. (Конечно, Агент Стоун знал, что Шедоу встретил Тейлза, хотя и случайно. (Его глаза были повсюду в его кафе. Спасибо доктору за то, что он научил его, как вживлять скрытые камеры по всему залу.)) В следующий раз, когда Шедоу встретился с ним, чтобы спросить, знает ли он что-нибудь о роботе, Агент признался и сказал, что знал о том, что Доктор жив с самого начала, и сообщил черному ежу, что теперь, когда он знает, Агент подумывает присоединиться к Доктору. – Да будет так. — сказал Шедоу, как всегда просто и кратко. – Ты не попытаешься остановить меня? — неожиданно для себя спросил Агент Стоун. Шедоу бросил на него непонятный взгляд. –…Если бы Мария вдруг ожила, я бы не задумываясь вернулся к ней. Затем группа инопланетян ушла. Агент Стоун воспользовался этим шансом связаться с доктором и сообщил ему, что он готов присоединиться к нему. Не прошло и мгновения, как появилось кольцо, а из него вылетела летучая мышь с дружелюбной улыбкой, однако эта улыбка каким-то образом заставила мужчину почувствовать необходимость оставаться осторожным. – Вы, должно быть, Агент Стоун. Доктор умирал от желания познакомиться с вами. Я Руж. – Летучая мышь представилась, указала на ринг и шагнула обратно, жестом приглашая агента следовать за ней, что он и сделал. Все было правдой. Доктор действительно был королем в этом мире. Все это, казалось, произошло благодаря летучей мыши. – Он обещал помочь мне получить самый красивый изумруд, который когда-либо существовал, если я помогу ему с его планами. Это было заманчивое предложение от которого я не смогу отказаться. — объяснила Руж, пока они вдвоем шли по длинному коридору, возможно, направляясь туда, где находился Доктор. Когда они воссоединились, Стоуна встретили улыбкой и объятиями . Улыбка выглядела неуместной на лице Доктора. Объятие показалось Агенту чуждым. Агент принял оба жеста с теплотой и теплотой в сердце. Роботник был таким же разговорчивым, таким же раздражаемым идиотом, таким же умным, таким же великолепным, как всегда, и все же произошли значительные изменения в том, как он обращался конкретно с Агентом Стоуном. К приятному удивлению Стоуна, Доктор начал задавать агенту вопросы о самом Агенте — чего он никогда не делал с намерением узнать другого раньше. Хотя, конечно, Доктор изо всех сил старался сосредоточиться и часто заканчивал темой о себе и о том, что его интеллект ценится здесь гораздо больше, чем среди «обезьян на Земле в прямом и переносном смысле». На этот раз Доктор начал таскать Агента повсюду. Тогда Доктор всегда принимал Стоуна как должное. Никогда по-настоящему не благодарил его и никогда не просил Стоуна следовать за ним повсюду, хотя всегда ожидал, что Стоун будет где-то позади него, как будто он, казалось, верил, что Агент был «запрограммирован» специально быть его «тенью». Однако в последнее время, после того как они воссоединились, доктор постоянно звал его. «Стоун, сделай это», «Стоун, сделай то», «Стоун, следи за этим», имя Агента все время вертелось у него на языке, он специально спрашивал его,потому что мог... Он был королем, и многие люди — инопланетяне — хотели служить ему, потому что считали его выдающимся человеком, но Доктор всегда призывал именно Стоуна. Это невысказанное признание: Стоун раньше не знал, как сильно он жаждал такого внимания. Поначалу Агент Стоун был доволен ролью правой руки злого гения, но прошло время с тех пор, как они начали работать вместе, и только когда на горизонте появился Джеральд, Агент понял, как сильно он хотел чего-то большего и недосказанного. Это изменение было приятным. Стоун его обожает. Доктор тоже был щедр на комплименты, хотя они всегда были сформулированы иносказательно, как будто ему было... Неловко за то, что он в кои-то веки открыто похвалил что-то или кого-то, кто не был его роботом. Стоун ценил эти сложные комплименты, хотя иногда он даже не осознавал, что это комплимент, пока Металл Соник не говорил ему об этом. Металл Соник. Когда Стоун встретился с Доктором, и через мгновение, когда Доктор неожиданно обнял Агента — коротко, натянуто и неловко, но тем не менее мило — он сразу же перешел к рассказу о своем текущем плане. Действительно, пока Доктор бездельничал