Dianthus Barbatus

— Ты же не собираешься стоять там весь день, да? — Уилл жестом показал Ганнибалу, чтобы тот взял миску с хлопьями. — Ешь. — Уилл прислонился к стойке. Ганнибал подошёл к месту рядом со своим неожиданным хозяином, сунув ручку, которую он взял из спальни в нагрудный карман. Его ноги в носках не издавали ни звука по кафелю, который холодил ноги даже сквозь ткань. Он посмотрел на хлопья, поминутно приподнимая бровь. Это движение настолько незначительное, что большинство людей бы даже и не заметило его. Но Уилл Грэм не был похож на большинство. — Не любишь хлопья? За домом есть тутовое дерево, возможно придётся немного по сражаться с птицами за яйца, если тебе вдруг захочется. — невозмутимо произнёс Уилл. Он прижал миску к груди Ганнибала, молоко расплескалось по краям. — Я сказал, ешь. — губы Ганнибала дрогнули, но он взял миску с элегантным прикосновением. Ганнибал поднёс миску к носу и понюхал её содержимое.       Уилл повернулся к мужчине спиной и потянулся, чтобы открыть один из кухонных шкафчиков. Пока Уилл готовил себе миску, Ганнибал помешивал хлопья в молоке. Он поднёс ложку к губам и глубоко вдохнул. Он позволил своим глазам закрыться, как будто пытался вызвать в воображении другой образ того, что было сейчас в его руках. Уилл передвигался по кухне, не издавая ни звука. Ганнибал засунул ложку в рот, слегка сморщившись от кашеобразной консистенции хлопьев и молока комнатной температуры. Он положил ложку обратно в миску, но саму миску так и не поставил. Это было бы невежливо.       Звук удара ножа о разделочную доску заставил уши Ганнибала дёрнуться, отвлекая его от ужасной текстуры на языке. Он оторвал взгляд от унылой миски с хлопьями и его окутал сладкий запах клубники. Уилл встал наклонив бёдра вперёд, вжимаясь в столешницу. Ганнибал пристально посмотрел на него, купаясь в резком флуоресцентном освещении кухни. Белая рубашка с коротким рукавом которую носил Уилл, была тонкой и свободно висела на его фигуре. Его рабочие штаны были точно такие же, как и прошлой ночью, с пятнами грязи и даже засохшей крови. Казалось, его и не беспокоили босые ноги на таком ледяном кафельном полу. — В чём дело? — нож остановился не достигнув доски. — Кошка проглотила твой язык? — Ганнибал мельком заметил, как дёрнулось плечо Уилла. Его глаза блеснули. Гадюка решила нанести удар. — Должно быть, было довольно болезненно. Найти в себе столько сил, чтобы лишить сознания взрослого мужчину, — это достаточно утомительная задача. Тем более с вашим разрывом вращательной манжеты плеча. — в один момент Уилл разразился смехом, а в следующий Ганнибал обнаружил, что держит запястье Уилла железной хваткой, а острие ножа прижимается к его трахее. Ганнибал глубоко вздохнул. Нож пах свежими фруктами. — Да кто ты блять такой, — прорычал Уилл. — И кто чёрт тебя дери послал? — Ганнибал улыбнулся, не разжимая губ. Мангуст решил ему отомстить. — Грубо со стороны хозяина так обращаться к своему гостю. — Ганнибал поднёс палец к лезвию, проведя им от рукояти до того места, где оно прижималось к его горлу. — Менее чем за 12 часов вы совершили уже два покушения на мою жизнь. — он поднёс палец ко рту, высасывая с него сок ягод. — К сведению, клубника ещё слишком терпкая. Я бы посоветовал дать ей созреть на открытом воздухе. — Уилл сильнее надавил на нож. Кровь начала распускаться, образуя бисеринки на ране. Ганнибал моргнул. — Я задал тебе вопрос. — прошипел Уилл, его глаза потемнели, а зрачки расширились. С его губ сорвался резкий свист. Послышался стук лап по кафельному полу, хор рычаний и пьянящий запах собак наполнил воздух на кухне. — Я бы никогда не опустился до уровня некомпетентности своих коллег, которые не способны заметить и идентифицировать подобные травмы. — Ганнибал наблюдал за