Dianthus Barbatus

      После грозы всё всегда становится зеленее. Запах свежего дождя пропитывает воздух, но только для того, чтобы сопроводить сегодня ночную тишину. Дикие животные всё ещё прячутся, задаваясь вопросом, безопасно ли выходить из того места, где им удалось найти тёплое убежище. Во время шторма нет ни хищников, ни добычи. Деревья повалены, реки переполняются и разливаются, а молния может легко поджечь всё вокруг. Все поставлены на равные условия игры, вынуждены беспокойно ждать пока пройдет буйная погода. И всё же разрушению удаётся породить новую жизнь. Новая растительность полна энергии, которую вдохнул в неё этот роковой поцелуй погоды. В природе насилие и непредсказуемость заканчиваются красотой. Это и есть настоящее Возрождение.       Протока реки была очень тихим местом после такого шторма, как этот. Облака ещё нависали на небе, мешая свету восходящей полной луны освещать залив с наступлением сумерек. Однако одно из облаков начало отделяться от другого, позволяя сиянию луны слегка просвечивать сквозь него. Свет мелькнул, отражаясь от чужой головы с зачёсанными назад тёмными волосами. Часть волос упала на лицо с острыми углами скул, задев тонкую переносицу скульптурного носа и сильную линию бровей. Цвет его отрешённых глаз был жжёной сиены. По мере того как облака продолжали расходиться на мужчину падало всё больше света, бликуя от его пластикового костюма, что покрывал его тело, и льняного костюма под ним в который он был одет.       Ганнибал смотрел вперёд, ловя взглядом воду и расширяющийся лунный свет, игриво отражающийся от течения. Не было слышно даже хруста всякого лесного мусора под ногами. Листья были размягчены и придавлены тем ливнем во время прошедшей грозы. Хлюпанье грязи под его обтянутыми пластиком туфлями было единственным звуком, который он издавал, но и их постепенно заглушали храбрые цикады, что начали жужжать. Время от времени уголки его тонких губ подёргивались или брови слегка морщились, но в остальном его лицо оставалось безразличным.       Чем ближе Ганнибал подходил к берегу, тем реже становилась растительность. Меньше корневых систем растений означало — больше рыхлой грязи. Ганнибал взглянул на сумку, которую нёс и поднял её повыше, чтобы она не касалась дном земли. Он перекинул сумку через плечо, а его нос слегка дёрнулся, когда он уловил запах содержимого. Мужчина облизнул уголок рта. Прикрыв глаза и откинув голову назад, лёгкая улыбка украсила его губы. Он тихо замурлыкал и его глаза снова открылись. Мужчина отчётливо мог видеть стремительность воды сегодня, почти только что наполнившейся реки и лунный свет мерцающий на коричневой воде. Ганнибал вышел на поляну широкими шагами, несмотря на глубокую грязь и большую сумку, сохраняя свою элегантную ауру. На берегу реки на коленях стоял человек, склонившись над глыбой купаясь в свете полной луны. Ганнибал остановился и его ноги чуть увязли в грязи, когда он встал.       Тёмно-каштановые кудри, мокрые от пота и дождевой воды, прилипли к загорелой шее другого мужчины, спутавшись от тяжёлой работы под покровом ночи. Задняя часть его поношенной фланелевой рубашки на пуговицах потемнела от пота. Его спина и торс изгибались и напрягались, когда он поднимал руку в воздух, а закатанные рукава обнажали сильно загорелые предплечья, покрытые тёмными волосами. Внутренняя сторона его ладони ещё сильнее покраснела, когда он крепче сжал рукоять своего топора. Облако медленно закрыло луну окутав всё вокруг темнотой, когда мужчина с выдохом опустил топор.       