The Broken Moose

Глава 3: Похмелье в Оттаве (продолжение) Шон, привыкший к странным посетителям и неожиданным поворотам событий в своем баре, молча налил Кире щедрую порцию дешевого виски “Canadian Club”, не задавая лишних вопросов. Он уже давно научился не вмешиваться в чужие дела и не совать нос туда, куда не просят. Он знал, что в это неспокойное время лучше не привлекать к себе лишнего внимания и просто делать свою работу. Кира взяла стакан, слегка пригубила виски, оценивая его качество, и поморщилась. “Дерьмо, конечно, но сойдет,” - сказала она с пренебрежением, поставив стакан обратно на стойку. Затем она повернулась к Джеку и пристально посмотрела ему в глаза, словно пытаясь разглядеть его душу. “Итак, Роквелл, верно? Ты ищешь музыкантов, чтобы создать группу, которая будет плевать в лицо коммунистам? Я правильно поняла?” Джек, ошеломленный ее напором и прямотой, слегка покраснел. “Ну… да. Что-то вроде того. Я хочу создать группу, которая будет говорить правду, которая будет выражать наш гнев, нашу боль, наше разочарование. Я хочу, чтобы наша музыка заставила людей задуматься, чтобы она вдохновила их на борьбу, чтобы она дала им надежду.” Кира усмехнулась. “Надежду? Ты веришь в надежду? В этом мире нет места для надежды. Есть только боль, страх и смерть.” “А я верю,” - упрямо ответил Джек. “Если мы потеряем надежду, тогда мы проиграем. Мы должны бороться за то, чтобы сохранить ее, даже если это кажется невозможным.” Кира посмотрела на него с интересом. “Интересно. Ты романтик. Я думала, все панки - циники и нигилисты.” “Мы циники, да. Но мы не нигилисты. Мы верим в кое-что. Мы верим в свободу. Мы верим в справедливость. Мы верим в правду,” - ответил Джек с жаром. “Хорошо сказано,” - одобрил Шон, протирая стакан. “Давно не слышал таких слов в этом баре.” “Ладно, Роквелл. Ты убедил меня. Я дам тебе шанс,” - сказала Кира, снова взяв стакан с виски и выпив его залпом. “Я гитаристка. Я играю в стиле панк-рок и хардкор. Я ненавижу коммунистов больше, чем ты можешь себе представить.” “Почему?” - спросил Джек, заинтересованный ее историей. Кира нахмурилась, ее лицо стало мрачным. “Это долгая история. Связанная с моей семьей, с моей родиной. Я расскажу тебе ее позже. Сейчас это неважно. Важно то, что я хочу бороться. И я думаю, что музыка - это хорошее оружие.” “Я согласен,” - сказал Джек, улыбаясь. “Значит, ты в деле?” “В деле,” - подтвердила Кира. “Но у меня есть одно условие.” “Какое?” - насторожился Джек. “Мы будем играть только то, что мы чувствуем. Никакой цензуры. Никакой самодеятельности. Мы будем говорить правду, какой бы горькой она ни была. И мы не будем бояться никого. Ни коммунистов, никого другого.” “Это не условие. Это принцип,” - ответил Джек, протягивая ей руку. “Я полностью согласен.” Кира пожала ему руку, крепко и уверенно. “Отлично. Тогда мы - группа.” Шон, наблюдавший за ними, ухмыльнулся. “Поздравляю, ребята. Кажется, у меня сегодня будет весело.” “Надеюсь, Шон,” - сказал Джек. “Надеюсь, мы сможем вернуть этому бару былую славу.” “Это будет непросто,” - ответил Шон. “Коммунисты не любят, когда кто-то веселится.” “Тем лучше,” - ответила Кира. “Мы заставим их ненавидеть нас еще больше.” В этот момент дверь бара снова распахнулась, и в бар вошел высокий и худой парень в очках и с длинными волосами, собранными в хвостик. На нем была надета футболка с изображением Че Гевары, что казалось странным, учитывая его явную неприязнь к коммунистам. “Извините, я не помешал?” - спросил парень, оглядывая присутствующих. “Я слышал, что тут ищут музыкантов. И я… эээ… я вроде как басист.” Джек и Кира переглянулись. “Ты кто?” - спросил Джек. “Меня зовут Дэвид. Но можете звать меня просто Мозги,” - ответил парень. “Я философ. И я ненавижу все правительства. Особенно коммунистические.” “Почему?” - спросила Кира, заинтересованная его взглядами. “Потому что они лицемеры. Они говорят о равенстве и братстве, но на самом деле они просто хотят власти и контроля. Они эксплуатируют рабочих так же, как и капиталисты, а может быть, и хуже,” - ответил Дэвид с презрением. “Ты читал Маркса?” - спросил Джек. “Читал. И я его понимаю. Но я не согласен с ним. Он был гением, но он ошибался. Его идеи привели к катастрофе,” - ответил Дэвид. “Что ты имеешь в виду?” - спросила Кира. “Я имею в виду, что коммунизм - это утопия. Он не может работать в реальном мире. Он слишком идеалистичен. Он требует, чтобы все люди были альтруистами, что невозможно. Люди эгоистичны по своей природе. И коммунизм использует это против них,” - ответил Дэвид. “Хорошо сказано,” - одобрил Джек. “Ты нам подходишь.” “Значит, я в группе?” - спросил Дэвид. “Если ты умеешь играть на басу,” - ответила Кира. “Умею. Я играю уже десять лет,” - ответил Дэвид. “Отлично. Тогда мы - трио,” - сказал Джек. “Нам нужен барабанщик. И мы будем готовы покорить мир.” “Я знаю одного парня,” - сказал Шон. “Он ветеран войны. Он потерял руку, но он все еще отлично играет на барабанах. Его зовут Марк. Но все зовут его Торнадо.” “Почему Торнадо?” - спросил Джек. “Потому что он играет как торнадо. Он уничтожает все на своем пути,” - ответил Шон. “Я позвоню ему.” Шон подошел к старому телефону, висевшему на стене, и набрал номер. После нескольких гудков в трубке ответил хриплый голос. “Марк? Это Шон из “The Broken Moose”. Тут есть пара ребят, которые хотят создать группу. Они ищут барабанщика. Ты заинтересован?” - спросил Шон. В трубке послышалась пауза, затем хриплый голос ответил: “Я не играю уже давно. Я не уверен, что смогу.” “Не говори ерунды, Марк. Ты лучший барабанщик в этом городе. Дай им шанс. Они панки. Они бунтари. Они такие же, как и ты,” - убеждал Шон. В трубке снова послышалась пауза, затем хриплый голос ответил: “Ладно. Я приду. Но не обещаю ничего.” “Отлично. Приходи завтра вечером. Они будут здесь,” - сказал Шон и повесил трубку. “Он придет,” - сказал Шон, возвращаясь к стойке бара. “Но он не в настроении. Он потерял много друзей на войне. И он потерял руку. Он злой на весь мир.” “Мы его поймем,” - ответил Джек. “Мы тоже злые на этот мир.” “Тогда вы поладите,” - сказал Шон, улыбаясь. “Кажется, у меня действительно будет весело.” Джек, Кира и Дэвид переглянулись. Они не знали, что их ждет впереди. Но они были готовы к борьбе. Они были “Стабби”. И они собирались покорить этот мир своей музыкой.