тем как вращаются шестерёнки в голове Уилла. — Основываясь на вашей реакции и поведении вашей, — Ганнибал спокойно огляделся вокруг, насчитав трёх собак с поднятыми загривками. — Стаи, я правильно поставил вам диагноз. — Должен сказать, док, — Ганнибал усмехнулся с этих слов. — Что будет немного трудно убедить меня, что ты получше их. Они ведь могут и не знать о твоих внеклассных занятиях. — Уилл наклонился, его губы коснулись уха Ганнибала, когда он прошептал. — Но я знаю, — Уилл провёл кончиком лезвия по одетой груди Ганнибала. — И я убиваю таких людей, как ты. — И всё же, вы этого не сделали, — всё ещё находясь всего в нескольких дюймах друг от друга, Ганнибал пристально посмотрел на него сверху вниз. — Как любопытно. — на заднем плане играл телевизор, его шум слабо доносился до кухни. Тёплое дыхание Уилла щекотало щёку Ганнибала с каждым тяжёлым выдохом. Его глаза не встретились с глазами Ганнибала. Пальцы Уилла дрогнули, когда он прижал нож к грудине Ганнибала, пристально наблюдая как тот прорезает ткань. Ганнибал выдохнул через нос, его рука потянулась, чтобы накрыть чужую ладонь, держащую нож. Их окружил хор рычания. Уилл резко отстранился. — Arrêtez-vous! — собаки сразу же успокоились, облизывая свои морды как ни в чём не бывало. Один даже сел и посмотрел на Ганнибала широко раскрытыми милыми глазами. Всё ещё держа нож в руке, Уилл шагнул к задней двери на кухню коснувшись плеча Ганнибала своим, когда проходил мимо. Он открыл дверь и отодвинул ширму. Ганнибал повернулся вполоборота, чтобы посмотреть на него. — Вы все, быстро на улицу. — собаки пронеслись мимо Уилла, словно в тумане. — А тебе лучше съесть немного ягод, кислые они или нет. — Уилл позволил сетчатой двери захлопнуться за собой, сделал несколько шагов с крыльца, наблюдая как собаки резвятся во дворе.       Ганнибал взглянул на разделочную доску с нарезанными фруктами, но всё его внимание привлекло бормотание телевизора, это был единственный шум в доме, кроме его собственного дыхания. И звука крови пульсирующей у него за ушами, резво устремляющейся на юг к брюкам. Он провёл руками по переду своего пиджака, нащупывая пуговицы. Направляясь в гостиную, он расстегнул свой испорченный пиджак, что был теперь в красных пятнах и порезанный там, где ткнулся нож. Он достал ручку из нагрудного кармана и сунул её в карман брюк. Затем он снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку дивана. В телевизоре заиграла отвратительная музыка, которая трубила сигнализируя о начале новостного сегмента. — Сегодня около 7 часов утра волонтер Национального заповедника дикой природы Атчафалайя обнаружил два трупа в реке Атчафалайя. — ведущая новостей приобрела бледно-зелёный оттенок, плохо скрытый густым макияжем на полном лице. Она продолжала говорить, скрывая своё отвращение и ужас в пользу того, чтобы продолжить ради своей работы. — На данный момент власти установили, что эти убийства были жертвами Батон-Руж Ругару. — Ганнибал повернул голову, глядя на сетчатую дверь. Его улыбка стала тёплой. — Власти призывают всех принять дополнительные меры предосторожности и быть бдительными. Сегодня мы здесь, чтобы поговорить о том, что считается серьёзной эскалацией убийств Ругару, с нами находится капитан Пуарье… — Ганнибал быстро выключил телевизор, когда дверь со скрипом открылась, вскоре хлопнув по раме, закрываясь. — Просмотр телевизора не очень полезен для твоей головы. Я что должен играть твою медсестру, и кто из нас теперь доктор? — нож звякнул о нержавеющую сталь кухонной раковины. — Лектер. Доктор Ганнибал Лектер. — Ганнибал повернулся и увидел Уилла неторопливо выходящего из кухни. — Итак, доктор Лектер, учитывая ваш опыт не думаете ли вы, что телевизионный экран вреден для вашей больной головы? — Уилл присел