DREAM (Тайская Новелла)

Глава 21. Капсула времени 6 месяцев спустя… — Какой? — Понятия не имею. — Какой ты хочешь посмотреть, Ким? — Лучше тебе выбрать, Ван. — Ты всегда выбираешь хорошие, ты и делай. Мы с Кимхан стояли перед доской с расписанием фильмов, напряженно размышляя, потому что смотреть было нечего интересного. Более того, мы видели почти все в списке. — Чамп, выбирай тогда. Маленькая девочка вежливо посмотрела на Чампа, моего «парня», с которым я познакомилась на уроках актерского мастерства. Я немного посмотрела на красивого мужчину и приподняла брови. — Что ты хочешь посмотреть? — Что угодно. Я все равно никогда не выбираю. У тебя плохой вкус в фильмах. Я сказала своему парню, что неважно, выберет он фильм или нет. Я позволила ему выбрать один раз, и мы с Кимхан проспали весь фильм. С тех пор я позволяла выбирать маленькой девочке. Если Кимхан говорила, что ей нормально, значит, мне было нормально. Да… это был не первый раз, когда я ходила в кино. Мы с Чампом встречались шесть месяцев. Если у нас было свободное время, мы находили, чем заняться вместе, например, поесть или посмотреть фильмы. И Кимхан всегда сопровождала нас, потому что я хотела что-то сделать с ней. Видите ли, 2 по цене 1. Я встречалась с парнем и проводила время со своей подругой одновременно. Это было здорово. Я была гением. Но казалось, что Чамп был не в хорошем настроении в данный момент. После фильма он ничего не сказал и отвечал кратко, когда его о чем-то спрашивали. В конце концов, у меня лопнуло терпение. — В чем дело? Если ты собираешься выглядеть так, давай разойдемся сегодня. — Хорошая идея. И симпатичный парень выскочил из нашей орбиты, когда мы прогуливались по торговому центру. Кимхан раскрыла рот, не зная, что делать, и потрясла меня за руку, чтобы я пошла за ним. — Сходи к Чампу. У него, должно быть, плохое настроение из-за чего-то. — Это пустая трата времени. У меня не так много свободного времени. Я не хочу портить настроение, потому что парень ведет себя как ребенок. — Я думаю, что у него плохое настроение, потому что ты не позволила ему выбрать фильм сегодня. — У него плохой вкус в фильмах. — Кажется, тебе не очень важен твой парень. — Ты слишком беспокоишься о Чампе. Я посмотрела на маленькую девочку, которая, казалось, беспокоилась о том, кто ушел расстроенным. — Не беспокойся ни о ком, кроме меня, я стою здесь. Я почувствовала, как у меня из ушей идет пар, увидев, что Кимхан так заботится о чувствах Чампа, даже несмотря на то, что я была там. Вместо того, чтобы радоваться, что мы вместе, она выглядела подавленной с каким-то чувством вины. — Я не беспокоюсь о Чампе больше, чем о тебе, я просто думаю, что у тебя неправильные приоритеты. — Как это? — Ты должна больше беспокоиться о своем парне. Я чувствую себя третьей лишней. — Ким, это не так. — Но… — Ты часть меня! — ответила я с разочарованием. Маленькая Ким была ошеломлена. Я поняла, что только что сказала, поэтому попыталась прийти в себя. — Я уже говорила тебе… Ким, ты всегда будешь номером 1. Мои приоритеты правильные. Если он не может этого принять, мы можем расстаться. Это все. Ты видишь, что я сдерживаю свое обещание? — Какое обещание? — Обещание, что, если у меня будет парень, ты все равно будешь важна для меня, показывая тебе это. Я замахала руками, как будто сметала все свои разочарования. — Размышления о других расстраивают меня. Мы собираемся пойти на прогулку. У меня не так много времени, чтобы проводить время — вот так. У тебя тоже. Ты тоже много учишься, верно? — О да. — Тогда у нас может быть свидание. Будет весело. Я схватила руку Кимхан и переплела свои пять пальцев