в крабе после своего поражения от Супер Соника, он возился с пером, которое ему удалось при себе спрятать. (Он думал о том, как бы ему победить синего ежа раз и навсегда.) – «Держи друзей близко, а врагов еще ближе». Ты когда-нибудь слышал об этом, Стоун? Или: «Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно бояться результата сотни сражений». Вот подсказка: Сунь Цзы. – Доктор спросил, слишком довольный и гордый собой, в то время как Стоун понятия не имел, кто такой Сунь Цзы. В отличие от обычного случая, когда Роботник говорил что-то вроде «Конечно, ты не знаешь.», Доктор пропустил эту часть и вместо этого сразу перешел к объяснению своих планов. Металл Соник был отвергнутым побочным проектом, который доктор считал провальным, но, по-видимому, это было не так, потому что, когда Доктор проснулся в совершенно новом месте, робот был там, защищая его, когда некая летучая мышь пришла проверить, увидев человека без сознания посреди неизвестности. По-видимому, у Металл Соника было собственное сознание, и он ходил вокруг незамеченным, чтобы учиться самостоятельно, копируя других, которых видел, и выживая. (Эггман мимоходом упомянул, что в какой-то момент у Металл Соника была близость к молотам. Это была незначительная деталь, но Агент ухватился за нее, потому что где именно Металл Соник мог увидеть, как кто-то использует молоты в бою?) Поэтому, заключив сделку с летучей мышью и став королем, Доктор немедленно приступил к созданию большего количества Металл Соников и отправке их на Землю, позволив Металл Сонику стать лидером и перемещаться между этой планетой и Землей. Несколько недель спустя Стоун присоединился к Доктору, и теперь они вернулись в настоящее — где доктора удалось захватить всех в команде Соника. Включая Шедоу. Тейлза и Эми увезли в другое место, где их допросил Доктор, а остальную часть команды он оставил под наблюдением Стоуна и Металл Соника. Агент Стоун обратил внимание на розовую ежиху с молотком. Отметил почти нежелание в движении Металл Соника, когда он подчинился и остался рядом с Агентом Стоуном. Пока детали начинали проясняться, Стоуна больше беспокоил один из его сотрудников, истекавший зеленой кровью и, судя по всему, находившийся без сознания в течение последних получаса. Соника уже несколько раз усыпляли с помощью усыпляющего газа, и он просыпался с растопыренными в тревоге иглами, с резким взглядом и язвительными насмешками и словами каждый раз, при этом взгляд всегда был устремлен на Шедоу. Руж хорошо справлялась с тем, чтобы занять ехидну. Казалось, что ехидна был чрезвычайно легко раздражим. Или, может быть, летучая мышь каким-то образом просто знала, на какие кнопки нажимать. Стоун несколько минут назад подслушал «разговор» этих двоих. Руж спрашивала о Мастер Изумруде, а Наклз решил не говорить ни слова и несколько раз предупреждал летучую мышь даже не думать об этом. Сколько бы они ни спорили, между ними царило напряжение, из-за которого Стоуну хотелось держаться подальше. (Он и так не был большим поклонником Наклза. Ехидна привлек все внимание Эггмана, когда он впервые прибыл на Землю...) Оставив все это в стороне, Стоун обратился к Металл Сонику. – Тебе обязательно было нужно стрелять в Шедоу? – Неодобрительно спросил Агент. Шедоу рассказал агенту, что хочет жить простой жизнью и что он больше не желает ввязываться в неприятности, особенно связываясь с такими людьми, как команда Соника, за которой всегда следил GUN. Так что да, Стоун был немного недоволен тем, что его друга застрелили. Конечно, Стоун прекрасно знал, что Металл Соник не мог ответить, так как у него не было рта и голосового аппарата. Но он все равно спросил. Робот посмотрел на него, не мигая, и не предпринял никаких попыток ответить, а вместо этого демонстративно повернулся и посмотрел на Соника, который просыпался. Снова. На этот раз Наклз наконец перестал разговаривать с летучей мышью и терпеливо ждал, пока синий еж проснется. Как только Сонику удалось издать искаженный звук, напоминающий голос только что проснувшегося человека, Наклз не стал терять времени и заговорил — несмотря на присутствие Стоуна и Металл Соника. – Соник! Просыпайся! Доктор планирует покончить с