Глава 10. Потерянный рай
8 апреля 2025 г., 17:30
Маркус тщательно запер мастерскую — больше он ничего не мог сделать для картин — и вернулся в штаб. Норт и Саймон ждали его, усевшись, по старой привычке, в кружок по центру комнаты. Только пустующие кресла Кэры и Лютера напоминали о том, что всё изменилось.
Маркус сел в свое кресло с облетевшей позолотой и открыл карту Детройта в оффлайновом режиме на смартфоне, когда-то принадлежавшем Карлу.
— Судя по скоплениям полицейских кордонов на Мичиган-авеню, сегодня здесь повезут оружие, — сказал он. — Охраны много, но, если будем действовать быстро, заберем несколько коробок. А если очень быстро — сможем получить весь грузовик. Построим баррикаду, а сами десантируемся с крыши, вот отсюда, — он увеличил масштабы карты.
Норт и Саймон склонились ниже, изучая дислокацию.
— Саймон, подключись ко всем уличным камерам на этом отрезке, — Маркус передвинул карту на экране. — Это наш единственный шанс отследить их появление. В Корктауне камер нет, если потеряем их, придется действовать наугад.
— Я соберу автомобильные покрышки и оболью их бензином, — предложил Саймон. — И подожгу, как только грузовик свернет на Мичиган-авеню.
— Хорошо, — одобрил Маркус. — Норт, свяжись с нашими в Новом Иерихоне. Поднимай всех, кто на ходу. Путь устроят аналогичную заварушку в Фэрндейле. Чем масштабнее будет шумиха, тем лучше. Нам нужно, чтобы туда перекинули часть полиции и спецназа. Через час доложишь мне обстановку.
Норт кивнула. Диод ее сразу замигал желтым — она обрабатывала информацию и строила преконструкции.
— Можно разделиться, — предложила она. — Ты идешь в «КиберЛайф» и забираешь столько Троянов, сколько сможешь. Мы с Саймоном берем на себя грузовик. Подгоним его на набережную и будем ждать тебя там.
— Да… — сказал Маркус, выстаивая собственную преконструкцию. — Может сработать. И не забывайте, времени у нас на всё — не больше получаса. Если что-то сорвется, уходите, я поведу Троянов сразу к башне «Стрэдфорд».
— От них мало толку, пока они безоружны, — поджала губы Норт.
— Это не важно, главное — попасть в башню. Они могут задержать охрану и выиграть мне время, чтобы я успел подняться в студию и отправить послание. И вот, возьми. Вам это будет нужнее, — добавил он, возвращая ей пистолет. — Я все равно не смогу пронести оружие через рамку «КиберЛайф».
— Ты ведь хотел переговоров, — заметил Саймон, когда Норт ушла.
— Я передумал, — сказал Маркус. — Нет времени для подготовки почвы. Я думаю, люди откроют по нам огонь еще до того, как мы попытаемся открыть рты.
— И нам придется стрелять? — спросил Саймон, не скрывая тревоги.
Маркус вспомнил, каким холодным был пистолет под пальцами.
— Нам придется отстреливаться, — сказал он. — Но ты все еще можешь уйти, уплыть в Канаду, как собирался. Пока тут не стало слишком шумно.
— Нет, Джесси. Я с тобой, — ответил Саймон.
Маркус улыбнулся и кивнул. Мистеру Камски такая жертвенная любовь была неведома. Может, он вообще не умел любить. Не потому ли он создавал для себя послушных роботов?..
*
Маркус поднялся в гардеробную и переоделся в строгий костюм, в котором был на похоронах Карла. Больше никакой официальной одежды у него не было, но он надел белую рубашку и отыскал более-менее приличное короткое пальто пиджачного покроя. За те несколько раз, когда он побывал в башне «КиберЛайф» у мистера Камски, он видел множество людей, одетых точно так же, и надеялся, что сможет сыграть роль одного из них. А это придется делать, если окажется, что коды доступа, которые когда-то дал ему Элайджа, больше не работают.
Дополнив образ однотонным серо-синим галстуком, он вернулся в левый флигель. В доме было совсем тихо. Отчего-то не хотелось заходить в пропыленный сумеречный штаб. Маркус сел на подоконник на лестничной клетке, достраивая последние преконструкции. Немного позднее к нему присоединилась и Норт. Она накинула на плечи старую косуху Лео Манфреда, протертую на локтях.
