Глава 42. Разделяй и властвуй
24 июня 2026 г., 10:57
На следующий день, слегка похмельные и изрядно помятые, мы с наёмником отправились в Виндхельм. Стенвар не давал мне лечить его, потому как, по его же утверждению, настоящему норду иметь пару мелких синяков на лице нисколько не зазорно. Я спорить не стал, к тому же, силы теперь надо экономить. По пути я в основном продумывал, из чего растущего в Скайриме можно изготовить зелья, восстанавливающие магию и желательно с продолжительным эффектом. Принимать их нужно будет каждый день, а то и несколько раз в день, тогда у меня может получиться скрыть свою уязвимость и действовать как раньше.
На ум пока приходило только варево Вунферта из чеснока и винограда джазби, которым он меня отпаивал после осады Виндхельма. Тогда оно действительно хорошо помогло, хоть и было противным на вкус. Главное, что эти ингредиенты — не редкость. Чеснок можно купить в любой овощной лавке, а за виноградом далеко ходить не надо. Им вся область Алто сплошь заросла.
Также, перечитав записи Синдериона, я вспомнил, что схожими свойствами обладает красный горноцвет. Правда, когда на очередном привале я решил это проверить и пожевал один цветок, замеченный у обочины дороги, Стенвар уставился на меня, как на умалишенного.
— Ты чего это удумал? Так сильно жрать захотел? — сочувственно спросил он.
Я и в самом деле ощутил незначительный прилив магических сил, когда проглотил эти жесткие безвкусные лепестки, но действие оказалось кратковременным. Этого было слишком мало, чтобы магия постоянно восполнялась.
— Нужно было в кое-чем убедиться, — ответил я наёмнику, чтобы хоть как-то объяснить своё необычное поведение.
— Я даже не хочу знать, в чем, — отмахнулся он от очередной эльфийской причуды.
— Зачем тогда спрашивать? — я наклонился, сорвал еще несколько цветков и убрал в кошель, приберегая на всякий случай. Зелья магии закончились еще в Морфале, свежих в Вайтране я не купил, не желая слишком задерживаться в городе после дебоша в таверне, следовало запастись хоть чем-то. Но теперь Стенвар снова меня подозревал в обострившемся безумии.
— Мне же любопытно, приведет ли твоя бредовая идея к каким-то последствиям для меня, — пояснил Стенвар, забираясь в седло. Монета продолжила пощипывать сухую промерзшую траву у обочины, тогда как Лёд налегал на веточку снежноягодника. Наш небольшой привал завершился, пора было продолжать путь.
— Кстати, не забудь. С тебя тысяча, — с ухмылкой напомнил наёмник.
— Помню-помню, — отозвался я, подходя к коню и ставя ногу в стремя. — А что ты будешь делать с деньгами, когда получишь их?
— А что я сделал с предыдущими? — Стенвар повернулся ко мне со странным выражением лица, ожидая от меня ответа на мною же заданный вопрос.
— Пропил? — предположил я самый банальный вариант, разместившись в седле.
— Вообще-то, нет. Я их спрятал. Помнишь, я говорил про ферму? Земля же огромных денег стоит, так что я всё это время копил. Откладывал на мечту. И еще немного обновлял снаряжение, — он ударил себя кулаком по стальному нагруднику.
— И где же ты спрятал золото? — вкрадчиво полюбопытствовал я.
— Под юбкой у Дибеллы! — саркастично протянул он.
Когда мы достигли Кургана Железного, то свернули с тракта в его сторону, чтобы забрать из сундука оставшиеся драгоценности, а затем переночевать в «Ночных воротах». Я с легким волнением посмотрел в сторону подъемника, ведущего в Черный Предел, где спала Грейс, но не мог спуститься туда, пока со мной друг. Так, он узнает, что довакин жива, а это для меня было чем-то вроде его заначки с золотом, скопленным на ферму. Поэтому я тоже решил сохранить свою маленькую семейную тайну там, где ей самое место. На всякий случай, я мысленно извинился перед Намирой за небольшую вынужденную задержку и пообещал Темной Госпоже, что как только предоставится возможность сделать всё без свидетелей, то непременно этим займусь.
Затхлый воздух опустевшей нордской крипты навевал воспоминания о том дне, как я спустился сюда с юной редгардкой Сальмой и аргонианином Бимом-Джа якобы в поисках сокровищ. Именно тогда мне довелось впервые в полной мере ощутить на себе силу ту’ума. Это еще раз укрепило меня в мысли, что нельзя вступать с Ульфриком в прямую конфронтацию. Он не должен умереть в бою. На миг поток моих мыслей прервался. Стенвар прав, я на самом деле превращался в одержимого! Но, быть может, если удастся выполнить это обещание, то Молаг Бал вернет мне хотя бы толику своей жуткой благосклонности? При этом же за спиной маячила тень Намиры, обещавшей мне покой. Что же теперь делать? Как поступить, чтобы сохранить расположение и того, и другой?
Добравшись до главного чертога, первым делом я проверил Гатрика. Тело древнего полководца находилось там же, все в том же саркофаге, надежно закрытое надгробной плитой. Еще один запас на черный день.
Стенвар сразу направился к сундуку с таким хозяйским видом, словно в зачистке этого места участвовал он единолично, и награда всецело принадлежит ему. Я чуть покривился, глядя ему вслед, но вспомнил старую поговорку из дома Хлаалу: «Сытый наёмник — живой наниматель», поэтому позволил ему забрать столько, сколько душе угодно. Он, конечно, сгреб все оставшиеся на дне сундука золотые слитки и драгоценные камни. И кажется, в сумме там было гораздо больше, чем на тысячу септимов.