тобой навсегда, прежде чем забрать себе Мастер Изумруд и привести свою армию на Землю! И Стоун, и Металл Соник бросили на Руж взгляд, который, казалось, ожидал именно таких взглядов, и она пожала плечами. – Что? Мы их уже поймали в любом случае. Что плохого в том, чтобы рассказать им, что произойдет в будущем? — небрежно сказала она, прежде чем повернуться к разгневанномк, но обеспокоенному ехидне и медленно просыпающемуся синему ежу. – И еще, болван, мне был обещан Мастер Изумруд. — поправила Руж, не дрогнув, когда Наклз устремил свой пронзительный взгляд на летучую мышь. – Роботник никогда не жаловал предательства и бесчестье. Ты не будешь его первой жертвой, которую он обманул, заставив заключить ложный союз. — предупредил Наклз, его слова почему-то прозвучали скорее как совет, чем как угроза. Руж и глазом не моргнула, услышав эти слова. – Если это правда, что он планирует забрать Мастер Изумруд себе, то я доберусь до Мастер Изумруда раньше него. Только что Металл Соник стоял рядом со Стоуном, а в следующий момент его рука прошла сквозь стену, к которой всего несколько мгновений назад ближе всего стояла Руж. Летучая мышь внезапно оказалась в воздухе, ее крылья захлопали, и, казалось, она ожидала внезапной атаки робота. Изящно приземлившись рядом со Стоуном, Руж тонко улыбнулась синему роботу. – Я не думаю, что нападать на меня было бы мудро, Металл. Я здесь в большом почете. Если я уйду, это нанесет большой удар по репутации твоего отца, не так ли? Плюс... То, что я сказала о том, что доберусь до Мастер Изумруда раньше Доктора, было просто гипотетическим утверждением. Я бы не выступил против него, если бы он не выступил против меня. Я коллекционер драгоценных камней. Общение с предателями — это норма в моей работе, особенно когда дело касается изумрудов, которые славятся своей красотой и силой. – Руж снова непринужденно беседовала, как будто они говорили о погоде, а не о том, как она, очевидно, имела в виду атаку робота, от которой только что увернулась. Стоун всегда считал Руж хитрой. Это заставило Агента задуматься, почему Доктор согласился объединиться с кем-то столь непредсказуемым. Удивительно, но следующим выступил Наклз. – Ты можешь сколько угодно говорить, что ты готова, но Доктор — безумный и творческий гений. Ты не увидешь, что он задумал. Если тебе нужен Мастер Изумруд, тебе придется пройти через меня, но тебе не нужно помогать Роботнику в его злых планах. Ты раз за разом доказывала, что ты умелая и быстрая, так что вместо того, чтобы очернять свое имя как искусного вора и превращаться в искусного убийцу, я предлагаю тебе помочь нам выбраться отсюда. Уши Руж заинтересованно дернулись в сторону Наклза, прежде чем она повернулась к нему с кокетливой улыбкой. – О? Это был комплимент? Ты флиртуешь со мной? Агент Стоун задался вопросом, заложено ли в крови у летучей мыши флиртовать ради отвлечения внимания или же она флиртует всякий раз, когда у нее появляется такая возможность. – Это не было флиртом. Это было утверждение и наблюдение. – Еще лучше. — пробормотала Руж, хихикая секунду спустя и хлопая ресницами, глядя на красного ехидну, который наконец-то перестал вести себя грубо и в данный момент выглядел просто озадаченным выходками летучей мыши. К счастью, Соник пришел на помощь, не продолжая разговор, и вместо этого сначала повернулся, чтобы посмотреть на Агента Стоуна, вместо того чтобы немедленно зарычать на его роботизированную копию. – Шедоу доверяет тебе! Он уважает тебя, присматривает за тобой и всегда думает о том, как у тебя и в кафе идут дела, пока он здесь с нами! Так что, чтобы отплатить за доброту и щедрость, которые он проявил к тебе, ты... Ты просто позволил этому роботу застрелить его?! Эти слова задели Агента Стоуна сильнее, чем он ожидал. –…Эти моменты остались в прошлом. В тот момент, когда он вышел из кафе со всеми вами, он сделал свой выбор, и я тоже, когда вернулся к Доктору. – Но ты все равно беспокоишься о нем, не так ли? Смотри, ты даже обработал его травмы! — возразил Соник, указывая на Шедоу, который все еще лежал без сознания на кровати, нахмурившись, словно ему приснился плохой сон. Агенту это зрелище было знакомо. Стоун вспомнил, как