Нить времени

Гермиону всегда завораживали легенды магического мира. Порой она могла провести целые часы, аккуратно перелистывая ветхие страницы фолиантов, что были полны сказаний о давно ушедших эпохах, когда властвовала древняя магия. Но она никогда не думала, что станет частью одной из этих историй. Возвращаясь после войны в Хогвартс, она искала спокойствия. Мечтала, чтобы ее последний год в школе прошел без происшествий. И первые месяцы ей действительно удавалось вести подобие нормальной студенческой жизни. Грейнджер посещала занятия, как и прежде проводила много времени в библиотеке, наслаждалась вечерами у камина в гостиной факультета. Но затишье продлилось лишь пару месяцев. Все ее планы разрушил урок по анимагии. Слушая профессора Макгонагалл, что с увлечением рассказывала о превращении в животных, Гермиона вновь вспомнила о своей давней мечте стать анимагом. Она всегда восхищалась даром превращения, но до сих пор не рисковала пытаться овладеть этим искусством. Процесс самотрансфигурации требовал колоссального мастерства и невероятного терпения, а любая осечка могла стать фатальной. Стоило прочитать несколько историй, когда, совершив ошибку, волшебники превращались в пугающих мутантов, и всякое желание пробовать свои силы в этом направлении мгновенно пропадало. Грейнджер совершенно не привлекала идея провести остаток своей жизни в жалком состоянии получеловека-полуживотного, поэтому после урока она постаралась выкинуть из головы все мысли об анимагии. Но шли дни, а внутренний голос, взбудораженный брошенным вызовом, продолжал шептать, что ей это было по силам. И искушение потешить свое самолюбие оказалось сильнее страха. Отыскав в запретной секции фолиант, в котором описывался полный алгоритм действий для становления анимагом, Гермиона приступила к процессу.

***

Кошка. Из зеркала на нее смотрела пушистая белая кошка. Ее шерсть отливала серебром, а глаза сияли аквамаринами. Впервые обратившись животным, Гермиона удивленно уставилась на собственное отражение. Учитывая форму телесного Патронуса, она ожидала стать выдрой или другим зверьком из семейства куньих. Но видела перед собой кошку. Не до конца веря своим глазам, Гермиона моргнула. Кошка в зеркале моргнула в ответ. Она сделала шаг вперед, и кошка последовала за ней. Опустив глаза, Гермиона подняла лапу и коснулась подушечками мягкой шерсти на груди. Ощущение было невероятно реальным. Вновь взглянув в зеркало, Гермиона опустила лапу, и кошка в отражении сделала то же самое. Внезапно ее охватило странное чувство. Мир вокруг словно стал иным. Оглядев свою спальню Гермиона поняла, что цвета вокруг стали заметно тусклее, но при этом даже в темноте она отчетливо видела расположение всех предметов, как если бы смотрела через прибор ночного видения. Запахи тоже будто начали чувствоваться острее. Когда она сделала вдох, в нос ударил настолько выраженный аромат собственных цветочных духов, что она сильно чихнула. Махнув головой, Грейнджер, покачнувшись, поднялась на все четыре лапы и сделала несколько медленных шагов по комнате, стараясь привыкнуть к новому положению своего тела. Было странно смотреть на комнату с этого ракурса, но и невероятно интересно увидеть окружающий мир в новом свете. Когда Гермиона проходила мимо стола, инстинкты взяли верх, и она, не удержавшись, потерлась головой о ножку, оставив на нем несколько белых шерстинок. Но уже в следующее мгновение морок схлынул, и она удивленно уставилась на них, а затем вздохнула. Ей еще многому предстояло научиться, прежде чем она сможет полностью контролировать свою анимагическую форму. Чтобы быстрее освоиться в теле кошки, Грейнджер решила прогуляться по Хогвартсу в новом облике. Когда она вышла из своей спальни, время уже давно перешло заполночь, и в коридорах не было ни одной живой души. Даже портреты давно дремали в своих рамах. И беззвучно скользя мимо них на мягких лапках, Гермиона с интересом вслушивалась в тишину замка, используя свои новые кошачьи чувства. В воздухе чувствовались странные вибрации, и ее уши непроизвольно дергались, улавливая эти легкие пульсации. Бродя по этажу, Гермиона все никак не могла понять, откуда они исходили. Но когда она начала спускаться по лестнице, трепетание воздуха заметно усиливалось по мере приближения к первому этажу. Оказавшись возле дверей Большого зала, Грейнджер настороженно повела ушами. Обострившиеся инстинкты подсказывая ей, что что-то было не так, но ее любопытство всегда было сильнее осторожности. Прижавшись к стене, она медленно пошла в сторону парадного входа замка, откуда, по ощущениям, и расходились колебания. И чем ближе она к ним подходила, тем сильнее ей начинало казаться, что двери были слегка размытыми. Остановившись, Гермиона проморгалась и снова вгляделась в массивные высокие створки. Хотя освещение от факелов было тусклым, она могла поклясться, что видела сквозь деревянные полотна ночное небо, словно с ее приближением они становились все более прозрачными. Прищурившись, Грейнджер прошла оставшееся расстояние и, подняв лапу, мягко коснулась полупрозрачной двери, и в тот же миг почувствовала, как ее кошачье тело задрожало. Воздух заискрился, вокруг начали сгущаться тени, и Гермиона в страхе отпрыгнула назад, но так и не коснулась лапами пола. Туманный мерцающий вихрь закружился вокруг нее, с силой затягивая в свою воронку. Она в панике замахала лапами, стараясь выбраться из него, но внезапная вспышка света ослепила ее, окончательно лишая ориентации… а уж через мгновение все погрузилось во тьму.

