Из пепла иллюзий

Джисон проснулся с тяжелой головой. Вчерашний день оставил странный привкус – смесь любопытства и необъяснимого беспокойства. Он посмотрел в окно. Августовское солнце заливало комнату теплым светом, но воспоминание о пронизывающем холоде, который он почувствовал рядом с Минхо, заставило его поежиться. Встав с кровати, он машинально направился в ванную. Зубная паста, знакомый запах мыла – все казалось таким обыденным, таким реальным. Вчерашняя встреча казалась каким-то мимолетным наваждением, случайностью. Но стоило ему взглянуть в зеркало, как настороженность вернулась. Вопрос “Кто он?” отражался в его глазах. За завтраком родители, как обычно, молча читали газеты. Мама иногда бросала на него короткие, оценивающие взгляды, а отец даже не поднимал головы. Каникулы тянулись бесконечно, и это молчаливое давление со стороны родителей становилось невыносимым. Джисон чувствовал себя узником в собственном доме. Он съел свой тост, запил его холодным чаем и, поблагодарив родителей, вышел из дома. Куда пойти? Что делать? Рисовать не хотелось. Встречаться с одноклассниками – тем более. Они все живут какими-то обычными, понятными жизнями, а Хан чувствовал себя застрявшим в каком-то странном, нереальном мире. Ему нужно было время, чтобы все обдумать, чтобы разобраться в своих чувствах. Он бесцельно бродил по улицам, стараясь держаться подальше от шумных мест. Ему хотелось тишины и уединения. Внезапно он поймал себя на мысли, что идет в сторону парка, к той дальней полянке, которую вчера показал ему Минхо. “Глупо”, - подумал он. - “Зачем я туда иду? Ведь это просто случайность, что мы встретились”. Но он не смог остановиться. Ему нужно было убедиться, что вчерашний вечер – не просто игра его воображения. Когда он свернул на ту самую аллею, его сердце забилось сильнее. Место было таким же уединенным, как и вчера. Солнце пробивалось сквозь листву, создавая причудливые тени. И на том самом месте кто-то стоял. Минхо. Он стоял под старым дубом, спокойно глядя в даль. На нем была та же джинсовка, что и вчера. Джисон остановился, не зная, что делать. Подойти? Уйти? Что вообще сказать? Он чувствовал себя растерянным и немного испуганным. Минхо повернул голову и посмотрел на Хана. Он слегка улыбнулся. – Привет, – сказал он. Его голос звучал так же спокойно и ровно, как и вчера. Джисон нервно сглотнул. – Привет, – ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более естественно. Он подошел ближе и остановился в нескольких шагах от Минхо. Наступило молчание. Джисон не знал, что сказать. Тревога, смешанная с любопытством, сковало сердце. Наконец, Минхо нарушил тишину. – Ты пришел, – сказал он. – Да, – Хан кивнул. – Я знал, что ты придешь. Я ждал тебя. В голосе Минхо не было ни удивления, ни вопроса. Просто констатация факта. Джисон почувствовал, как по спине пробегает холодок. – И что же ты тут делал, пока ждал? – спросил Джисон, стараясь говорить непринужденно и даже немного иронично. Он засунул руки в карманы, пытаясь скрыть дрожь. Он поднял взгляд на Минхо, стараясь поймать выражение его лица. Минхо слегка приподнял уголки губ в подобии улыбки, но глаза его оставались. Он пожал плечами, как будто вопрос был совершенно неинтересным. – Пытался понять, что такое время, – сказал он, глядя куда-то в сторону, словно погружаясь в собственные мысли. – Оно течет так странно здесь, в этом месте. Иногда кажется, что оно замирает, а иногда – что несется с бешеной скоростью. Интересно, как ты его ощущаешь? Он повернулся к Джисону, словно ожидая ответа на свой вопрос. Но в его глазах не было ни вопроса, ни интереса. Просто