Урнес

      Изящный драккар безжалостно разрезал синюю гладь моря, длинные деревянные вёсла поднимались в такт песне из уст десятков гребцов. Опираясь ногой на низкий борт и крепко держась за резной нос, на передней палубе стоял мужчина, вглядываясь в морскую даль. Его светлые, слегка вьющиеся длинные волосы, собранные в косы, растрепались на ветру, а яркие синие глаза, отражающие глубину моря, не мигая цеплялись за берег вдали с высокими скалами по краям.       Статный ярл вёл своих людей домой, на остров, спустя несколько месяцев странствий. Но несмотря на усталость, его отважные викинги, как прежде, пели песню стойко и громко.       — Командир!       Перекрикивая горланящих мужчин, к ярлу подбежал парнишка-прислужник.       — Командир, там человек!       Перегнувшись через борт, он ткнул пальцем в море, указывая на фигуру, что раскинув руки в стороны, мягко подчинялась волнам.       — Что делать будем, Чимин?       Ярл повернулся к скальду и слегка прищурил ярко-синие глаза. Вёсла зависли в воздухе — все на драккаре ждали указаний правителя. Чимин подошёл ближе к краю и пригляделся, раздумывая, как поступить. За спиной послышались тихие пересуды, викинги ждали решения своего ярла, не смея выдвигать предложения.       — А если он мёртв? — спросил Чимин у Хосока.       — Не узнаешь, пока не проверишь, — усмехнулся скальд.       — Ты, как всегда, прав, мой друг.       Чимин улыбнулся и, перемахнув через борт, нырнул в прохладную солёную воду.       — Ньёрд точно посетил постель его матери, — негромко рассмеялся Хосок.       Он опёрся локтями на борт, откинул тёмно-русые волосы на спину и криво ухмыльнулся, наблюдая, как Чимин быстрыми размашистыми движениями приближается к незнакомцу за бортом. Мальчишка-прислужник стоял рядом, с нескрываемым восторгом наблюдая за ярлом, отчего Хосоку стало ещё смешнее.

***

      Крепкие горячие объятия обжигали, светлые волосы, золотом переливающиеся на солнце, ласково щекотали влажную кожу. Тэхён пытался сказать хоть что-то, но замерзшие губы его не слушались. Рассеянный взгляд блуждал по красивому загорелому лицу, и он чувствовал, как его губы расплываются в самой глупой улыбке на свете. Тепло меха растекалось по телу и позволяло по новой проваливаться в сладкую негу, но ледяная вода, брызнувшая на лицо, заставила вскочить, резко втянуть воздух ртом и раскрыть глаза.       Тэхён огляделся, часто дыша. Он увидел перед собой озадаченного мужчину с длинными светлыми волосами, заплетёнными в причудливые косы. Позади незнакомца стояло ещё несколько человек, они негромко переговаривались на незнакомом Тэхёну языке и выглядели максимально странно, будто только вышли со страниц учебника по истории. Тэхён бегло оглядел их и хотел сесть, но руку обожгло нестерпимой болью. Он вскрикнул и прижал её к груди, несмело раскрывая ладонь. Камень больше не сиял, но на внутренней стороне ладони остался узорчатый ожог.       Незнакомая речь зазвучала громче, и на плечо Тэхёна легла тяжёлая рука. Снова посмотрев на светловолосого незнакомца, он попытался разобрать, что тот говорит.       — Hvor fikk du det fra?       — Ч…что? — поморщился Тэхён, не понимая ни слова.       Он мало что помнил из норвежского языка, но эта речь и не была на него похожа.       — Кто вы? — спросил Тэхён в ответ, надеясь, что они хоть немного понимают английский. — Вы кто-то типа исторических реконструкторов?       Люди, стоящие рядом, замолкли, озадаченно на него смотря, и Тэхён нахмурился ещё сильнее. Ему срочно нужно сообщить своим коллегам, что с ним всё в порядке и что он жив. Тэхён вскочил на ноги, скинув с себя тёплую шкуру, чуть пошатнулся и быстро огляделся, выискивая знакомый берег с высоким фьордом. Но вокруг была лишь морская гладь, и даже если учитывать, что его могло унести в открытое море, он не мог оказаться так далеко от берега.       — Где я? — Тэхён обернулся, стараясь сдержать панику. — Вы меня понимаете?       Он шагнул ближе к белокурому незнакомцу, но тот лишь молчал, суровым взглядом оглядывая его с ног до головы.       — Мне срочно нужно в Осло, ты меня понимаешь? — Тэхён сделал к нему ещё один шаг, прижимая пораненную руку с камнем в ней к груди. — Боже, есть тут кто-нибудь, кто понимает, о чём я говорю?!       Он впивался в каждого обеспокоенным взглядом, но на него смотрели так пусто и отчуждённо, что липкий неприятный холод мурашками полз по спине. До него доносились приглушённые голоса, но ни одного слова Тэхён не мог разобрать. Его будто оглушило, и лишь сердце гулко отдавалось в ушах частым стуком.       — Божечки, да что с вами такое? — негромко пролепетал он. — Если это розыгрыш, то время его закончить.       Он отступил на несколько шагов назад, вжимаясь в борт корабля. Драккар качнуло на волнах, и, на секунду потеряв равновесие, Тэхён опасно отклонился назад, чувствуя, как его ноги отрываются от деревянной палубы. С губ сорвался жалобный вскрик, но крепкая рука ухватила его за грудки и поставила на место.       — Forstår du meg? — снова произнёс незнакомец.       Тэхён отчаянно замотал головой, не понимая ни слова, крепче прижимая к груди камень, зажатый в ладони. Незнакомец вздохнул и крепче перехватил его за одежду:       — Кто ты? — на ломаном английском, с явным акцентом спросил он.       — Я…я Ким Тэхён, учёный, мы приплыли на остров для изучения фьордов и каменистых пород, — сбивчиво затараторил он. — Я сорвался со скалы и упал в воду.       — Ты врать, — нахмурился незнакомец. — Драконий камень.       Он ткнул пальцем в камень, зажатый у Тэхёна в руках. Тэхён вздрогнул и раскрыл ладонь. Сейчас булыжник выглядел обычным. От него больше не исходило завораживающего свечения. Тэхён медленно сглотнул, полагая, что этот камень очень нужен незнакомцу. Если такова плата за спасение жизни, то ему не жаль её отдать. Облизав пересохшие губы, Тэхён протянул его в раскрытую ладонь незнакомца. Но как только он вложил в неё камень, тот резко ухватил его за запястье, разворачивая руку вверх. Тэхён вздрогнул и сжался от громкого голоса. Незнакомец что-то быстро тараторил и жестом подозвал второго мужчину, который выглядел менее угрожающе.       Они вдвоём уставились на выжженный узор на ладони Тэхёна, тихо переговариваясь.       — Что происходит? — дрожащим голосом спросил Тэхён и попытался вырвать руку, но хватка была сильной. — Пустите меня, пожалуйста.       — Драконья метка, — снова ломано заговорил незнакомец. — Где твой дракон?       — Это какая-то шутка?       Дурацкий розыгрыш и дурацкий незнакомец заставили его истерично хохотнуть. Тэхён вырвал руку, снова прижимая её к груди, и отступил в сторону. Двое мужчин перед ним опять бегло переговаривались, изредка косясь на него. Они находились в открытом море, вокруг витали прохлада и морской ветер, но Тэхён чувствовал, что задыхается. Вся ситуация его напрягала, он не мог понять, где правда, а где шутка. Почему все вокруг так идеально играют свои роли? И для чего им разыгрывать бедного человека, который полчаса назад находился на грани смерти? Пока его мысли судорожно метались в голове, к нему подошёл второй мужчина с русыми косами и дружелюбно улыбнулся, укладывая руку на плечо.       — Отвезите меня домой, — взмолился Тэхён, видя в его взгляде каплю доброты. — Пожалуйста, я заплачу любые деньги, мне нужно домой.       — Идём, — так же плохо ответил мужчина.       Он отвёл Тэхёна в трюм, усадил на гору мешков, забитых чем-то мягким, и заботливо укрыл его плечи тёплой шкурой. Тэхён не мигая наблюдал за его действиями, то и дело порываясь спросить, куда они плывут, но слов почему-то не находилось. Незнакомец присел перед ним на корточки и широко улыбнулся.       — Я Хосок, — произнёс он, прижимая ладонь к груди.       — Тэхён, — кивнул в ответ Тэхён.       — Мы даны, как звать твой народ?       — Народ? — удивлённо вскинул брови Тэхён, но Хосок лишь кивнул, ожидая ответа. — Я…я… просто Тэхён. У меня нет народа.       — У тебя есть драконья метка, — Хосок аккуратно коснулся его обожжённой ладони, разжимая пальцы.       — Это просто ожог, — нахмурился Тэхён.       — Это метка. Мы искать дракона очень давно. Где он?       — Вы что-то перепутали. Нет у меня никакого дракона. Их в принципе не существует. — Голос Тэхёна сорвался, и он не знал, смеяться ему или плакать, это походило на плохо отрепетированный спектакль.       Хосок вздохнул и покачал головой, поднимаясь на ноги:       — Отдыхать, — коротко сказал он. — Ярл решит, что делать.       В голове Тэхёна метались тысячи вопросов, которые он так и не решился задать, а лишь смотрел в спину уходящему мужчине. Тэхён несмело огляделся по сторонам, стараясь высмотреть хоть что-то полезное. Пусть все вокруг и одеты в древнюю одежду и корабль выглядит как музейный экспонат, всё же что-то должно было выдать присутствие цивилизации. Скользя взглядом по деревянным бочкам и тряпичным мешкам, он разочарованно вздохнул. Ничего. Тэхён вздрогнул от громкой песни, которая донеслась с палубы, и медленно сглотнул, мечтая, чтобы всё это ему снилось. Будто в глупом фильме, он ущипнул себя за плечо и сдавленно зашипел от боли. Это точно не сон. Нервное напряжение удушливым комком поднималось к глотке, смешиваясь с безумной паникой. Этого просто не могло быть, это ведь нереально, ненаучно. Обняв себя за живот, Тэхён качнулся из стороны в сторону, часто дыша. Пальцы нащупали что-то твёрдое в кармане промокшей спортивной куртки, и Тэхён вскинул брови, стараясь раньше времени не радоваться. Пусть тут всё среконструированно до мелочей, от мобильной связи не избавиться. Выудив телефон из кармана, Тэхён молился, чтобы он не вырубился от долгого нахождения в воде. Экран загорелся, и Тэхён дрожащей рукой разблокировал мобильный. Подойдя к крохотному окну в трюме, он поднял телефон вверх, в надежде вглядываясь в пустые столбцы связи. Он несколько раз постучал корпусом о ладонь, но ситуация не изменилась.       — Пожалуйста! — сквозь сжатые зубы, прошипел Тэхён, но, видимо, сам дьявол насмехался над ним.       Крики на палубе усиливались, но Тэхён не переставал мучить телефон, надеясь хоть как-то его привести в чувство. Услышав громкие шаги по ступеням, он быстро спрятал мобильный обратно в карман и, развернувшись, прижался к дереву, со страхом смотря на вход. Белокурые волосы снова поразили Тэхёна своей красотой, но он постарался и быстро взял себя в руки, посмотрев незнакомцу в глаза. Его взгляд был жёстким и суровым, брови, сведённые к переносице, заставляли нервно сглатывать, и Тэхён впервые в жизни почувствовал первородный страх.       — Ты убьёшь меня? — срывающимся голосом спросил он, но незнакомец лишь прыснул, растягивая пухлые губы в скудной улыбке, и покачал головой.

***

      Если бы однажды разум Тэхёна помутился, то он был почти уверен, что испытывал бы то, что испытывает сейчас. Всё вокруг было словно в тумане. Деревянный причал, толпа людей, одетых во что-то странное, незнакомая речь, недоверчивые взгляды и жёсткие толчки в спину. Всё это заставляло безумно паниковать, и Тэхён чувствовал, что ещё секунда — и он взорвётся. Все внутренние органы тряслись, из горла то и дело вырывались сдавленные всхлипы, а на глаза накатывались слёзы. Увидев впереди знакомую спину, Тэхён решил подойти поближе. В конце концов, Хосок единственный вёл себя с ним дружелюбно, и он чувствовал, что этот человек не сделает ему зла. Почти нагнав Хосока, Тэхён вздрогнул, когда на его плечо легла тяжёлая рука. Обернувшись, он увидел грозный взгляд синих глаз и замешкался. От одного вида этого человека Тэхён готов был разрыдаться. За последние пару часов у него и так нервы были ни к чёрту, поэтому с ресниц всё же сорвалось несколько слезинок. Незнакомец поморщился, и от этого захотелось завыть в голос, но Тэхён лишь поджал губы, шмыгнув носом. Выкурить пару сигарет сейчас бы не помешало.       — Куда вы меня ведёте? — всё же решился спросить он, послушно шагая туда, куда тащила его рука незнакомца.       — Деревня, — кивнул тот, и Тэхён повернулся в ту сторону, куда указали.       Деревянные дома, горящие костры и никаких признаков цивилизации. Тэхён до последнего цеплялся за призрачную надежду, но сейчас она рассеялась окончательно. Он остановился будто вкопанный и часто задышал, понимая, что сейчас его накроет по-настоящему сильная паника.       Значит, всё это не шутка? Значит, всё это не сон? Но это точно не могло быть реальностью. Тэхён был человеком науки и не верил во всякую глупую фантастику. Но как он мог не доверять собственным глазам. Всё вокруг было реальнее некуда.       Вывернувшись из захвата, Тэхён сделал несколько шагов назад. Незнакомец попытался снова схватить его, но Тэхён отскочил в сторону.       — Этого не может быть… — пролепетал он. — Это всё… вы ведь не настоящие, да? Это какой-то пиздец. Я хочу домой, мне надо обратно в море. Я просто нырну, и всё вернётся обратно.       Тэхён резко развернулся, не обращая внимания на окрики и попытки его удержать. Он, словно обезумевший, расталкивал всех по сторонам и бежал к морю, которое уже скрылось за поворотом. С глаз срывались крупные слёзы, и ему хотелось до ужаса громко кричать, но сбитое дыхание не позволяло произнести ни звука. Когда Тэхён добрался до поворота, путь ему преградил Хосок. Он что-то невнятно говорил — Тэхён не мог разобрать. Он лишь отчаянно мотал головой и часто всхлипывал, стараясь оттолкнуть Хосока в сторону, но сил явно не хватало.       — Спокойно!       — Пусти! — Тэхён хотел снова толкнуть его в грудь, но резкая боль в шее заставила сорвано выдохнуть и обернуться.       Белокурый незнакомец снова смотрел слишком сурово, его прожигающий взгляд заставил Тэхёна покрыться неприятными мурашками. Сознание медленно ускользало, и он осел на землю, носом упираясь в колени мужчины.       «Так быстро сдашься?»

