DREAM (Тайская Новелла)

Глава 42. Старый друг Обычно Кимхан была очень спокойной и доброй. Люди, которые смотрели на неё, думали, что я могу делать с ней всё, что захочу. Но на самом деле, когда мы были одни, особенно в постели, моя милая возлюбленная любила брать инициативу в свои руки и позволяла мне следовать за ней. На мне ничего не было, потому что эти тонкие руки охотно сняли с меня всё. Мы много дней были в плохом настроении, и она заставила меня понять, что в этом нет смысла. Это было плохо не только с эмоциональной точки зрения, но и потому, что мы тратили время впустую, когда могли бы выражать свою любовь. — Я так сильно скучала по тебе, Ван, - Кимхан перевернула меня, уложив лицом вниз на кровать, и заставила приподнять бедра, согнув колени. Её руки, ласкающие мою грудь, возбуждали меня и сводили с ума. Тонкие губы исследовали меня от шеи до позвоночника. Я застонала и выгнулась, когда ее рука достигла чувствительной зоны между моих ног. — Я тоже по тебе скучала. Пока моё тело дрожало от желания, Кимхан остановила все свои движения, словно мстя мне. Я в отчаянии прикусила губу и раздражённо спросила: — Почему ты остановилась? Я ещё не кончила. — Я хочу кончить с тобой, Ван. Хриплый голос подсказал мне, чего хочет эта малышка. Я перевернулась на спину. Кимхан подождала, пока я поставлю ноги на кровать и согнусь в коленях, прежде чем прижаться своей чувствительной зоной к моей и соблазнительно застонать. — Это так хорошо. Я посмотрела на Кимхан и потеряла голову. Мы стонали, как будто соревновались, и ускоряли движения бёдрами, пока наши эмоции нарастали. Я села и обняла малышку, чтобы помочь ей двигаться. От влаги между нашими ногами мы чувствовали себя так, будто таяли. В конце концов, Кимхан заканчивает первой. Она поднимает взгляд и издаёт громкий возглас, который больше не может сдерживать. — А-а-а. — Ещё немного, Ким... Дай мне ещё немного. Я следую за ней по пятам. Я вздрагиваю и крепко обнимаю малышку. Все мои мышцы напрягаются, а затем расслабляются, когда Кимхан целует меня мокрыми губами по всему лицу. — Мы, должно быть, сильно скучали друг по другу. Я кивнула и положила голову на плечо Кимхан. — Это правда... Я очень скучала по тебе. Если я засну, давай продолжим это во сне. — Я думаю о том же. Это было живое и освежающее утро. Я чувствовала себя бодрой. Прошлой ночью мы не виделись во сне. Усталость от реального мира заставила меня отключиться. Но всё было в порядке. Мы могли бы сделать это снова, если бы захотели, когда бы захотели. Мы с Кимхан решали свои проблемы. Мы редко ссорились с тех пор, как познакомились, если только это не было чем-то серьёзным. Мы могли жаловаться, но никогда не доводили дело до крайности, потому что ни одна из нас не была из тех, кто раздражает, пока не появился Мавин, из-за которого мы дулись всю ночь. Проблемы, которые возникали из-за бывших, всегда были огромными. Но я не могла винить Кимхан. Она слишком сильно обо мне беспокоилась и имела склонность думать за меня, а потом сама же начинала нервничать. Когда я ругала ее за то, что считала правильным, я выходила из себя. Но… она оставила свое эго позади и пришла извиниться, потому что боялась потерять меня. Как я могла потерять себя, когда никогда не думала о том, чтобы отпустить ее? — Мой свитер такой красивый. — Я похвалила сине-белый свитер, который малышка разработала для своей новой коллекции, пытаясь мне угодить. Я полностью развернулась, чтобы она могла увидеть меня в нем. — Или это из-за меня ты выглядишь красивой? — Как кто-то может быть таким милым, поздравляя себя? — Ты всегда безумно влюблена после того, как занималась со мной любовью. — Не будь такой смелой. Нас услышат другие. — Кимхан коснулась моего плеча и улыбнулась. — Сосредоточься на своей работе сегодня. Давай сделаем так, чтобы музыкальное видео стало большим хитом! — Это зависит не только от меня. Но Кхун Антакарн выглядит намного красивее, когда носит твою коллекцию. — Она красивая женщина. — К несчастью для нее, я красивее. — Есть ли в этом мире кто-нибудь красивее тебя? — Нет… — Пэм1. — Что?! — Я закричала немедленно, когда