наблюдение. Джисон пожал плечами, стараясь не выдать своего замешательства. Он чувствовал себя так, словно попал в какой-то странный сон, где все перевернуто с ног на голову. – С тех пор, как мы вчера встретились, все кажется каким-то… немного нереальным, – сказал Джисон, стараясь говорить как можно более спокойно и ровно. Минхо слегка нахмурился, словно оценивая слова Джисона. Он сложил руки на груди, как бы защищаясь от чего-то. – Это всего лишь твои ощущения, – сказал он, слегка пожав плечами. – Ты просто слишком много думаешь. Вчера был обычный день, Джисон. Мы просто встретились. Здесь нет никакой мистики, никаких загадок. Ты просто, наверное, слишком впечатлительный. Он посмотрел Джисону прямо в глаза, и в его взгляде мелькнуло что-то, напоминающее сочувствие? – Поверь мне, – продолжил Минхо. – Все будет хорошо. Просто расслабься и получай удовольствие от жизни. Время здесь течет по-особенному. Так что не трать его на пустые тревоги. Джисон долго смотрел в глаза Минхо, пытаясь понять, говорит ли тот правду. Что-то в его голосе, в его взгляде заставило Джисона поверить ему. – Хорошо, – улыбнулся Хан. Он почувствовал, как напряжение постепенно покидает его тело. Может быть, Минхо и правда просто обычный парень, а он сам – слишком мнительный. – Ладно, – сказал Джисон, отворачиваясь от Минхо. – Мне пора идти. Увидимся. Он не стал дожидаться ответа и быстро зашагал прочь, оставив Минхо стоять под старым дубом. Он чувствовал на себе его взгляд, но не оглядывался. Джисон шел по улице, погруженный в свои мысли. Слова Минхо эхом отдавались в его голове. “Расслабься и получай удовольствие от жизни” Но почему-то, несмотря на попытку убедить себя, что все в порядке, в глубине души оставалось какое-то смутное беспокойство. Словно что-то все равно было не так. Словно он что-то упускает. Дома его встретила тишина. Родители были заняты своими делами. Он прошел в свою комнату и бросился на кровать. Он посмотрел на потолок, пытаясь прогнать навязчивые мысли о Минхо. Кто он такой? Что ему нужно? И почему Джисон чувствует себя рядом с ним таким странным? Внезапно его взгляд упал на блокнот для рисования, лежащий на столе. В голове мелькнула мысль. Он встал и подошел к столу. Карандаш оставил легкий след на бумаге, и Джисон вздрогнул, словно от неожиданного прикосновения. Он не собирался рисовать его. Совсем. Но вот, словно повинуясь неведомой силе, рука сама выводила линии скул, изгиб бровей, упрямый овал подбородка. Минхо. Странный парень из парка, словно сошедший со страниц какой-то забытой сказки. Он добавил тени под глазами, пытаясь уловить выражение лица, которое так и не смог до конца понять. Что он скрывает за этой загадочной улыбкой? Вчерашний день до сих пор казался сном, наваждением. Зачем Минхо позвал его в этот уединенный уголок парка, словно спрятанный от всего мира? И почему он, Джисон, так легко согласился, словно завороженный его странной энергией? Карандаш коснулся губ, и Джисон замер. Он улыбался? Или это была лишь игра света и тени? В памяти всплывало скорее какое-то странное выражение – смесь насмешки и… печали? Да, пожалуй, печали. Словно Минхо знал что-то такое, чего не знал он, Джисон, и это знание тяготило его. Что он вообще о нём знает? Ничего. Рисунок получался… неоднозначным. Не то чтобы красивым, скорее – притягивающим взгляд. В нём было что-то такое, что заставляло возвращаться к нему снова и снова, пытаясь разгадать тайну, скрытую в этих чертах лица. Любопытство? Да, пожалуй, это оно. Желание понять, что за человек стоит перед ним. Он сказал, что понимает меня, – внезапно вспомнил Джисон. Но как это возможно? Они