Особый подход

Новые гости, впрочем, ещё не прибыли. Ризли разыскал заключённого Дикина и подробно его проинструктировал: встретить этих двоих, сразу же послать оповещение Герцогу, проводить внутрь и как следует запомнить всё, что они будут говорить. Дикин был тёртым калачом и многим обязан Ризли, а потому в некоторых вопросах на него вполне можно было положиться. Поскольку со срочной почтой было уже покончено, сперва Ризли направился в библиотеку. Под неё отвели небольшой барак: списанные с поверхности шкафы, подлатанные руками заключённых, ломились от самых разных книг — от лёгких романов до научных трудов Института кинетической энергии. Библиотекарша Лорейн при его появлении чуть не выронила из рук какой-то засаленный томик: Герцог нечасто удостаивал эту часть тюрьмы своим присутствием. — Ваша Светлость! — взволнованно воскликнула она. — Вы пришли за книгами или с проверкой? — За книгами, — ответил Ризли. Лицо Лорейн тут же заметно расслабилось. Ризли не сомневался, что скрывать ей нечего. Он знал: одно его появление нередко заставляет людей нервничать, и потому сразу добавил: — Хочу ознакомиться с популярной литературой, чтобы быть в курсе. Что сейчас читает молодёжь? Через некоторое время он вышел из библиотеки с целой стопкой книг. Из всего этого он был знаком только с «Двумя мушкетёрами»: история мести за отца когда-то действительно его увлекла, хотя сам роман показался ему написанным довольно посредственно. Остальное составляли инадзумские бестселлеры издательского дома Яэ, какие-то сумерские сказки и ещё несколько разрозненных томов. Литературы из Снежной в библиотеке не нашлось. Впрочем, не страшно: пусть мальчишка расширяет кругозор. После этого Ризли зашёл в купонную столовую и набрал несколько контейнеров с едой. — Упакуй, — велел он Вулси. — Я к себе. *** Когда он спустился в свою спальню, та оказалась пуста. Комната была прибрана, кровать аккуратно заправлена, а контейнеры с едой, оставленные на столике, исчезли. Ризли лишь на мгновение кольнула тревога, но тут же из душевой донёсся шум воды. Господин Предвестник был там. И отлично. Никаких лишних разговоров. Ризли положил на стол книги и пакет из столовой и уже собирался уйти, когда дверь душевой открылась. Его пленник, одетый только в нижнее бельё, сперва удивлённо замер на пороге, а затем быстро подошёл к нему. — Ризли, это ты? — растерянно улыбнулся он. — Я не ждал тебя так рано... Ризли окинул его взглядом. Снова отметил, что искажённые отёками черты лица почти выправились, синяки сошли едва ли не полностью. Любому другому понадобилась бы не одна неделя, чтобы оправиться после таких травм. То ли лекарства Сиджвин творили чудеса, то ли у этого наглеца и впрямь было на редкость крепкое здоровье, то ли и то и другое сразу. Ризли снова поймал себя на том, что любуется им. Влажные волосы, упавшие на лоб, казались темнее обычного и потому ещё сильнее подчёркивали яркую голубизну глаз. Из-под чуть приоткрытых губ виднелись ровные белые зубы. Его взгляд скользнул по чёткой линии ключиц, по плечам, ниже — к легко обозначенным грудным мышцам и безупречно плоскому животу, и только тогда Ризли заставил себя отвернуться. Сейчас мальчишка выглядел удивительно по-домашнему — насколько Ризли вообще понимал, что такое дом. Легко было вообразить, будто он вернулся после работы в свою квартиру на поверхности, а там его ждёт истомившийся любовник... Мысли снова уходили совсем не туда. — Я принёс еды на пару дней и книги, — сказал он. — Уже ухожу. — А... так быстро? — пленник шагнул вперёд, невольно преграждая ему путь. — Может, поболтаешь со мной немного? Ну да, поболтать. Ризли сейчас думал совсем не о разговорах. Его накрыло воспоминанием о прошедшей ночи: горячее тело в его руках, шёпот, требующий делать с ним всё самое грязное... И странным образом эта нынешняя расслабленность, эта почти мирная мягкость только усиливали наваждение. Сейчас в рыжем было то, что Ризли особенно любил в мужчинах, с которыми спал: простота, за которой пряталось тихое, едва уловимое лукавство. Поразительно, как Господин Предвестник умудрялся в одно мгновение превращаться из колючего задиры в почти нежного юношу. Ризли кольнуло подозрение. Возможно, всё это — просто игра: попытка втереться в доверие, нащупать слабое место, примерить одну маску за другой и посмотреть, какая сработает. В сущности, он не мог его за это осуждать. Окажись сам в таком положении, действовал бы не менее осторожно и изобретательно. И всё же рыжий не производил впечатления человека по-настоящему расчётливого — во всяком случае, если Ризли ещё не разучился разбираться в людях. Но его золотое правило, «не расслабляться», должно было работать и здесь. — О чём с тобой поболтать? — спросил он, мельком глянув исподлобья, лишь бы снова не задерживать взгляд на слишком уж соблазнительном зрелище. — Да о чём угодно, — легко отозвался парень. — Тут, знаешь ли, скучновато. Я уже даже решил прибраться, но у тебя и без того всё в идеальном порядке. Разве что мусор осталось выбросить в мусоропровод... Ты ведь сюда персонал не пускаешь? Сам убираешься? — Да. На этот раз Ризли посмотрел на него прямо. Скорее всего, тот уже успел здесь всё обшарить. Впрочем, беспокоиться было не о чем: ничего действительно важного он в спальне не держал. Всё ценное и компрометирующее его лежало в