с ее, прежде чем подарить ей улыбку. — Ты должна держать меня крепко, иначе верни Чампу. Как раздражает. — Я не буду этого делать. И все было, как и ожидалось. Мы ушли, не думая о Чампе. — Мне жаль твоего парня. Он хочет пойти на свидание, но ты всегда приводишь свою подругу в качестве третьего лишнего. Невозможно сказать, кто есть кто. Мали, которая была очень прямолинейной в этом вопросе, сказала это, выглядя скучающей из-за отсутствия прогресса между моим парнем и мной. Я окунула пальцы в воду и бросила капли ей в лицо, оскалив зубы. — Ты хочешь, чтобы я получила результат в две строки, как ты? — Ты продолжаешь подчеркивать мои драгоценные воспоминания. — Никто никогда не забудет, что ты заставила Ван и Ким применить силу друг против друга, — подчеркнула Саморн. Это заставило людей, о которых она упомянула, немного подпрыгнуть. Я действительно не хотела думать об этом. Потому что, когда я думала о том времени, когда мы сражались, я также думала о том времени, когда мы помирились в той закрытой комнате. — Давайте больше не будем говорить об этом. Итак, как прошла твоя прямая подача заявления в колледж, Морн? У тебя все получилось? — Думаю, да. Кимхан сменила тему. Саморн казалась уверенной в себе. — Это было не так уж и сложно. — Что случилось с изучением искусств и математики? Почему подаешь заявление в архитектурную школу? Я так запуталась, — Мали покачала головой, потому что ей не очень нравилось говорить о школе. — Когда мы закончим среднюю школу, я буду очень скучать по вам всем. — Скучать по чему? Наши дома очень близко. Тебе просто нужно прийти к нам в гости, — сказала я, и рот Мали скривился. — Приходи к нам в гости… Ты просто ходишь на свои тупые занятия по актерскому мастерству. У тебя даже нет времени, чтобы пойти домой к Ким. — Я нахожу время… Видишь? Вот почему я пригласила Ким в кино. — Это уместно? Ты спросила Ким, чувствует ли она себя некомфортно, идя с тобой в качестве третьего лишнего? Когда она дошла до этой части, я вопросительно посмотрела на Кимхан. — Ким, тебе неудобно? — Нет. Не обращай внимания на Мали. — Ким. У тебя должен быть парень. Ты не можешь быть вшами Ван вот так вечно. Заведи свою жизнь. — Черт возьми! — Она начинала злиться. — Что с тобой сегодня случилось? Ты продолжаешь говорить о личных делах других людей. — Просто говорю. Зачем тебе злиться? Ким такая милая. Я думаю, что у нее должен быть парень. — У нее уже есть Ван. Зачем ей нужен парень? Саморн сказала это равнодушно и посмотрела на меня. — Ван нравится это. Если они обе довольны этим, не вмешивайтесь в их дела. — Друг не может почесать твой зуд. — Не все чешутся, как ты! Я думала, ты собираешься сменить тему. — Хорошо. Мали согласилась сменить тему по-настоящему на этот раз. — Говоря о фильмах. На днях я смотрела «Дрянная девчонка?», в которой главный герой похож на меня… — Ты путаешь Чон Джи-хён с Онгом-Баком, который теряет свою слоновую кость? — перебила я, и Мали, которая, как правило, обижалась, когда над ней подшучивали из-за ее веса, сурово посмотрела на меня. — Тупая. Подруга, которая вернула свой вес, издала небольшие звуки, прежде чем продолжить о фильме. — Почти в конце была сцена о написании письма и его захоронении под землей. — Капсула времени. — добавила Саморн, и это заставило Мали пошевелить руками. — Да. Так что у меня есть идея. Каждый должен написать письмо, чтобы рассказать нам, что мы хотим сказать, и прочитать его через 10 лет. Давайте посмотрим, останутся ли наши чувства прежними тогда. — Хорошая идея. Кимхан, которая редко делала какие-либо комментарии, счастливо кивнула. — Это, как если бы мы остановили время и