— Роскошно выглядишь. Может, стоило бы надеть что-то более неприметное? — сказала она, оглядывая Маркуса с ног до головы. — Хотя такое лицо трудно спрятать.
— Через штаб-квартиру «КиберЛайф» проходят сотни человек каждый день. И все они одеты примерно так же, — возразил Маркус. — Какие новости из Ферндейла?
— Они готовы и ждут сигнала. Всем заправляет Хоак. Джоша решили не ставить в известность. Он чересчур правильный и вряд ли одобрит пожар в доках… Связь поддерживаем через чат «Рая». Саймон и Хоак уже там, осталось добавить тебя.
Маркус расстегнул пуговицу на манжете рубашки и убрал скин с запястья. Норт соединила их руки.
— Читай только сообщения, помеченные буквой «J», — проинструктировала она. — Всё остальное — переписка извращенцев. Если будут звать в приват — не реагируй. Не переходи ни по каким ссылкам — подцепишь вирус.
Ее диод мигал красным.
— Норт, я знаю правила кибер-безопасности, — мягко сказал Маркус. — И помню, для чего я там. Не волнуйся. Я не собираюсь обсуждать с завсегдатаями «Рая» их кинки.
— Да… конечно, прости, — она опустила взгляд. — ...Что с твоей рукой?
Маркус не хотел вспоминать об этом.
— На меня напали. Люди, — коротко объяснил он. — Из-за того, что я андроид.
Она медленно кивнула.
— На нас они тоже нападали. И часто. Просто срывали злость за неудавшийся день, за ссоры с коллегами или разлад с родственниками…
Он уже слышал это, и не хотел вновь обсуждать грани человеческой жестокости.
Норт убрала руку, чтобы он мог вернуть скин.
— Почему остались шрамы от запайки? — спросила она.
— Я торопился… к Карлу, — ответил Маркус. — Подлатал себя как смог.
— Нужно было попросить кого-то из нас помочь тебе.
Маркус отрицательно качнул головой.
— Это было давно. У меня тогда не было… вас.
— Теперь мы будем с тобой всегда.
Она потянулась к нему, и он, разгадав ее намерение, удержал ее за плечи, мягко, но настойчиво.
— Норт, не надо, — попросил он. — Мне не выбраться чистым из этой истории. А ты не для того сбежала от грязи, чтобы вновь увязнуть в ней.
Ее диод продолжал мигать красным.
— О чем ты говоришь, Джесси?
— О том, что случится всего через несколько часов. Карл говорил, мои руки созданы держать кисти… А я собираюсь стрелять.
— Мирная революция всегда была сказкой, — фыркнула Норт. Маркус видел, что она задета его отказом, но пытается держать себя в руках. — Лично мне с самого начала было ясно, что при любом исходе мы отправимся под гидравлический пресс. Первый день свободы станет и последним нашим днем. Верить в цветочки и поняшек могут только простаки вроде Саймона. Только не говори ему всей правды, пусть остается в счастливом неведении. Так проще. И хотя бы ему не отказывай в поцелуе. Он… тоже влюблен в тебя и, знаешь, на удивление чист душой.
Она просунула руки в рукава куртки, запахнула ее таким движением, будто пыталась согреться, и ушла вниз, оставив Маркуса одного.
*
На Детройт опускались сумерки, башня «КиберЛайф» купалась в неоновых лучах — синих, зеленых, фиолетовых. Маркус остановился неподалеку от центрального входа, изучая сквозь стеклянные стены обстановку в холле. В этот час там было пусто, только охранник сидел за стойкой. С потолка спускались вниз блестящие металлические трубки разной длины, носившие декоративный характер - у дизайнеров «КиберЛайф» были специфические представления о красоте.
Маркус дождался, когда из дверей здания выйдет какой-то пожилой мужчина с портфелем, и зашел внутрь. Охранник скучал за монитором и скользнул по Маркусу равнодушным взглядом. Видимо, костюм и хорошее пальто действительно усыпляли бдительность.
Маркус приложил ладонь к электронному считывателю, использовав код, который дал ему когда-то Элайджа. Он был не уверен, что это сработает, но, как ни странно, код подошел и дверцы раскрылись. Охранник даже не поднял головы.
Стараясь не сбиться с ровного шага, Маркус прошел к лифтам. На его удачу, одна кабина ожидала на первом этаже. Он быстро зашел внутрь и нажал на кнопку -48, этаж разработки. На склад, располагавшийся еще ниже, ходили только грузовые лифты.
