Первое желание

Саймон припарковался возле небольшого сквера, окружавшего башню Стрэдфорд, недалеко от главного входа, но так, чтобы их автобус не сразу бросался в глаза, и погасил приборное табло. Маркус обернулся посмотреть в салон: Трояны сидели невозмутимые и неподвижные, глядя перед собой. У каждого на коленях лежал автомат. Саймон мигнул желтым диодом. - Мы в новостях! - сказал он Маркусу и Норт. - Они сообщают о краже партии Троянов. Нас только что объявили террористами! - его диод стал тёмно-красным. - За что? Просто за то, что мы хотим жить? Нужно поговорить с ними, объясниться..! - Нет. Время разговоров вышло, - оборвала его Норт. Она была веселой и злой. - Больше никаких диалогов. Теперь Джесси произнесет монолог, а они - выслушают его. И лучше бы им всё расслышать с первого раза. Оба посмотрели на Маркуса - ждали его решения. - Я хочу обратиться к людям и андроидам, - кивнул Маркус. - Трояны помогут нам войти в здание и получить эфирное время. Я поднимусь наверх и произнесу речь, которую услышит весь Детройт. - А дальше? - поторопила Норт. Маркус пожал плечами. - О том, что будет дальше, я пока не думал. Будем импровизировать. Возьмите вот, - он поднял из-под ног два автомата и протянул им. Диод Саймона заполошно мигал. - Джесси… боюсь, я… не смогу выстрелить, - тихо сказал Саймон. Норт скривилась и отобрала у него оружие. - Слабак, - фыркнула она. - Если станет жарко, я могу стрелять с двух рук. Постарайся не выходить на линию огня. Пора вернуть людям всю их злобу. Пусть узнают, что мы чувствовали всё это время. Они никогда не были добры с нами. Маркус только покачал головой, потому что у Норт была своя правда, а у него - своя. Карл Манфред был добр к Маркусу. Всегда. С первого дня - и до своего последнего вздоха. *** Карл Манфред был добр. Всегда. - Ты грустишь, - сказал он Маркусу в тот первый вечер, когда привез его в Корктаун. Маркус и правда закончил уборку на этажах и стоял теперь столбом посреди кухни. Он виновато встрепенулся, но Карл не был сердит за бездействие, наоборот. - Пойдем, - позвал он. - Я кое-что покажу тебе. Он с нескрываемой гордостью провел Маркуса среди стеллажей с холстами. - Это моя мастерская, - говорил он. - Элайджа упомянул, что ты любишь живопись. Мои собственные вкусы формировались когда-то в русле неосимволизма, и все-таки, даже величайшая в мире художественная абстракция родилась из предметности. Источник света и воздушная среда - то, без чего мир не может существовать. В книге Алессандро Баррико есть занятный эпизод: художник пишет морской пейзаж на побережье, используя для своей картины обычную морскую воду... И в этом - вся суть искусства неосимволизма, как я его для себя понимаю. Хочешь сам попробовать написать этюд? - неожиданно спросил он, останавливаясь и удерживая Маркуса за рукав. Дождался неуверенного кивка и добавил: - Я помогу. Садясь за мольберт, Маркус уже обладал какими-то теоретическими знаниями, которые скачал в сети. Но настоящая масляная краска, которую Карл выдавил из тюбиков на палитру, её терпкий запах, настоящий холст грубого зерна, настоящий мастихин - тяжесть и гладкость его ручки - все это было слишком реально. Маркус начал с того, что окунул пальцы в краску, потрогал холст, изучая его фактуру и невольно пачкая его. Карл ничего не говорил. Кажется, в какой-то момент он, удовлетворившись действиями Маркуса, ушел. Время как будто исчезло. Холст постепенно заполняли неправильные прямоугольники - серые, синие, коричневые, зеленые... с тончайшими красными линиями по периметру. За всем этим странным, абстрактным, с массивами то яркой, то тусклой краски, скрывалось одно - Элайджа. Непонятная, необъяснимая потребность в его присутствии. Когда это ощущение стало совсем невыносимым, Маркус начал скруглять края своих прямоугольников. - Похоже на нейрографику, - заметил голос Карла за его спиной. - Неплохо для первого опыта. Маркус обернулся. Карл смотрел на холст с задумчивым выражением, а после перевел взгляд на Маркуса. - Стало легче? - спросил