малышка, которая была моей любовью, упомянула имя моего врага, когда мы говорили о красоте. — Ты говоришь, что Пэм красивее меня? — Нет. Пэм стоит прямо там. — А? Я немного нахмурилась и посмотрела в том направлении, куда указывала Кимхан, и испугалась. Почему Долли была здесь, на местном рынке, в глуши? — Куда ты собираешься? — Я схватила за запястье Кимхан, которая собиралась пойти поздороваться с нашей подругой из средней школы. — Ты достаточно близка с Пэм, чтобы здороваться? — Немного. — С каких пор? — Я часто просила Пэм проверить мои домашние задания по английскому, когда мы учились в школе. — Я не знала. — Я боялась, что тебе это не понравится, поэтому не говорила тебе. — И ты думаешь, мне нравится, когда ты говоришь мне это сейчас? — Ты уже взрослая. Ты больше не глупый ребенок. Она меня критиковала? Я наблюдала за малышкой, которая шла к Долли. Они поприветствовали друг друга, как будто были близки, что меня раздражало. Я хотела знать, о чем они говорят, поэтому спокойно подошла, как красивая и умная ведущая актриса, хотя моя девушка только что сказала мне, что я дура… Черт возьми! — Кимхан. Стоматолог с красивыми глазами слегка улыбнулась, как человек, которому слишком лень проявлять какие-либо эмоции лицом, как в старые времена. — Я удивлена увидеть тебя здесь. Ким, ты осматриваешь достопримечательности? — Что-то в этом роде. Ах… Я действительно удивлена увидеть тебя здесь, Пэм. Это так далеко от Бангкока. — Я переехала сюда. Я открыла стоматологическую клинику на рынке. — Ты стоматолог? — Ага. О… Я была на твоей свадьбе. Я собиралась сказать «привет», но ты сбежала первой. — Ты видела это? — Да. Я видела, как ты убегала с другой женщиной, одетой в традиционный тайский наряд. Я немного огляделась, когда они упомянули меня. Но как она может называть меня «другой женщиной»? Она должна была знать меня. Я Даван Пирийяпаттан, суперпопулярная суперзвезда с более чем сотней миллиардов рекламных роликов и миллионами рекламных щитов на дорогах. Да… Я преувеличиваю. Я просто хочу отметить, что это действительно много. — Как поживаешь, Паннарай? — Я поприветствовала ее настоящим именем, потому что мы не были близки. Или, другими словами, я была слишком высокомерна. О, не то… Насколько я помнила, я никогда не разговаривала с Долли в школе. Это был первый раз, когда мы заговорили друг с другом, хотя наши пути пересекались более десяти лет. — Ты знаешь меня? Стоматолог с красивыми глазами, кажется, удивлена. Я слегка кивнула и постаралась не улыбаться, выглядя всезнающей. — Конечно, все знают тебя, как знают меня… Почему она молчала? Это заставляло меня терять уверенность. — Итак, ты действительно сбежала со своей свадьбы? Женщина, которую я видела с тобой, не была привидением или духом? Я бросила на дантиста суровый взгляд, когда она не захотела со мной разговаривать. Глупая! Я поприветствовала ее, разве она не должна со мной разговаривать? Что за дух? Я главная актриса во многих сериалах. Прояви немного уважения. Она думала, что я хотела поговорить с местным дантистом? Я раздавлю ее подиумом. — Что-то в этом роде. — С кем ты сбежала? — С ней. — Кимхан застенчиво посмотрела на меня. Пэм немного посмотрела и нахмурилась. — Разве ты не хочешь нас познакомить? — Что? Я бросила на дантиста сердитый взгляд, ища повода для драки. Кимхан знала, что означает мой тон голоса, поэтому быстро перебила меня, подойдя ко мне, чтобы встать между Пэм и мной. — Пэм. Ты не помнишь, кто это? — Она выглядит знакомо. Красивый дантист нахмурилась и задумалась примерно на пять секунд, прежде чем кивнуть. — Ах. — Она вспомнила. Аргх! Я была так же популярна, как Джулия Робертс. — Брошенная собака, та, которая дала пощечину профессору Джароай. — Пощечину дала моя мама! Я была готова наброситься на дантиста, но Кимхан стояла у меня на пути. — Должно быть, я неправильно запомнила. Мне жаль. — Помимо Брошенной собаки, ты помнишь мое имя? — Нет. — Почему ты помнишь Кимхан? — Мы часто разговаривали, когда учились в школе. Но я никогда не разговаривала с тобой, — выпалила Долли. Черт! Я закрыла глаза и спросила откровенно: — Ты не