Тридцать один день

— Я дома! Антон звенит ключами, откидывая их на тумбу в прихожей, быстро стягивает кроссовки и вешает куртку на крючок, после чего уходит в ванную вымыть руки. Сегодня выдался сложный съёмочный день во время которого пришлось бегать между несколькими гостевыми шоу, поэтому безумно хотелось наконец отдохнуть. — Сильно устал? Я заказал суши на ужин, — голос Арсения звучит откуда-то из глубины квартиры, хотя кухня находится совсем рядом с ванной. — Пройди в спальню. Шастун послушно направляется в сторону комнаты, на ходу расстёгивая верхние пуговицы красивой, но очень неудобной рубашки. Подходя к нараспашку открытой двери он замечает горящие свечи на тумбочке рядом с вазой, в которой стоят три розы, весело спрашивает: — Это что, ужин в постель? — Он самый. Увиденное заставляет на несколько долгих мгновений застыть в проходе с открытым ртом. Мягкий свет подчёркивает усыпанную родинками светлую кожу, Арсений лежит на заправленной кровати абсолютно голый, а на его груди и животе двумя аккуратными рядами разложены суши. Явно довольный произведённым эффектом, мужчина хитро улыбается, после чего приподнимает одну руку, протягивая палочки: — Попробуешь? Антон подходит к нему и проводит рукой вдоль обнажённого бока, после чего коленями опускается на коврик рядом с кроватью и проходится поцелуями по лежащей на постели руке от локтя до плеча, пока голубые глаза, в глубине которых пляшут похабные чёртики, с интересом наблюдают за ним. — Тебе кто-нибудь говорил о том, что ты извращуга? — Ты первый, — отложив палочки на тумбу, он пальцами гладит мужчину по щеке. — Как дела на работе? Поцелуями добравшись до ключиц, Антон, опираясь о край кровати, приподнимается, чтобы чмокнуть мужчину в губы, после чего вновь садится и берёт палочки в руку. — Продуктивно поработали, сняли пару выпусков. Пришлось много мотаться с одного шоу на другое, но в целом было довольно неплохо, хотя заебался я знатно, — Антон наклоняется к груди и прямо с тела откусывает кусочек суши, помогая себе палочками, чтобы положить остатки в рот. Прожевав, он оставляет на коже, в том месте где лежала еда, лёгкий поцелуй, после чего переходит к следующей суши, — в конце вообще пришлось раз шесть переодеться, потому что стилистка не могла подобрать подходящую одежду. Мужчина специально выбрал суши без риса, которые Антон обычно заказывает, за что тот ему очень благодарен. Арсений сочувственно гладит его по голове, наблюдая за тем, как возлюбленный ест. — Бедный. А как дела со Стасом? Вы поговорили? Они общаются так, будто сидят за будничным ужином и ничего необычного не происходит. Это заводит не меньше, чем вид обнажённого тела мужчины, на котором лежит еда. — Угу, перенесли съёмку на двадцатое. Антон продолжает ужинать, раз за разом не забывая оставлять на торсе Попова поцелуи. — Это хорошо. Получается, теперь семнадцатого ты полностью свободен? — Можем сходить в кино, как и хотели. — Чудесно. Как только мужчина расправляется с последним кусочком, Попов приподнимается на локтях, отчего несколько крошек скатываются вниз по животу, притягивает его к себе, сразу же целуя. Антон прикрывает глаза, чувствуя, как чужой язык скользит ему в рот, откладывает палочки на тумбочку и забирается на кровать, ничуть не переживая о том, что может испачкаться. Руки Арсения скользят под рубашку, расстёгивают оставшиеся пуговицы и стягивают одежду, роняя на пол. Шастун мягкими прикосновениями проходится вдоль талии, усаживается к мужчине на колени, чувствуя, как чужой стояк упирается между ягодиц. Антон приподнимается и снова опускается, дразня, отчего Попов недовольно прикусывает его нижнюю губу и ладонями сжимает обе ягодицы. Мужчина разрывает поцелуй, заглядывая в голодные голубые глаза, перекатывается на кровать, чтобы снять с себя брюки с бельём и вновь садится к Арсу на колени, ведёт руками по его груди и, наклонившись, размашисто слизывает прилипшую к коже крошку. Тот вновь касается ягодиц, пальцами проходится по ним, а как только Антон кусает его за шею усмехается: — Не наелся? — Тобой в принципе невозможно насытиться. — Как ванильно, — Попов оставляет на его губах быстрый поцелуй. Антон сползает с его колен на кровать, а оттуда на пол, подтягивает мужчину ближе к краю и раздвигает его ноги, проходясь поцелуями вперемешку с укусами от колена к основанию бедра. Арс запрокидывает голову назад, негромко застонав на особо приятном укусе, скрещивает ноги у мужчины за спиной, не давая отстраниться. Тот смотрит на него снизу вверх, снова кусает за бедро, после чего, поудобнее сев на пятки, проводит ладонью от основания ствола к головке и обратно, самым кончиком языка касается мошонки, чтобы подразнить. Арсений пальцами слегка надавливает на пухлую нижнюю губу, заставляя открыть рот, и мужчина, поняв намёк, послушно берёт член в рот, сразу спускаясь примерно наполовину. Попов, шумно выдохнув, гладит его по голове и как только тот начинает двигаться немного сводит колени от удовольствия. Антон у самого основания помогает себе рукой, стараясь придерживаться одного темпа, наслаждается негромким стонами удовольствия, прекрасно зная, что мужчины на долго не хватит, потому что он возбудился ещё во время ужина. Попов сжимает русые волосы на макушке, слегка давит на затылок, заставляя насадиться сильнее, прикрывает глаза. Шастун с пошлым хлюпаньем выпускает член изо рта, языком умело обводит головку и под ней, слизывая собственную слюну, медленно двигает рукой сначала вверх, потом вниз, после чего снова насаживается, но на этот раз позволяет члену скользнуть за щеку.