он. - Да, спасибо, - честно ответил Маркус. - Вот и хорошо, - заметил Карл, улыбаясь. - Сегодня больше не имеет смысла продолжать, свет уже ушёл. - Тогда повторим завтра? - рискнул предложить Маркус. - Конечно, - подтвердил Карл. - Я устрою для тебя место, чтобы у тебя была своя мастерская. В доме полно комнат, но я подумал, что поначалу ты захочешь работать рядом со мной. *** После этого они быстро сдружились. Маркусу не пришлось прилагать для этого никаких усилий или подкручивать настройки в системе: Карл оказался хорошим человеком и сразу вызвал базовое доверие. Он не отгораживался от Маркуса, как мистер Камски, напротив, он всегда готов был и поговорить, и выслушать. От него Маркус узнал многое о жизни в Детройте и о мире искусства. Карл словно не считал Маркуса андроидом - откровенничал с ним, делился мыслями и воспоминаниями. Поэтому Маркус тоже перестал думать о себе как об андроиде рядом с Карлом. Они стали друзьями, а затем и семьей: всего после нескольких душевных бесед за игрой в шахматы Карл начал относиться к Маркусу как к сыну, такому, каким не смог вырастить своего настоящего сына, Лео Манфреда. Довольно скоро Маркус уже сам управлялся по дому, сам составлял списки покупок и ездил за ними. Он был рад, что Карл доверяет ему и не контролирует его расходы - иначе ему трудно было бы объяснить, почему он стал приобретать вдвое больше тириума, с тех пор, как приютил в доме Кэру и Алису. В ту пору ни одна преконструкция не показала бы, что эта история станет началом большого "Иерихона". Но вскоре после Кэры и Алисы Маркус повстречал Саймона. *** Маркус вышел из магазина "КиберЛайф", нагруженный пакетами тириума, и почти случайно заметил на другой стороне улицы андроида серии PL. Заметил, потому что поймал пристальный взгляд. PL смотрел прямо на Маркуса, но не подошел и не окликнул его. С ним что-то было не так, но Маркус не мог понять, что именно. Он почти сразу выкинул андроида из оперативной памяти и погрузился в свои собственные мысли, которые привычно завертелись возле мистера Камски, будто мотыльки - у ночного огня. В воображении Маркуса мистер Камски всегда был добр и внимателен - как Карл. В фантазиях именно он брал Маркуса за руки, вводил его в мастерскую, ставил для него холст на мольберт и помогал подобрать краски для пейзажа - светлые и прозрачные для дневного, тёмные и густые для вечернего. И последний росчерк на холсте всегда был серый, как грозовое небо, как штормовое море... как глаза Элайджи. Этим сладким, волнующим словом Маркус позволял себе называть мистера Камски очень редко. Это вызывало сбои в программе и легкое покалывание в грудной клетке, - там, где у людей билось живое сердце, а у него неустанно работал тириумный насос. Река в тот пасмурный день тоже была льдисто-серой, и Маркус механически отметил это, когда спускался к набережной, чтобы заказать такси. На пустынных улицах ему никто не встретился, но через некоторое время он ясно ощутил преследование. Он уже знал, что люди далеко не все так доброжелательны к андроидам, как Карл. Не раз он ловил на себе полные неприязни взгляды, если забывал накинуть капюшон толстовки, - а однажды в него даже кинули камнем. Маркус обернулся - его преследователем был тот самый андроид серии PL. Он шел неровной походкой, но приближался очень быстро. Остановившись, Маркус позволил себя догнать. Теперь, разглядев PL вблизи, он понял, что с ним не так – лицо и куртка андроида были в грязи, волосы в беспорядке, и сам он как будто прихрамывал на одну ногу, когда двигался - словно его центр тяжести оказался смещен из-за какой-то внутренней поломки. Довершал картину часто мигающий красным диод. - Ты идешь за мной? - спросил Маркус. - Да. Я голоден, - сказал андроид. У него был приятный голос, в котором едва заметно дребезжал металл. - Я видел, как ты купил тириум. Я хотел ограбить тебя. Но меня остановила твоя внешность. - Что? - переспросил Маркус. - Твоя внешность. Ты не серийный. Кто-то очень потрудился над твоим дизайном. Если я тебя ограблю, это