Раздался приглушённый глухой удар, за которым последовал хлюпающий звук. В этой темноте Ганнибал приподнял уголок губ. Он продолжал молча наблюдать. Так же быстро, как и появилось, облако проплыло мимо выпустив лунный свет, чтобы снова осветить человека стоящего на берегу. Его ладонь поднялась, чтобы растереть то плечо с рукой держащим топор. Мужчина сильно надавил на мышцу у плеча и пару раз помял её. Его дыхание было тяжёлым. Неизвестный тихо и болезненно застонал, отпуская руку. Ганнибал слегка наклонил голову, наблюдая за всем происходящим. Спина и туловище мужчины вскоре снова изогнулись, когда он занёс топор над своей головой. Лезвие промелькнуло в свете луны, оно было блестящим и влажным от крови. — Выглядите как человек, что нуждается в помощи. — рука незнакомца резко упала на бок. Но он так и не выронил топор. Лишь поднялся с колен полностью вставая на ноги и выпрямляясь. Мгновение он продолжал стоять лицом к воде. Тёплый ветерок пронёсся между ними вниз по течению. Мужчина развернулся лицом к Ганнибалу, в одной из рук продолжая держать своё орудие. А в его другой пустой руке возник пистолет, направленный прямо на лицо Ганнибала. Где-то вдалеке ослепительная вспышка молнии прорезала небо над ними.       Ганнибал лишь моргнул увидев дуло направленное на себя. Он посмотрел на чужие руки, которые будто маслом окрасились почти в чёрный цвет, обнажив каждую линию на ладонях и пальцах. Кровь проникла в его кутикулу, окрасив её и подчеркнув форму его коротких, подпиленных ногтей. Ганнибал посмотрел на чужое, почти чисто выбритое лицо. Щетина помогала его кудряшкам обрамлять щёки и линию подбородка. А глаза этого мужчины были похожи на осколки морского стекла. Они впились в глаза Ганнибала, которые на свету луны были похожи на киноварь. Парень быстро отвёл их пробегаясь по нему глазами, прежде чем вновь вернуть свой взгляд к незнакомому лицу. Ганнибал выбрал этот момент, чтобы снова заговорить. — Поздняя ночная прогулка полезное занятие, чтобы отвлечься от проблем моей повседневной профессии… — Ты хотел сбросить тело в залив. — прервал его парень, Уилл, его голос был немного хриплым, с местным акцентом. Он взглянул через плечо Ганнибала на его сумку. — Мне кажется, это не очень существенная деталь. — промурлыкал Ганнибал, словно кошка виляющая хвостом и сияющими глазами. Уилл продолжал смотреть, а его рука так и не сдвинулась от своей цели. Ганнибал вздёрнул подбородок, устремив взгляд на землю позади Уилла. Взгляд самого Уилла вновь переместился на сумку, всё ещё висевшую на плече Ганнибала. — Было бы немного обидно, умри я от пистолета. — Уилл снова полностью сосредоточился на Ганнибале. — Очень безличный способ, не говоря уже об интимности момента. — Так ты уже делал это раньше, — Уилл медленно опустил руку с пистолетом. — Твоё предложение всё ещё в силе? — Уилл повернулся в сторону, указывая на труп позади себя. Она была изуродована. Конечности были отрублены, суставы вывернуты в неестественное положение, тело будто бы было измазано в краске, но это лишь ночь давала такой оттенок её крови. Ганнибал неспешно побрёл по грязи к этому телу. Пока он осторожно ставил свою сумку, Уилл повернулся лицом к своему текущему проекту. Он взглянул на Ганнибала делая шаг назад и жестом приглашая его взглянуть на свою работу. Когда Ганнибал посмотрел вниз на чужой беспорядок, его волосы слегка упали на сияющие глаза. Уилл навис над плечом мужчины, внимательно наблюдая за чужой реакцией. Металл был таким прохладным в горячей ладони Уилла. — Прекрасна, — похвалил Ганнибал. Уилл медленно поднял свой пистолет. — Даже в смерти. — И правда, очень красиво? — Уилл резко ударил Ганнибала прикладом пистолета по голове.       Под таким углом Ганнибал не потерял сознания, но пошатнулся пытаясь обратно прийти в себя. Он отшатнулся всего на мгновение, прежде чем шагнуть обратно на Уилла, а его руки уже тянулись к чужому горлу. Глубоко сглотнув, Уилл попятился назад. — Какой ты блять высокий… — Уилл выругался и отбросил пистолет в сторону. Он сжал свой топор двумя руками, позволяя Ганнибалу подойти чуть ближе к себе. Когда пальцы Ганнибала почти сомкнулись на его шее, спина и всё туловище Уилла резко изогнулось, а руки высоко взлетели, собрав всю силу которая была в его теле. Он замахнулся ударив Ганнибала по голове тупым краем топора. — И толпа сходит с ума, — выдохнул он когда Ганнибал всё же безвольно упал на землю. Уилл ухмыльнулся сквозь своё тяжёлое дыхание. — Какой хоум-ран!