сейфе, в кабинете. И всё же сама мысль неприятно царапнула. Только предъявлять претензии было бессмысленно — он сам не продумал этот момент. Как, впрочем, и не продумал одежду для своего пленника. Из двух возможных вариантов — робы и белья — рыжий, разумеется, выбрал тот, что создавал больше проблем. — Ты напряжённый, — заметил тот, чуть склонив голову. — Что-то случилось? — Ничего. — Ризли пожал плечами. — Я всегда собран на работе. И тут Господин Предвестник вдруг шагнул ближе — слишком быстро, чтобы это можно было заранее пресечь, — прижался к нему и обвил руками шею. У самого уха обожгло тёплым дыханием. — Тогда, может, мне помочь тебе немного расслабиться? Оборот выходил совсем не тот, который был нужен. Ризли не собирался здесь задерживаться: в Крепости оставалось достаточно дел, требовавших его внимания. Совсем ни к чему было превращать середину рабочего дня в череду тайных визитов вниз. Но близость рыжего, его уверенность, почти насмешливая мягкость в голосе — всё это действовало слишком быстро и предсказуемо. На несколько секунд Ризли прикрыл глаза, раздражённо выдохнул и всё-таки уступил. — Ладно, — коротко сказал он. — Только быстро. Вместо ответа рыжий поймал губами и слегка прикусил его мочку уха. А потом отстранился, и, глядя в глаза Ризли, начал наощупь расстёгивать пряжку на его ремне. Взгляд у него был шаловливый, и улыбка из-за этого приобретала заговорщический смысл. Когда он справился со всеми застёжками, то просто опустился на колени. Ризли не успел усадить его в кресло у столика, но в итоге махнул рукой: пусть делает, как хочет. Поначалу в его движениях чувствовалась осторожность, почти проба, и от этого контраста — дерзкий взгляд и неожиданная неуверенность — становилось только хуже. Ризли шумно втянул воздух, стиснул зубы и упёрся ладонью в край стола, заставляя себя не терять голову. Но очень скоро стало ясно, что опыта у мальчишки меньше, чем самоуверенности. — Тише, — хрипло бросил он, опуская взгляд на рыжую макушку. — Там с зубами... И тут же одёрнул собственные мысли, потому что они, как назло, свернули совсем не туда. Ох, как же хотелось сейчас взять его за волосы, поднять, развернуть, бросить на кровать и трахнуть так, как он собирался в самый первый раз… Эти мысли сильно заводили, несмотря на всю неумелую возню там внизу. Ризли поднимал взгляд на потолок, а потом снова опускал его вниз, он протянул руку и запустил её в рыжие волосы, направляя любовника и задавая нужный ритм. Он стиснул пальцы в его волосах — не грубо, но достаточно уверенно, чтобы задать нужный ритм и хоть как-то вернуть себе контроль над происходящим. И в этот самый момент воздух полоснул резкий сигнал тревоги. На стене замигала красная лампа. — Твою мать... Ризли сразу отстранился и принялся приводить себя в порядок, движения были быстрыми и отточенными. — Что случилось? — ошеломлённо спросил Предвестник. — Надеюсь, ничего серьёзного, — процедил Ризли. — Срочный вызов от персонала. — А как же?.. — Никак. Потом, — бросил он. И после короткой паузы добавил уже ровнее: — Возможно. Он шагнул к двери, потом всё же обернулся: — Поешь. Найди себе занятие. И прими оставшиеся пилюли. *** Когда Ризли поднимался по лестнице, он и сам не смог бы сказать, чего в нём больше — раздражения от того, что его так некстати прервали, или облегчения от того, что его всё-таки прервали и теперь можно просто заняться работой, не думая ни о чём другом. Как он и предполагал, вызов был связан с прибытием особых заключённых. Под предлогом особого отношения к друзьям судьи он решил встретить их лично и сам провести по тюрьме. Заодно — составить собственное мнение, присмотреться, оценить обстановку. Дикин уже ждал его вместе с новоприбывшими. Парнишка производил впечатление смышлёного, а вот его спутница, порхавшая рядом, очень быстро развеяла все опасения Ризли. Она была глуповата — и при этом ещё удивительно болтлива. Самое забавное заключалось в том, что, похоже, именно так она и хотела выглядеть, но справлялась с этой ролью Паймон из рук вон плохо. Она задавала вопросы невпопад, переигрывала почти в каждом слове и в целом производила слишком суетливое впечатление. С таким набором качеств разнюхать что-либо в Крепости было бы непросто, и Ризли перестал всерьёз переживать на этот счёт. Похоже, поначалу он здорово напугал эту парочку, когда продемонстрировал, насколько хорошо осведомлён об их дружбе с юдексом Нёвиллетом. Впрочем, говорить лишнего не стоило, и потому он тут же дал понять, что в остальном ему ничего не известно. Ризли водил их по Крепости, объяснял правила и показывал основные места: купонную столовую, ринг, бараки, лазарет. Неподалёку от последнего им повстречался тот самый фокусник из Фатуи — а по сути, шпион Предвестницы. Забавно было наблюдать, как меняется лицо Паймон, не успевшей скрыть нахлынувшие эмоции. Так Ризли окончательно убедился, что вся троица хорошо знакома. Значит, за ними стоит присматривать особенно внимательно: поручить это доверенным стражникам и нескольким лояльным заключённым. Всё это заняло немало времени. Когда они вместе с Сиджвин добрались до ужина, купонная столовая уже почти опустела. Приближался отбой, и спектакль пора было заканчивать. Внизу его ждало одно незаконченное дело, о котором он, к собственному удивлению, сумел не вспоминать все эти часы.