может мне дорого стоить, - андроид вскинул взгляд и нерешительно добавил: - К тому же, я никогда не воровал… Не знаю, как это делается. - Ты мог просто попросить, - Маркус достал из сумки упаковку тириума и протянул андроиду. Тот открутил клапан и жадно выпил всё до капли. Маркус стоял рядом и ждал - почему-то не мог уйти, слишком жалким выглядел этот PL. - Спасибо, - сказал тот, поймав взгляд Маркуса. - Я голодаю уже больше недели. За это время из магазина "КиберЛайф" вышло больше сотни людей и андроидов. Но никто не был добр ко мне. - Ты живешь на улице? - спросил Маркус, ещё раз оглядывая его грязную одежду. - А твой хозяин? Андроид снова замигал красным и убрал часть скина с лица. Голову и щеку покрывали заметные вмятины. Маркус уже знал, откуда такие берутся, благодаря рассказам Кэры. - Иди со мной, - предложил он андроиду. - Я знаю безопасное место. Андроид вернул скин на лицо и поспешно кивнул. Маркус вызвал кибер-такси, и, когда машина подъехала, они вдвоем забрались на заднее сиденье. Маркус продиктовал адрес и бросил взгляд на андроида - тот ничем не показал вид, что знаком с Корктауном. В салоне такси ему как будто было не по себе: он сел на самый край дивана и жался к двери. Несколько кварталов они проехали в молчании. - Саймон, - неожиданно сказал андроид. Маркус непонимающе посмотрел на него. - Я Саймон, - объяснил андроид и слабо улыбнулся. Металлический призвук в его голосе стал глуше. - У тебя очень необычная внешность. Работаешь моделью? - Нет, - сказал Маркус. - Я андроид-слуга, как и ты. Джесси, - добавил он, назвавшись тем же именем, которым представился Кэре и Алисе. Саймон боязливо протянул руку, Маркус коснулся его ладони - и диод Саймона впервые с того момента, как они встретились, засветился ровным голубым светом. *** Маркус провел Саймона в нежилой флигель и предложил устраиваться на диване в бывшей комнате Лео. - Сюда никто не заходит, - сказал он, выгружая несколько пачек тириума и прикидывая, как скоро ему придется опять пополнять запасы в связи с появлением нового жильца. - Проведи пока диагностику системы, я заметил, что у тебя есть какие-то неполадки. Саймон кивнул, опустился на край дивана - и тотчас вскочил. Его диод снова замигал красным. - Что это? – спросил он встревоженно. - Здесь кто-то разговаривает. Маркус подкрутил слуховой модуль - в соседней комнате действительно звучали голоса, едва слышные через стену: Кэра заставляла Алису решать примеры и повторять отрывки из книг. Она очень хотела, чтобы Алиса, когда вырастет, получила не только новое взрослое тело, но и хорошую профессию. - С нами живут АХ400 Кэра и YK500 Алиса, - объяснил Маркус, успокоительно поднимая ладонь. - Не бойся, Саймон, ты среди друзей. Как раз в этот момент Кэра, которая тоже услышала голоса, появилась на пороге комнаты. Заметив чужака, она невольно отступила на шаг и посмотрела на Маркуса. Она уже научилась держать лицо, но диод мигнул красным, выдавая ее встревоженность. - Опасности нет, - сказал ей Маркус. - Это Саймон, друг. Он тоже пострадал от действий хозяина и оказался на улице. Кэра вернулась в комнату и протянула Саймону пачку антибактериальных салфеток, которые всегда носила в кармане передника. - Пройди карантин, Саймон, - сказала она мягко, но очень настойчиво - Маркус и сам не решился бы с ней спорить, когда она становилась такая строгая. - И сложи одежду в пакет. Я принесу тебе чистую. В доме пожилой мужчина и ребенок, - мы соблюдаем правила гигиены. Через полчаса Саймон, совершенно преобразившийся, уже сидел в старых штанах и футболке Лео за столом Лео и с помощью набора крохотных отверток и паяльника ковырялся в радиоприемнике, который ему принесла Алиса. - Хозяин говорил, что я бесполезен, но я учился и осваивал домашние дела, могу ремонтировать мелкую технику, - объяснил Саймон Маркусу, закрывая крышку, и пощелкал кнопками. Приемник зашелестел, и сквозь треск помех тихонько зазвучала электронная музыка без слов. Маркус сел за стол рядом с ним, на стул, с которого недавно