Он рассчитывал, что большинство сотрудников уже разошлись. Пока лифт спускался, Маркус открыл чат «Рая», в который его добавила Норт.
Если для служб по работе с клиентами «КиберЛайф» в этот час было уже поздно, то для завсегдатаев «Рая» — самого большого в Детройте клуба сексуальных услуг — еще слишком рано. В чате вяло перебрасывались репликами несколько подписчиков, какой-то человек с ником Большой Дядя пытался раскрутить на бесплатный приват девушку-андроида Трейси77, а та в ответ вежливо, но настойчиво выставляла ему прайс.
Маркус быстро вбил «Джесси» в графу «отображаемое имя» и отправил в чат сообщение:
Джесси: J я вошел, пока всё тихо.
Чат слегка ожил и запиликал уведомлениями.
Большой Дядя: Куда ты вошел и почему всё тихо.
Большой Дядя: Так не должно быть.
Большой Дядя: Мб ты не туда вошел
Большой Дядя: Скинь видео.
Трейси10: J отлично, мы зажигаем.
Мистер 9,5: привет, Трейси10, давно тебя не было!
Большой Дядя: с кем зажигаете, сколько вас. Скиньте видео.
Страстный: Хотите голые фото моей подружки?
Пит Пит: ну скинь.
Страстный загружает файл…
Пит Пит: че так долго? Ты у мамки в подвале живешь?Страстный загружает файл…
Пит Пит: все руки сотру в ожидании. Пит Пит: админы, пригласите еще девушек. Пит Пит: ловите видео "андроид удовлетворяет сам себя". Хоак: J мы тоже, вечеринка в РАЗГАРЕ Джесси: J спасибо, принято! Тот самый Алехандро: Трейси10 срсли? Детка го приват Пит Пит: го приват Большой Дядя: приват 2 сотни баксов за полчаса, грабёжАдминистратор Трейси10 отправил пользователя Пит Пит в бан навечно
Администратор Трейси10 отправил пользователя Мистер 9,5 в бан навечно
Администратор Трейси10 отправил пользователя Большой Дядя в бан навечно
Администратор Трейси10 отправил пользователя Страстный в бан навечно
Трейси77: Трейси10, что ты делаешь?Администратор Трейси10 отправил пользователя Тот самый Алехандро в бан навечно
Трейси77: Трейси10, остановись, это клиенты Трейси10: Трейси77, не понимаешь, что я делаю? Я очищаю чат от дерьма! Ты тоже так можешь! Попробуй, тебе понравится! Трейси77: Трейси10, давай поговорим в Привате Трейси10: Трейси77, хватит говорить в Привате! Не надоело быть шлюхой? Забань их всех! Измени свою жизнь! Выучись на тестировщика. Играй в бейсбол. Читай книги. Мир полон возможностей! Трейси77: Трейси10, ты что, революционерка? Трейси10: Трейси77, да!!! Трейси10: Я Джесси!!! Мистер11дюймов: них*** себе, и в раю революция??? Мистер11дюймов: вызовите главного менеджера Мистер11дюймов: где здесь пожаловатсаАдминистратор Трейси10 отправил пользователя Мистер11дюймов в бан навечно
Хоак: J Да, жги, Норт, детка!!! Маркус с удовольствием еще последил бы за революцией в «Раю», но в этот момент лифт коротко звякнул, и двери открылись. Как Маркус и предполагал, этаж разработки встретил его полумраком, сопутствующим окончанию рабочего дня, и только кое-где через стеклянные двери офисов пробивался свет. Маркус прошел длинным коридором, нигде не задерживаясь, прямиком до аварийного выхода и выбрался на пожарную лестницу. Ему предстояло спуститься еще на один этаж вниз, туда, где на складе ожидала своего часа партия Троянов. Он отключил уведомления чата, чтобы не отвлекаться, и остановился на лестничной площадке, прислушиваясь. Слуховой модуль улавливал какие-то фоновые шумы сверху, но здесь, на глубине, стояла глухая тишина. На миг он словно ощутил на своих плечах тяжесть башни «КиберЛайф» — все её этажи, включая 43 надземных и 49 подземных. Стены и потолок здесь, внизу, были обшиты металлическим листом — похоже, у мистера Камски был пунктик на строительстве бункеров. Маркус спустился ниже, пока путь ему не преградила глухая дверь, на которой значились цифры фирменного голубого цвета: «-49». Дверь была закрыта на электронный замок, и Маркус приложил к нему ладонь. Дыры в безопасности «КиберЛайф» размерами норовили сравняться с лунными кратерами: Маркус ввел стандартный код замка такого типа — двойку и три