Себя я, разумеется, тоже не обделил.
— Мне нравится с тобой работать, — сознался Стенвар, в рюкзаке которого что-то очень дорого загремело, когда он его поднял.
— Не за что, — буркнул я, глядя на показавшееся дно сундука и подбирая оставшиеся там аметисты. — Думаю, хватит нам с тобой, чтобы хорошо отметить победу.
— Это точно, — наёмник вразвалочку направился к выходу. — Самая приятная тяжесть — это вес честно заработанного золота.
***
В Королевском дворце Виндхельма меня встретили довольно прохладно. Никаких фанфар, пиров, боевых гимнов. Наверное, как данмеру, мне следовало быть благодарным за то, что впустили внутрь и не побили. В зале был накрыт стол, за которым сидел Йорлейф, беседующий с последним оставшимся в «гостях» у Ульфрика опальным ярлом — нордкой, плечи которой укрывал пышный лисий мех. Рядом с ней сидела её остроухая советница, которая в стенах Виндхельма выглядела для меня, как очередная талморская шпионка, даже несмотря на принадлежность к босмерам. — Нет, в Рифтен мы не сможем пробиться, — говорил управитель. — У Мавен слишком прочные связи с Империей, и к тому же на нее работает множество наёмников. Боюсь, госпожа Лайла, Ульфрик дал вам предельно ясный ответ на это. Я никак не смогу уговорить его изменить решение. — Получается, что только мне не вернут мои земли? — возмутилась женщина, озлобленно сверкнув глазами. — А мои сыновья? — Возможно, они все еще живы, — Йорлейф пожал плечами. — Я попробую послать кого-нибудь в Рифтен тайно, чтобы разузнать о них. — Значит, вот какова награда за верную службу Ульфрику?! Быть его содержанкой? — Лайла в бешенстве вскочила из-за стола и жестом позвала за собой эльфийку. — Я не предавала его! Не впустила в город Легион! Мои люди не сдали ни одного форта! В отличие от остальных! Судьбу Рифтена решила довакин на том собрании на Высоком Хротгаре и мне пришлось повиноваться! Но она мертва, а я осталась ни с чем! Это несправедливо! — Боюсь, я больше ничем не могу помочь, — управитель только покачал головой, провожая уходящих женщин взглядом. Я в тот миг подумал, что сначала следовало навестить Вунферта, вместо того чтобы быть невольным свидетелем таких разговоров, явно составляющих военную тайну Братьев Бури. И стоило бы расспросить придворного мага об этом странном собрании, из-за которого Империя получила Рифтен. Как довакин могла на это повлиять? Йорлейф заметил меня и поднялся из-за стола. — Морфал захвачен Братьями Бури, — сообщил я без особой радости или гордости в голосе. Просто констатировал факт. — Гонец Авюльстейна Серой Гривы прибыл оттуда вчера, — ответил Йорлейф. — Подожди здесь. Ульфрик распорядился в случае успеха выдать тебе награду. — А где же наш… ярл? — поинтересовался я, бегло глянув на пустующий трон. — Он еще в Данстаре. Должен прибыть со дня на день, — управитель отправился прочь из зала и исчез за дверью, а я остался ждать. Сел за стол и подвинул к себе тарелку с нетронутым лососевым стейком. Не пропадать же еде. Пока ждал возвращения Йорлейфа, прикончил рыбу и налил себе вина, ощущая, что на сытый желудок жизнь вроде бы не так уж плоха. Осталось только узнать точный рецепт зелья восстановления магии и продолжить шаг за шагом двигаться к цели. Йорлейф вскоре вернулся и застал меня за столом с кубком в руке. В этот миг у него дернулся ус, но, тем не менее, он сдержался и протянул мне некий свернутый в трубочку пергамент, который я изначально принял за свиток с заклинанием. Если бы не крупная бордовая печать… — Что это? — в недоумении я развернул его и глазам своим не поверил. — Награда от Ульфрика, — сообщил он, положив передо мной старый ключ. — Хьерим, тот дом, теперь твой. Можешь поселиться там. Все равно после действий Мясника ни один норд в здравом уме на это жилище не позарится. Я пялился в дарственную, всё ещё не веря в происходящее. «Дом в Каменном Квартале Виндхельма, Хьерим, отныне даруется Брату Бури, данмеру, Свадстару Дарелету за неоценимые заслуги в качестве особого расположения ярла Виндхельма, Ульфрика Буревестника». — Что ж… отличный дом в Каменном квартале… о большем нельзя и мечтать, — пробормотал я, словно находясь в нелепом сне. — Сам ярл поставил на этом документе свою печать. Будь благодарен за столь щедрый дар. Ты первый эльф, который официально поселится в Каменном Квартале. Хорошо, что Ульфрик не подписал внизу что-то вроде «с наилучшими пожеланиями», но честно сказать, такая награда стала для меня неожиданностью. Я уже на своей шкуре не раз ощутил, что Маркартский Медведь довольно хитрая зверюга. За всяким широким жестом следует мощный удар когтистой лапой, и теперь даже не известно, чего ждать. Уж не ловушка ли это? — Я премного благодарен, — ответил я Йорлейфу. — Как только ярл прибудет, обязательно явлюсь к нему на аудиенцию. — Разумеется, — норд кивнул. — Теперь ступай, обживайся в своем новом доме, а меня ещё ждут дела. Я, вопреки словам Йорлейфа, направился к Вунферту, чтобы узнать о зелье, а затем нужно разыскать Стенвара. Не к добру такая щедрость со стороны ярла, мне понадобится надежный союзник, чтобы разобраться с тем, что происходит.***