***

      «Из-за того, что ты дрыхнешь без задних ног, я не могу тебя найти».       Тэхён вздрогнул и резко открыл глаза. Он негромко простонал и облизал пересохшие губы. Голова пульсировала болью, а шея затекла так сильно, что, казалось, будто её не существует вовсе. Медленно поднявшись, Тэхён почесал затылок и хрипло кашлянул.       — Даже знатные дамы в башнях Лондиниума спят гораздо меньше, чем ты.       Тэхён резко поднял голову, но тут же об этом пожалел и, поморщившись от боли, повернулся на голос. Рядом с его лежанкой, на полу, сидел парень. Его светлые волосы, собранные в высокий хвост, переливались золотом в лучах солнца, пробивающихся сквозь небольшие щели в стенах. Парень улыбался одними губами, растирая в ступке траву. Он посмотрел на Тэхёна и игриво изогнул бровь, не переставая работать руками.       — Как спалось?       — Я… — Тэхён сглотнул, — нормально вроде. Где я?       — Если я не ошибаюсь, — парнишка пересыпал измельчённую траву в ёмкость побольше и залил её водой из кожаной фляги, — то ты в сарае для скотины.       — Сарай для скотины?       — Верно. Ярл не знал, что с тобой делать, а свободная кровать есть лишь в его доме, но он ни за что так не унизится, — хохотнул парень, поднимаясь и подходя ближе к Тэхёну: — Вот, выпей, это избавит от боли, — он протянул ему ёмкость.       — Ты хорошо говоришь на английском, — подметил Тэхён, принимая лекарство из рук парнишки.       — Моя родина — Лондиниум, — снова улыбнулся тот, усаживаясь рядом. — Тут я заложник.       — Заложник?       — Верно.       — Почему ты не сбежишь? На тебе нет наручников.       — Когда ты сейдмад, то бежать некуда, — парнишка склонил голову набок, снова улыбаясь. — Тут хотя бы я уверен, что меня не сожгут на костре. Я Юнги.       Он протянул руку, отчего Тэхён немного замешкался, но протянул свою в ответ, сжав чужую ладонь. Он взглянул на зелёную жижу в чаше и слегка поморщился, но всё-таки немного пригубил. Мягкий травянистый, чуть сладковатый вкус обволок горло, и Тэхён сделал ещё несколько жадных глотков, чувствуя, как пульсирующая боль в висках отступает.       «Я бы не стал так просто доверять ведьме».       Тэхён вздрогнул, подавившись лекарством. Этот странный голос в голове заставлял кожу покрываться крупными мурашками. Юнги слегка нахмурился, но следом снова улыбнулся, забирая из рук Тэхёна чашу.       — Ты странно одет, — он накручивал прядь золотистых волос на палец, оглядывая Тэхёна с ног до головы. — Откуда ты?       — Я родом из Кореи, но приехал работать в научной группе в Норвегии. — Тэхён прикусил губу и удивлённо уставился на Юнги. Он совершенно точно знал, что не собирался этого говорить, но язык был словно чужим.       — Корея? Норвегия? — Юнги поморщился. — Я не знаю таких мест.       — Корея находится в Азии, а Норвегия в Европе, — снова заболтал Тэхён, удивляясь сам себе. — Они по разные стороны земного шара.       — Шара? — Юнги неожиданно громко рассмеялся. — Ты думаешь, что наша земля круглая? Какой же ты глупый!       — Это ты глупый! — возмутился Тэхён. — Любой ребёнок знает, что земля круглая!       — Любой ребёнок знает, что земля заканчивается там, где бьёт водопад, а дальше тьма и владения Одина, — продолжал хохотать Юнги, но увидев обиженный взгляд Тэхёна, слегка прокашлялся и успокоился. — Хорошо, но как ты попал сюда?       — Я упал в море, очнулся уже на том странном корабле…       Тэхён хотел добавить ещё про устрашающий взгляд отталкивающего белокурого незнакомца, но деревянная дверь проскрипела петлями, и внутрь вошёл Хосок. Юнги поднялся с лежанки, на которой уже успел удобно расположиться, и отошёл в сторону, опуская взгляд вниз. Тэхён удивился резкой смене настроения нового знакомого и вопросительно посмотрел на Хосока, но тот не сводил нежного взгляда с Юнги, отчего Тэхён почувствовал себя лишним. Хосок спросил что-то у Юнги на незнакомом языке, и тот быстро ответил ему, так и не подняв головы. Хосок развернулся к Тэхёну, отчего тот подобрался на лежанке, снова чувствуя угрозу.       — Hvordan har du det?       — Он спросил, как ты себя чувствуешь, — быстро перевёл Юнги, продолжая изучать носы своих сапог.       — Хорошо. Когда вы меня отпустите?       Юнги несмело поднял взгляд на Хосока, переводя вопрос Тэхёна, на что тот нахмурился, быстро дав ответ. Но Юнги не спешил говорить, отчего Тэхёну стало не по себе.       — Что он сказал, Юнги? — Тэхён попытался встать, но ноги его не слушались, и он осел обратно.       «А я говорил тебе не верить ведьме».       Голос в голове звучал насмешливо, но Тэхёна это совершенно не волновало — должно быть, он точно сошёл с ума и заработал себе раздвоение личности. Ещё немного — и голос в голове начнёт требовать убить всех вокруг.       «Не начну… ещё не время…»       Тэхён судорожно сглотнул, и с его уст сорвался нервный смешок.       — Они ведь не отпустят меня, верно? — спросил он у Юнги.       — Им нужен дракон, а у тебя на ладони метка дракона, поэтому ты нужен им не меньше.       — Да какой к черту дракон?! — воскликнул Тэхён, едва сдерживая истерический смех от всей абсурдности ситуации. — Их не существует!       — Тогда с кем же ты разговариваешь в своей голове? — несмело улыбнулся Юнги, кидая загнанный взгляд на Хосока, который лишь молча наблюдал за их диалогом.       — Откуда?..       — Я же сказал тебе Тэхён. Я — сейдмад, и знаю всё.       — Видимо, я просто перепил, и всё это мне сейчас снится, — пробормотал Тэхён, снова ощущая подступающую панику. — Я сейчас проснусь в палатке, я сейчас просто проснусь и всё это забуду нахрен, — он принялся судорожно щипать себя за ноги, часто сглатывая, но мягкое прикосновение тёплой руки его остановило.       — Ты не спишь, Тэхён, — Юнги снова улыбнулся, присаживаясь рядом, и в его чёрных глазах блеснул серебристый свет. — Твой мир далёк и красив, — Юнги будто смотрел сквозь него. — Такие красивые дома и уйма причудливых вещей. Столько света и шума, но такой одинокий ты. Дракон призвал тебя не просто так, ты нужен ему так же, как и он нужен тебе.       — Да какой нахуй дракон?! — прошипел в ответ Тэхён, уже не выдерживая этого абсурда.       — Красивый, — улыбнулся Юнги, продолжая странно смотреть на Тэхёна и крепко держать его за руку. — Изумрудный и очень сильный. Совсем скоро он найдёт тебя.       Юнги поднялся, разрывая зыбкий контакт, и подошёл к Хосоку, что-то быстро ему говоря. Взгляд Хосока, до этого нахмуренный, резко смягчился, и губ коснулась легкая улыбка. Хосок кивнул, когда Юнги замолчал, пальцами коснулся его щеки и быстро вышел вон.       — Прости, — Юнги медленно обернулся, виновато смотря на Тэхёна. — Я разболтал ему всё, что увидел о тебе, но хотя бы так ярл не причинит тебе вреда.       — Уж лучше бы убил, я всё равно сошёл с ума.       — Ты будешь жить долго и счастливо, — улыбнулся Юнги.       Он протянул руку, чтобы коснуться макушки Тэхёна, но тот дёрнулся от него, будто от прокаженного. Ладонь зависла в воздухе, Юнги замер на секунду, но затем сжал тонкие пальцы в кулак и опустил взгляд вниз.       — Отдыхай, — мягко сказал он и шагнул к выходу.