видела ни одной из моих работ по телевизору? — Почему ты по телевизору? Черт возьми! — Ван — актриса, — Кимхан быстро перебила, прежде чем я успела сказать больше. — Пэм, ты, наверное, видела некоторые из ее работ. — О, мне жаль. Я не очень смотрю телевизор. Но ты выглядишь знакомо. Итак, ты здесь для музыкального видео? — Да. Иначе зачем бы я стояла здесь, как кошка? Я начала саркастически говорить, как человек, который не мог сохранять спокойствие. Долли, вероятно, почувствовала, что я злюсь, поэтому она пыталась загладить свою вину. — Ах. Теперь я вспомнила, Тебя зовут Да…Дав… Мы с Кимхан затаили дыхание, ожидая, что она продолжит. Я даже видела, как малышка шевелила губами, чтобы дать дантисту подсказку, но, казалось, ничто не могло пробиться сквозь ее твердую голову. — Дав… Давика Хорн. — Я тебя убью! Я почувствовала себя побежденной, вспомнив Паннарай, как будто ее имя было похоронено в моем левом полушарии мозга до самой моей смерти и перерождения, но для нее это ничего не значило. Даже мое имя было изменено на Давика Хорн. Глупая! — Разве тебе не нужно идти на съемки? Извини нас, Пэм, — Кимхан оттолкнула меня от Пэм, в то время как Долли все еще сидела там, выглядя глупо. Она даже наклонила голову, когда мы прощались, как будто не знала, что происходит. — Это не твое имя? — Нет. Ты можешь услышать, как Ким называет меня Ван. Как насчет Давики Потэ? — Хорн. — Все равно. — Я повернулась, чтобы накричать на Кимхан, словно потеряла контроль, и повернулась, чтобы поговорить с дантистом. — Если бы ты не была такой тупой, ты должна была соединить Да с моим прозвищем. — Например, если твое прозвище Джим, это было бы Даджим? — Ты пытаешься быть остроумной? Бла-бла аргххх… Я все еще пыталась поговорить с Пэм, но Кимхан закрыла мне рот рукой и быстро потащила меня прочь, потому что боялась, что люди в этом районе распространят слухи о том, что я актриса с грязным ртом. Когда она затащила меня на съемочную площадку, она попыталась меня успокоить. — Ван! Как кто-то может использовать разные ругательства в каждом предложении? — Ким, ты знаешь, что она сказала? Кто такая Даван? теперь… Это должно быть специально, Долли. Я уверена на 100%. Я подам на нее в суд! — Ты собираешься подать на нее в суд за то, что она не помнит твое имя, Ван? — Никто в этом мире не может не знать Даван. Если ты мне не веришь, спроси… Я посмотрела влево и вправо, пока не увидела маленького мальчика, который смотрел на меня и застенчиво улыбался. — Мальчик. Как меня зовут? — Пи Даван. — Видишь? Даже ребенок знает меня. Или спроси вот того… Собака, как меня зовут? Я пошла еще дальше и повернулась, чтобы спросить собаку, которая счастливо вылизывала свои интимные места. — Собака! Кимхан в замешательстве посмотрела на собаку, чешущуюся от кожных заболеваний. — Собака не ответила. — Я могу читать мысли собак. Это мой новый талант. Почему ты смотришь на меня так? Если мы можем видеть сны друг о друге, почему я не могу читать мысли собаки? Я говорю тебе, никто в этом мире не может не знать, кто такая Даван. Она притворяется, что не знает меня. Черт! Долли знает, что я красивее. — Почему ты должна быть такой, когда дело доходит до Пэм? Я никогда не видела, чтобы Пэм делала или говорила что-то плохое о тебе. Потому что Пэм не знает… — Никто в этом мире не может не знать Ван, никто! — Пэм. — Она солгала. Если она знает Май Давику, как она может не знать меня? — Должен быть кто-то, кто не знает тебя, Ван. — Таких нет! — Хорошо, хорошо. Я думаю, что нам следует сохранять спокойствие. Только один человек не знает тебя, но все, кто смотрит на нас сейчас, знают тебя. — Это ничего не значит, если она не помнит меня! — Я потянула себя за волосы, чувствуя злость. — За кого эта чертова дантистка себя принимает? Я вырву ей зубы один за другим. Я злюсь. — Ты будешь выглядеть старой, если будешь злиться. И теперь все на съемочной площадке боятся тебя. Перестань хмуриться. У тебя все брови связаны. — Кимхан прижала палец между моими бровями, как бы помогая их развязать. Я все еще была расстроена, поэтому схватила ее палец и слегка укусила, чтобы подразнить