проверили, чувствуем ли мы себя все еще так через 10 лет. — Мы можем написать что угодно? — спросила я, начиная наслаждаться этим. — Я тоже могу сказать плохие вещи? — Нам не нужно писать это. Я могу рассказать тебе о своих чувствах сейчас, Ван. Саморн приподняла брови, и я показала ей свои зубы. — Если ты скажешь что-нибудь о Пэм, я наступлю тебе на лицо. — Хорошо, тогда я напишу для капсулы времени. Кимхан засмеялась, забавляясь этим. Я оскалила зубы, но, когда я увидела, как улыбается маленькая девочка, мне больше не было так больно. — Тогда давайте сделаем это… Подождите. Я взяла свой телефон, чтобы увидеть номер Чампа, и почувствовала раздражение. — Ты позволишь ему звонить еще долго? Просто отклони вызов тогда. Мали была раздражена, но Саморн наклонилась, чтобы посмотреть, и немного улыбнулась. — Какой человек выглядит таким расстроенным, когда звонит его парень? Почему ты встречаешься с ним, честно? Это как будто ты просто используешь его, просто чтобы кто-то был. — Ты такая раздражающая. Я посмотрела на Саморн и ответила на звонок только потому, что мои друзья беспокоили меня. Правда в том, что я чувствовала, что мои друзья были повсюду. Я встречалась с Чампом, потому что, может быть, он мог заставить меня полюбить его. Может быть, я могла бы полюбить его больше, чем Кимхан. Но это было бесполезно… — Алло. [ДаВан… Я должен тебе кое-что важное сказать.] — Я слушаю. Если это не важно, я повешу трубку… Я посмотрела на своих друзей, которые заинтересовались моим разговором, и немного прочистила горло, прежде чем встать, чтобы я могла поговорить наедине. — Что происходит? О чем ты хочешь поговорить? [Кто мы?] — Пара. [Но я так не чувствую. Ты ведешь себя так, как будто я просто замена. Ты действительно заботилась обо мне? Бла бла бла бла бла…] Человек на другом конце провода продолжал говорить. Мне пришлось держать телефон подальше от уха и гадать, когда это закончится. Я прослушала это снова, чтобы узнать, что это закончилось давным-давно. Я услышала «Алло», ожидая моего ответа. — Итак, о чем ты хочешь поговорить? Пожалуйста, будь кратким. Сейчас обеденный перерыв, и у меня скоро занятия. [Ты должна выбрать.] — Выбрать что? [Кимхан или меня?] — Почему я должна выбирать… О чем ты думаешь? [Я хочу, чтобы ты приняла решение. Выбери… Кимхан или Я.] — Причина, по которой я спрашиваю тебя, состоит в том, чтобы узнать, почему ты думаешь, что можешь сравнивать себя с Кимхан….Запомни это: Кимхан всегда номер 1. И если я должна выбрать… Я выбрала Кимхан. [Тогда давай расстанемся.]. Затем он немедленно повесил трубку. У меня отвисла челюсть, так как мне не нравилось, когда кто-то делал что-то подобное. Человек, который должен повесить трубку первым, — это я. Этот идиот. Только мне разрешено игнорировать кого-то. Черт! — Ван… Кимхан и мои друзья, казалось, закончили обедать и услышали конец моего телефонного разговора. Все они смотрят на меня вопросительными глазами, как будто спрашивая: «Вы двое расстались? Мы это слышали», поэтому я положила конец их любопытству своим ответом. — Да… Мы расстались. Привет, одинокая жизнь. — Тебе не больно? — Мали казалась растерянной. — Почему вы расстались? — Это было глупо. — Я слышала что-то вроде «Выбери»… Он попросил тебя выбрать между ним и Кимхан? — Саморн, она знала и просвещала, она спросила напрямую. Я посмотрела на Кимхан, у которой лицо все покраснело до ушей, и почувствовала себя немного некомфортно. — Ким, ты больна? Мали, которая была в неведении, поняла ее руку, чтобы коснуться лица маленькой девочки. — Ты вся горячая. — Она, наверное, стесняется, потому что она один из вариантов Ван… Ты сказала, что