***

      Тэхён сидел в самом углу сарая и безжизненным взглядом наблюдал, как восходит и заходит солнце. Он насчитал уже три раза. Изредка он засыпал так же сидя, но спал плохо и мало. Желудок подвело от голода, губы пересохли, и всё внутри кричало о жажде, но Тэхён не прикасался к еде и воде, которые приносил Юнги. Он был единственным посетителем, но Тэхён больше не разговаривал с ним, как бы Юнги ни старался. Странный голос в голове тоже затих, оставляя Тэхёна в таком знакомом одиночестве. Уж лучше помереть, к чему он успешно шёл, с каждым часом чувствуя, что слабеет всё сильнее.       Солнце взошло в четвёртый раз, Тэхён видел его яркие лучи сквозь ресницы слегка приоткрытых глаз. Сил совершенно не осталось, Тэхён уже не чувствовал голода и жажды, его манили уютные объятия сна, который обещал покой. Причин сопротивляться ему не было, поэтому Тэхён обнял себя за плечи и закрыл глаза. Он не шевельнулся, когда услышал скрип двери, не поднял веки, когда почувствовал, что кто-то опускается рядом с ним. Должно быть, это снова Юнги, который принёс еду и воду, но обращать на него внимания Тэхён не планировал, продолжая греть лицо в ласковых лучах. Грубая ладонь ухватила его за подбородок, и он медленно открыл глаза, встречаясь с пронзительным синим взглядом.       — Какая честь, — хрипло хохотнул Тэхён, смотря на незнакомца. — Сам ярл наведался в гости.       — Ешь, — ярл протянул ему миску с парующим варевом, но Тэхён лишь отвернулся. — Пей, — ему в губы уткнулось горлышко кожаной фляги.       — Да пошёл ты, — Тэхён оттолкнул его руку.       — Не хотеть сам, я заставить.       — Ответ тот же: пошёл ты.       Тэхён закрыл глаза, желая вернуться к манящей неге, но тут же вскрикнул, когда рука, сжавшая шею, резко дёрнула его вниз. Тэхён хотел отбиться, но от постоянного сидения и голода силы покинули его. Он лишь часто дышал, пальцами стараясь разжать захват на своей шее, и наблюдал, как незнакомец набирает в рот воды. Поняв, что тот хочет сделать, Тэхён забился ещё сильнее царапая смуглую кожу на чужой руке. Он кричал, сопротивлялся, но поражённо замер, когда его губ коснулись губы ярла. От удивления он резко втянул ртом воздух, но вместо него в глотку проскользнула вода. Захлебываясь и кашляя, Тэхён сглотнул.       — Я, Чимин — ярл данов, и ты умрёшь только тогда, когда я тебе это разрешу, — твёрдо сказал незнакомец, набрал из фляги ещё воды и снова коснулся губ Тэхёна, вливая ему её в рот.       Почувствовав, что хватка на шее ослабла, Тэхён откинул от себя чужую руку и медленно сел, снова опираясь на стену. Он вытер тыльной стороной ладони влажные губы и отвернулся от Чимина, возвращая всё внимание солнечным лучам. Такой внезапный близкий физический контакт выбил его из колеи, но ярл продолжал сидеть напротив, всем видом давая понять, что его это нисколько не смутило. Напротив, Чимин поднял чашу с едой, деревянной ложкой перемешав содержимое, отчего внутри Тэхёна всё похолодело. Если этот сумасшедший решил провернуть тот же трюк, как и с водой, то ему лучше и вправду отправиться на небеса заранее. Тэхён подался вперёд, вырывая из чужих рук посуду, зачерпнул похлебку ложкой и сунул себе в рот, активно заработав челюстями. Ярл победно улыбнулся. Такой проигрыш совершенно не смутил Тэхёна, он столько дней не ел, что желудок, почувствовав еду, издал самый противный на свете звук. Решив отложить свой никчёмный бунт на потом, Тэхён с удовольствием закинул в себя ещё несколько ложек пресного варева. Пока еда спешно заканчивалась, в голову пришла благоразумная мысль, что стоит немного больше узнать, чего от него хотят. Даже если это его сумасшествие, в котором существуют даны и драконы, нужно всего лишь подыграть, чтобы избавиться от этого навязчивого видения.       — Тебе нужен дракон? — спросил он у Чимина с набитым ртом.       Чимин кивнул, продолжая не мигая наблюдать за резко изменившимся поведением Тэхёна.       — А у меня с ним связь. Так? — Чимин снова кивнул. — Тогда скажи мне, пожалуйста, с чего ты взял, что после того как ты посадил меня в хлев, я хоть как-то тебе помогу?       Чимин приподнял бровь, задумчиво прикусив губу. Он огляделся по сторонам, будто только сейчас заметил, где находится. Тэхён усмехнулся, не особо надеясь, что это как-то поменяет отношение к нему, и закинул в рот последнюю ложку еды, протягивая чашу обратно.       — Ты здесь не заперт, — ответил Чимин, принимая посуду. — Можешь ходить где хочется.       — Так, значит, я могу уйти? — прищурился Тэхён, надеясь подловить ярла.       — А тебе есть куда идти? — поднял бровь Чимин.       Тэхён поражённо захлопнул рот. Какие бы аргументы ни крутились в голове, Чимин прав. Ему некуда идти, он даже не знал, где находится. Эти люди спасли его, и если не брать в расчёт удар по шее во время истерики, то даже не причинили вреда. Глупостью веяло только от Тэхёна.       — Я… — Тэхён сглотнул, облизав пересохшие губы. — Я не знаю, что мне делать.       Тэхён не знал, как выразить всю ту бурю эмоций, которая бушевала у него в груди. Всего за один день он лишился своей размеренной жизни обычного учёного, попав в ужасно странную гущу событий, отчего кружилась голова и подступала тошнота. Он хотел вернуться обратно, никогда в жизни не подходить к тому камню, проигнорировать тянущее, влекущее чувство и просто вернуться обратно в лагерь с Грай, обсуждая, чем можно полакомиться на ужин. Тэхён ведь и правда думал, что сошёл с ума, но, сидя здесь несколько дней подряд, все же пришёл к выводу, что это неправда. Его мозг всегда был в порядке, не было никаких предпосылок, а лишиться разума нельзя в одночасье.       Взгляд Тэхёна бегал по полу, устеленному соломой, в голове царил самый настоящий хаос, от которого ему не поможет избавиться никто. Он крепко задумался обо всем, стараясь вычленить хоть одну разумную мысль, которая подскажет решение, и вздрогнул, когда грубая мозолистая рука, обхватила его кисть. Тэхён поднял взгляд на Чимина, который уже встал и тянул его следом.       