ее. — Ой… — Ой, что? Не говори таким милым голосом. Больно? — Нет. — Тогда что? — Я возбуждена. — Ой… — Что за “ой”? — Аххх. Ты говоришь плохо. Это так сексуально. — Теперь у меня хорошее настроение. — Малышка счастливо улыбнулась. Когда я поняла, что она надо мной подшучивает, чтобы мне стало лучше, мне стало грустно. — Ах. Я думала, ты и правда возбудилась. — Если ты закончишь сниматься рано и не будешь слишком уставшей, мы сможем снова сделать то, что делали прошлой ночью. — Настолько прямолинейно? — Я положила руку на грудь и застенчиво улыбнулась. — Моя Кимхан изменилась. — В лучшую или худшую сторону? Я огляделась, чтобы убедиться, что рядом с Кимхан никого нет, прежде чем нежно поцеловать ее с милой агрессией. — В лучшую. — Тогда у меня будет хорошее настроение. Съемки музыкального видео начались утром и продолжались до 10 вечера. Снимали меня, потом артиста, вставляли кадры лица, руки и многое другое. Это было не слишком утомительно, потому что я привыкла сниматься в сериалах с очень юного возраста. Одна из сцен, которую они хотели, заключалась в том, что пара счастливо идет по ночному рынку. Я не знала, почему совместное поедание буханки фрикаделек должно кого-то радовать. Рады быть бедными? Но все равно, я могу играть счастливо. И день закончился тем, что мое тело было разбито. Я лежала на своей кровати, а Кимхан помогала мне снимать одежду, потому что у меня не было сил даже сесть. — Почему тебе нравится лежать в кровати, не снимая грязную одежду? У малышки были странные, но очаровательные привычки, например, придавать важность своей кровати. Это заставляло меня любить ее еще сильнее. — Я устала. Помоги мне принять ванну, пожалуйста. — Почему ты просишь столько нежности, любви и заботы? Если бы ты не была со мной, ты была бы такой с кем-то другим? — Конечно, если бы мы были в отношениях. Я шучу! Я подскочила и крепко обняла Кимхан. — Я просто шучу, не будь ворчливой. Раньше ты такой не была. — Тогда мы не встречались. У меня было плохое настроение, но я не говорила тебе, потому что боялась, что тебе будет все равно. — Ах, так теперь ты знаешь, что я попытаюсь помириться с тобой, если ты разозлишься. — Да. — Такая милая. — Вчера тоже. Я ждала с 6:00 вечера, но ты вернулась в комнату в 10:00 вечера. И ты не снималась… — Кимхан протянула руку, чтобы игриво накрутить мои волосы, тихо простонав. — Мне сказали, что ты разговаривала с красивой хозяйкой курорта. — Ага. — Насколько она красивая? — Очень красивая. Настолько красивая, что я удивлена, что она переехала сюда. Но тебе интересно что-нибудь? — Ничего. — Ты так спросила, тебе должно быть интересно… — Я закатила глаза, начиная думать. — Ты ревнуешь? — Нет. — У тебя высокий голос. — Я сказала нет! Малышка протянула руку, чтобы ударить меня, и сменить тему. — Ты можешь встать сейчас, чтобы принять ванну и лечь спать. Завтра твой последний день съемок. — Ким. — Что? Малышка приготовилась встать, но повернулась, чтобы посмотреть на меня, все еще выглядя немного ворчливой. — С этого момента говори мне о том, что ты чувствуешь. Я тоже буду это делать. Например, если бы ты сказала мне и посоветовалась со мной сначала о встрече с Мавином, мы бы поняли друг друга вместо того, чтобы ссориться. — Я немного пожала плечами. — Проблема в общении. Мне нравится думать наперед о том, что произойдет. Вот почему нам потребовалось десять лет, чтобы сойтись. Я изменюсь. Ты можешь попытаться измениться ради меня тоже? — Ты такая разумная. Откуда у тебя такая хорошая идея? — От красивой владелицы этого места. — Ты рассказала ей о нас? — Она писательница, я рассказала ей немного, чтобы вдохновить ее на создание сюжета, но ты могла бы догадаться. — Насколько ты близка с ней, чтобы рассказывать ей такие вещи? — У нее есть муж. — Ах, правда… — Вау. Твой голос внезапно стал мягким. Ты стыдящаяся, ревнивая любовница. Хе-хе. Я протянула руку, чтобы ущипнуть ее за щеку. Кимхан отступила от меня, сначала надувшись, но потом разразившись смехом, потому что мы шутили. Снаружи послышался звук мотора. Мы все прекратили и посмотрели в окно. — О… чья это машина? Такая