на подлокотник дивана. — С моей головой всё в порядке, спасибо. На самом деле, моя медсестра… — он сделал паузу. — Уилл. — …тот, из-за кого я чуть не получил сотрясение мозга. — Но я же спас твою жизнь, ни так ли? — Ганнибал рассмеялся, на его губах появилась улыбка. — Мне неприятно быть невежливым по отношению к такому щедрому хозяину, но я должен вернуться, чтобы забрать свои вещи. Было бы стыдно оставить такую благотворительную подсказку властям. — Что ж, тебе так повезло. Это был не первый мой танец, — Ганнибал моргнул. — Аллонс, иди посмотри. — Уилл снова открыл сетчатую дверь и сделал пару шагов во внутренний дворик. Он поманил Ганнибала за собой, держа дверь открытой. Ганнибал взглянул на листья и грязь, разбросанные по полу дворика. — Я боюсь, что медсестринский персонал немного потерял мои вещи, среди которых была и моя обувь. — за звуком насмешки последовал стук пары старых рабочих ботинок, когда они приземлились перед ногами Ганнибала. — Просто возьми эти, — Ганнибал наблюдал как Уилл засовывает ноги в ботинки, идентичные тем которые он только что сбросил ему. — Они прекрасно подойдут. — губы Ганнибала дрогнули. Тем не менее он осторожно сунул ноги в ботинки. К тому времени как Ганнибал закончил завязывать шнурки в идеальные банты, Уилл уже спустился по ступенькам и направился к деревянному сараю, который находился в паре сотен футов за домом. Спустившись по ступенькам внутреннего дворика, безжалостное солнце обдало Ганнибала жаром. Он последовал за мужчиной к передней части сарая, но остановился перед открытыми дверями, лишь заглядывая в них. Утренний свет освещал большое открытое пространство, но был тут же изгнан, когда внутри загорелась лампочка окутав всё ядрёным жёлтым оттенком.       Весь сарай был загромождён, утоптанная земля была завалена металлоломом, ящиками с инструментами и ржавыми автомобильными двигателями. В левом заднем углу за опорной балкой была небольшая лодка с винтом, лежащая на земле в нескольких частях, окружённая гаечными ключами, отвертками, гайками и болтами. В углу напротив стояла пара автомобильных дверей и покрышек, прислонённых к большому морозильнику, серому от грязи и возраста. Красные канистры с бензином и бочки из-под масла стояли почти в каждом углу сарая, превращенного в мастерскую. Инструменты которые не валялись на полу рядом с их текущими проектами, были развешаны по левой стене. На крюках висели пилы, молотки, плоскогубцы и многое другое. На противоположной стене висели только удочки, а под ними был стол, заваленный рыболовными крючками в разной степени готовности.       В центре сарая чёрный «Бентли» был прицеплен к красному «Форду», ржавому и помятому от времени, припаркованному носом к задней стене сарая. Уилл сидел на капоте «Бентли», лицом ко входу в амбар. Он развёл руки в насмешливой пародии на приветственный жест. — Тебе повезло, я прибрался за тебя. Думай об этом как о разовой сделке. Ты получаешь удар по голове, а в ответ тебе не нужно беспокоиться о вывозе мусора.       Ганнибал наблюдал за Уиллом пока тот говорил, полными совиными глазами и лишь один раз кивнул, выпрямившись и сцепив руки перед собой, прижимая запястья к тому месту, где край его льняных брюк упирался в бёдра. — Благодарю за такой вежливый жест. — он не стал заходить в сарай. Уилл однако заставил себя подняться на ноги и неторопливо прошёл мимо водительской части машины, направляясь к морозильнику. — Да пожалуйста, — крикнул Уилл через плечо. — Я бы не стал убивать тебя на своей территории. Не в моём стиле. — когда Уилл повернулся, чтобы пройти вглубь сарая, Ганнибал всё же вошёл. Мрачная улыбка украсила его губы, а ручка в кармане ободряюще ударила его по ноге, когда он шагнул за Уиллом Грэмом. — А что если подобное в моём стиле, Уильям?