Тэхён, помня, к каким методам прибегает этот человек, когда ему противишься, безропотно поднялся следом, скуля от боли в затёкших ногах, прихрамывая следом. Чимин вывел его на улицу, отчего Тэхён, отвыкший от прямого яркого света, поморщился, прикрывая лицо ладонью. Он слышал громкие перебранки людей и крики детей. Открыв глаза, Тэхён поражённо замер. Теперь, когда его глаза не застилали слёзы, а сердце в груди не билось в истерике, всё вокруг не казалось таким угрожающим. Он с интересом рассматривал людей, которые занимались своими повседневными делами, лишь изредка кидая взгляды на незнакомца в странной одежде. Чимин стоял рядом, и Тэхён чувствовал его любопытный взгляд на себе. Слегка повернув голову, он встретился с синим взглядом и облизнул губы, вопросительно подняв бровь.       — Сейдмад рассказал мне, — начал Чимин, — ты не из этого мира, и, должно быть, удивлён.       Тэхён бы несколько по-другому описал свои чувства, но, видя, что Чимин не из тех, кто уделяет большое внимание эмоциям, решил, что и этого хватит сполна.       — Мы примем тебя. Даны — народ благородный, — продолжал ярл, пока Тэхён с удивлением рассматривал деревню. — Ты будешь здесь жить как почётный гость.       — Но в ответ тебе нужно, чтобы я привёл дракона, — закончил за него Тэхён. — А знаешь, — он выдохнул и вновь посмотрел на Чимина, — я не против. В любом случае я ничего не теряю.       Уже позже, сидя чуть поодаль от деревянных настилов, Тэхён наблюдал за людьми, таскающими тюки на борт кнорров. Он теребил пальцами замок на куртке и чувствовал странную пустоту в груди. Одиночество преследовало его всегда. Тэхён никогда не был окружён друзьями и семьёй, но сейчас, оказавшись в совершенно чужом месте, где его почти никто не понимал, грёбанное одиночество ощущалось как никогда ясно. Он не так остро воспринял то, что его каким-то магическим образом закинуло в прошлое, как то, что он снова один. Грай сейчас бы поддержала его своей улыбкой, а Баккер рассмешил очередной бредовой теорией о существовании драконов. Если бы он оказался тут на месте Тэхёна, то совершенно точно чувствовал себя как рыба в воде. Тэхёну чуждо всё это, он никогда не интересовался фантастическими фильмами о викингах и драконах. Всё же стоило чуть больше слушать сказки Уилла.       — Ты сидишь тут уже половину дня.       Тэхён вздрогнул и поднял взгляд на Юнги, который остановился в нескольких шагах. Сегодня его золотистые волосы были заплетены в одну косу, которая покоилась на плече.       — Думаешь, как вернуться назад? — Юнги сел на камень, всё ещё сохраняя дистанцию между ними. — Только не говори, что нырял в море.       — Несколько раз, — пожал плечом Тэхён, не страшась услышать смех.       В его ситуации это не стыдно, каким бы бредом ни попахивало. Стыдно было бы не попробовать. Тэхён не мог объяснить перемещение во времени научным методом, поэтому действовал исходя из имеющихся данных. При нём сохранилось всё так же, как в тот момент, когда он сорвался со скалы, за исключением драконьего камня. Тэхён вскинул брови, цепляясь за эту мысль. Камень у Чимина — может, стоит попросить вернуть его?       — Я думаю, что как бы ты ни старался, у тебя не получится вернуться домой.       Юнги будто прочитал его мысли, и Тэхён нахмурился. В прошлый раз эта бесчестная ведьма накачала его каким-то варевом, а потом выведала все секреты через прикосновения. Кто знает, может, Юнги и сейчас видел все его мысли.       — У тебя всё на лице написано, — звонко рассмеялся Юнги. — Не тревожься, я больше не буду лезть в твою голову. В прошлый раз ты был не в восторге.       — А кто бы был в восторге? — пробубнил Тэхён, возвращая взгляд на море. — Почему ты считаешь, что я не вернусь назад?       — Потому что ты нужен здесь. Я мало что в этом смыслю, — Юнги запустил камешек, который до этого крутил в руках, в воду, и посмотрел на Тэхёна. — Но твои узы с драконом крепки. Он не отпустит тебя, потому что твоё место здесь, рядом с ним. Готов поспорить, что совсем скоро ты и сам не захочешь возвращаться.       Тэхён снова посмотрел на него, подняв бровь в немом вопросе.       — Кто-то сегодня не сводил взгляда с нашего ярла, пока бродил за ним, словно коза на привязи, — игриво улыбнулся Юнги.       — Он показывал мне деревню и где я буду спать, ты слишком много себе надумал, — покачал головой Тэхён, ведь у него и вправду не было ни одной подобной мысли.       Он бы и в страшном сне не хотел видеть Чимина рядом с собой. Тэхён любил нежность и ласку, а глаза ярла твердили об обратном. Он каждый раз покрывался холодным потом, находясь рядом с Чимином. А это точно не походило на нежность и ласку. Тэхён решил не думать об этом слишком много, к тому же мысли Юнги — это всего лишь мысли Юнги и ничьи больше, ему не следует об этом так сильно переживать. Самое главная цель, к которой он должен идти, — это найти выход из этого странного места. Если ему удалось попасть сюда, то должна быть инструкция, как вернуться обратно. Тэхён снова принялся теребить замок на куртке, напряжённо вглядываясь в розовые от заката воды моря.       — Мы должны держаться вместе, — прервал его мысли Юнги. — Ты здесь чужой так же, как и я. Поэтому предлагаю отужинать в моём доме.       — Редко кто начинает дружбу с обмана, — съязвил Тэхён.       — У меня не было выбора, — пожал плечом Юнги, даже не пытаясь оправдаться. — Если бы я не рассказал о тебе, то, возможно, вместе с тобой уже бы кормил рыб на дне моря.       — Считай, что извинения приняты, — усмехнулся Тэхён. — Показывай, где твой дом.       Они брели бок о бок к окраине деревни. Тэхён не знал, с чего начать разговор, но, казалось, и Юнги не особо рвался поболтать. Он напевал под нос незамысловатую мелодию, размахивая руками вперёд-назад, и игнорировал косые взгляды в свою сторону. Даже Тэхёну было неуютно из-за них, а этот парень делал вид, будто всё в полном порядке. За всю жизнь главным страхом Тэхёна было осуждение в обществе. Сложно, когда тебя не замечают, но куда гораздо страшнее, если тебя ещё и презирают. Но Юнги справлялся с этим, если судить по внешней реакции.       — Сейдмады — изгои, — Юнги будто снова прочитал его мысли. — Я уже привык к этим взглядам. Все эти людишки считают, что однажды я украду их детей и сожру их сердца. Глупцы. Разве так можно? Я предпочту управлять их сердцами.       — Ты правда так можешь? — удивился Тэхён.       — Я никогда не болтаю попусту, — улыбнулся Юнги, понизив тон. — Однажды я посею смуту в этой деревне, заставлю всех вокруг спариваться и убивать друг друга. Вот будет потеха.       Тэхён ошарашенно замер на месте, округлив глаза. Как человеку науки, ему бы следовало отмахнуться от подобной ереси, но видя взгляд сейдмада, он не мог найти причин ему не верить. Холод острыми когтями начал царапать спину, пока Юнги звонко не расхохотался:       — Ты очень забавный, когда боишься, — заливался он. — Глазищи эти…       Тэхён часто проморгался и дёрнул плечами, отгоняя от себя неприятные ощущения.       — Не переживай, я не трону этих людей. Пусть они и ненавидят меня, но приняли и не желают смерти.       — Всё равно жить в такой обстановке сложно. Почему ты не уйдёшь?       — А почему ты тянулся к людям в своём мире? Почему ты так отчаянно искал внимания и тепла?       Тэхён снова на секунду впал в ступор. Он и забыл, что Юнги знал о нём абсолютно всё. Такой человек одновременно и пугал, и казался самым близким на свете, потому что ему не требовалось ничего объяснять.       — В Лондиниуме меня ждали пытки и огромный костёр, — пожал плечом Юнги. — Скальд предложил мне выбор: либо смерть, либо заточение в их деревне. Я выбрал второе, потому что устал жить в одиночестве, да и смерти боюсь. Мы пришли.       Тэхён отвёл взгляд от Юнги и с интересом посмотрел на небольшой дом из сруба. Дерево казалось свежим, будто его только что ошкурили. Оплетая небольшое оконце, к крыше тянулись вьюны, на которых яркими фиолетовыми гроздьями свисали причудливые цветы. Около дома виднелось небольшое кострище, обложенное аккуратными камнями, над которыми, цепляясь за раздвоенные ветки, висел небольшой котёл. Юнги подошёл к костру, сунул туда несколько поленьев, и спустя несколько движений руками там заиграл яркий огонь. Тэхён поражённо наблюдал за его быстрыми ловкими мельтешениями. Он даже не старался предложить свою помощь, потому что знал, что только помешает. Юнги налил в котёл воды из деревянного ведра, кинул туда куриную тушку, за которой сходил в дом, и уселся рядом с костром на чурку, помешивая похлебку деревянной длинной ложкой.       — Можешь сходить за дом и вырвать пару репин из гряды? — Юнги вскинул взгляд на все так же стоящего в стороне Тэхёна.       — Репин?       — Да, репин. Будь добр.       Тэхён кивнул и развернулся, несмело шагая по узкой тропе к углу дома. Казалось, его академического склада мозг внезапно отупел. Он мысленно перебирал в голове все корнеплоды, которые когда-либо знал, но так и не смог вспомнить, что такое «репин». Подойдя к аккуратной гряде, Тэхён задумчиво на неё уставился. Было видно, что за огородом тщательно ухаживают, но он, как городской житель, да и к тому же из совершенно другого мира, так и не смог найти что-то похожее на то, что просил Юнги. Тэхён присел на корточки, приподнимая ботву, которая скрывала корнеплоды, и удивлённо вскинул брови, увидев такую знакомую и родную редьку. Вырвав несколько штук, он довольный отправился обратно.       — Это ведь редька, — констатировал он, подойдя к Юнги и протягивая ему овощи.       — Это репа, — возразил сейдмад, окуная корнеплоды в воду и смывая с них землю.       Тэхён спорить не стал, но урок усвоил. Он аккуратно опустился рядом с Юнги на корточки и с жадностью уставился на аппетитное мясо, плавающее в крепком мутном бульоне. За несколько недель, проведённых в Норвегии, Тэхён соскучился по корейской еде — по панчаннам, рису и кимчи — и почти привык к картофелю и рыбе. Но теперь был неимоверно рад, что Юнги готовит такой похожий на мугук суп. Он облизнул пересохшие губы, впитывая в себя дразнящий аромат, и даже не обратил внимания на довольную ухмылку Юнги, который ловко нарезал овощи карманным ножом.       В доме Юнги было душно, но в то же время приятно пахло травами. Тэхён сидел за столом, медленно перемешивал горячий суп деревянной ложкой и с удивлением рассматривал скромное жилище. Когда-то в детстве брат пугал его рассказами о ведьмах: он говорил, что они страшные, с зелёной бородавчатой кожей, а живут они в пещерах, которые завалены костями непослушных детей. Тэхён ребёнком наивно верил, подростком скептично понимал бровь на воспоминания о рассказах брата, во взрослом возрасте и вовсе откинул от себя эти глупые сказки, но образ в голове всё же отложился. Сейчас, сидя напротив самого настоящего колдуна, смотря на его чистые золотистые волосы, ровную белую кожу и находясь в скромном, но чистом доме в окружении аромата трав, Тэхён выкинул прочь устоявшийся шаблон. Он зачерпнул наваристый бульон и с аппетитом проглотил его, сразу же ныряя в тарелку за новой порцией варева. После странной каши, которую утром притащил ему Чимин, этот суп действительно казался пищей богов. Тэхён не понимал, как из нескольких ингредиентов Юнги удалось приготовить этот шедевр. Умяв тарелку за несколько минут, он погладил набитый живот и расслабленно опёрся локтём на стол, наконец поднимая взгляд на Юнги. Тэхён открыл рот, чтобы поблагодарить, но дверь в дом резко распахнулась, впуская внутрь прохладу вечера, отчего Тэхён вздрогнул. Юнги продолжал медленно есть, не обращая на вошедшего человека внимания.       Хосок замер на секунду на пороге, с удивлением посмотрев на Тэхёна, но следом легко улыбнулся и прошёл внутрь, усаживаясь за стол рядом с Юнги. Тэхён кожей чувствовал напряжение, повисшее в итак душной комнате, но Юнги был спокоен, поэтому и он решил не нервничать раньше времени.       Хосок потянул к себе блюдо, на которое Юнги выложил отварную курицу из супа, и отломил кусок, закидывая в рот. Он не сводил глаз с Юнги, и Тэхён снова почувствовал себя лишним рядом с ними. Юнги отложил ложку, посмотрел в ответ на Хосока, слегка улыбнувшись, и робким голосом что-то негромко спросил. Тэхён не понимал ни слова, и даже если очень сильно захочет, не поймёт ничего, поэтому просто решил продолжать изучать жилище Юнги. Его глаза медленно скользили по увешанным травами стенам, по большой кровати, застеленной цветастым одеялом у дальней стены, и аккуратной выбеленной печи. Дом Юнги был небольшим, но Тэхён видел, что сейдмад тщательно за ним ухаживал.       