— Больше тебе нет нужды спать в таверне на лежаке, за пять монет за ночь, друг мой! — с улыбкой сказал я Стенвару, рассказав о награде и продемонстрировав ему распоряжение ярла. — Погоди! Ты че, предлагаешь вместе жить? — наёмник поднял на меня недоуменный взгляд, разгладив ладонями документ на столе. — Ну… да. А что не так? Ты же ходил со мной в Хьерим, дом огромен. Мне понадобится и охранник, и служанка… — начал рассуждать я. О своих подозрениях решил рассказать позже, когда мы всё-таки придем в дом и перестанем пропивать в таверне золотишко. — А-а, снова эльфийские сиродильские замашки, — догадался Стенвар, покивав со знанием дела, и вернул мне бумагу. — И сколько ты будешь мне платить? — Погоди, а ты на какую работу? — я вскинул брови. — Охрану дома или тебе передник выдать? — Я щас тебе выдам! — замахнулся он, но я, кстати, научился неплохо уклоняться от ударов Стенвара. Правда, когда наёмник, поняв свой промах, начал широко размахиваться снова, я от неожиданности отодвинулся слишком далеко и соскользнул со стула, неловко опустившись на пол. Виола Джордано встревоженно обернулась и осуждающе покачала головой. Странно, что ничего не высказала. — Надо было сразу догадаться, что передник… И зачем я начал глупости спрашивать? — пробормотал я, возвращаясь на место. — Ты что, совсем ума лишился? — прорычал Стенвар вполголоса. — Хотя… я давно, конечно, подозреваю, что у тебя с башкой нелады, но не до такого же! Не ты ли мне говорил… — он выпрямился, цепким взглядом обвел зал и снова склонился над столом. — Про Талмор, — прошептал наёмник чуть ли не одними губами, так что я едва расслышал. — Ни к чему нам так на весь город показывать, что мы друзья. Пусть все продолжают думать, что я лишь тупой наёмник, который вернулся с дела, а я в это время попробую выяснить, кто тебя сдал. Заодно постараюсь сделать так, чтобы этот шпион больше не болтал языком и не шевелил ногами. А ты, — он указал на меня пальцем. — Топай в Хьерим и сиди там. Если будут какие-то новости, приходи сюда, обсудим. Это прозвучало почти как приказ, который не хотелось оспаривать. Я удивился дальновидности наёмника, но и слегка напрягся, поскольку осознал, что дом может быть заранее устроенной для меня ловушкой. Пришлось идти туда одному, проявив максимальную осторожность и не скупясь на заклинания. Даже прежде чем отпереть дверь, я сотворил Обнаружение жизни, убедившись, что внутри меня не поджидает нанятый убийца. Дом, к счастью, оставался по-прежнему заброшен, холоден и пуст. Первым делом я натаскал дров из «Нового Гнисиса» и растопил очаг. Перетащил поближе к очагу кровать со второго этажа и стулья с помощью магии. Потом забрал из опустевшего клуба остатки еды, которые не испортились за время моего отсутствия. Полмешка недоеденной картошки сохранились весьма хорошо, как и запасы суджаммы, изготовленной ещё Амбарисом. Немного обустроив себе временное обиталище в одной из боковых комнат на первом этаже, которая ранее, вероятно, служила кухней, я отогрелся и решил тщательнее исследовать дом. Теперь у меня было достаточно света и времени. Внимательно изучив алтарь за фальшпанелью, я понял, что использовать эту каменную плиту со странными символами для ритуалов больше нельзя. Обряд Аркея, который тут провела старуха Хелгирд, сделал его бесполезным для черной магии. Что ж, я сам предложил эту идею и винить в этом некого. Все останки давно унесли отсюда для захоронения в зале мертвых, так что практиковать некромантию было не с чем. Единственное, что пришло мне на ум — попробовать призвать Гатрика, испытать, насколько губительно это теперь на меня подействует. Достав кость и паслен, я прочертил на ладони кровавую полосу, но заклинание возле освященного алтаря не удалось. Энергия призыва слабо всколыхнулась вокруг, мелькнула лиловыми вспышками и истаяла. Жрица постаралась на славу! Пришлось отойти подальше и повторить призыв на втором этаже. Гатрик тут же появился, но головокружение и слабость в ногах не заставили себя ждать, и от резкого ухудшения состояния я опустился на колено, как и при самом первом призыве. Онемевшим ртом выговорил приказ: — Исчезни… — и потянулся за лепестками горноцвета в кошеле. «Повинуюсь», — услужливым сквозняком прошипел Гатрик и растаял. Контроль над духом не потерян и это радует. Но плата за такой призыв могла стоить мне жизни, особенно, если начать колдовать в чересчур опасной обстановке. Что ж, придется всерьез вернуться к алхимической практике и попытаться потратить свои сокровища с умом — на обустройство приличной лаборатории. Раз внизу нельзя заниматься некромантией, буду хотя бы варить зелья — место подходящее. Пошатываясь, я добрался до кровати, растянулся на ней и прикрыл глаза. Ситуация оставляла желать лучшего. Я потратил все силы и в полудреме вспомнил об Иман. Если бы знал, что у меня будет такой дом, то непременно позвал бы её уехать в Виндхельм. Пусть бы она лучше была со мной здесь, чем прислуживала Братьям Бури