DREAM (Тайская Новелла)

Глава 39. Эффект Мы замерли, чтобы внимательно выслушать историю наших родителей, которая медленно рассказывалась. Особенно это касалось Кимхан, которая поначалу была очень против них. Однако, выслушав историю их снов, похожую на то, что случилось с нами, маленькая девочка откинулась на спинку стула и молча слушала, скрестив руки перед собой. Мой папа и дядя Тим встретились во сне. Их сны состояли из травянистого поля, а не голубоватого, как наши. Как будто мир сновидений был нарисован человеком, который его видел. Дядя Тим и мой папа были друзьями по играм с детства и встретились в реальном мире только когда учились в колледже. — Человеком в моем сне оказался дядя Тим, — объяснил мой папа. — Внезапно человек, с которым я всегда играл во сне, стал похож на дядю Тима. И наша связь становилась все сильнее и сильнее. Очевидно, они не говорили о своих снах, потому что боялись, что другой человек подумает, что это чушь, это было точно так же, как у нас с Кимхан. Я не сказала ей, потому что мы делали во сне так много вещей, которые нельзя было сосчитать. Если бы другой человек не понял или не видел такой же сон, я показалась бы психопаткой, которая хотела быть больше, чем другом. История папы была рассказана, когда они пили, и алкоголь сделал их смелее. Дядя Тим рассказал свою историю первым. У папы и дяди Тима были одинаковые сны. Когда они рассказали свои сны, они начали чувствовать, что это странно. Некоторые из его предпочтений не были приняты в те старые времена, особенно если это мужественный парень, которому нравится другой парень. Мой папа был тем, кто пытался отдалиться и жить нормальной жизнью. Ему все еще нравились женщины, и он думал, что его чувства к дяде Тиму были недоразумением. И он женился на моей маме. Дядя Тим тоже создал свою собственную семью, женившись на тете Эй. Они оба жили отдельной жизнью и отдалились друг от друга. Но во сне все было по-прежнему. — Поскольку мы думали, что это всего лишь сон, мы могли делать все, что угодно, потому что там были только мы… — Так что мы были любовниками там, потому что мы не могли встретиться в реальной жизни. Теперь наши родители с удовольствием по очереди рассказывали свои истории. Все дошло до того, что дядя Тим накопил денег, чтобы купить дом рядом с моим, потому что мой папа в шутку пригласил его во сне. И это было началом. Хотя они были любовниками во сне, в реальности чувства были намного сильнее. Они оба чувствовали боль, видя, что у другого есть семья, и они думали, что если бы им не приходилось беспокоиться о других, то человеком, который должен быть рядом с другим, были бы они сами. Его любви потребовалось всего три месяца, чтобы преодолеть чувство ответственности. Папа и дядя Тим решили сбежать вместе. И это было началом отношений между Кимхан и мной. Жизнь — это причина и следствие. Если одно не произойдет, за ним не последует другое. Если бы дядя Тим не переехал, чтобы быть нашим соседом, я бы не встретила Кимхан, и мы бы не любили друг друга так, как сейчас. Выслушав всю историю, Кимхан все еще хранила молчание. Мы тихо поехали домой. Маленькая девочка ничего не говорила, пока я не потеряла терпение, когда мы вернулись в кондо. — О чем ты думаешь, Ким? Почему ты такая тихая? — Я злюсь. Она держала так много обиды. Она уже слышала все причины. — Это в прошлом, Ким. К тому же, наши мамы счастливы. Мы с тобой счастливы. — Нет. Я злюсь, потому что понимаю, что чувствует папа. У маленькой девочки были слезы на глазах. — Я жертва, и я очень злилась на них. Но когда я услышала их историю, я все поняла. Я чувствую себя растерянной. …. — Я думаю: «Что, если?» Что бы случилось, если бы я вышла замуж, и ты тоже… Кимхан протянула руку, чтобы схватить и крепко сжать мою руку. — Даже мысль об этом причиняет мне боль. Даван и Ким принадлежали бы кому-то другому… — Даван и Ким… Я старалась не улыбаться. — Парень, за которого ты вышла бы замуж, прикасался бы к тебе повсюду. Ты смеялась бы, но не из-за меня. Даже мысль об этом заставляет меня злиться на себя. — Я так же чувствовала, когда ты собиралась выйти замуж за Мавина. Кимхан наклонилась, чтобы крепко обнять меня и прижаться к моей шее, как