Нить времени

— Что с тобой не так? — пробормотал незнакомец, протягивая руку, чтобы погладить ее, и Гермиона невольно отшатнулась. Он явно не понимал, что имел дело не с обычной кошкой. Грейнджер еще не поняла, было ей это на руку или наоборот, но решила пока ничего не менять. Она должна была вести себя как кошка, чтобы не вызвать подозрений? Даже ради этого Гермиона не была готова есть из миски. К тому же, Живоглот тоже был привередлив в еде и ел только со стола, а значит, ее поведение не вызовет вопросов. Поднявшись, она взмахнула слегка облезлым из-за влажности хвостом и уверенно направилась на кухню, на ходу оглядывая квартиру. Та оказалась совсем крошечной и тесной. Узкая прихожая переходила в помещение, что совмещало в себе кухню и гостиную, из него вели две двери: в спальню и, видимо, в ванную комнату. Но, нужно отдать должное владельцу, вокруг было довольно чисто. Единственным источником освещения служила тускло горящая керосиновая лампа на обеденном столе. Подойдя к нему, Грейнджер переступила с лапы на лапу, прицеливаясь, и грациозно запрыгнула на пустую столешницу. Ей начинала нравиться это потрясающая ловкость, что была не свойственна ее человеческому телу. Повернувшись, Гермиона села и, высокомерно вздернув подбородок, посмотрела на мужчину, что застыл в дверном проеме, с любопытством наблюдая за ее действиями. — Ты у нас благовоспитанная особа? Ешь только со стола? — ухмыльнулся незнакомец и, подойдя ближе, взмахнул палочкой, чтобы призвать к себе кусок сыра. Отрезав от него небольшой кусочек, он протянул его кошке. С сомнением посмотрев на его руку, Гермиона обнюхала еду, проверяя ее на свежесть, и аккуратно выхватила ломтик из чужих пальцев. Удовлетворенно прищурившись, она принялась медленно жевать сыр, наслаждаясь вкусом. Было дело в усилившейся чувствительности рецепторов или голоде, но тот оказался безумно вкусным. Съев кусочек сыра, Грейнджер инстинктивно лизнула лапу и провела ею по мордочке, а когда очнулась и поняла, что сделала, скривилась и едва не начала плеваться. Все это время мужчина неотрывно смотрел на нее, мягко улыбаясь. И встретив взгляд его невероятно синих глаз, она замерла, пытаясь осознать, насколько странно выглядела со стороны. Оставалось надеяться, что на кошачьей морде ее обычно активная мимика выглядела не столь выраженно. Чтобы отвлечь внимание незнакомца, Грейнджер несколько раз перевела взгляд с него на сыр и обратно и напоследок облизнулась, пытаясь дать понять, что все еще голодна. И он, действительно, ее понял. Послушно отрезав еще один кусочек сыра, мужчина снова протянул его ей. —Что ж, возможно, все не так плохо,— подумала Гермиона, уплетая угощение. Наевшись, она решила потереться о руку незнакомца, как всегда делал Живоглот, чтобы выразить свою благодарность, и внимательно проследила за его реакцией. Он снова ласково почесал ее за ухом, и Грейнджер, неожиданно для самой себя, замурлыкала. Это было странное, непривычное, но невероятно приятное ощущение абсолютного довольства, распространяющееся вибрацией по всему телу. Внезапно мужчина задумчиво нахмурился, словно что-то вспомнив, и отошел к шкафу. Достав серый плед, он кинул его на пол и начал совершать своей слегка зловещей палочкой выверенные движения. Спустя несколько секунд у его ног уже лежала уютная и, визуально, очень мягкая кошачья кроватка. Задумчиво склонив голову, Гермиона прищурилась. Перспектива спать на полу ее совершенно не привлекала. — Думаю, здесь тебе будет удобно, — сказал мужчина, с теплом смотря на нее. Грейнджер так не думала. Спрыгнув со стола, она прошла мимо подстилки, не удостоив ее даже взглядом, и вернулась обратно в спальню. После еды глаза начали буквально слипаться от усталости. Несмотря на все произошедшее, она чувствовала себя на удивление спокойно в этом доме и, забравшись в изножье кровать, безмятежно свернулась клубочком на одеяле. Время со всем разобраться настанет завтра, а пока ей нужно было отдохнуть.