выбрала Ким, верно? — Ага. — Какой хороший друг. Саморн протянула руку, чтобы подтолкнуть меня в спину, чтобы идти рядом с ней, оставив Мали и Кимхан идущими позади нас. Кажется, она хотела поговорить со мной наедине. Неужели Кимхан всегда будет номером 1? Моя подруга — классная. — Не открывай рот, — пробормотала я, но Саморн засмеялась. — Мы все слышали это, когда подошли к тебе, и да… Ким тоже это слышала. — Друзья, очевидно, важнее. — Вы двое друзья? Не забудь написать об этом в своей капсуле времени… — Зачем мне это делать? — Чтобы ты не забыла, что ты чувствуешь сейчас, через 10 лет. Я могла только стиснуть зубы при милой агрессии по отношению к моей подруге за то, что она знала то, что я пыталась скрыть. Но это было все… Прежде чем я решила сохранить мои чувства в секрете, она открыла дверь и увидела, как я целую Кимхан, когда она была больна. То, что моя подруга ничего не сказала, не означало, что она не знала. Наше время в средней школе подходило к концу. Во время нашей выпускной вечеринки мы все рыдали, потому что будем скучать по нашим хорошим дням вместе, и учителя продолжали играть музыку, которая создавала настроение. Мали плакала, как река, когда брала все наши письма и складывала их в красную коробку для печенья. Она будет похоронена под деревом в задней части нашей школы в последний день выпускного экзамена. В то время как другие плакали, я просто стояла там, обожая своих друзей. Даже у Кимхан были слезящиеся глаза… Плакса… — Когда мы откроем эти письма? Саморн посмотрела на коробку печенья и спросила дрожащим голосом. Все мы посмотрели друг на друга и задумались. — 10 лет? — Почему должно быть десять? — спросила я, и это заставило Мали, которая была довольно вовлечена в это дело, посмотреть на меня и показать свои зубы. — Это хорошее круглое число. — Круглое, как твое тело, Ли. Десять лет означает, что нам будет около 28. Вопрос в том: что будет после этого? В 28 лет мы откроем письмо и сухо рассмеемся… Как насчет того, чтобы мы открыли его, когда нам будет 30? Это заканчивается на нуле, и это будет половина нашей жизни, — предложила я, но Саморн скривила рот в несогласии. — Половина твоей жизни — это 25. — Ты такая придирчивая! Нам нужно спорить только для того, чтобы открыть коробку? Давайте сделаем это тогда… Давайте использовать важные события в жизни. Скажем, кто первым женится, тот и откроет коробку. Кимхан продолжила, но я покачала головой. — Тогда это произойдет через два года, потому что Мали выйдет замуж раньше всех. Кажется, она чешется. — Ван. Почему у тебя сегодня такой плохой рот? Это хороший день! — Мали закричала и затопала, она не хотела, чтобы кто-то испортил день. — Давайте сделаем это. Откроем ее, когда произойдет важное событие. Так мы подождем и посмотрим, кто первым женится. — Я буду первой. Саморн подняла руку и засмеялась сквозь слезы. На этот раз мы все согласились открыть коробку через десять лет или, когда произойдет важное событие, чтобы мы могли помочь друг другу вспомнить. — Через 10 лет я напомню вам, что у нас есть письма для чтения. — Мали заплакала, обнимая Саморн и Кимхан, как будто она не собиралась просыпаться завтра. Я была единственной, кто стоял, скрестив руки на груди. — Черт возьми, Ван. Я знаю, что ты не в восторге от такого рода вещей. Но, чтобы быть вежливой, ты должна подойти поближе, чтобы мы могли обнять тебя. Не будь отстраненной, — Саморн позвала меня со слезящимися глазами. Я пожала плечами и пошутила. — Я собираюсь стать суперзвездой в будущем. Я не раздаю объятия просто так. — Подойди обнять нас, Ван. — Кимхан махнула рукой, чтобы позвать меня. Когда я это услышала, я