не спал или просыпался среди ночи от звука беспрестанного шевеления простыни, словно кто-то беспокойно лежал на кровати. Стоун ясно помнил страдальческое выражение лица Шедоу, когда тот спал, помнил облегченный, но в то же время беспокойный и встревоженный взгляд на его лице, когда он просыпался, всегда выглядел озадаченным, когда он был укутан в одеяло, и когда Стоун вошел с кружкой горячего шоколада для черного ежа. За те несколько месяцев, что они провели вместе, они нашли распорядок дня, который подходил им обоим, и Стоун не мог не согласиться внутренне, что да, он беспокоится за черного ежа. «В этот момент беспокойство за черного ежа стало для меня чем-то вроде второй натуры.» – Независимо от того, волнуюсь я или нет, в конце концов я буду там, где хочет видеть меня Доктор. Я работаю на него. – Стоун уклонился от ответа на вопрос и вместо этого повторил, где он находится: рядом с Доктором. Соник не выглядел удивленным ответом, скорее... Подавленным. – Ладно, верно, я должен был знать. Ты был рядом с Эггменом с самого первого дня, конечно, ты не мог внезапно перейти на другую сторону из-за моих слов. Тьфу. Конечно, Шедоу прав. — пожаловался Соник, застав Стоуна врасплох внезапной сменой тона, как будто он жаловался на дождь, а не на чью-то мораль. Внезапно выражение поражения на лице Соника исчезло, а затем послышался звук чего-то деформирующегося, и Стоун повернулся на звук, чтобы обнаружить, что Металл Соник исчез, его пробивало сквозь стены, а затем послышался громкий звук ломающихся кирпичей, за которым последовали неистовые вопли и крики . Там, где только что стоял Металл Соник, стоял Шедоу. Стоун инстинктивно повернулся к пустой кровати, на которой лежал Шедоу, и даже не успел полностью повернуться, как кулак оказался у него на животе, удар явно сдерживался, и все же Стоун обнаружил, что его все равно отбрасывает назад к стене, оставляя на ней кратер своим телом. Кашляя, Стоун поднял глаза и увидел, что это Соник ударил его, а Шедоу телепортировал Наклза из его тюрьмы, кивнув ехидне, который сказала «Спасибо.», прежде чем черный еж повернулся к единственному человеку в комнате. Несмотря на то, что Соник ударил Стоуна, он выглядел так, будто ему все еще мало. Поэтому, когда Соник снова поднял кулак, Стоун приготовился и напрягся для следующего удара — но этого так и не произошло. Когда Стоун открыл глаза, он обнаружил, что Соник смотрит в том направлении, куда ударили Металл Соника, но чья-то рука держала его за предплечье, хватка была крепкой, но нежной. Шедоу. – У нас мало времени, Соник. Оставь его. — сказал Шедоу строгим, но… Мягким голосом. – Я могу победить его, Шедс. Просто... Дай мне несколько минут, и я выйду невредимым и... – Нам нужно спасти Эми и Тейлза. – Но если мы победим этот металл здесь, нам будет легче победить Яйцеголового позже... Рывок, и оба ежа оказались лицом друг к другу. Изумрудно-зеленые глаза Соника сверкали синими молниями, но буря в его глазах утихла, когда они встретились со знающими красными глазами, спокойными и приземленными. – Сейчас твой разум затуманен, синий. Твое сердце не в том состоянии. Месть — вот чего ты сейчас ищешь, а мы оба знаем, что в мести победителей не бывает. — сказал Шедоу, говоря так, словно столкнулся с порывистым ветром, а не с другом. Шедоу все еще держался за предплечье Соника, и Стоун наконец кое-что понял. Тон Соника был полон недовольства и неодобрения, взгляд его снова стал жестким, и он сказал почти шепотом: – Но он застрелил тебя. Быстрый и незамедлительный ответ черного ежа заставил и Стоуна, и Соника почувствовать себя... Грустно. – Я этого не стою. Почему он того не стоит? Соник пожал плечами руку Шедоу, державшую его за предплечье, и вместо этого схватил ее обеими руками, ища взгляд черного ежа, который внезапно все еще был непреклонен и не желал смотреть в изумрудно-зеленые глаза, свободные от любой бури, а вместо этого просто в теплую траву под теплым солнцем, успокаивающую и подходящую для сна. – Что... Шедоу, я... Ладно, хорошо, я не буду надирать этому парню задницу, но... Но, конечно, ты того стоишь! Может, ты и не член семьи, и мы, возможно, слишком мало общались, чтобы быть друзьями, но... Но