***

Проснулась Гермиона от яркого солнечного света, что проникал сквозь ее веки. Открыв глаза, она на мгновение опешила, увидев в своей постели мужчину, да еще с такого странного ракурса. Он сидел у изголовья кровати и читал книгу в своих руках, в то время как она лежала у него в ногах. Но когда чужой отстраненный взгляд переместился к ней, события прошедшего дня накрыли ее словно осенний проливной дождь, вмиг уничтожая остатки сонливости. — Доброе утро, соня, — тихо произнес он, заметив, что она уже не спит, и улыбнулся. — Хорошо спала? Гермиона неопределенно моргнула, смотря на растрепанного незнакомца, что вчера подобрал ее на улице. Что она должна ответить? Мяукнуть? Это казалось нелепым. Она предпочла притвориться, что еще не совсем проснулась, и закрыла глаза. Когда мужчина осторожно погладил ее по спине, Гермиона снова замурлыкала, на этот раз вполне осознанно, и даже потерлась о его руку. Ей определенно нравилось это ощущение. Встав с кровати, ее новый сосед по жилью направился на кухню, и, повинуясь внезапному порыву, Грейнджер последовала за ним, высоко задрав хвост. Вчера она быстро уснула, и даже не заметила, когда он переоделся и лег спать, поэтому ей было слегка странно видеть его не в строгом костюме, а в помятых футболке и штанах. На этот раз, налив молока в блюдце, незнакомец сразу поставил его на стол и выжидательно посмотрел на нее. Внутренне улыбнувшись, что он так быстро принял ее своеобразное правило, Гермиона запрыгнула на столешницу и, убедившись, что молоко свежее, начала лакать. — Я кошка. Я лакаю молоко, — думала она, стараясь выглядеть как можно естественнее и краем глаза наблюдая, как мужчина принялся готовить себе яичницу. Сегодня она планировала проследить, по какому расписанию он живет и как долго отсутствует дома. Ей нужно было рассчитать, когда у нее будет достаточно времени, чтобы предпринять попытку превратиться в человека и успеть исправить последствия, если что-то пойдет не так. Но для начала она планировала еще раз изучить книги, что хранились на полках, и проверить, есть ли там что-то об анимагии или путешествиях во времени. Послышался стук в дверь. Резко вскинув голову, Грейнджер замерла и интуитивно принюхалась, пытаясь почувствовать, кто стоял на крыльце. Ей показалось, что она уловила цитрусовые нотки. Парфюм был похож на мужской, и уже через несколько мгновений, когда гость вошел на кухню, ее предположение подтвердилось. Но увидев до боли знакомый оттенок платиновых волос, Гермиона ощутила, как вздыбилась шерсть на загривке, а довольство своим острым обонянием отошло на второй план. — Я ждал тебя позже. — Появились неотложные дела, — ответил блондин. — Будущая миссис Малфой снова запланировала поход в свадебный салон? — К счастью, нет, в ближайшие месяцы ей будет достаточно общества моей матери. Гермиона застыла, не отрывая взгляда от человека, который, как она была уверена, был отцом Люциуса Малфоя. Вовлеченный в разговор, он, казалось, даже не заметил кошку, сидящую на столе, в то время как ее сердце бешено колотилось в груди. Что он здесь делал? Почему он так хорошо был знаком с человеком, который ее подобрал? Что вообще у него могло быть общего с волшебником, живущим в магловском Лондоне? Неужели ее догадка о его происхождении оказалась верной? Может, он принадлежал роду Блэк? Эта мысль казалась абсурдной, но в голове уже начали выстраиваться самые невероятные сценарии. Наконец, (возможно) Малфой перевел взгляд на нее. — Кошка? Серьезно, Том? Ты завел кошку? — усмехнулся он, с интересом разглядывая кошачье обличье Гермионы, а затем протянул к ней руку, чтобы, вероятно, погладить. Но Грейнджер резко увернулась от его ладони и, прижавшись к столешнице, яростно зашипела на блондина, оскалив зубы. Ей стало тошно от одной мысли, что к ней прикоснется этот маглоненавистник. Она не собиралась терпеть его ни единой секунды. К ее удовлетворению, лицо мужчины на мгновение исказилось страхом, но, отдернув руку, он быстро пришел в себя и снова надел маску надменности. — Она не бешеная? — уточнил он, теперь выглядя слегка брезгливо. — Просто характерная, — равнодушно отозвался Том, но Гермиона заметила, как слегка дернулись уголки его губ, а уже через мгновение ошарашенно уставилась на своего соседа по квартире. Том? Блондин, который, возможно, был Малфоем, назвал его Томом? Нет… нет… Нет! Этого не могло быть! Мужчина нахмурился, видно, заметив ее напряженный взгляд на себе. Но истолковал его по-своему. — Она еще не успела освоиться. Оставь ее, Бракс. Бракс? Бракс… Какое-то сокращение? Браксис? Браксас? Она ведь должна была знать, как звали деда Драко… Абрахам? Абраксас! Презрительно вздохнув, Малфой отвернулся и продолжил разговор, пока Гермиона продолжала пребывать в состоянии полнейшего ошеломления. Абраксас Малфой… Все складывалось в чудовищную картину, потому что, объективно, единственным Томом, с котором он мог общаться, был Том Марволо Риддл… 1951 год? Значит, им было лет по 25? Именно на столько они и выглядели… Ее затошнило. Она оказалось под одной крышей с молодым Волан-де-Мортом и даже не подозревала об этом. Какой-то кошмар наяву. С трудом сглотнув, Гермиона попыталась взять себя в руки. А точнее — в лапы. Нужно было срочно убираться отсюда. Но как? Нужно время, план и, главное, место, где можно спрятаться. Хогвартс? И тут ее осенило. Дамблдор! Он единственный, кто сможет ей помочь. Но как с ним связаться, будучи кошкой? Как ей вообще добраться до Хогвартса? Через камин? Она не могла произнести вслух название места. Воодушевление испарилось так же быстро, как и возникло. Она была в ловушке. Ей придется попробовать вернуться в человеческую форму самостоятельно. Несмотря на неутешительный вывод, размышляя о возможных вариантах, Гермиона слегка успокоилась. В конце концов, никто не знал, кто она. Для всех она была кошкой. Просто кошкой…. если, конечно, не перестанет испуганно пялиться на двух маньяков, как-будто они собираются ее освежевать и зажарить. Опустив взгляд, Грейнджер снова принялась пить молоко, делая вид, что не собиралась только что выпрыгнуть в окно и со всех лап унестись как можно дальше отсюда. И когда ее мысли утихли, она непроизвольно прислушалась к разговору двух мужчин. Они уже отошли от стола и устроились в креслах гостиной зоны, если угол этой каморки можно было так назвать. — Ты уверен в этом плане, Том? — произнес Малфой. — Игра с маглами может выйти тебе боком. Том усмехнулся. — Не стоит недооценивать мою осторожность, Абраксас. Он даже не подозревает, кто я. Маглы? Что задумал этот псих? Гермиона неосознанно перестала лакать и принялась исподлобья наблюдать за беседой. Абраксас активно жестикулировал руками, в то время как Риддл практически недвижимо сидел в кресле. Его лицо было совершенно безразличным и непроницаемым, будто не он буквально несколько минут назад нежно улыбался ей, зарываясь пальцами в ее шерсть. — Ты ходишь по тонкому льду, Том. Если министерство узнает… — Министерство ничего не узнает, если ты будешь держать язык за зубами, — перебил его Риддл, его голос сочился ядом. — Маглы… невежественны и слабы. Одним больше, одним меньше. Это не имеет значения. Гермиона похолодела. Она знала, что Том Риддл был безжалостным, но слышать, как он хладнокровно говорил о том, чтобы убивать невинных, заставляло ее кровь стыть в жилах. Абраксас вздохнул. — Я предупредил тебя. Но ты все равно поступишь по-своему. — Именно, — ответил Риддл, и в его глазах мелькнул зловещий огонек. — Рад, что мы закончили с этой просветительной прелюдией. — Уверен, что не будет вопросов о финансировании? — продолжил Малфой, казалось, слегка стушевавшись. — У меня есть объяснения, которые будут приняты без единого вопроса, — заверил Том. — Все идет по плану. Ее сердце снова заколотилось с бешеной скоростью. Они однозначно обсуждали какую-то пакость. Но что она могла сделать? Она была в прошлом. Все это уже произошло, и вмешательство в события не приведет ни к чему, кроме разрушения ее временной линии. — Расслабься, Гермиона. Ты ничего не сможешь сделать. Тебе просто нужно вернуться домой. Веди себя нормально… Нормально для кошки. Бросив взгляд в сторону спальни, Гермиона решила, что это прекрасная возможность подробнее изучить домашнюю библиотеку Волан-де-Морта на предмет анимагии без риска показаться странной для домашнего питомца. Должен был быть какой-то безопасный способ вернуться в тело человека даже без палочки.