мне нравилось. — Я не могу перестать думать о том, что если бы у меня была возможность увидеть тебя снова и была бы хотя бы малейшая возможность прожить свою жизнь с тобой, сделала бы я то же, что и папа? — Ты бы сделала это? — А ты? Ты бы это сделала? Я немного помолчала, прежде чем ответить на то, что казалось эгоистичным ответом. — Я бы сделала это. — Да. Кимхан крепко обняла меня и вздохнула. — Я бы тоже это сделала. Услышав это, я отступила назад, чтобы посмотреть на Кимхан, и мы обе сухо улыбнулись друг другу. В реальности мы могли бы солгать, чтобы выглядеть хорошо. Но я не знала, чем это поможет, потому что мы слишком хорошо знали друг друга. У нас обеих был один и тот же девиз… «Мы живем только один раз; зачем усложнять жизнь?» Если бы я думала о других или имела лучшее представление о мире, я бы не увезла Кимхан с ее свадьбы, и все негативные комментарии в социальных сетях ранили бы меня. Но она слишком хорошо меня знала. Кимхан и я всегда ставим себя выше всех остальных. Это была правда. — Так что мы делаем дальше с нашими родителями? — Я пока не хочу об этом думать, — Кимхан отвернулась и направилась к спальне, расстегивая бюстгальтер и бросая его в корзину для белья. Я с интересом посмотрела на складки рубашки Кимхан, которая теперь прилегала к ее телу, прежде чем дать ей намек. — Есть другой способ, который лучше очищает твой разум. Кимхан подняла брови и посмотрела на свою грудь, прежде чем положить на нее руки. — Мы говорили о чем-то серьезном. Как ты можешь думать о чем-то плохом в такое время? — А я не могу? — я подошла к ней и скинула рубашку Кимхан, снимая через голову. Она не сопротивлялась, а просто небрежно пожаловалась. — Я хочу сначала принять ванну. — Мы можем сделать это, пока будем мыться. — Сделаем это? — Маленькая девочка озорно улыбнулась, прежде чем начать снимать с меня одежду. — Ты имеешь в виду, что будешь мыться со мной, верно? — Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что мы никогда этого не делали вместе. — Все когда-нибудь бывает в первый раз... Это хорошо. Скользко хорошо. — Что значит скользко? — В ванной. Когда в любви есть третий человек, всегда есть боль. И человеком, о котором мы не могли не говорить, был Мавин. Кимхан и я все еще чувствовали себя виноватыми и должны были что-то сделать, чтобы загладить вину за то, что мы сделали по отношению к Мавину. Единственное, что мы могли сделать, это… извиниться. — Ты можешь подождать в машине. Если Вин увидит тебя, он разозлится еще больше. — Разве он не разозлится, когда увидит тебя? — Лучше, если я пойду одна. Все произошло из-за меня. У тебя есть право злиться. — Но я увела тебя со свадьбы. — Подумай лучше. Это я сказала тебе увезти меня со свадьбы. — Но… — Подожди здесь, пожалуйста. Из-за того, как она попросила об этом, мне пришлось ждать в машине и смотреть внутрь кафе, где Кимхан встречалась с Мавином. Поскольку это была стеклянная стена, я могла видеть язык ее тела. Хотя это было не так ясно, я могла сказать, что все идет не очень хорошо. Мавин смел все со стола и сердито встал. Кимхан стояла неподвижно, не проявляя никаких эмоций. Я выбежала из машины, чтобы войти в магазин, когда Мавин уходил. — Кхун Вин. — Почему вы двое не застрелите меня? Вы двое не должны были использовать меня в своих отношениях! Он ушел, толкнув меня плечом, быстро проходя мимо, чтобы покинуть кафе. Я больше беспокоилась о Кимхан, поэтому поспешила внутрь. Я увидела, что маленькая девочка сидит там со слезами на глазах. Она попыталась вытереть слезы. Черт возьми! Я должна была быть там. Я не должна была позволять Кимхан столкнуться с этим. — Что тебе сказал Мавин? — Он был зол. Но я просто сказала, что нам не следовало встречаться. Кимхан играла ложкой на тарелке своей рукой, как будто думала о чем-то. — Это правда. Я чувствую себя действительно виноватой. Нам не следовало встречаться. — Это не только твоя вина. Это и моя вина. И ты плачешь, потому что… — Ему очень больно, Ван. Ему очень больно, но он не сказал мне ничего плохого. Он только показал свое недовольство и ломал вещи. Но он предпочел сохранить мои чувства, не причиняя мне боли силой или словами… Если бы я это сделала, мне было бы