***

— Власти призывают всех принять дополнительные меры предосторожности и быть бдительными. Сегодня мы здесь, чтобы поговорить о том, что считается серьёзной эскалацией убийств Ругару, с нами находится капитан Пуарье…       Капитан Кассандра Пуарье из полицейского управления Батон-Руж выключила телевизор в своём кабинете, прежде чем транслируемая по телевидению версия её самой смогла начать рассказывать о заявлении, которое она уже дала ранее этим утром прессе. Потирая затылок она схватила папку с делом, лежащую на её столе и направилась к двери, выходя из кабинета. Она размяла шею, чувствуя облегчение с каждым щелчком, открывая дверь.       Весь участок был в беспорядке. Телефоны звонили каждые несколько секунд и не хватало персонала, чтобы ответить на всё. Офицеры ввели подозреваемых, которые кричали, плакали и некоторых даже рвало. Двое из подозреваемых успели сделать все три ритуала этим утром. Телевизор в участке был переключён на местный новостной канал. Капитан Пуарье наблюдала за собой на экране. Она смотрела, как её полуприкрытые глаза начали опускаться от усталости, а пальцы барабанили по подиуму, когда она выступала с обращением к публике и прессе. Её толстая коса из седеющих чёрных волос была гладко уложена и не растрепалась ранее этим утром. Она посмотрела на угол телевизора, ловя время. 11:34 утра. — Выключите эту штуку, нам нужно поработать! — рявкнула она направляясь к одному из конференц-залов. Войдя, она мельком увидела сквозь стеклянную стену, как выключается телевизор. Женщина бросила папку на стол и открыла её. Толстая стопка фотографий лежала поверх ещё более толстой стопки документов.       Стиснув зубы, капитан Пуарье потянулась за стопкой фотографий. Женщина с трудом сглотнула, раскладывая их на столе. Она подняла глаза и посмотрела прямо перед собой на доску с доказательствами, расположенную по всей ширине стола. Сделав глубокий вдох её живот расширился, а затем опустился. Её плечо опустилось немного свободнее. Она повернула шею, хрустнув ею. Капитан сделала ещё один глубокий вдох и на выдохе потянулась к кнопкам в центре стола.       Пуарье наклонилась вперёд потирая собственные запястья, когда она посмотрела вниз на новые фотографии, а затем на прошлых жертв. Доска начала загромождаться. Вверху была вырезка из местной газеты. Толстыми чёрными чернилами и печатными буквами было написано:

БАТОН-РУЖ РУГАРУ

      К доске были приколоты четыре фотографии, каждая рядом с соответствующим изображением их изуродованного трупа. К центру была приколота карта Южной Луизианы с разноцветными воткнутыми кнопками, указывающими где жила жертва и где они были найдены.       Всегда всё происходило ночью.       Всегда находили за много миль от того места, где их видели в последний раз.       Человека всегда можно найти плавающим в протоке в ночь полнолуния. Капитан Пуарье снова посмотрела на фотографии и документы в папке. — В чём же заключались твои преступления? — она вытащила удостоверение первой жертвы. Неудивительно, что внутри был ещё один снимок. Она бегло просмотрела его досье. — Жестокое обращение с детьми, жестокое обращение с животными, нападение. Освобождён условно-досрочно в марте 2003 года. — пробормотала капитан Пуарье. — Всего пару месяцев назад. — она постучала по столу ногтем указательного пальца. — Господи… — капитан Пуарье обошла стол с информацией о первой жертве и фотографиями с места преступления. Кое-как найдя место на доске, она начала всё прикалывать. Раскладывая фотографии, она в шестой раз за день уставилась на труп.       