Юнги и Хосок продолжали негромко разговаривать. В голосе Хосока слышалась нежность, Юнги же отвечал коротко и скромно. Спустя минуту он поднялся с места, и Тэхён проследил за тем, как Юнги подходит к небольшим полкам, на которых рядком стояли аккуратные глиняные горшочки. Он взял один и, подойдя обратно к столу, протянул Хосоку, опуская глаза в пол. Хосок поднялся из-за стола, снова коротко глянул на Тэхёна и вышел из дома.       Тэхён не мог назвать себя слишком любопытным, но почему-то сейчас ему было до ужаса интересно, что происходит между этими двумя.       — У его беременной жены снова головные боли, — сказал Юнги, усаживаясь обратно. — Он просил трав, чтобы облегчить приступ.       — Что-то не сильно он торопился, — криво улыбнулся Тэхён, кидая взгляд на недоеденную Хосоком курицу.       Он мало что смыслил в браке и в семейной жизни. В его голове никогда не было картины, где он женатый примерный семьянин с кучей детей, но Тэхён видел семьи со стороны и всегда считал, что забота и переживание — самое главное, что должно присутствовать между двумя людьми. Хосок же выглядел спокойно, по нему и не скажешь, что супруга больна. Даже если учитывать, что они суровый северный народ, все равно что-то не сходилось. Хосока больше интересовало мясо и Юнги.       — Так бывает, — улыбнулся Юнги уголком губ, ограничившись этой короткой фразой.       — Брак даже в ваше время не был простой штукой.       Тэхён видел, что Юнги слегка смущен тем, что только что тут происходило, и пытался хоть как-то разрядить обстановку, но сейдмад оставался задумчивым и не разговорчивым. Посчитав это немой просьбой оставить его в одиночестве, Тэхён медленно поднялся с места и негромко кашлянул:       — Я тоже пойду, пожалуй. Спасибо за ужин.       — Ты помнишь дорогу?       Вопрос заставил Тэхёна застыть в нескольких шагах от выхода. Он обернулся к Юнги и прикусил губу, не смея просить об одолжении. Но Юнги лишь непринуждённо улыбнулся, поднимаясь со стула:       — Я провожу тебя, по ночам холодно, ты умрёшь, если заблудишься.       В сумерках деревня выглядела будто из сказки. Деревянные дома, освещённые тусклым светом свечей и костров, навевали тепло и уют. Они позволяли Тэхёну чувствовать безопасность, даже несмотря на промозглый морской ветер. Тэхён медленно шёл за Юнги, стараясь не крутить так сильно головой, но любопытство нарастало с каждой секундой. Ему нравились негромкие разговоры, доносящиеся из-за невысоких заборчиков, Тэхён не понимал ни слова, но почему-то неосознанно ощущал странное приятное чувство. Он так сильно увлёкся разглядыванием окружающей местности, что не заметил, как Юнги остановился, поэтому врезался ему в спину, удивлённо выглядывая из-за его плеча.       — Смотри-ка, ярл явно переживает за тебя, — насмешливо сказал Юнги. — Даже вышел искать, хотя после заката и носа из дома не сунет.       — С чего ты взял, что он ищет меня? — нахмурился Тэхён, выходя из-за его спины.       — Хосок сказал, — пожал плечом Юнги, повернув голову к Тэхену: — Ну, я пойду.       Тэхён кивнул, обернулся назад и, проследив за его удаляющейся фигурой, обернулся обратно, встречаясь с ужасно холодным взглядом синих глаз. Мышцы лица Чимина были напряжены, Тэхён даже грешным делом подумал, что натворил чего, но взял себя в руки, понимая, что ничего плохого не сделал. Чимин оглядел его с ног до головы, нахмурившись ещё больше, и кивнул головой, показывая идти за ним следом. Они прошли мимо дома, который утром показывал Тэхёну Чимин, говоря, что с сегодняшнего дня спать он будет здесь, и подошли к небольшому срубу, из трубы которого поднимался густой белый дым. Чимин открыл дверь, снова кивая головой, и Тэхён послушно прошёл внутрь, сразу же жмурясь от жара. Баня.       За всеми этими переживаниями он и не заметил, что не мылся почти неделю. Сложно представить, какой смрад от него исходит. Тэхён дождался, пока дверь за ним закроется, и с почти щенячьим восторгом принялся скидывать с себя грязную одежду.       Он подошёл к пологу, на котором стояла деревянная ёмкость, наполненная прозрачной водой. Запустив в неё кисть, Тэхён рвано выдохнул, млея от прохлады. Зачерпнув немного ковшом, плавающим на поверхности, Тэхён вылил воду на голову, пальцами зарываясь в волосы. Пожалуй, это чувство не сравнить ни с одним в мире. Тэхён ощущал, как с его плеч уходит тяжесть, как кожа перестаёт неприятно зудеть и покрывается мурашками от контраста температур. Тэхён дышал горячим воздухом, раз за разом поливая себя прохладной водой.       Он вздрогнул от хлопка двери и повернул голову, вытирая лицо от влаги. Чимин замер столбом, пристально смотря на него. Тэхёну хотелось спрятаться подальше или просто испариться от этого взгляда, но он продолжал стоять на месте, смотря на ярла в ответ. Чимин отложил на скамейку у входа стопку чистой одежды и в несколько широких шагов приблизился к Тэхену, заставляя того отступить назад. Тэхён сделал глубокий вдох от удивления, подавившись горячим воздухом, и прижался к деревянной стене, которая обожгла спину. В голове промчались неприятные мысли: Чимин был так близко, смотрел пристально и с явным подтекстом, отчего в горле пересохло.       — Ч…что ты задумал? — прохрипел Тэхён, прикрывая руками интимные места.       Чимин усмехнулся, склонил голову набок и изучающим взглядом скользнул по телу Тэхёна. Молчание затягивалось, в душной бане были слышны лишь треск дров в печи и громкий стук сердца Тэхёна. Он уже был почти на грани паники и прикидывал, как ему отбиться от этого мужчины, когда Чимин достал из-за пазухи тряпичный мешочек, завязанный тонкой бечевкой, кинул его на полог и развернулся, шагая к выходу. Тэхён сглотнул и, медленно выдыхая, дрожащей рукой взял мешочек, развязывая тесёмки. Внутри были разноцветные гранулы, похожие на соль, он взял пару штук и покрутил во влажных пальцах. Соль медленно растворилась, превращаясь в пену, и до ноздрей Тэхёна донёсся мягкий хвойный аромат. Он улыбнулся, взял ещё несколько и с удовольствием размазал их по телу, забывая напрочь о волнении, которое испытывал минуту назад.