***

С трудом приоткрыв глаза, Гермиона обнаружила себя лежащей на каменной брусчатке. Лил сильный дождь, и она ощущала, как все ее промокшее кошачье тело трясется от холода, но сил пошевелиться не было. Окинув взглядом видимое пространство, она поняла, что каким-то образом оказалась в городе. Сумерки уже начали сгущаться, и мрачные здания, что высились вокруг, освещались лишь теплым светом газовых фонарей. Значит, она провела без сознания практически сутки. Стоп. Газовые фонари? Но куда больше ее смутил запах угля, которым был пропитан воздух. Гермиона не помнила, чтобы где-то в Лондоне было его производство. А то, что она оказалась в магловском Лондоне — было единственным, в чем она была уверена совершенно точно. Его архитектуру невозможно было ни с чем спутать. Шевельнув лапами, чтобы проверить их на наличие повреждений, Грейнджер все же заставила себя подняться. В теле чувствовалась жуткая слабость, но никакой боли не было. — Уже неплохо, — подумала она и начала оглядываться по сторонам, когда по проезжей части мимо нее проехал экипаж, запряженный лошадьми. От неожиданности, Гермиона отпрыгнула назад и вжалась в стену дома, провожая глазами непривычное средство передвижения. А уже в следующее мгновение ее взгляд метнулся на противоположную сторону улицы, где по тротуару шел мужчина в старомодном костюме. Это явно был Лондон, но какой-то другой. Грейнджер казалось, будто она находилась в старом британском фильме. Или в прошлом... При этой мысли сердце Гермионы бешено заколотилось. Ей нужно было срочно понять, где она оказалась и что вообще происходит. Может, это съемочная площадка? Совершенно забыв об изнеможении, Грейнджер, пошатываясь, пошла по улице, пытаясь придумать, как ей узнать текущий год, когда заметила газету, валявшуюся в луже у мостовой. Добравшись до нее в два прыжка, Гермиона нависла над промокшими листами и замерла. В углу была указана дата 21 октября 1951 года. Ее словно оглушило. Находясь в совершенном потрясении, она в панике резко попятилась назад на скользящих по мокрому камню лапах и врезалась во что-то спиной. Испуганно мяукнув, Гермиона инстинктивно подпрыгнула на месте и, зацепившись когтями, больше не смогла пошевелиться. Ее слуха коснулось раздраженное шипение. Только в тот момент Грейнджер слегка пришла в себя и поняла, что ее лапы обхватили чью-то ногу. Медленно подняв взгляд, она увидела высокого молодого мужчину в темном пальто. Его нахмуренное лицо было скрыто тенью, но все равно показалось ей странно знакомым. Мужчина наклонился, пристально разглядывая ее, пока Гермиона в виде кошки продолжала висеть на его на брючине, во все глаза смотря на него в ответ. В глазах незнакомца промелькнуло удивление. Грейнджер совершенно растерялась и не понимала, что ей делать. Она оказалась посреди Лондона в теле кошке почти на полвека раньше, чем жила сама. — Иди сюда, — пробормотал он, взяв ее за шкирку и, осторожно отцепив кошку от своей ноги, поднял ее на уровень своего лица. Гермиона лишь беспомощно мяукнула, все еще пытаясь осознать, что произошло. Глядя на нее, мужчина нахмурился, и его взгляд стал настолько пронизывающим, что в какой-то момент ей показалось, что он видит ее насквозь. Она сжалась всем телом, когда он протянул к ней вторую руку, не зная, чего от него ждать. Но незнакомец лишь провел пальцами по ее мокрой голове и немного почесал за ушком. Мгновенно поддавшись животной натуре, Грейнджер прикрыла глаза и склонила голову, подставляя ее под ласкающее прикосновение. Несмотря на внешнюю холодность, его руки были удивительно нежными. — Бедняжка, — прошептал он себе под нос, и не успела Гермиона среагировать, как оказалась прижата к груди мужчины. Ее мгновенно окутало тепло его тела и древесный аромат кожи, усиленный запахом дождя. Мужчина пошел дальше по улице, а она, слегка опешив от происходящего, просто притихла у него на руках, пока ее маленькое сердечко отбивало ритм по ребрам. Она не чувствовала никакой опасности от этого незнакомца, поэтому решила просто довериться ему и пока подумать, что ей делать дальше. Слух улавливал шепот редких прохожих в старой одежде, что попадались им по пути, а обоняние ощущало множество запахов, доносящихся из кафе