красивая. Красивая кроваво-красная спортивная машина припаркована у места Кхун Аой. Вскоре после этого водитель открывает дверь и выходит из машины. Безупречное лицо ошеломило меня. Кроме Пэм, был ли кто-нибудь еще таким же красивым? — Я вернулась. — Голос Кхун Аой донесся издалека, и она подскочила, чтобы обнять высокую леди с потрясающим лицом, а затем нежно поцеловала ее в губы, думая, что никто не сможет ее увидеть. Мы с Кимхан, смотревшие в окно, ошеломленно посмотрели друг на друга. — Ты сказала, что у хозяйки есть муж. Что это было? — Ах. Неудивительно… она не казалась удивленной тем, что и у Антакарн, и у меня есть девушки. Что это? У всех есть муж-жена. — Что-то меняется. Последовавшая тишина заставила нас с Кимхан уставиться друг на друга и улыбнуться. — Теперь, когда я думаю об этом, мы никогда не договариваемся о том, кто муж. — Вау. Что ты говоришь? — Кимхан робко отошла. — Так? Кто муж сегодня вечером? — Ван. Что ты говоришь? — Давай будем честными друг с другом. Когда я это услышала, Кимхан улыбнулась уголком рта. Казалось, ей надоело, что я всегда высмеиваю ее за подобные вещи. — Видя, что ты сегодня усердно работала и у тебя нет сил, Ван… — Ага. — Сегодня вечером мужем буду я. — Вау. Как прямолинейно. — Давай будем честными друг с другом. Это начало. — Хорошее начало. Допустим, сегодня вечером у меня есть муж! Съемки музыкального видео были для меня ни чем иным, как медовым месяцем. Даже если я уставала от работы, у меня всегда был кто-то, кто помогал мне снять стресс. Казалось, она устала от нашей деятельности, поэтому заснула сразу после того, как мы закончили. У меня все еще был адреналин, бегущий по моему телу, поэтому я еще не заснула. Я повернулась спиной к Кимхан, схватила свой телефон и нажала контакт, который никогда не думала нажимать снова. Мавин. Дело не в том, что то, что было на уме у Кимхан, не было на уме и у меня. Я просто пыталась замести это под ковер, когда тоже чувствовала себя виноватой и хотела извиниться. Я откладывала это. Пока я колебалась и смотрела на это имя в темноте, освещенной только светом с экрана телефона, малышка обняла меня и поцеловала в затылок, спрашивая меня. — Ты не можешь уснуть? — Я думала, ты уже заснула. — Что ты делаешь? — Малышка подняла голову, чтобы посмотреть на телефон, и, казалось, удивилась. — Почему ты смотришь контакт Мавина? — Я думала… Я немного вздохнула, прежде чем принять решение. — С этого момента я ничего не буду скрывать от тебя, Ким. Так что давай сделаем это вместе. — Что это значит? — Должны ли мы извиниться вместе перед Кхун Вином? Извиняться — это неплохо. — Ван, ты боишься, что у нас будут проблемы с тоговлей? — Нет. Я легла на спину и дала Кимхан возможность лечь сверху, пока мы разговаривали. — Я знаю, что ты чувствуешь себя виноватой. Если он больше не злится, нам было бы легче вести бизнес. Но это неважно. Важно то, что мы обе чувствуем себя виноватыми. Я знаю, что тебе больно. — Угу. Малышка нежно коснулась моего подбородка, словно размышляла об этом. — Хорошо, что ты говоришь мне честно, и я не делаю это в одиночку. — Мы уже договорились говорить друг другу о том, что будем делать. Ты тоже должна делать то же самое, что и я. — Но разве не слишком поздно говорить ему сейчас? — Он прочитает это, когда проснется. Давай сначала отправим это. — Извиняться через текст кажется неискренним. — Тогда давай договоримся о встрече с ним снова. Когда я закончила говорить это, я взяла телефон, чтобы отправить текстовое сообщение Мавину, с Кимхан рядом со мной, нервно смотрящей на мои пальцы, когда я печатала. [Даван: Кхун Вин. Я знаю, что это многого стоит просить. Но можем ли мы встретиться?] Я никогда не переступала через свою гордость, чтобы сделать что-то подобное раньше. [Дахван: Я хочу извиниться перед тобой.] Я отправила сообщение около 3 часов ночи и намеревалась, чтобы он прочитал его на следующий день. Однако ответ пришел неожиданно быстро. Мавин все еще не спал и ответил почти мгновенно. Он заставил меня понять, что… это не будет легко. [Мавин: Я никогда не прощу тебя.] Примечание: Пэм1 – персонаж из новеллы и лакорна Us.