едва знакомы. Всего два дня. Может, Минхо просто хорошо притворяется, играя роль родственной души? Или… может, он действительно видит в нём что-то, что другие не замечают? Что-то такое, что скрыто глубоко внутри него самого? Джисон пристально вгляделся в рисунок, словно надеясь найти ответ в отражении карандашных линий. В глазах на бумаге он увидел лишь собственные сомнения, собственную растерянность. Стоит ли ему доверять? Стоит ли открыться этому странному парню, который словно чувствует его мысли? Он не знал. Но ему почему-то очень хотелось узнать. Очень хотелось верить, что где-то в этом мире есть человек, который действительно его понимает. Карандаш выпал из ослабевших пальцев, упав на стол с тихим стуком. Джисон отвернулся, оттолкнув от себя блокнот. Ему нужно подумать. Ему нужно разобраться в себе. И, главное, понять – кто же такой этот Минхо на самом деле? Он подошел к окну, впуская в комнату прохладный августовский ветер. Закат раскрашивал небо в нежные пастельные тона, но Джисон не видел красоты. Его мысли были заняты другим – образом Минхо, прочно засевшим в его голове. Два дня, – пронеслось у него в голове. Всего два дня, а этот парень уже перевернул его мир с ног на голову. Он всегда считал себя одиночкой, живущим в своём придуманном мире. Ему было комфортно в своих фантазиях, вдали от реальности, которая казалась такой серой и предсказуемой. Но Минхо… он словно приоткрыл дверь в другой мир, мир, где его фантазии могли бы стать реальностью. Но что, если это лишь иллюзия? Что, если Минхо – просто очередной обманщик, умело играющий на его чувствах? Он вспомнил слова матери: «Не доверяй незнакомцам, Джисон. Люди часто не те, кем кажутся». Слова, которые он всегда игнорировал, но сейчас они звучали в его голове особенно настойчиво. Он снова взглянул на рисунок, лежащий на столе. Лицо Минхо словно смотрело на него, ожидая ответа. Кто ты? Друг? Враг? Или просто случайный прохожий, который скоро исчезнет из моей жизни? Он не знал. И это незнание пугало его больше всего. Решив хоть как-то отвлечься, Джисон включил музыку. Зазвучала его любимая мелодия – грустная и меланхоличная, словно отражающая его нынешнее состояние. Он закрыл глаза и попытался представить себе Минхо. Снова и снова в его голове всплывали его слова, его жесты, его взгляд, который проникал в самую душу. Раздался тихий стук в дверь. Джисон вздрогнул. Кто это мог быть? Он не ждал никого. Нехотя, он подошел к двери и открыл её. На пороге стоял Минхо. – Привет, – улыбнулся он, словно они расстались только вчера. – Не думал, что застану тебя дома. Решил просто зайти. Не хочешь порисовать? – Откуда ты знаешь, где я живу? – наконец спросил он, стараясь сохранить спокойный тон. Минхо слегка замялся, почесав затылок. – Да я просто… Когда ты сегодня ушел из парка, мне стало немного не по себе, знаешь? Резко так сорвался. Подумал, вдруг что-то не так сказал. Ну и пошел в ту же сторону. Увидел, в какой подъезд ты зашел. Не то чтобы специально следил, просто совпало, – он выдавил нервный смешок. Джисон скрестил руки на груди, прожигая его взглядом. “Совпало”? Звучало до смешного нелепо. С другой стороны, Минхо выглядел таким смущенным, что Джисон на мгновение заколебался. Может, он просто не умеет нормально оправдываться? – И зачем ты ждал? – продолжил допрос Джисон, понизив голос. Ему совсем не хотелось, чтобы родители услышали этот разговор. Мать точно поднимет тревогу, если увидит незнакомого парня на пороге. – Да не ждал я! – воскликнул Минхо, тоже переходя на шепот. – Просто проходил мимо, увидел свет в окне… Кстати, у тебя тут очень уютно. – Он оглядел