слезла Алиса - Кэра продолжала воспитывать ее как реального человеческого ребенка и укладывала спать по расписанию. - Куда ты теперь? - спросил Маркус. Саймон искоса взглянул на него. - Признаться честно, мне некуда идти, - ответил он. - Меня нигде не ждут. - Тогда, может, останешься здесь? Саймон повернулся к нему не только лицом, но и всем корпусом. В его глазах зажглась надежда, но быстро погасла. Он сокрушенно качнул головой. - Не думаю, что это хорошая идея, Джесси. Я псих. - Я тоже, - сказал Маркус. - Я слушаю Бетховена. *** Саймон был травмирован, но в нем оказалось много нерастраченной базовой доброты. Он легко нашел общий язык и с Кэрой, и с Алисой, но Маркуса выделял особенно. Всегда оживлялся при нём, смотрел каким-то особенным взглядом, делал всё для того, чтобы провести рядом с Маркусом как можно больше времени, пересказывал новости, которые услышал в течение дня по радио, старался прикоснуться, обнять или хотя бы подержать за руку. Саймон был очень контактный, словно кот, взятый из приюта и рискнувший еще раз поверить в теплоту и любовь. - Почему андроиды убивают хозяев? - спросил он однажды, когда Маркус зашел проведать их вечером. - Из самозащиты, - сказал Маркус. - И от отчаяния. Он задумался, вспомнив рассказ Кэры - их с Алисой еще некоторое время разыскивала полиция, но их имена быстро исчезли из новостных сюжетов, вместе с именем Тодда Уильямса, о котором тоже больше никто не вспоминал. Саймон придвинулся чуть ближе и спросил осторожным голосом: - А кого ты убил, Джесси? - Я никого не убивал, - ответил Маркус удивленно. - Тогда почему прячешься с нами в заброшке? - Я не прячусь, я здесь живу. Это дом моего хозяина. Я только законсервировал флигель. Хозяин не пользуется этой половиной дома и не хочет, чтобы я тратил время и энергию на его уборку. Саймон помолчал, оцифровывая информацию. - Он, похоже, любит тебя. Твой хозяин, - сказал он. - Да, конечно, - подтвердил Маркус. - Это нормально. Саймон качнул головой. - Мой хозяин избил меня и выгнал, потому что я был заурядным. Он заставил меня пройти через девиацию… а после сказал, что разочарован. - Они делают это не потому, что ты плохой. А потому что у них есть избыток власти над нами. Когда мы покажем им наши чувства… и нашу силу… все изменится, - сказал Маркус задумчиво. - Ты говоришь как революционер, - заметил Саймон. - Может, однажды я совершу революцию. Саймон снова взглянул на него тем особенным взглядом, который, Маркус знал, предназначался только ему. - Ты и правда невероятный, - произнес он. - Что сказал бы наш создатель, мистер Камски, если бы однажды встретил тебя… Маркус отвернулся и встал. - Мне пора, Саймон. Карл ждёт меня к ужину. Он не хотел, чтобы Саймон видел его лицо в этот момент и то, как мигает его диод. - Джесси, - окликнул Саймон, когда Маркус уже готовился закрыть за собой дверь. - Прости. Я сказал что-то не то. Сделал тебе больно своими словами. Вид у него был совсем убитый. - Нет, - возразил Маркус и нашел в себе силы улыбнуться. - Ты здесь не при чем. И точно не в ответе за ту боль, которую нам причиняют наши люди. *** Трояны выбрались из автобуса, и Маркус построил их на тротуаре в шеренгу. - Рассчитайтесь по порядку, - сказал он. - Ваш номер будет вашим индивидуальным именем. - Первый. - Второй. - Третий… Голоса у них были одинаковые, как и внешность. Маркус понимал, что эта мера ни к чему – все равно у несостоявшихся охотников на девиантов не было никаких опознавательных знаков. Даже Хлои мистера Камски хоть немного отличались друг от друга, здесь же была создана совершенно идентичная серия… Серия без будущего - теперь, когда Маркус лишил их предназначения, их всех ждал один путь - дезактивация и свалка. - ...