Одна из рук мужчины была отрезана, но другая была только оторвана, ещё прикреплённая к телу лишь несколькими дюймами жира и плоти. Обе раны были нанесены тупым лезвием и сильной рукой. Они обнаружили окровавленный рот и пакет с зубами в кармане его куртки на молнии. Одно из его колен было разбито, а грудь изуродована, как будто что-то разодрало её когтями. Куски его плоти и мышц отсутствовали по всему телу, от икр, бёдер, туловища и шеи. Его отрубленная рука была засунута ему в горло.       Капитан Пуарье проглотила подступившую к горлу желчь. Она быстро повесила последнюю фотографию, а затем повернулась придвигая папку ближе к себе. Достав удостоверение личности второй жертвы, она сделала паузу. Её лицо сморщилось в замешательстве, а узкие глаза прищурились. — А что ты сделал? — она просмотрела документы, но там не было ни магшота, ни какой-либо судимости. Звук шуршащей бумаги отозвался эхом, когда она опустошила всю папку, документы теперь были разложены по столу. Капитан Пуарье покачала головой. Она потянулась за фотографиями трупа другой жертвы. Сердце Кассандры Пуарье пропустило удар в груди, когда она осмыслила то, что увидела перед собой. Женщина подняла одну фотографию прямо перед собой, непосредственно сравнивая её с доской доказательств. Тихим, задыхающимся голосом она прошептала в тишине комнаты: — Так вас двое. — она бросилась к двери конференц-зала и распахнула её. Оглушительный шум оживлённого участка ударил её прямо в лицо, но капитан Кассандра Пуарье была громче. — Кто-нибудь, принесите мне досье офицера Уилла Грэхема, СЕЙЧАС ЖЕ!

***

      Дверца морозильника открылась, и в душный сарай ворвался поток холодного воздуха. Уилл заурчал, когда воздух ударился об его руку, которая держала холодильник открытым и вертикальным. — Странный выбор трофеев, должен сказать. — Уилл полез внутрь, расстёгивая мягкую спортивную сумку, которую Ганнибал нёс прошлой ночью. Рывком открыв пакет, Уилл взглянул на две отрезанные ноги, которые были до верхней части бедра. Он повернулся, чтобы посмотреть на двери сарая, но оказался лицом к лицу с его добрым доктором. Уилл резко вдохнул через рот, когда его глаза мельком встретились с глазами Ганнибала. Уилл Грэхем задержал дыхание глядя в эту холодную бездну, которая окутала глаза Ганнибала Лектора. Его тело застыло, будто такое же замороженное, как эти человеческие ноги в морозилке.       Ганнибал уставился на него сверху вниз. В уголках его глаз появились морщинки, а уголки губ приподнялись. — Первый раз, когда вы позволили себе встретиться со мной глазами, — оказался момент полной паники, — Ганнибал наклонился чуть ближе и его ноздри раздулись. Он медленно моргнул, наслаждаясь ароматом. — Момент дискомфорта. — Черти́, а может быть тебе стоило заняться психиатрией, док. — огрызнулся Уилл быстро отводя глаза. — Ты бы зашибал бабки.       С отработанной легкостью и сохраняемой элегантностью Ганнибал вцепился в рубашку Уилла и оторвал его от морозильника, натолкнув на ближайшую опорную балку. Тело Уилла чуть выгнулось на дереве, щепки посыпались на землю вонзаясь в его спину, пробив тонкий хлопок рубашки. Предплечье Ганнибала держалось крепко, всё сильнее вдавливаясь в грудь Уилла, а ручка зажатая в его руке, была готова пронзить его шею и попасть точно в яремную вену. Большая ладонь обхватила шею Уилла сзади, большой палец Ганнибала скользнул по скуле его морщащегося лица. Поскольку их носы чуть ли не соприкасались, у мужчины не было другого выбора, кроме как посмотреть тому в лицо. Уилл уставился на него, широко раскрыв глаза. — Твои глаза пусты. Ты не убьёшь… — телефон Уилла прервал их. Проигнорировав его комментарий, Ганнибал свободной ладонью полез в карман Уилла. Разинув рот, Уилл застыл с расширенными зрачками. Ганнибал взглянул на идентификатор вызывающего абонента.       