прихожую. Джисон фыркнул. После вчерашней уборки, конечно, стало чище, но “уютно” – это явно преувеличение. – Ладно, – выдохнул Джисон, чувствуя, как нарастает головная боль. – Зачем ты пришел? Говори уже. И потише, пожалуйста. Минхо наклонился ближе, заглядывая ему в глаза. – Разве это не очевидно? – прошептал он с хитрой улыбкой. – Я хочу узнать тебя лучше, Джисон. И рисование – отличный способ для этого. Так пустишь или нет? – У меня родители дома, – сказал Джисон, пытаясь выиграть время. Минхо усмехнулся. – И что? Они не разрешают тебе рисовать с друзьями? – Они не знают о тебе, – выпалил Джисон, прежде чем успел подумать. Минхо нахмурился. – И ты не хочешь, чтобы они узнали? Джисон опустил глаза. Он всегда был замкнутым, держался в стороне от других людей. Родители привыкли к этому и не задавали лишних вопросов. Но если они увидят Минхо всё может измениться. – Просто… не сейчас, – пробормотал он. Минхо вздохнул, но вместо того, чтобы уйти, наклонился ближе и прошептал: – А они спят? Джисон нахмурился. – Почти. Отец смотрит телевизор, мать читает в своей комнате. Минхо улыбнулся. – Тогда в чем проблема? Мы можем быть очень тихими. Просто немного порисуем, и я уйду, прежде чем они что-нибудь заподозрят. Джисон снова заколебался. Это было безумием. Если родители узнают, он влипнет по полной. Но мысль о том, что Минхо уйдет, была невыносима. – Подожди здесь, – прошептал Джисон. – Я посмотрю. Он приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Отец, как обычно, сидел в кресле перед телевизором, погруженный в какую-то передачу. Мать была в своей комнате, дверь приоткрыта, виднелся свет ночника. Джисон быстро вернулся к Минхо. – Ладно, – прошептал он, отступая в сторону. – Но ты должен быть очень тихим. И если услышишь, что кто-то идет, сразу прячься под кровать. Понял? Минхо кивнул с энтузиазмом, его глаза загорелись. – Конечно! Я буду тише мышки. Джисон открыл дверь шире и впустил Минхо в дом. Они крадучись прошли по коридору, стараясь не скрипеть половицами. Джисон завел Минхо в свою комнату и быстро закрыл дверь. Только когда они остались одни, он смог выдохнуть. Он понятия не имел, что натворил. Джисон закрыл дверь на замок, словно запирая внутри себя все сомнения и опасения. В комнате стало тесно и душно. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Минхо, но не решался обернуться. – Что ж, – прошептал Джисон, стараясь казаться спокойным. – Чувствуй себя как дома. Но помни: тишина – наше всё. Минхо кивнул и оглядел комнату с любопытством. Его взгляд скользнул по столу, заваленному книгами и бумагами, и замер на раскрытом скетчбуке. – Ого, – произнес Минхо, подходя ближе. – Это ты нарисовал? Джисон похолодел. Он совсем забыл про рисунок! На развороте лежал его портрет, тот самый, который он рисовал сегодня, пытаясь разобраться в своих чувствах. – Э… да, – пробормотал Джисон, чувствуя, как краска заливает лицо. – Просто… так, баловался немного. Минхо взял скетчбук в руки и внимательно изучил рисунок. Джисон затаил дыхание, ожидая его реакции. – Неплохо, – наконец произнес Минхо, поднимая на него взгляд. – Очень даже неплохо. Ты хорошо подмечаешь детали. Джисон не знал, что ответить. Он чувствовал себя неловко, словно выставил напоказ что-то очень личное. – Чтобы нас не услышали, – пробормотал Джисон, пытаясь перевести тему, – я сейчас включу музыку. Он подошел к старому магнитофону и сделал звук немного громче. Комнату наполнили тихие звуки мелодии. – И все же, – продолжал Минхо, не отрывая взгляда от рисунка, – почему ты решил нарисовать меня? Мы ведь едва знакомы. Джисон закусил губу. Как ему объяснить, что