и пекарен. В это сложно было поверить, но оглядываясь по сторонам с рук мужчины, у нее просто не было другого объяснения происходящему. Это действительно был совершенно не тот Лондон, который она знала. Теперь она четко это видела. Ей нужен был план на ближайшие несколько дней. Она превратилась в кошку, будучи совершенно обнаженной, чтобы избежать лишних рисков с мутацией, поэтому с собой у нее не было ни волшебной палочки, ни денег. Грейнджер даже не знала, сможет ли обрести свою человеческую форму без древка. Она читала, что на это способны только уже опытные анимаги. Хотя сбегать и превращаться обратно в человека не было никакого смысла. Очевидно, пойти ей было некуда. Поэтому на первое время Гермиона решила остаться в облике кошки. На улице быстро темнело, и единственное, на что ей оставалось надеяться, что незнакомец несет ее к себе домой. Тогда у нее хотя бы будет шанс переночевать в тепле и сухости. Пока она была в своих мыслях, мужчина, видно, добрался до того места, куда изначально направлялся, запнувшись об нее по пути. Свернув в темный тупиковый переулок, он поднялся на крыльцо, над которым тускло горел единственный фонарь, что освещал этот проулок, и открыл неприметную облупившуюся дверь. Они оказались в небольшой, слабо освещенной прихожей. В нос ударил запах старых книг и пыли. Уже в который раз ей подумалось, что сложнее всего будет привыкнуть к необычно чуткому кошачьему обонянию. Не успела Гермиона оглядеться, как мужчина бережно опустил ее на пол. Машинально отряхнувшись всем телом в попытке избавиться от противного ощущения воды на шерсти, Гермиона подняла взгляд на незнакомца. Он задумчиво смотрел на нее, а затем медленно достал белую волшебную палочку. Грейнджер инстинктивно отступила назад, не отрывая глаз от кончика древка, что было похоже на кость, а когда он засветился, со всех лап бросилась вглубь квартиры в поисках укрытия. Пронесясь через гостиную, Гермиона скользнула в приоткрытую дверь и прыгнула под кровать. Волшебник! Он был волшебником! Что если он подбирал на улице животных, чтобы проводить на них опыты! Как она сразу не подумала, что могла попасть в лапы какого-то живодера! Забившись в самый дальний угол, Грейнджер сжалась всем телом, судорожно пытаясь оценить ситуацию. Зачем он направил на нее палочку? Хотел оглушить? Ей нужно было выбраться из квартиры. Она сможет увернуться от проклятия? Может, попробовать превратиться в человека? И тогда он ее не тронет? Или станет только хуже… За доли секунды через ее сознание проскользнуло множество самых ужасающих мыслей. Но все размышления в миг стихли, когда она услышала тихие шаги. Затаив дыхание, Гермиона прижалась к холодным деревянным доскам и сквозь щель между полом и кроватью увидела его ноги. Зайдя в спальню, мужчина замер и стоял неподвижно, словно выжидая, а затем опустился на корточки, и в полумраке комнаты блеснули его глаза. В руке он по-прежнему держал палочку. — Не бойся, — тихо произнес он, его голос прозвучал мягко, почти ласково. — Я не причиню тебе вреда. Гермиона недоверчиво прищурилась. Эти слова могли быть лишь уловкой. Но что, если… Что если он действительно не собирался ей вредить? В животе заурчало от голода, и это внезапное напомнило ей о ее беспомощном положении. — Я просто хотел высушить твою шерсть, — снова заговорил незнакомец, и это уж звучало убедительно. Но встретившись с ним взглядом, Гермиона все равно отползла еще глубже в тень, чувствуя себя крайне неуютно в кошачьем обличье. Ей нужно было все обдумать. Не добившись от нее никакой реакции, мужчина вздохнул и поднялся обратно на ноги, отчего Гермионе стало немного спокойнее. — Хорошо, я оставлю тебе здесь еды и воды, — сказал он и, наколдовав миски, вышел из спальни. Услышав щелчок замка, Гермиона выглянула из-под кровати и настороженно осмотрела комнату, в которой оказалась. Массивный деревянный письменный стол у окна был завален пергаментами и непонятными приборами. Одну из стен от пола до потолка покрывали полки с книгами. По обе стороны от кровати, под которой она пряталась, располагались тумбочки. И хотя Гермиона все еще была напугана, она медленно вылезла из-под своего укрытия. —Я еще с пола не ела, — фыркнула про