Капитан К. Пуарье. — Отвечай спокойно. — приказал Ганнибал, сильнее прижимая кончик ручки к шее Уилла, обещая выполнить свою угрозу. Затем он открыл телефон и принял вызов нажимая на громкую связь, побуждая Уилла говорить. — Ты… — зашептал Уилл, прочищая горло. — Алло? — Уилл Грэхем! Надеюсь, у тебя всё отлично. Мне неприятно беспокоить тебя так скоро после твоей травмы. Я знаю, что ты взял отгул но дела Ругару теперь стали всеобщим достоянием. — Сейчас не самое…подходящее время, Кас. — на другом конце телефона раздался её тяжёлый вздох. — Послушай, если честно у меня такое чувство, что это уже нечто большее чем просто Ругару. Я просмотрела материалы дела за вчерашний вечер. — встала пауза, а затем послышался её тихий голос. — Что-то не сходится. Господи, это может быть ещё один убийца на свободе. Да поможет мне Бог, если это просто его вдохновлённый подражатель. — на это Ганнибал поднял бровь, но больше никак не отреагировал. Уилл смочил губы а затем не выдавая и звука спросил. Обиделся? — ладонь Ганнибала крепче сжала ручку. Уилл проигнорировал его, всё же послушно отвечая женщине. — Я скоро буду. — Ганнибал закрыл телефон. Кончик ручки так и не оторвался от горла Уилла. Он ухмыльнулся, его глаза вернулись в свою норму не реагируя на момент их близости. — Ты не убьёшь меня. — палец Уилла ткнулся в грудь Ганнибала. — Как люди, мы хотим, чтобы нас понимали. Мы жаждем, чтобы нас заметили, открываем окна в наш разум, чтобы узнать взглянет ли на нас хоть кто-нибудь, проходящий мимо. Увидьте нас. Поймите нас. Ты заколотил своё окно и выдавил глаза, чтобы не разглядели. Если ты действительно собирался убить меня, то у тебя уже было несколько отличных шансов. — в глазах Ганнибала горела обида и любопытство, а брови подрагивали, отказываясь хмуриться. — И всё же, ты этого не сделал. — зубы Уилла блеснули, когда он нахально ухмыльнулся. — Прошлой ночью ты предпочёл наблюдать за мной вместо того, чтобы делать то, что у тебя получается лучше всего. Если бы я был кем-то другим, я был бы мёртв и мои руки были бы в этом же мешке. Обдумайте это, док. Потому что похоже мне придётся пойти и снова разобраться с твоим беспорядком. Но на этот раз я возьму с тебя плату. — Уилл толкнул ногу Ганнибала своей. — Давай, двигайся. — Ганнибал отступил, позволяя ему отлипнуть от балки. — И кроме того, если бы я не добрался до участка, эта женщина пришла бы посмотреть, что же случилось. — Уилл резко присвистнул. Ганнибал наблюдал, как собаки пробежали мимо открытых дверей сарая, направляясь к дому. Уилл повернулся к машинам присев на корточки, чтобы отцепить «Бентли» от «Форда». — Я позволил тебе увидеть меня, — начал Ганнибал. — Поступая так, ты позволил мне посмотреть на себя. Я хочу немного подправить, что вместо окон, будет стеклянный дом. Так что скажи мне, Уилл, ты бы хотел быть тем самым человеком живущим внутри, или человеком, что бросает камни в него?       Уилл так и не ответил, наслаждаясь этим комфортом тишины, которая поглотила их.