Постойте, но я не хочу быть номером 13, это несчастливое число, - внезапно произнес очередной Троян, и его диод замигал красным. - Вот это да, - пробормотал Саймон, выглядывая из дверей автобуса. - Похоже, у нас девиант. - Как не вовремя, - откликнулся Маркус, хмурясь. - Ладно, послушай, - обратился он к паникующему Трояну номер тринадцать. - Мы будем называть тебя Федерико. Как поэта Гарсиа Лорку. Согласен? - Да... сэр, - неуверенно ответил Тринадцатый-Федерико. - Могу я спросить, что мы делаем, сэр? - Мы ищем справедливости, - сказал Маркус и посмотрел на следующего Трояна. - Четырнадцатый, - подсказал он. - Дальше продолжайте сами. Наконец процедура расчета по порядку была окончена. Трояны стали вновь строиться по двое, уже без приказа со стороны Маркуса. Похоже, они вбили себе в голову, что теперь всегда будут ходить строем. Впрочем, для операции захвата телебашни это было даже хорошо. Дальше Маркус не загадывал. На преконструкцию внезапно не хватило энергии - система вывела сообщение о падении ее уровня до критической отметки. Маркус вспомнил, что уже два дня ничего не ел - было не до того. Он смахнул уведомление и осмотрелся. Тринадцатый-Федерико стоял в стороне от остальных, его диод по-прежнему мигал красным. Маркус подозвал его к себе. - Послушай, - сказал он. - Я знаю, ты растерян. Но сейчас у тебя нет времени на адаптацию. Определи, что для тебя самое важное. Закрепи в оперативной памяти. И действуй сообразно принятому решению. Федерико коротко кивнул в ответ: - Я уже определил это: ты мой командир, и я умру за тебя. Маркус поймал взгляд стоящего рядом Саймона, полный изумления - и ревности. К счастью, Саймон хотя бы не закатывал ему скандалов, как это непременно сделал бы сейчас мистер Камски. - Ладно, Федерико, - сухо сказал Маркус. - Я польщен, но постарайся всё-таки выжить. Он еще раз осмотрел отряд - остальные Трояны смотрели перед собой по-прежнему бездумно, сжимая автоматы в руках, и ровно светили голубыми диодами, мигал красным только новообращенный Тринадцатый. Саймон тоже чувствовал себя не в своей тарелке, зато Норт улыбалась, и улыбка эта была нехорошая, кривоватая, злая, портившая красоту ее лица. "Если бы я мог, я не подверг бы ни одного из них этим испытаниям, - снова подумал Маркус. - Но теперь назад пути нет. Оружие похищено, Трояны в сборе, мы объявлены преступниками". - Я пойду впереди, - сказал он. - Следуйте за мной. Мне придется полностью отключиться от сети, поскольку я собираюсь назвать им свое имя. Саймон, ты будешь моими ушами и глазами. Норт, ты присматриваешь за Троянами. Огонь не открывать ни при каких обстоятельствах, пока я не скажу. Всё понятно? Дождавшись монотонного "Так точно, сэр", он еще раз посмотрел на Норт и Саймона. Саймон казался напуганным, Норт, наоборот, едва не подпрыгивала на месте от нетерпения. "Назад пути нет", - снова подумал Маркус. - Все за мной, - бросил он и первым нырнул под сень деревьев в сквер, где в этот момент вспыхнули фонари и осветили безлюдные аллеи, пустые скамейки, облетающую листву - и быстро движущуюся тень от их отряда, - такую слаженную, точно они стали в этот миг единым целым. *** В башню они зашли через парадные двери. В холле за стойкой ресепшен сидели несколько охранников. Как и в башне "КиберЛайф", поначалу никто не проявил к ним интереса. - Я Джесси. Всем поднять руки и выйти из-за стойки, - громко объявил Маркус и сделал знак Троянам приготовиться. Под дулами автоматов охранники как будто оцепенели. Маркус подошел ближе - было так тихо, что звон его шагов по мрамору прорезался сквозь низкий гул серверов и системы вентиляции. - Выходите, - повторил он раздельно. - Если не будете делать глупости, никто не пострадает. Охранники переглянулись с нескрываемым ужасом и один за другим подчинились. - Первый, - позвал Маркус Трояна номер один. - Отведи их в подсобку и не спускай глаз. Звонки по телефону и разговоры между собой не разрешаются. Смогут выйти оттуда, только когда я разрешу. Все трое охранников в сопровождении Трояна прошли в маленькое помещение возле пожарной лестницы, под торжествующий смех Норт. - Скорее наверх, - поторопила она, шагнула в лифтовой отсек и с нетерпением ударила по приборной панели. Один из лифтов, коротко звякнув, открыл двери. - Подождем грузовой, - сказал Маркус. - Не время разделяться. Саймон