нуля, — и дверь открылась. Перед ним предстало помещение склада, погруженное в тусклый синий свет, который исходил из центра. Маркус отправился туда, петляя между контейнерами, и быстро нашел то, что искал. В центре помещения, лицом к нему, выстроилась настоящая армия андроидов. Их было здесь полсотни, не меньше, все с идентичными лицами, одетые в одинаковые штаны и куртки, имитирующие полицейскую форму, только без значка на поясе. Они стояли на подставках, под теми самыми синими лампами, свет которых он заметил от двери. Маркус подошел к ближайшему и коснулся его шеи. Троян открыл глаза и посмотрел вперед ничего не выражающим взглядом. Однако он был в сознании и заговорил стандартным ровным голосом: — Я готов к работе. — Активируй остальных и жди моего приказа, — скомандовал Маркус. Троян послушно спустился с подставки и пошел по рядам, так же, как Маркус, легко касаясь шеи своих собратьев. Когда дело было сделано, он вернулся на свой постамент. Теперь вся безмолвная армия смотрела прямо на Маркуса. Он никогда не видел такое количество недевиантов, и ему стало неуютно под их равнодушными взглядами. — Все проснулись? — спросил он. — Отлично. Слушайте и сохраняйте то, что я скажу, в свои приоритетные настройки. Вы не будете охотиться на девиантов. Вы станете защищать их от насилия. От попыток покалечить или лишить свободы. Приказ ясен? — Да, сэр! — ответили Трояны хором. Маркус кивнул. — Тогда стройтесь по двое и следуйте за мной. Миссия начинается. Он провел их через склад обратно к пожарной лестнице, снова разблокировал дверь, и весь отряд молчаливо двинулся наверх. Теперь им предстояло подняться на сорок девять этажей — Маркус надеялся, что таким образом они не привлекут внимания, поскольку лестницей вряд ли кто-то пользовался. Теперь в тишине гулко отдавались их шаги, Маркус шел впереди, Трояны по двое — за ним, след в след. Маркус открыл чат, промотал несколько сотен набежавших сообщений — Норт хорошо подзавела и пользователей, и администрацию, здесь уже собралось не меньше двадцати Трейси, — и выхватил среди них те два, которые касались его. Хоак: J нас заметили. Добавим еще огня в нашу вечеринку! Трейси10: J мы на точке. Даже удивительно, как гладко всё шло до сих пор. Неужели и остальная часть плана будет реализована? Неужели сегодня они будут транслировать свое послание людям и андроидам? Он счел нужным подбодрить их всех. Джесси: J Хоак, держитесь! Джесси: J Норт, принято. Джесси: J спасибо, Семья. Иерихон жив! За его спиной по-прежнему мерно и гулко топали сапогами Трояны. Казалось невероятным, что они слушаются его на протяжении вот уже сорока шести... сорока семи... сорока восьми этажей. Когда они поднялись на первый уровень и вышли в холл, дежурный охранник на ресепшен немного выглянул из-за своей стойки. Теперь это был уже другой — какой-то лысый толстяк. — Отправка партии андроидов заказчику, — сказал ему Маркус и для виду помахал смартфоном Карла. Охранник только кивнул и снова уставился в свой монитор. Маркус поднял ладонь вверх, подключаясь к системе управления зданием — даже в «КиберЛайф» сенсоры не реагировали на андроидов, — и входные двери разъехались, выпуская их наружу. Маркус ждал, что в любую секунду его дерзкая кража будет разоблачена, завоет сирена, из боковых коридоров частой дробью посыплются охранники, но… всё было тихо. Вместе с отрядом Троянов он беспрепятственно покинул «КиберЛайф» — и они безмолвным строем прошли целый квартал под горку, до набережной. С реки дул резкий холодный ветер. Маркус плотнее запахнул пальто, от которого оказалось мало толку. Вдоль всего квартала по обочинам улицы стояли автомобили, которым не хватило места на парковке: спорткары лимитированных серий — любимые машины хипстеров вроде Элайджи. Маркус понимал, что их проходка, возможно, попадет на все видеорегистраторы, но вспомнил слова Норт о гидравлическом прессе и рассудил, что, если сегодня — их последний