ты важен... Ты важен для меня. – Ежики! Не время для признаний в любви! Надо двигаться вперед! Черт тебя побери, Наклз! Неудивительно, что Стоун всегда недолюбливал этого парня! Словно коснувшись кипящего чайника, Соник отдернул руки и отпустил Шедоу, а его уши навострились, словно он был встревожен, прежде чем покраснение начало просачиваться по его щекам, его язык, казалось, связался прежде, чем он встал и подбежал к Наклзу, который... прижимал Руж к стене? Стоун был почти уверен, что это была тактика запугивания летучей мыши ехидной, но Руж не выглядела слишком уж напуганной рассеянным красным ехидной. Прежде чем Стоун успел подслушать, Шедоу заслонил Агенту обзор, присев перед ним, и на его лице появилось нечитаемое выражение, прежде чем он заговорил. – Я не хочу, чтобы ты потерял сознание, но я бы предпочел, чтобы ты был без сознания здесь, чем столкнулся с тобой на поле боя. Каким-то образом, несмотря на жгучую боль в животе, Стоуну удалось выдавить из себя смешок и почти... Самодовольный и гордый вид. Выражение его лица не осталось незамеченным черным ежом. – Почему ты улыбаешься? — спросил Шедоу. – Ты боишься сражаться со мной на поле боя? Знаешь, я тоже неплохо езжу на мотоцикле. Жаль, что у нас двоих не было возможности вместе погонять на них. — сказал Стоун, схватившись рукой за живот и закашлявшись. – Я просто забочусь о своем бывшем начальнике и не хотел нанести ему непоправимый ущерб. Что касается мотогонки… Действительно, жаль. – Но это не единственные причины, по которым я улыбаюсь. Шедоу поджал губы. –…И эта другая причина…? Стоун поднял другую руку и неопределенно махнул рукой Сонику, который, вероятно, разговаривал с ехидной и спрашивал, зачем он прижимает бедную летучую мышь к стене. – Соник. Это обязательно должен быть он? Агент, очевидно, имел в виду вопрос «обязательно ли влюбляться в главного героя?», но черный еж его вообще не понял, он просто сжал губы в тонкую линию, прежде чем достать шприц. Шприц, который Стоун положил в карман, намереваясь использовать на Шедоу, когда тот проснется, чтобы ему не пришлось сражаться с черным ежом. Свернув рукава Стоуна, чтобы ввести шприц, Шедоу ответил на вопрос агента. – Он показал мне, что не существует такого понятия, как «слишком поздно». Показал мне, что жизнь — это не только прошлое и все, что в нем есть, и что она также касается выборов и решений, которые я приму в будущем. Как только вещество начало оказывать свое действие, Стоун постепенно задремал, но старался не заснуть, напрягая уши, чтобы услышать слова черного ежа. – Я решил, что греться в лучах его света не такая уж плохая идея для моего будущего. Береги себя, Стоун. С этими словами Шедоу ушел и отступил туда, где находились остальные четыре инопланетянина — к свету, который черный еж выбрал, чтобы погреться и посмотреть, как долго он продлится. Странно, что Металл Соник не вернулся, но у Стоуна возникло ощущение, что, возможно, робот уже опередил их и направлялся к его отцу. Отец. На ум пришло недавнее воспоминание: как они с Руж идут в кабинет Доктора после выполнения некоторых поручений, которые он им дал. – Каково это? Испытывать родительство с Доктором? Он никогда не производил на меня впечатления «семьянина», но он был в полном восторге от того, что познакомил тебя с Металл Соником, понимаешь? Жаль, что вы, ребята, похоже, не очень ладили. Хотя мне кажется, что Доктор предпочел бы именно так. Больше вашего внимания ему, я полагаю. Воспитание детей? С Доктором? Несмотря на то, что он знал, что сонливость овладевает им, Стоун все равно умудрился фыркнуть. Удивленно. Недоверчиво. Мило, прежде всего. Наконец, вспомнив о перчатках, он нажал кнопку и, наконец, мирно уснул, зная, что ему удалось предупредить Доктора о том, что их пленники сбежали. Он забыл сказать Металл Сонику, что тот может сделать такое, но... Ну да ладно. Забавно. Стоун на самом деле не привык делить внимание Доктора, если только дело не касалось творений и машин, не имеющих сознания. Ревность к инопланетянам и машинам... Возможно, работа в кафе все-таки сотворила чудеса с его мыслительным процессом... (Или, возможно, нет, так или иначе, он снова испытал такую ​​ревность.)