лучше. — Это пройдет. Боль не остается с нами надолго. Я чувствовала себя виноватой, когда увезла тебя со свадьбы. Но когда я подумала, что могу потерять тебя… — Благодаря тому, что я так думаю, я все еще могу немного улыбаться. Даже если Мавину было больнее. Кимхан крепко сжала мою руку. — Я поступила бы так же. Когда это было сказано, мы обе смогли улыбнуться друг другу. Казалось, что с этим событием мы больше поняли наших родителей. Мы сожалеем о том, что причинили боль другим, но мы не могли потерять друг друга. Если уж так должно быть, даже если бы мы могли повернуть время вспять, мы бы всегда выбирали сделать то же самое… снова… — Итак, давай пройдем через эту боль вместе. — Ага. Я сделала вид, что ничего не чувствую, чтобы Кимхан не переживала из-за этого. Но в действительности, в глубине души, я всегда чувствовала вину перед Мавином. Если бы я откровенно призналась ему, что не хочу, чтобы он женился на Ким, он, возможно, не стал бы этого делать. И дело не дошло бы до этого. Нам не пришлось бы убегать со свадьбы. Как я уже сказала, неправильно быть счастливой, не неся последствий своего поступков. Просто последствия обрушились на меня медленно. Теперь у меня все меньше и меньше работы. От мероприятий и спонсорства поступало не так много предложений. Это было хорошо. Продюсеры сериала, которые вели переговоры, просто молчали. Это было хорошо. Все в порядке, потому что это касалось только меня. Я могла это выдержать. Но когда это повлияло на окружающих меня людей, я не думаю, что это было совпадением. — Дядя Тим тоже ушел на пенсию? Почему? Пока мы вместе ели, чтобы снова привыкнуть быть вместе, отец Кимхан счастливо рассказывал нам о себе, как будто не о чем было беспокоиться. — Я старею. К тому же, приятно, что я могу заботиться об Эй полный рабочий день. Я также могу помочь с твоим проектом. Это хорошо. Его беззаботный поступок заставил меня немного посмотреть на моего папу и кивнуть головой, чтобы указать ему пойти поговорить со мной наедине. Он не знал, может ли Кимхан чувствовать это тоже. Я чувствовала, что она может, но она предпочла притвориться, что ей все равно, потому что она все еще злилась на него. Когда мы с моим папой вышли поговорить наедине, я спросила его прямо. — Я думаю, что это странно. Ты уволился. Дядя Тим уходит на пенсию. Это слишком большое совпадение. В этом мире нет таких вещей. — Что ты думаешь? — Я пытаюсь найти связь. Вы оба еще недостаточно стары, чтобы уйти на пенсию. Так почему вы ушли на пенсию? Когда я спросила об этом, мой папа вздохнул, зная, что он не сможет сохранить это в секрете. — Потому что я твой отец. — Что это значит? — Семья парня Кимхан владеет бизнес-подразделением, где я работал. — Это безумие… А дядя Тим… — То же самое, но они не уволили нас. Они попросили нас уйти. Если мы не отступим, мы ничего не получим. — И ты это принял? — Я должен это сделать. То, что наша семья сделала с ними, было действительно тяжело. Это действительно повлияло на их имидж. И я не смею работать на его семью. Я чувствую себя виноватым и мне некомфортно, делая это. Дядя Тим чувствует то же самое. — Тогда на что вы будете жить? Я неблагодарная девушка; я не буду вас содержать. — О… моя девочка… Мы немного посмотрели друг на друга и засмеялись. Я просто шутила. Я пожала плечами. — Не волнуйся. Я богата, но я не буду тебя поддерживать, как я только что сказала. — О. — Но ты можешь прийти работать на меня. Получать нормальную зарплату. Дядя Тим тоже. Когда мы создадим компанию, давайте усердно работать над нашим брендом. Я дам вам полный контроль. Мой папа протянул руку, чтобы с любовью поиграть с моими волосами. — Я рад помочь, даже если ничего из этого не получу. — Тогда я тебе ничего не дам, чтобы ты не чувствовал себя неловко. — Но мне нужно есть. — Я куплю тебе землю для выращивания риса. — Кто будет пахать поле? — Дядя Тим. — Дядя Тим — программист, а не буйвол. — Хаха. Мы обнялись и засмеялись, раскачивая тела, чтобы подбодрить друг друга. Я притворялась, что смеюсь, хотя на сердце у меня было тяжело. Эффект наступал, и я должна была быть готова встретить его с осторожностью. Мои действия порождали множество последствий, направленных на меня.