***

      Луна ещё стояла высоко в небе. Влажность вернулась к удушающему уровню, и жуки начали петь свою песню из фальшивого щебетания и непрерывного жужжания. Мышь пробежала по грунтовой и гравийной дороге, гоняясь и ловя только что упавший орех. Довольная мышь уселась на дороге, пытаясь разгрызть свою добычу. Вскоре после пары укусов земля начала сотрясаться под её крошечными лапками. Фары осветили горизонт. Мышь откусила ещё кусочек. Рокот двигателя становился всё громче. Ближе. Мышь не сдвинулась. Грузовик покатился по дороге прямо на неё. Мышь увидела, что шины направляются прямо к ней, но продолжала грызть. Орех был слишком вкусным, чтобы его можно было вот так просто выбросить или быстро проглотить.       Уилл резко вскрикнул начиная тормозить, когда откуда ни возьмись ястреб спикировал перед его грузовиком, схватив что-то в когти и умчавшись обратно в темноту ночи. — Грёбаная птица. — выругался он медленно отпуская педаль тормоза. Он взглянул в зеркало заднего вида, после быстро скользнув взглядом по ореху, лежащему на земле. Снова перевёл взгляд на дорогу и начал прибавлять скорость, прислушиваясь к знакомому шуршанию шин по гравию. Он ехал по дороге пока она не стала у́же, а гравий не поредел, и дорога не превратилась в просто протоптанную тропинку, окружённую дубовым и кипарисовым лесом. Уилл уставился на дорогу перед собой, его глаза начали гореть. Одна рука упала с руля схватившись за штанину, усталые глаза моргнули иногда нервно поглядывая в зеркало заднего вида. Он потянул за ткань, сжимая и натягивая её пока не наткнулся на знакомое место, замедлив машину и сделав поворот.       Подъездная дорожка была больше покрыта травой чем грязью, утоптанная земля была только в том месте, где он постоянно проезжал на своей машине. Грузовик катился по тропинке ещё несколько минут, пока Уилл наконец не увидел свою хижину. Фары осветили дверь дома. Уилл даже отсюда мог видеть силуэты своих собак и их бурное движение, которое могло быть вызвано только вилянием хвостов. Грузовик замедлил ход и остановился прямо перед дверью. Уилл потёр лицо и глаза, проводя ладонями по волосам. Его рука медленно нащупала ключи от машины. Он заглушил двигатель и открыл двери.       Выйдя из машины Уилл сразу же направился к заднему сиденью. Он схватил Ганнибала за ноги, вытаскивая его неподвижное тело из машины и перекидывая через своё плечо, удерживая за мускулистые бёдра. Пластик его костюма прилип к голой и горячей коже шеи Уилла. Он фыркнул и попытался не обращать на это внимания, но слегка зашипел, когда пластик всё же оторвался при сдвиге. Уилл захлопнул дверцу машины ногой и втащил Ганнибала в свой дом.       Уилл вернулся на улицу, и дверь за ним со скрипом закрылась. Он воспользовался моментом, чтобы взглянуть на небо и перевести дух. Облака наконец рассеялись в ночи́ и он смог разглядеть некоторые созвездия. Взгляд Уилла смягчился пока он некоторое время наблюдал за происходящим, прежде чем вернуться к машине, положив руку на дверную ручку. Открыв переднюю дверцу машины он сел на водительское сиденье и вставил ключ в замок зажигания. Уилл вывернул руль в сторону, автомобильные фары осветили более чем достаточно места на заросшей лужайке, чтобы машина могла проехать. Он выехал на задний двор буксируя там чужую «Бентли», снова проваливаясь под уютное одеяло темноты.