в таверне. Неожиданно в дверь требовательно постучали кулаком. Я встрепенулся и сел на кровати, уставившись в сторону прихожей. Неужели Стенвар уже что-то узнал? Кому еще могло понадобиться приходить сюда? На ватных ногах добравшись до двери, я уставился на высокого, незнакомого мне норда с рыжими волосами и густыми бакенбардами. Он стоял на пороге и был в облачении Брата Бури, под мышкой держал шлем. Его серьезная квадратная физиономия скривилась в странной ухмылке при виде меня. — Свадстар Дарелет? — спросил он глубоким голосом. — Да, — я неуверенно кивнул, догадавшись, что это, должно быть, Вунферт прислал кого-то за мной, и хотел сделать шаг за порог, как внезапно Брат Бури сам шагнул в мой дом. — Меня звать Колдер. Ярл Ульфрик Буревестник отправил меня к тебе, — отчеканил он, оттесняя меня от порога обратно в дом. На подосланного убийцу этот тип не тянул — стал бы он в таком случае представляться? Наверняка, гонец с посланием. — Э-э… Что-то случилось? — я нахмурился. Тот усмехнулся и прошёл в пустой дом, осмотревшись. — Вот держи, — он протянул мне свиток. — Читай. Ярл назначил меня твоим хускарлом. — Хус… Что? — я знал, кто такие хускарлы, но реальность происходящего снова смазалась из-за перерасхода магии и откровенной нелепости произнесенной им фразы. Это шутка? Как у данмера в Виндхельме может быть хускарл-норд, будь он хоть трижды Брат Бури?! — Ну да, хускарлом, — Колдер проследовал в единственную обустроенную комнату и остановился перед очагом. — Ты тут спал, что ли? Я развернул очередной свиток за сегодня, с недоверием уставившись в начертанный текст, отмечая про себя, что у Ульфрика довольно красивый почерк. По-нордски размашистые, ровные буквы сообщали: «За особенные заслуги Свадстара Дарелета во владении Истмарк, а именно, за поимку убийцы в городе, выявление преступников и вражеских шпионов, активное содействие придворному магу Вунферту Неживому в организации защиты Виндхельма, самоотверженное участие в обороне городских стен при штурме города войсками Легиона, а также за неоценимую помощь в освобождении владений Вайтран и Хьялмарк, он назначается Таном Истмарка, почетным жителем Виндхельма. Колдер, Брат Бури, назначается его хускарлом. Ярл Ульфрик Буревестник». — Хорошо… Хускарл. А я тан. Понятно, — я аккуратно свернул послание. Стоило читать его между строк, не так официально и высокопарно. «Свадстар Дарелет проявил себя, он опасен, поэтому его нельзя выпускать из вида. Он может быть полезен, но как мы, норды, можем доверять данмеру? Колдер, ты обязан следить за каждым его шагом и докладывать всё лично мне. Ярл Ульфрик Буревестник». Если трактовать послание в таком ключе, то все тут же становится кристально понятно. Иначе зачем Ульфрику так из-за меня стараться, раздаривать дома и присылать слуг? Так и знал, что он что-то задумал. Ведь я помог ему отстоять Виндхельм, фактически подарил Вайтран и открыл путь в Морфал. Он не мог оставить это без внимания. И наверняка, не успокоится, пока не получит Солитьюд. Колдер присел у камина и протянул руки к огню. — Когда Ульфрик это написал? — спросил я. — Позавчера, как только получил известия о твоих… — он сделал паузу, с недоверием на меня взглянув, — подвигах в Морфале, после чего отправил меня сюда. Йорлейф помог мне тебя разыскать. Мне очень не хотелось жить под одной крышей с этим ярловым соглядатаем, и я глупо понадеялся, что он вернется в казармы или куда-нибудь уберется, но он невозмутимо подбросил в огонь дровишек и разместился поудобнее. — И что? Ты теперь намереваешься со мной жить? — осторожно поинтересовался я, проходя в комнату. — Я? Намереваюсь? — Колдер повернулся ко мне с легким раздражением. — Это приказ ярла, я буду его исполнять, нравится он мне или нет. Мои намерения никакой роли не играют, я лишь солдат на службе. — Но раз я тан, то мои приказы ты тоже обязан выполнять? — Только если это нужно для защиты. Тебя или твоего имущества. Если ты захочешь убить кого-то, то это без меня. И вообще не советую делать глупости. Тебе должно дождаться ярла Ульфрика, он даст дальнейшие указания. Это все, что мне известно, — хускарл поерзал на полу, решил, что это не слишком удобно, и приставил к очагу один из стульев. — Мебель бы не помешала… — ворчливо пожаловался он, требовательно на меня взглянув, будто я должен тотчас же отправиться на поиски сидения поудобнее для его задницы. — Мне нужно увидеться со Стенваром. Я не полностью расплатился с ним, — сказал я Колдеру, намереваясь уйти и предупредить наёмника, что ситуация усложнилась. — Наемникам нельзя верить, — высказал Колдер. — Это бесчестные люди. Если бы Стенвар был достойным нордом, он давно примкнул бы к Братьям Бури и сражался бы за наш город, а не продавал свои умения за золото. Мне хотелось сказать этому слишком умному хускарлу, чтобы держал свой рот закрытым при мне и защищал меня, по возможности, молча, но это стало бы слишком эмоциональной реакцией на оскорбления моего друга, которому теперь стало опасно быть таковым. — Тем не менее, мы с ним заключили