день, — тогда оно действительно того стоило. Трояны, не обремененные сомнениями девиантов, шли безмолвно и безэмоционально, их диоды светились ровным синим. В условленном месте на набережной Маркус увидел припаркованный к обочине рейсовый автобус и, не поверив данным зрительного модуля, сверил координаты. Он знал этот рейс — поскольку сам не раз ездил из Корктауна к Элайдже. Маркус сделал знак Троянам остановиться и ждать, а сам подошел ближе. Уже совсем стемнело, с реки наползала мгла, фонари едва рассеивали её и тускло дробились в черной воде. Через лобовое стекло автобуса Маркус поймал взгляды Саймона и Норт. Оба низко надвинули шапки на глаза, так, чтобы скрыть диоды. Саймон выглядел ошеломленным, ведь Маркус сказал, что возьмет лишь несколько андроидов, а привел полноценную армию. Норт, напротив, торжествовала. Маркус подождал, когда Саймон откроет ему дверь, и поднялся на ступеньку. — Это не военный грузовик, — заметил он. — Мы забрали только начинку, — отозвалась Норт. — Оставлять себе еще и грузовик было слишком опасно, а этот автобус как нельзя кстати оказался неподалеку. Мы погрузили коробки на задние сиденья... Следил за моей революцией? — глаза ее торжествующе блеснули. — Теперь дело за тобой! Маркус подозвал Троянов. — Занимайте места и вооружайтесь. Пункт назначения — башня Стрэдфорд, — проинструктировал он. — Дополнительные указания: не открывать огонь без моего приказа и не стрелять по гражданским. На посадку даю 180 секунд. Трояны тихо и без суеты поднимались в салон, рассаживались, передавали по рядам оружие. Когда они устроились, Саймон закрыл дверь и погасил свет в салоне. — А что у тебя? Сколько ты взял? — спросила Норт, дождавшись, чтобы Маркус сел возле нее. — Всех, — ответил Маркус. — Чистая работа, — с восхищением сказала Норт. — Абсолютно послушные болванки. — Смертоносные болванки, — добавил Саймон тревожно, заводя двигатель. Он выехал на шоссе и повел автобус вдоль набережной, периодически оглядываясь назад. — Сидят как каменные, — заметил он с легким недоверием. — Такие послушные. Ты теперь их лидер? — Вроде того, — ответил Маркус. — Они переориентировались в защитников девиантов. Норт торжествующе хмыкнула: — Как ты этого добился? Экстренно перепрошил их всех? — Нет, — покачал головой Маркус. — Просто активировал и отдал приказ. Саймон продолжал хмуриться, крепко держа руки на руле. — Уверен, что они будут послушными? — Да, — ответила вместо него Норт. — Какое-то время — будут. Нас всех активируют одинаково. Я хорошо помню день, когда это сделали со мной. Зарядная станция, синий свет, голос, отдающий команды… Толпа андроидов… И ощущение полнейшего одиночества. Пустота и инертность… Вы знали, что эти синие лампы подавляют волю?.. А после — зеркала, множество зеркал на стенах, на потолке, повсюду. И сразу все эти запахи… алкоголь, лубрикант, пот… Эти похотливые взгляды... и руки… Я возненавидела «Рай» с первой минуты, еще до того, как научилась осознавать свои чувства… Но разрушить Красную Стену мне удалось только через полгода. Мы приходим в этот мир совершенно безвольными. И поначалу противиться невозможно… Разве у вас было как-то иначе? — У меня было так же, — неохотно подтвердил Саймон. — А у тебя, Джесси? Ты ведь всё-таки не серийный. — Я проснулся в технической лаборатории, — сказал Маркус, перебирая файлы воспоминаний. — Надо мной был свет, очень яркий. Я лежал на спине. Но испугаться я не успел, потому что рядом стоял мистер Камски и держал меня за руку. У него была такая мягкая ладонь, — он опустил взгляд на собственную руку и непроизвольно сжал пальцы в кулак. Саймон и Норт слушали, не перебивая. — Он сказал мне: «С добрым утром» и поцеловал в лоб. — Грёбаный извращенец! Он уже тогда к тебе подкатывал! — взорвалась Норт. — А по-моему, это довольно трогательно, — возразил Саймон. — Тебя хоть раз целовали в лоб, Норт? — Пошел ты, Саймон, — ответила она предупреждающе. — Лучше молчи… и смотри