***

      Жалюзи были сломаны и торчали под наполовину закрытым углом, легко позволяя лучам солнечного света проникать сквозь щели и освещать пыль, покрывающую сами жалюзи и старый подоконник. Потоки света упали на длинную фигуру под клетчатым одеялом, чьи ноги торчали из-под края. Дверь в комнату была приоткрыта. Сама комната была довольно простой. Стены были грязно-белыми. Рядом с полноразмерной кроватью стояла тумбочка с лишь одним выдвижным ящиком, на которой стояли лампа, будильник и валялась какая-то книга в мягком переплёте. С противоположной стороны кровати стоял стул, заваленный дополнительными одеялами и полотенцами. В комнате пахло потом, дубовым деревом и собаками.       Дверь скрипнула медленно открываясь с другой стороны, за ней последовал звук тяжелого дыхания и звяканье металлических бирок. Собака с коричневой шерстью, испещрённой более тёмными пятнами вбежала в комнату, тыкаясь в лицо человека лежащего на кровати. Пёс на бейджике которого было написано «Уинстон», ткнулся холодным носом в лицо Ганнибала, хвост собаки завилял словно метроно́м, постоянно задевая Ганнибала по бедру, не пропуская ни одного маха. Брови ещё спящего Ганнибала нахмурились и он откинул голову назад, подальше от края кровати. Уинстон, как всегда был настойчив, пёс подпрыгнул положив передние лапы на матрас, уже открыто облизывая лицо мужчины. Ганнибал наконец открыл глаза и Уинстон немедленно ретировался через открытую дверь, галопом бросившись в другую комнату. Ганнибал прижал ладонь к надбровной кости и надавил на неё. Тяжело вздохнув он откинул одеяло, уставившись на свою одежду.       Мужчина всё ещё был в льняном костюме, но его пластиковый комбинезон исчез. Ганнибал спустил ноги с кровати и на несколько мгновений накрыл голову руками, прежде чем встать. Он пошатнулся при первой попытке, его рука метнулась вперёд, чтобы ухватиться за кровать и не упасть. Ганнибал выпустил тяжёлый вздох и оглядел комнату. Он посмотрел на лампу на тумбочке, но вместо этого потянулся к ящику. Тихо открыв его и роясь в собачьих щётках, мелочи, гайках и болтах. Его поиски наконец закончились когда он вынул руку из ящика с простой на вид ручкой. Удовлетворённый, он так же тихо задвинул ящик и направился к открытой двери, не потрудившись поискать свои ботинки.       Ганнибал вошёл в помещение похожее на гостиную. Пол был усеян занятыми собачьими лежанками, а на одеяле покрывавшем диван был тонкий слой собачьей шерсти. Ни одна из собак не испугалась и не залаяла на него. Они лишь уставились на мужчину, некоторые даже подошли, чтобы понюхать его ноги, прежде чем решили, что лучше лечь обратно. На недособранном журнальном столике из дубового дерева стоял коробчатый телевизор. Ведущие новостей тихо болтали о событиях которые по их мнению, заслуживали освещения в средствах массовой информации. Прямо по курсу находилась кухня, видимая из-за открытой планировки дома. Одна фигура стояла перед столешницей, снова повернувшись спиной к Ганнибалу. Он крепче сжал найденую ручку и подошёл ближе к мужчине. — Доброе утро, солнышко! — Ганнибал встал на месте сбитый с толку подобными словами. — Поздравляю, ты не умер, — волосы Уилла качнулись когда он развернулся на пятках к нему. Мужчина улыбнулся и морщинки под его глазами стали глубже. В руке он держал миску с хлопьями. — Пока что.