договор, и я должен отдать ему требуемую сумму, — сухо ответил я, взяв кошель с драгоценными камнями, который вообще-то приберег для себя. Но любой ценой я должен был предупредить Стенвара, чтобы в ближайшее время даже не показывался у Хьерима. — Я пойду с тобой! — Колдер резво поднялся с ещё не насиженного стула. А я почему-то не сомневался, что именно так и будет, но возражать не стал. Спокойно набросил на плечи плащ, покинул дом и запер дверь, а в таверну шёл, всю дорогу ощущая зуд в затылке от пристального взгляда следующего за мной Колдера. Будто меня сопровождает не охранник, а конвоир ведет на плаху. Пока мы шли по городу, он ни разу не отстал ни на шаг, то есть выполнял приказ Ульфрика просто безукоризненно. За такую верность ярлу хотелось его прирезать на месте, но это было бы уж слишком нагло с моей стороны. Когда мы вошли в «Очаг и свечу», я взглядом быстро отыскал Стенвара на его обычном месте и подошел к столику. Наемник успел осушить ещё пару бутылок медовухи за время моего отсутствия и посмотрел на меня и хускарла за моей спиной с недоумением. Кажется, они не были знакомы. — Я принёс твою долю. То, чего не хватало, — с нажимом произнес я, ставя перед Стенваром мешочек с драгоценностями. — Теперь это вся сумма, на которую мы договаривались. На ферму вряд ли хватит, но… — Ага, спасибо. Я сам решу, на что потратить золотишко, — внимательному Стенвару хватило лишь беглого взгляда, чтобы понять, что Колдер здесь не просто так. Он сгреб мешочек рукой и, даже не проверяя, убрал за пазуху. — Ну теперь-то я заживу! — ухмыльнулся наёмник, расслабленно откинувшись на спинку стула. Хускарл ответил тихой насмешкой, чем привлёк внимание Стенвара. — А ты чего лыбишься, рыжий? — на его лице заметно заиграли желваки. Как бы дракой не закончилось, с нордов станется! — Я свою родную землю за горстку блестящих камней не продаю, — равнодушно отозвался Колдер. — Но каждому своё. Наемник до побелевших костяшек сжал кулаки, но вдруг криво ухмыльнулся в ответ. — Это уж ты прав, каждому своё, — ответил он, а потом обратился ко мне. — Если тебе снова понадобятся мои услуги, данмер, ты знаешь, где меня найти. — В ближайшее время надеюсь не попадать впросак, тем более, у меня теперь есть личный хускарл. Ещё раз спасибо за помощь, — я кивнул Стенвару, развернулся и пошел к выходу. — Идём, — позвал я Колдера. — Ты предпочитаешь эль или мед? — И то, и другое, — немного оживился он. — Значит, мы сможем найти общий язык, — я изобразил на лице жалкое подобие довольной улыбки. Разумеется, сделать этого норда своим союзником точно не выйдет, но возможно хотя бы удастся притупить его бдительность. Я заказал у Эльды несколько бутылок на вечер, взял хлеба и солонины на ужин. Не одной же картошкой питаться? Мне теперь не хотелось идти обратно в этот даэдров Хьерим, особенно вместе с соглядатаем, сверлящим взглядом мой затылок. Можно было бы сказать, что никакой хускарл ко мне не приходил и тихо избавиться от тела, но его видел Йорлейф, поэтому такой план уже не сработает. Меня очень быстро раскусят. А если бежать, то куда? В Черный Предел к Грейс? И что я ей скажу, когда она очнется? Попрошу помочь убить Ульфрика? Смешно. Ярл уже получил больше, чем рассчитывал, и понимает, что в его идеальном плане по захвату власти в Скайриме кто-то с серым лицом, как у меня, скоро станет однозначно лишним. Убить меня в открытую тоже нельзя — я пока нужен Вунферту, но при этом должен оставаться на цепи, как ещё один верный пес. При этом у меня на хвосте ещё и шпионы Талмора, а я даже не представляю, что им могло от меня понадобится, но явно ничего хорошего. В этом деле без Стенвара тоже не обойтись и надо как-то передавать ему послания, чтобы получать от него новости, но при этом не вызывая подозрений у моего хускарла. К счастью, я быстро придумал кое-что, как только переступил порог нового дома. Где там мой славный деловой партнер из Серого квартала? Сиродильскому эльфу-милорду ведь непременно нужна служанка.***
История не то, чтобы повторялась, но делала очень знакомый виток. Я подошёл к дрожащей от холода Софи уже на следующее утро. Девочка сжимала в покрасневших руках корзинку, намотав на голову старую шаль, и снова напомнила мне взъерошенного, выпавшего из гнезда птенца. Настолько несчастный был у нее вид, что даже мне становилось не по себе и просыпалась совесть. Хускарл топтался за моей спиной, не понимая, что мы забыли у портовых ворот. Похоже, разжалобить его было невозможно. — Девочка, ты умеешь делать работу по дому? — спросил я у цветочницы, делая вид, что прежде мы не встречались, не торговали и вообще мой выбор случаен. Софи подняла на меня вопросительный взгляд, приоткрыла рот, но находящийся рядом Колдер сбивал её с толку. Этот дуболом может испортить весь план. Это же теперь его работа, портить мои безукоризненные планы. — Полы мыть, стирать, готовить… — перечислил я первое, что пришло на ум. Колдер издал звук, похожий на усмешку. Девочка все еще молчала и испуганно косилась на норда. — Я заплачу