себя девушка, бросив брезгливый взгляд на миски, и направилась к стеллажам с книгами. Ей нужно было как можно быстрее разобраться, что произошло и как вернуться обратно в свое время. Гермиона всегда была уверена в своем интеллекте, но у нее не было практически никаких разумных идей насчет произошедшего. Что за вибрации она почувствовала, приняв животный облик? Единственное, что пришло ей на ум, это недоказанная теория о способности кошек путешествовать между параллельными мирами. Что если это правда, и она приобрела это умение вместе со своей анимагической формой? Еще раз прислушавшись к звукам в квартире, Грейнджер встала на задние лапы и пригляделась к корешкам книг, выискивая знакомые названия. Тайны наитемнейшего искусства Волхование всех презлейшее Алхимия, древнее искусство Изумленно пробежавшись взглядом по полкам, Гермиона снова встала на все четыре лапы и сделала несколько шагов назад. Стеллаж был заполнен книгами, названия которых она лишь слышала, но никогда не видела вживую. Многие из них существовали едва ли не в единственном экземпляре. Но Грейнджер прекрасно знала, что все они были целиком и полностью посвящены приемам и заклинаниям темной магии. К кому она вообще попала? Сглотнув, Гермиона обернулась и, прицелившись, осторожно запрыгнула на край письменного стола, что тоже привлек ее особое внимание. Оказавшись на столешнице, Грейнджер даже удивилась, как ловко ей удалось совершить этот маневр. Казалось, кошачье тело действовало само по себе. За окном виднелся темный, незнакомый ей Лондон. Газовые фонари отбрасывали дрожащий свет на мокрые мостовые, а редкие прохожие кутались в темные плащи. Этот Лондон не был похож на тот, который она знала. Здесь не было ни магловских машин, ни ярких вывесок, ни современных зданий. Только мрачные переулки и старинные дома. Взгляд вернулся к столу. Принюхавшись, она учуяла запах бумаги, чернил и цветов Моли, но следа их лепестков нигде не увидела. Перед ней было множество пергаментов, исписанных формулами и диаграммами, которые она никогда раньше не видела. Внезапно дверь в спальню с тихим шорохом снова отворилась, заставив ее замереть на месте, и в комнату вернулся мужчина, неся в руках какую-то ткань. Увидев ее на столе, он тоже на мгновение застыл, но затем молча подошел и аккуратно протянул к ней полотенце. Не зная, куда себя деть, Гермиона во все глаза уставилась на мужчину, впервые имея возможность внимательно его разглядеть. Это был необычно красивый молодой человек с черными слегка волнистым волосами и невероятно глубокими синими глазами. Тонкие черты лица и бледная кожа без единого изъяна явно выдавали его аристократическое происхождение. Но почему, в таком случае, он жил здесь, в маленькой, скудно обставленной квартирке в магловской части города, а не в каком-нибудь родовом особняке? Бастард? Отпрыск, отвергнутый за свои взгляды? Хотя сейчас ей нужно было думать совсем не об этом. Вновь взглянув на полотенце, Гермиона слегка вытянула шею и принюхалась. Оно пахло свежестью и чистотой. Стараясь не упускать из виду безучастное лицо мужчины, она опасливо потянулась вперед и потерлась мордочкой о махровую ткань, чувствуя, как та мгновенно впитала влагу с ее шерсти. Внимательно наблюдая за ней, незнакомец слегка улыбнулся, и его лицо перестало казаться отстраненным и холодным. — Вот и молодец, — прошептал он и принялся уже сам осторожно вытирать ее шерсть. — А теперь тебе нужно поесть. Мягко подняв со своего стола, мужчина опустил ее на пол возле миски с молоком, но Гермиона, бросив на нее взгляд, полный отвращения, просто села и осуждающе уставилась на мужчину. — Не дождешься, что я стану есть это, — она надеялась, что смогла донести до него свою мысль. Но мужчина нахмурился, непонимающе глядя на нее сверху вниз. В голове мелькнула безумная мысль. Что если он сможет ей помочь? Этот волшебник явно был умен и сведущ в темных искусствах. Но в то же время не выглядел злым. Вероятно, он любил животных, раз подобрал на улице бездомную кошку. Но не могла же она прямо сейчас просто превратиться в человека и все рассказать совершенно незнакомому человеку с неясными мотивами… Для начала Гермиона решила приглядеться к своему новому знакомому.