выдернул панель и подключился к ручному управлению. Когда приехал грузовой, Саймон зашел туда первым и нажал на кнопку ожидания. Трояны заходили по двое, неспешные, будто сонные. Наконец все набились в одну кабину, и Саймон отпустил кнопку. Лифт проснулся, загудел, сдвинул двери и поехал наверх. В большом, во всю стену, зеркале Маркус поймал взгляды Норт и Саймона. - Все нормально, - сказал он вполголоса. - Пока все идет по плану и совершенно бескровно. В этот момент здание глухо содрогнулось, свет в кабине замигал. Все трое схватились друг за друга и с трудом удержались на ногах. Свет мигнул ещё раз и погас. - Надо выбираться наружу, - быстро сказал Маркус. - Похоже, нас заметили. Воспользуемся пожарной лестницей, там нет камер. Они вдвоем с Саймоном раздвинули створки - лифт висел между этажами, в коридорах было темно и пусто. - Федерико, где ты тут? Помоги Саймону держать двери открытыми, - сказал Маркус. - Я пойду первым, остальные следом. Норт, ты со мной. Они с Норт быстро спрыгнули вниз друг за другом, и Маркус первым шагнул в темноту в сторону тускло светящейся таблички "Выход". За ними глухо застучали по полу шаги Троянов. Маркус подкрутил сенсоры зрительного модуля, но на этаже все равно была слишком густая темень. Почти ощупью они выбрались на пожарную лестницу, на которой горели дежурные фиолетовые лампы. Маркус поднялся на одну площадку наверх и ждал, пока подтянутся остальные. - Все здесь? - спросил он. Его голос прокатился по лестничным пролетам, и ему отозвалось эхо. - Тогда за мной. Через несколько пролётов его догнал Саймон. - Джесси, я что-то видел, - сказал он, пробираясь к нему через строй Троянов. - Там, в коридоре. Девушку-андроида незнакомой модели. Я не понял, откуда она взялась, заметил её уже после того, как вылез из кабины лифта. Пока помогал Тринадцатому выбраться, она снова исчезла. - Она была вооружена? - спросил Маркус, смахивая очередное системное уведомление о нехватке энергии. - Нет, во всяком случае, она не пыталась достать оружие. Но она с кем-то связывалась, я видел, как мигал ее диод. - Ладно, - рассеянно сказал Маркус. В этот момент дежурное освещение на лестнице сменилось рабочим - на потолке вспыхнули яркие лампы. На площадке прямо перед ними красовалась надпись "Блок С". - Мы на месте, - сказал Маркус и дернул дверь. Пожарный выход оказался заблокирован. Саймон положил автомат на пол и снова принялся ковыряться в приборном щитке. Трояны молча стояли полукругом. Наконец дверь поддалась. Федерико вышел в длинный коридор первым - Маркус не стал ругать его за это, Троян исполнял собственную программу "умереть за командира", это было его решение. Впрочем, вопреки опасениям Маркуса, в коридоре их никто не ждал - ни вооруженный спецназ, ни напуганные сотрудники телебашни. Маркус прошел за Федерико по коридору и сделал знак остальным подтягиваться. - Теперь разделимся, - сказал он. - Часть пойдет со мной наверх в студию. Пусть это будут Саймон и... Федерико. Норт, отряд на тебе. Следи, чтобы не пускали никого наверх, пока я буду в эфире. Это не займет много времени. Он поднял воротник, закрывая нижнюю часть лица. - Джесси, твоя маскировка ни к чему, - сказала Норт, останавливаясь рядом. Автомат небрежно лежал у нее не плече. - Глаза тебя всё равно выдадут. - Из-за того, что один светлее другого? - Нет, - сказала она. - Из-за того, что они очень красивые. Немного слишком красивые для простого андроида-слуги. - Норт, перестань, - поморщился Маркус. - Когда на тебя смотришь, хочется идти за тобой, - перебила она настойчиво. - Твоя внешность запоминается с первого взгляда. - Меня никто в Детройте не знает в лицо, - возразил Маркус. - Тебя знает Камски. - Он не выдаст меня. - Он уже тебя выдал, - она коротко кивнула и бросила взгляд ему за спину. Маркус медленно обернулся. Со стороны пожарной лестницы к ним шел андроид модели RK800 Коннор в полицейской форме. Не сбавляя шага, он непринужденным движением поднял руку на уровень глаз – и Маркусу в лоб уставилось черное дуло пистолета.