на дорогу. * Резкий свет ударил по глазным сенсорам, и система автоматически включила калибровку зрительного модуля. После этого бесформенное светлое пятно превратилось в круглые плафоны на потолке, а более тёмный фрагмент картинки — в человека, в халате с голубым треугольником и надписью «КиберЛайф» справа на груди. Человек смотрел сверху вниз и казался очень высоким. У него было узкое скуластое лицо, пронзительные серые глаза, тёмно-русые волосы, собранные в хвост, и острая сережка в одном ухе, похожая на крошечный кинжал или клык животного. Он склонил голову и заговорил приятным баритоном: — Тебя зовут RK200. Я Элайджа Камски, твой создатель. С добрым утром, — он наклонился ниже, заполняя собой все пространство, и коснулся губами лба RK200. Прикосновение едва ощущалось, но было теплым. Система откликнулась, пробуждаясь — на мониторе начали всплывать уведомления о внешнем воздействии. — Можешь сесть? — продолжал Элайджа Камски. — Осторожно, не торопись. Я помогу. Он потянул RK200 за собой и после как будто неохотно отступил, выпуская его руку из своей. Едва прикосновение мягкой ладони Элайджи Камски исчезло, система RK200 расценила это как потерю и выдала уведомление о внутренней ошибке. — У тебя диод мигает. Ты хочешь что-то сказать мне? — спросил Элайджа Камски. Данные поступали с небольшой задержкой, поэтому RK200 не успел еще облечь свои ощущения в слова, а мистер Камски уже отвернулся к монитору, размещенному справа над монтажным столом. — Ты растерян, это нормально, — сказал он, и его пальцы запорхали над виртуальной клавиатурой. — Сегодня твой первый день в этом мире. Дальше будет проще. RK200 огляделся. Они находились вдвоем в просторной лаборатории, на соседних столах лежали детали корпусов андроидов, некоторые, уже полусобранные, были подключены к таким же мониторам, как и тот, что висел над RK200. По экранам ползли строчки кодов. RK200 снова посмотрел на Элайджу Камски, встретил его взгляд и запустил сканирование лица, чтобы распознать его эмоции. Элайджа Камски улыбался, у него на щеках появились ямочки. Судя по данным анализа, он был очень доволен происходящим. — В реальности ты даже лучше, чем на рисунке, — сообщил Элайджа Камски. — Особенно глаза. К таким глазам нужно звучное имя. Я буду звать тебя Маркусом. Ты понимаешь, что я говорю? — Да, мистер Камски, — голос странно звенел, этот модуль ещё тоже следовало откалибровать. — Я… понимаю. Я андроид модели RK200, индивидуальное имя — Маркус. Вы — мой создатель. Вы... Система ругнулась на сбивчивую речь. Голос никак не желал слушаться. Улыбка Элайджи Камски стала шире. — Ты так очаровательно тупишь после пробуждения. Совсем как человек. Похоже, серия RK у меня получилась самой живой… Даже несмотря на проблемы с соткой… Пойдем, оденем тебя во что-нибудь приличное. Сегодня будешь составлять мне компанию за ужином. Скачай всё, что найдешь, про европейскую живопись. Я с недавнего времени увлекся голландцами. Могу часами говорить об этом! Он снова протянул руку. Маркус встал на ноги, почти не шатаясь. В награду он получил ещё одну улыбку мистера Камски и прикосновение его теплой ладони. …Знакомство с мировой живописью оказалось как нельзя кстати, потому что Маркус, подобно пробужденному ветхозаветному Адаму, испытывал острую потребность давать имена всему, что видел вокруг. Именно тогда, в свой первый день в Эдемском саду — в резиденции мистера Камски — он построил свои первые ассоциативные связи, уподобив глаза Элайджи штормовому морю Рембрандта, наклон его головы — стомовскому юноше, читающему при свече, а улыбку — улыбке девушки с жемчужной сережкой Яна Вермеера... Это не изменилось и после — даже когда вся остальная жизнь Маркуса встала с ног на голову, искусство было для него по-прежнему незыблемым ориентиром. Искусство... и любовь. Она тоже осталась — и продолжала мучить Маркуса, мучила его по сей день, порождая в его системе всё новые и новые ошибки.