***

      Стук крупных капель о деревянный подоконник медленно вырвал Тэхёна из сладкого крепкого сна. Он недовольно что-то пробурчал, переворачиваясь на спину и натянул тяжёлое хлопковое одеяло до самой макушки, в надежде избавиться от посторонних звуков. Но чем сильнее он хотел избавиться от них, тем отчетливее их слышал. За окном громыхнуло, и Тэхён окончательно проснулся. Тело приятно ныло, и голова была совершенно пустой: вчера Тэхён так долго пробыл в бане, что выполз оттуда практически на коленях. Но сейчас он чувствовал невероятную лёгкость во всём теле. В Корее он не понимал пристрастие многих к сауне, ограничивался лишь быстрым душем, в Норвегии Уилл пытался затянуть его в сауну, но Тэхён выскочил оттуда спустя минуту, а тут плескался, словно голубь в луже. Но он не стал слишком сильно зацикливаться на этом контрасте, списав всё на обстоятельства.       Тэхён медленно потянулся, глубоко вдыхая аромат дождя, доносящегося из окна. Он сел, растрепал волосы ещё сильнее и, прищурившись, оглядел комнату, которую ему выделил Чимин. В ней не было ничего лишнего, даже можно было сказать, что комната была слишком пустой: лишь кровать и короткая скамья с резными ножками у входа. Тэхён медленно проморгался и перевёл взгляд в окно. Тяжёлые свинцовые тучи, низко нависающие над деревней, извергали из себя плотную стену ливня, отчего внезапно стало грустно. Тэхёну хотелось бы уйти из дома ярла, побродить вдоль морской линии, заглянуть к Юнги и побольше порассматривать жизнь обычных людей. Но из-за дождя придётся весь день испытывать неловкость от того, что ярл слишком холоден и смотрит странно. Поняв, что этого не избежать, Тэхён кряхтя поднялся с мягкой постели, разминая мышцы плеч. Он на носочках подошёл к выходу из спальни и, схватившись за окосячку, выглянул из-за неё. В доме ярла было тихо. В печи, разрисованной причудливыми узорами, тихо потрескивал тусклый огонь, на деревянном столе около большого окна дышал паром большой глиняный горшок. Тэхён, медленно шагая и морщась на скрип половиц, подошёл к столу, заглянул в горшок и жадно облизнулся. Вид тушёного мяса заставил его желудок взвыть, но Тэхён, снова облизнувшись, лишь отступил назад, решив, что это было бы наглостью с его стороны. Его за стол никто не приглашал. Он снова принялся оглядывать просторную комнату, подмечая мелкие детали. В доме у Чимина было не так уютно, как у Юнги, тут не висели ароматные травы, запах которых приятно щекотал нос, ничего лишнего, не считая чьей-то шкуры у кресла рядом с печью. Невольно Тэхён вспомнил квартиру, в которую привела его Грай. Он думал, что проживёт там много лет, ведь тот дом действительно ему понравился, но судьба действительно играла с ним в злые игры. Тэхён хотел уехать из Кореи так далеко, чтобы его никто никогда не нашёл, и вселенная прислушалась. Какая ирония.       Из мыслей вырвал звон металла, и Тэхён медленно повернулся к окну, которое выходило на небольшой двор. Он подошёл ближе и сквозь пелену дождя увидел Чимина, стоящего под навесом. Тэхёну тут же захотелось сбежать обратно в спальню и просидеть там до самой старости, но, набравшись смелости, он всё же подошёл к выходу и открыл дверь. Ему стоило начать налаживать контакты, не дело каждый раз жаться под этим холодным взглядом.       Ступая по влажной траве, Тэхён жмурился от холодных капель, но упрямо приближался к Чимину. Он остановился в нескольких шагах, откидывая влажные волосы назад, и с удивлением уставился на открывшуюся перед ним картину. Крепкие мышцы, словно перетянутые жгуты, перекатывались под смуглой кожей, которая блестела от пота в тусклом дневном свете. Собранные на затылке белоснежные волосы прилипали к спине, увитой этническими рисунками. Чимин раз за разом бил молотом по металлу, лежащему на наковальне, изредка опуская его то в воду, то в угли печи рядом. Тэхён ошарашенно замер, с любопытством рассматривая ярла. Когда он стоял спиной к нему, и Тэхён не видел этого жуткого взгляда, то совсем не страшно — напротив, до жути интересно. Тэхён сделал ещё один несмелый шаг и склонился набок, пытаясь рассмотреть, что куёт ярл. Но Чимин, будто почувствовав его, резко развернулся, заставляя Тэхёна вздрогнуть и в страхе отступить под дождь. Чимин лишь повёл бровью, оглядев его, промокшего, словно птенца, с ног до головы и медленно кивнул головой в сторону невысокого табурета, стоящего около печи. Тэхён безропотно повиновался, на цыпочках подходя и опускаясь на сиденье. Округлив глаза, он следил за тем, как Чимин куёт меч. Тэхён читал об этом только в книгах и видел в фильмах, сейчас, когда всё в действительности происходило под его носом, в груди зарождался восторг. Он изредка жмурился, когда из-под молота вылетали мелкие оранжевые искры, но взгляда не отводил, придвигаясь всё ближе и ближе. Хотелось потрогать, попробовать самому, но Тэхён не смел просить. Да и знал, что у него вряд ли что-то получится. Он потёр щёку, которую жгло жаром печи, и часто проморгался, видя, как замерла рука Чимина. Поёрзав на табурете, Тэхён поднял пытливый взгляд на ярла и вздрогнул, видя, как тот пристально на него смотрит, слегка прищурившись. Подумав, что Чимину это не нравится, Тэхён отодвинулся на место, нервно схватившись за полы своей хлопковой рубахи. Напряжение заставляло спину покрываться холодными мурашками, Тэхён передёрнул плечами и нерешительно, не отрывая взгляда от своих пальцев, запутавшихся в хлопке, сказал:       — Мне просто интересно.       Чимин не ответил ничего, лишь с новой силой принялся молотить по металлу. Должно быть, Тэхён был слишком назойлив, поэтому снова посмотреть не решился. Он отвёл взгляд в сторону и разинул рот от удивления. На дальней стене кузницы висела уйма оружия. От топоров до коротких ножей. Глаза Тэхёна бегали по всему этому добру, а ноги сами собой подняли его с табурета. Он несмело подошёл ближе, стараясь сдерживать восторг, но изо рта то и дело вылетали несвязные звуки. Будто завороженный, Тэхён протянул руку, но остановился в нескольких сантиметрах, оборачиваясь на Чимина, который, казалось, и вовсе перестал обращать на него внимание. Повернувшись обратно, Тэхён прикусил нижнюю губу и коснулся лезвия небольшого ножа. Его пальцы скользили по холодному металлу, кожа ощущала гладкость и приятную прохладу. Тэхён рассматривал резную деревянную ручку, работа и вправду поражала. Каждый узор был вырезан с невероятной точностью до самых мелких деталей. Не сдержавшись, он всё же снял нож с крючков и поднёс к лицу поближе, жадно оглядывая каждую деталь. Нож так сильно увлёк его, что Тэхён едва не вскрикнул, когда на плечо легла тяжёлая горячая ладонь. Он резко обернулся, врезаясь спиной в стену.       — Прости! — пролепетал он, всучив нож в руки ярла, но Чимин смотрел не на него, а чуть выше.              Время будто замерло. Тэхён проследил за его взглядом и в ужасе округлил глаза. С самого верхнего крюка с ужасным громким лязгом сорвался тяжёлый меч. Его острие смотрело прямо на Тэхёна. Он видел, как блестит металл, как оружие крутится вокруг своей оси, и из горла вырвался оглушающий вскрик. Тэхён прикрыл голову руками, прощаясь со своей жалкой жизнью, но не почувствовав ни удара, ни боли, лишь оглушающий грохот, несмело поднял голову. Чимина напротив не было. Он медленно выпрямился и огляделся по сторонам. Вокруг будто прошёл ураган: наковальня лежала на боку, рядом с ней валялся поломанный табурет, угли из печи рассыпались по влажной земле и шипели под каплями дождя. Тэхён удивлённо поднял брови и почесал ладонь с меткой. Он хотел позвать Чимина, удивлённый тем, что тот резко куда-то исчез, но вздрогнул, услышав стон, доносящийся откуда-то издалека. Тэхён сделал несколько шагов ближе и ошарашенно замер, видя потрепанного ярла, который пытался подняться с земли. Рядом с ним лежал тот самый меч.              Чимин медленно сел, вытирая кровь с виска тыльной стороной ладони. Он помотал головой и с шоком в глазах скользнул взглядом по своему двору, останавливаясь на замершем перед ним Тэхёне.              «Ну наконец-то, я уж думал, что ты совсем безнадёжен».