***

Услышав, что мерзкий блондин засобирался уходить, Гермиона заняла стратегическую позицию, расположившись на кровати, и принялась незаметно наблюдать за Риддлом. В течение следующего часа он вел себя как абсолютно обычный человек. Почитал газету за завтраком, убрал со стола своими собственными руками, а затем переоделся в костюм, в котором она видела его вчера, и просто покинул квартиру. Совершенно ничего примечательного для человека, что уже в этом возрасте мнил себя могущественным и бессмертным Темным Лордом. Не знала бы она, кто он, приняла бы за обычного магла. Она только не фыркала от недоумения. Но едва за ним захлопнулась дверь, Грейнджер отбросила все эти мысли и снова подскочила к книжным полкам. Просматривая надписи на корешках, она пыталась найти хоть какой-нибудь намек на анимагию, кошек или межпространственные перемещения, но большая часть названий преимущественно намекала только на что-то темной и мерзкое. — Кто бы сомневался. Беспомощно рыкнув от досады, Гермиона подошла к самой нижней полке и, вцепившись когтями в переплет без опознавательных знаков, достала книгу, что стояла самой первой. Ей ничего не оставалось, кроме как начать просматривать оглавления. Она понимала, что это займет немало времени, особенно, учитывая, что ее руки превратились в лапы, но выбирать было не из чего.