тебе сотню золотых сразу и дам крышу над головой, — пришлось незаметно подмигнуть ей несколько раз. Вероятнее всего, получился нервный тик, но Софи просияла, уловив мой намек. — Ты хочешь стать моим приемным родителем? — Нет. Нет, ни в коем случае! — я отшатнулся, едва не врезавшись в хускарла. — Работодателем, благодетелем, меценатом, если ты знаешь такие слова, — нервно выговорил я, чтобы она перестала надумывать себе всякие глупости. Где это видано, чтобы данмер мог удочерить маленькую нордку прямо на виндхельмской улице? Девочка нерешительно кивнула. Таких мудреных слов, живя в Сером квартале, она еще не слышала. — В общем, в Хьериме есть для тебя работа, — спокойнее повторил я. — Я согласна. Я умею помогать по дому, — Софи улыбнулась и неуверенно последовала за мной, стараясь не отставать. Я же в это время отчаянно размышлял, каким образом избавиться от этого рыжего хвоста. Вчера он пил очень умеренно и даже нисколько не опьянел от пары бутылок эля. Спал чутко, вполглаза. Когда я под утро встал по нужде и отправился на поиски туалета в новом доме, он тут же подскочил с места и начал меня допрашивать. Хорошо, что в нужник за мной следом не пошел! Хотя бы за это я был ему благодарен, но ситуация рассказала о Колдере куда больше, чем он сам. Однако за двумя людьми сразу он все равно не сможет уследить, поэтому мне и нужна Софи. Мы зашли в клуб «Новый Гнисис», где я без зазрения совести собрал нужную хозяйственную утварь, а, вернувшись в Хьерим, начали потихоньку обживаться в доме. За прошлую ночь его всё-таки удалось немного протопить, ощущение ледяного холода наконец-то отступило, но в зале всё равно было прохладно. Софи, войдя в такой большой дом, сначала испуганно вжала голову в плечи, будто расстояние от входа до лестницы на второй этаж показалось ей невероятным, но я невозмутимо вручил ей метлу со словами: — Убирай отсюда и до обеда… Шутки она не поняла, а вот Колдер посмеялся над моими словами и тем, как малявка неловко берется за метлу и идет смахивать из углов паутину, оставив свою корзинку с цветами на кухне. Я положил туда сотню монет, выполняя уговор. Нам же с Колдером предстояла важная работа — разобрать, притащить и прикрепить на стенах несколько полок из клуба, на которые можно было бы сложить кастрюли, ковши и прочую утварь, после чего сходить на рынок и узнать об алхимической посуде в лавке «Белый флакон». День обещал быть хлопотным и скучным. Мне было любопытно, начал ли Стенвар своё расследование и наблюдают ли за мной прямо сейчас шпионы Талмора, но приходилось отвлекаться, старательно занимаясь этой обывательской ерундой. С плотницкой работой я был знаком весьма поверхностно — случалось как-то забивать гвозди по просьбе Розалинды, но полку вместе с хускарлом мы сколотили относительно ровную. Софи нагрела воды и принялась перемывать посуду. Девчонка была толковой, работящей и не болтливой, я уже знал, что мы с ней сработаемся. Все пока шло по плану, не терпящему никакой суеты, только посетить алхимическую лавку не удалось. Прибежал гонец от Вунферта, и мне нужно было срочно отправиться к нему. Разумеется, Колдер вознамерился пойти за мной. Он стал подобием раздражающей тени, у меня уже руки чесались развернуться на месте и избавиться от него одним метким ударом в горло. Он вызывал ещё более жуткое ощущение ползающих по затылку насекомых, чем присутствие Намиры, но приходилось терпеть. — Ты и к магу за мной пойдёшь? Софи совсем одна… Может, останешься сторожить дом? — предложил я без особой надежды. — Я что, собака? — засмеялся тот. — Я должен оставаться с тобой, вдруг кто-то захочет от тебя избавиться… тан. Я понимал, что это всего лишь отговорка, но слова Ульфрика для него были куда важнее моих приказов. Что ж, раз так, пусть идет и защищает меня от кого-нибудь. Отчасти моя главная цель близилась к достижению — ведь ярл Виндхельма наконец заметил, насколько я могу быть опасен, но чувство удовлетворения меркло на фоне раздражения, которое я испытывал в присутствии хускарла. Колдер мне мешал и приходилось вести себя втройне осторожнее, чем раньше, и выбирать слова. Вунферт, увидев в дверях его лаборатории рыжего громилу, сразу велел ему выйти вон и закрыть дверь. Тот попытался возражать. — Я выполняю приказ ярла Ульфрика! — застыв в дверях, он скрестил руки на груди с весьма угрожающим видом. Старик поднялся с места, поджав губы. — Приказы Ульфрика на мой кабинет не распространяются! Пошел вон отсюда! — прохрипел он, всплеснув руками. — Мне нужно спокойно побеседовать с моим ассистентом. Тот был вынужден повиноваться, а я впервые за два дня ощутил себя свободным. — Почему вы его прогнали? — полюбопытствовал я, когда дверь за Колдером закрылась. — Он бы не помешал. — Я уже давно не впускаю сюда никого из солдат. После того случая, как один амбал из стражи разбил несколько флаконов с редкими эликсирами, задев плечом полку. К тому же… — Вунферт нахмурился и сел на стул, положив ладони на колени. — У меня есть подозрения, что кто-то из дворцовой стражи нечист на