выпрямилась и легко пошла… Почему она должна была звать меня со слезящимися глазами? Мы должны улыбаться сегодня. Все собирались вырасти на своем выбранном пути. — Сегодня 24 марта. Мы откроем коробку, когда нам будет 30, — продолжала подчеркивать Мали, хмурясь. — 30 чего? Я все еще планирую пойти поесть лапшу у Морн и зайти в гости к тебе после этого завтра. — Ван! — Все закричали, когда я испортила настроение. Я немного засмеялась и продолжила говорить. — Это шутка. Хорошо. Давайте откроем коробку, когда нам будет 30. Давайте посмотрим, что вы написали мне. — Я могу сказать тебе сейчас. В письме я написала… Паннарай красивее тебя. — Морн! — Ты действительно пнула меня! И тот день был полон эмоций и смеха. Хотя это оставило пустоту в наших сердцах, потому что мы не будем видеть друг друга каждый день, как это было, когда мы учились в средней школе, мы все знали, что, если мы будем скучать друг по другу, мы всегда сможем увидеть друг друга. Это была дружба… У меня не было урока актерского мастерства в тот день, поэтому я смогла пойти домой с Кимхан. Честно говоря, у меня была большая дыра в сердце, потому что в течение последних 3 лет мы с Кимхан ходили в школу и из школы вместе. Это было как часть моей рутины. Хотя у меня недавно были тренировки по ночам, если у меня была возможность, я все равно ходила домой с ней. Казалось, это был последний день. Мы больше никогда не будем ходить вместе в школьной форме. — Это немного эмоционально, — сказала я первой, и Кимхан почувствовала это. — Да, эмоционально. — Но тебе не нужно беспокоиться, потому что мы будем вместе навсегда, — сказала я счастливо, чтобы поднять нам настроение. Маленькая девочка посмотрела на меня и слегка улыбнулась. — Навсегда? — Да. Потому что мы соседи. Даже если мы больше не ходим в школу, мы будем видеть друг друга через наши окна каждый день. — Но, когда мы будем студентами университета, вполне возможно, что мы не будем встречаться каждый день. Ты должна учиться, а также работать. — Это звучит так одиноко, — я кивнула в знак согласия. Кимхан поджала губы, и я не могла не коснуться ее щеки пальцем. — О? Почему ты ткнула меня в щеку? — Чтобы улучшить твое настроение. Что ты написала мне в письме? — Я не скажу. Ты узнаешь, когда тебе будет 30. — Это заставляет меня хотеть узнать больше. Может быть, мне пойти найти капсулу? — Нет! — Маленькая девочка закричала так громко, что я вздрогнула и начала смеяться. — Ты принимаешь это слишком всерьез. — В… Ну… — Что ты написала, Ким? Я действительно хочу знать сейчас. — Я не уверена, что скажу… Я беспокоюсь о том, что ты подумаешь, если прочитаешь это…. Я положила руку себе на грудь и сделала шокирующее лицо. — Я… Я, наверное, нет… — Что… — Лицо маленькой девочки побледнело, и это заставило меня закрыть рот рукой. — Нет. — Ты скажешь? — Ты думаешь, что Пэм красивее меня… — У меня глаза наполнились слезами, и это заставило Кимхан на мгновение выглядеть мрачной, прежде чем она истерически засмеялась. — Ты сумасшедшая девушка! — Ты смеешься так, что значит, ты не думаешь, что Пэм красивее. Хорошо. Я подняла брови и сузила на нее глаза. — Хорошо. Я прочитаю это через 10 лет. Я также боюсь того, что ты почувствуешь, если прочитаешь мое письмо. — Мы продолжим быть друзьями? — Маленькая девочка, идущая рядом со мной, наклонила голову и посмотрела на меня с яркой улыбкой. — Не забывай, что мы не друзья. — Это заставило меня тоже засмеяться. — Да… мы не друзья. До этого момента мы все еще не знали, кто мы друг другу. Но я знала, что Кимхан всегда будет номером 1. Никто не сможет занять эту позицию. Через 10 лет это все еще будет так…