он чувствует? Как рассказать о том, что в Минхо он увидел родственную душу, человека, который понимает его с полуслова? – Не знаю, – наконец ответил Джисон, пожимая плечами. – Просто… ты показался мне… интересным персонажем. Минхо усмехнулся. – Персонажем? Что-то вроде героя из твоей книги? Джисон покраснел еще сильнее. – Ну… типа того, – пробормотал он. Минхо положил скетчбук на стол и подошел к Джисону. – Знаешь, – сказал он, – ты тоже мне кажешься интересным. Очень интересным. Он взял со стола чистый лист бумаги и протянул его Джисону. – Давай порисуем вместе, – предложил Минхо. – Может, тогда мы лучше поймем друг друга. Они сели за стол друг напротив друга, и Джисон почувствовал, как напряжение немного спадает. В тишине, нарушаемой лишь тихой музыкой и скрипом карандашей, возникло ощущение близости и доверия. Джисон сосредоточенно работал над своим рисунком, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд Минхо. Он с детства любил рисовать, и это было его способом выразить то, что он не мог сказать словами. – Ты так сосредоточен, – заметил Минхо, нарушая тишину. – О чем думаешь? Джисон, не отрываясь от рисунка, пожал плечами. – Просто рисую, – ответил он. – Стараюсь поймать твое настроение. – А какое у меня сегодня настроение? – с любопытством спросил Минхо. Джисон оторвался от рисунка и посмотрел на него. – Загадочное, – ответил он, с усмешкой. – Как всегда. Он снова склонился над рисунком, добавляя последние штрихи. На листе бумаги постепенно проявлялся портрет Минхо, сидящего в парке на скамейке. Джисон старался передать в рисунке не только его внешность, но и его внутренний мир, который он так и не мог до конца разгадать. – Готово, – объявил Джисон, откладывая карандаш. – Твой ход. Минхо взял рисунок и внимательно его изучил. – Вау, – произнес он, с восхищением глядя на Джисона. – Ты действительно круто рисуешь. Ты меня прямо видишь насквозь. Джисон смущенно улыбнулся. – Я просто хорошо наблюдаю, – ответил он. – А что у тебя? Минхо протянул ему свой рисунок. Это была какая-то абстрактная композиция из линий и фигур. – И что это? – спросил Джисон, нахмурив брови. – Это – ты, – ответил Минхо, с загадочной улыбкой. – Как я тебя вижу. Джисон долго всматривался в рисунок, пытаясь понять его смысл. – Я ничего не понимаю, – признался он, чувствуя себя немного глупо. – Не сейчас, – ответил Минхо. – Может быть, со временем поймешь. – Может быть, – пробормотал Джисон. В этот момент в дверь постучали. Джисон похолодел. Это был отец. – Джисон, ты еще не спишь? – послышался приглушенный голос из-за двери. Джисон запаниковал. Сердце бешено заколотилось в груди. – Сейчас, пап, – ответил Джисон, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. – Я уже ложусь. Он быстро взглянул на Минхо. В его глазах читалось такое же волнение. – Быстро, – прошептал Джисон, жестом показывая ему на кровать. – Под кровать! Минхо, не теряя ни секунды, бесшумно нырнул под кровать. Джисон выдохнул и, собравшись с духом, направился к двери. Джисон глубоко вдохнул, стараясь успокоить дрожащие руки, и пошел к двери. Каждый шаг отдавался гулким эхом в его ушах. Он медленно повернул ручку и приоткрыл дверь, стараясь выглядеть как можно более сонным и невинным. В дверном проеме стоял его отец, хмурясь и протирая глаза. – Почему у тебя свет горит? – спросил он сонным голосом. – Уже поздно. – Я… я читал, – пробормотал Джисон, указывая на скетчбук, лежащий на столе. – Не мог заснуть. Отец недоверчиво посмотрел на скетчбук, потом перевел взгляд на Джисона. – И что это за музыка? – спросил он, прислушиваясь к тихим звукам, доносящимся из