руку. — Что-то пропало? — Да. Недавно не досчитался пары камней душ, золота в тумбочке, да одной безделушки… не важно. Не могу вычислить, кто это, а бросаться обвинениями в столь нелегкие для нас времена пока не хочу. Я удивленно вскинул брови, выслушав старика. Кому из солдат хватило наглости (или глупости?) посягнуть на имущество придворного мага? Ульфрик что, совсем не проверяет своих людей? Или ему уже без разницы, кто вступает в его ряды? Воры, эльфы… Лишь бы была армия, которая посадит его на трон Скайрима. — О чем вы хотели поговорить? — Хотел тебя поздравить, — усмехнулся Вунферт. — Не с чем, — поскромничал я. — Как же? Тан владения, Хьерим, личный хускарл, — маг кивнул на закрытую дверь. — Ага, без которого и в нужник нельзя сходить… — Это нужно для твоей безопасности. Среди воинов Ульфрика по-прежнему осталось немало… недовольных тобой и твоими методами. А ведь я тебя уже предупреждал! — Вунферт погрозил мне пальцем. — До меня дошли слухи, что случилось в Морфале. Не отрицай, что это твоих рук дело. — Только отчасти, — пришлось пересказать магу все в подробностях и объяснить, что Фалион лишь сдерживал печать, а виной всему был род ярла Идгрод, что мне и удалось выяснить. — Я просто сделал город, да и всё владение безопасным… навсегда, а не на короткий срок. Вунферт, размышляя, пригладил бороду. — Вон оно что! Ясно… Это все весьма интересно и заслуживает особого внимания, однако… если это понятно мне, то это вовсе не значит, что остальные поймут важность и необходимость твоих действий. Среди людей Ульфрика есть те, кто считает, что ты играешь нечестно. Но даже они вынуждены признать, что без тебя и Виндхельм мог пасть, не говоря уже о столь быстром расширении наших границ. — Зачем вы мне это всё говорите? — я нахмурился, понимая, что опасность уже подстерегает меня всюду. — Предупреждаю. Снова. Я знаю, что Ульфрик после захвата Данстара и Морфала воодушевлен, как никогда, и нацелился на Солитьюд. Но я не смогу принять участие в штурме города, а ты — единственный толковый маг, хоть и данмер. Поэтому он просто хочет защитить тебя. Вот и прислал хускарла, — объяснил старик со вздохом. — И вы думаете, нам под силу взять столицу? Братьев Бури же осталось мало и у нас нет осадных машин… — С каждым днем к нам присоединяются новые союзники, возвращаются отряды из многочисленных лагерей, которые скрывались в лесах после нападений Легиона. Сторонники Империи, слишком рано списавшие нас со счетов, теряют надежду, император убит, довакин мертва… — перечислил Вунферт. — Шансы определенно есть, но все зависит от нас и выбранной тактики. Ты нужен Ульфрику. Это мне известно точно. — Я польщен, — без особой радости отозвался я. — А все-таки почему ты ненавидишь Империю? — маг до сих пор не оставлял попыток выяснить, что на самом деле движет мной. — Они бросили Морровинд в Кризис Обливиона, — припомнил я огонь, пепел и орды даэдра у открывшихся врат. — Мы тогда несли огромные потери. Я сражался с этими тварями, не ведающими ни страха, ни усталости, и это было самое ужасное. Стражников в Тель Восе тогда осталось слишком мало, чтобы отражать эти непрекращающиеся атаки. Мне нечем гордиться — я бежал, чтобы спасти свою жизнь. Вунферт выслушал молча, в его поблекших глазах отразилась печаль. — Понимаю. Это были тяжелые времена… — он поднялся со стула и взял со стола сложенный пополам лист бумаги. — Кстати, мне нужны кое-какие ингредиенты. Принеси мне их из «Белого флакона», — Вунферт передал мне список, который я развернул и бегло прочел. — Хорошо, сейчас же отправлюсь туда, только… — идея пришла спонтанно, другого шанса может не выпасть. Я взял перо и подписал внизу ещё одну строку: «снотворное — 3 шт». — Это кое-что для меня. Чтобы не забыть. Если не возражаете. — Хорошо, — Вунферт кивнул, только мельком взглянув на листок, а я отправился выполнять поручение. Так я ненадолго избавлюсь от Колдера и смогу встретиться со Стенваром.***
План сработал почти идеально, да ещё и между делом удалось выгодно прикупить перегонный куб, кальцинатор, реторту и ступку для себя. После выполнения просьбы Вунферта, я отправил Софи якобы за вином в таверну, но с запиской Стенвару, назначив наёмнику встречу в «Новом Гнисисе» после заката. Девчонка притащила вино Алто, куда я незаметно подмешал Колдеру сонное зелье. Он ничего не заподозрил и опустошил кубок в один глоток без лишних вопросов, очень скоро начав тереть глаза, зевать и клевать носом, сидя перед очагом. Я рассчитывал, что зелье будет действовать достаточно долго, чтобы мне успеть провернуть задуманное за эти несколько свободных часов без соглядатая. Софи тоже была предупреждена, что Колдер ничего не должен знать. Похоже, девочке этот норд не слишком нравился, и она охотно согласилась молчать. В конце концов, её работодатель я, а не Ульфрик. Ярл не сделал ничего, чтобы помочь сироте, которая наконец-то обрела крышу над головой. Когда я пришёл в клуб, Стенвара не было, несмотря на опустившиеся сумерки. Чтобы скоротать ожидание, я развел очаг и обошел дом, подыскивая подходящую мебель для своей будущей лаборатории, а после некоторое время просто ждал, глядя на пламя. Наёмник, кажется, засиделся в таверне и позабыл о времени. Это было на него непохоже. Время шло, уже прогорели первые поленья, а Стенвар так и не явился, что меня не на шутку взволновало. Вдруг он проигнорировал моё приглашение или что-то произошло? Ведь он же намеревался искать шпиона… Я быстро поднялся с места, направился к выходу. Пусть нежелательно, чтобы меня сегодня видели в городе, но нужно убедиться, что наёмник в порядке и, перебрав, дрыхнет в своей комнатушке в «Очаге и свече». Так мне хотя бы будет спокойнее. Но стоило распахнуть дверь, как меня едва не сбили с ног. Хриплый болезненный выдох ударился в моё ухо. Запах дешёвого вина и холод стали резко вернули меня в тепло. — Свадстар… помоги… Наемник, цепляясь за мои плечи, не устоял на ногах и опустился на колени. — Сраные крысы… — простонал он, а я никак не мог понять, что случилось, пока не увидел на его руках кровь. — Из-за угла… мерзавцы… — хрипел Стенвар, жмурясь от боли. Я торопливо закрыл дверь клуба и задвинул засов, призвал целительные чары. — Кто это сделал? — я заметил кровь на пластинах стальной брони, на уровне пояса. Кто бы ни напал на Стенвара, они знали уязвимое место доспеха. — Их было двое. Пока один отвлекал… — наёмник поморщился. — Второй… сука… подкрался и пырнул меня в бок кинжалом. — Данмеры? — я прижал ладони с целительным светом к ране, позабыв о необходимости экономить магию. Кровь хлестала из его правого бока, вероятно, была повреждена печень. Норд весь побелел, удивительно, что вообще не истёк кровью, пока добирался до меня. — Нет, — Стенвар задышал ровнее. Рана постепенно затягивалась, у меня на лбу выступила испарина. — Ограбили? — Нет… Я нашел… шпиона… — наёмник вымученно ухмыльнулся. — Правда? Кто это? — я прекратил исцеление, поняв, что его жизни больше ничего не угрожает, но остался сидеть рядом. — В общем, за твоим новым домом следила нищенка… Сильда… Еще вчера начала, как только ты ушел со своим хускарлом, — начал Стенвар. — Ну, я и допросил её, зачем она это делала. Оказалось, всё банально. Ей заплатили, и она, конечно, сразу пошла отрабатывать золотишко… — Кто ей заплатил? — нетерпеливо перебил я. — Конюшнями заведует альтмер, Уландил. Это он. Похоже, именно он передает сведения Талмору. Не удивляет, да? — Стенвар оскалился. — И ты думаешь, это он подослал к тебе убийц? — я поднялся и подошел к стойке. В Виндхельме становилось всё опаснее. — Может, он, а может, и нет… Не разберешь. Но одно ясно — нам нельзя оставаться в городе. Похоже, мы мешаем их планам, к тому же, вычислили информатора… — Стенвар тяжело поднялся и посмотрел на свои окровавленные руки, все ещё держа их на уровне раны. — Тебе точно надо валить. Ты уже попал под удар и выжил. Значит, обязательно будет и второй… — я оперся руками на стойку и напряженно уставился на пустые полки вдоль стены. — И куда мне бежать? А ты что? Останешься? — Курган Железный. Там чисто. Рядом есть таверна «Ночные Ворота», с голоду не помрешь, денег тебе хватит. Там ты сможешь залечь на дно, и вряд ли те, кто хотел тебя убить, станут искать в древних руинах. — Ладно. А ты что задумал? Так и будешь играть в Брата Бури до победного конца? — наёмник тяжело опустился на табурет перед стойкой. — Пока да. С Колдером за спиной мне ничего не угрожает. Ульфрик вернется через пару дней, и мы начнем подготовку к захвату Солитьюда. Не знаю, что он задумал, но я пока нужен ему… — Понял. До меня теперь дошло, чего ты замышляешь на самом деле и зачем творил всё это, — Стенвар повернулся ко мне. — Тебе нужна башка Ульфрика, так? Я улыбнулся, но не стал ничего говорить. — Не боишься, что он первым тебя обезглавит? — продолжил Стенвар. — Я ему не позволю, — я серьезно посмотрел на друга. — Чтобы нанести удар, мне нужно быть ближе, чем кто-либо. До той поры пусть он думает, что я у него на цепи… Но что, если это его люди на тебя напали? Ведь Колдер постоянно твердит, что наёмникам нельзя доверять? — догадка сбивала с толку. Талмор вряд ли стал бы так открыто провоцировать беспорядки в Виндхельме, убивая нордов на улицах. Насколько я уже понял, они действуют осторожно и по большей части собирают информацию. — Они или нет, мне без разницы. Одного я убил, кем бы он ни был. Второй убежал. Если что, ты знаешь, где меня искать, — он протянул мне руку, я ухватился за неё и помог ему слезть с табурета. Рана хоть и затянулась, еще какое-то время будет его беспокоить. — Хорошо. Как только вырвусь отсюда, сразу отправлюсь туда, — я ответил на его рукопожатие, а наёмник, храбрясь, хлопнул меня по плечу. — Слезы лить не будем, дружище. Ещё свидимся. И я остался один в пустом клубе, перед тлеющими углями очага. Некоторое время смотрел на затухающее мерцание пламени на головешках, размышлял. Эта игра чересчур затянулась, попробую нанести удар, как только представится шанс. Возможно, Гатрик станет моим последним козырем…
Примечания:
К скампу планы-графики публикаций!