комнаты. Джисон снова похолодел. Он совсем забыл выключить магнитофон. – Это… это просто… – начал он, пытаясь придумать правдоподобное объяснение. – Просто выключи её и ложись спать, – перебил его отец. – Каникулы скоро закончатся, а то совсем режим собьешь. Скоро в школу, пора бы уже восстанавливаться. – Да, пап, конечно, – ответил Джисон, с облегчением вздыхая. – Сейчас выключу. Отец еще раз окинул его подозрительным взглядом и, ничего не сказав, развернулся и ушел. Джисон облегченно выдохнул и быстро закрыл дверь на замок. Он прислонился к двери спиной, чувствуя, как бешено колотится сердце. – Он ушел? – прошептал голос из-под кровати. Джисон кивнул, не в силах произнести ни слова. Он подошел к кровати и посмотрел вниз. В полумраке он увидел лицо Минхо, испачканное пылью. – Прости, – прошептал Джисон. – Я не знал, что он придет. Минхо вылез из-под кровати, отряхивая одежду. – Все нормально, – ответил он, с улыбкой глядя на Джисона. – Бывает. Главное, что все обошлось. – Наверное, тебе уже пора, – сказал Джисон, чувствуя себя виноватым. – Да, – ответил Минхо. – Думаю, да. Он подошел к окну и посмотрел на улицу. – Уже совсем поздно, – сказал он. – Пожалуй, пойду через окно. Джисон вздохнул с облегчением. Он хоть и испугался сначала, но теперь понимал, что это самый простой и безопасный способ для Минхо уйти незамеченным. – Хорошо, – сказал Джисон. – Только будь осторожен. Минхо усмехнулся. – Не волнуйся, – ответил он. Он открыл окно и легко выпрыгнул наружу. Джисон подошел к окну и посмотрел на улицу. Минхо уже стоял на тротуаре, отряхивая брюки. Он посмотрел наверх и подмигнул Джисону. Впервые за долгое время он почувствовал себя по-настоящему счастливым. Ему казалось, что он нашел того, кого так долго искал. Друга. Минхо развернулся и быстро пошел прочь, растворяясь в ночной темноте. Джисон закрыл окно и задернул шторы. В комнате стало темно и тихо. Он подошел к кровати и сел на край, размышляя о произошедшем. Он только что подверг себя огромному риску, впустив в свой дом незнакомого человека, да еще и скрывая это от родителей. Это было глупо, безответственно и невероятно опасно. Но почему-то он не чувствовал ни капли сожаления. Вспоминая улыбку Минхо и тот взгляд понимания, которым он одарил его перед уходом, Джисон чувствовал, как в его сердце разливается тепло. Он впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему счастливым, по-настоящему живым. Он встал с кровати и подошел к столу. На нем лежал скетчбук с рисунком Минхо. Джисон взял его в руки и внимательно изучил. Абстрактные линии и фигуры, казалось, складывались в какой-то сложный узор, который он не мог разгадать. Что хотел сказать Минхо этим рисунком? Как он видит его? Джисон задумался. Может быть, Минхо видит в нем то, чего он сам в себе не замечает? Может быть, он видит его потенциал, его скрытые таланты и желания? Отложив скетчбук и подойдя к зеркалу, он внимательно посмотрел на свое отражение. Хан увидел бледного, худощавого парня с большими грустными глазами. Обычного, ничем не примечательного. Но, может быть, Минхо увидел в нем что-то большее? Джисон улыбнулся своему отражению. Он не знал, что ждет его в будущем, но он был готов к переменам. Был готов узнать себя лучше, открыть в себе новые грани и пойти навстречу приключениям. Он лег в кровать и закрыл глаза. В голове крутились обрывки разговоров с Минхо, его смех, его улыбка. Он не заметил, как уснул. Ему снился парк, скамейка и Минхо, сидящий рядом с ним и смотрящий на него с пониманием и улыбкой. Утром Джисон проснулся с ощущением легкости и радости. Он встал с кровати, привел себя в порядок и пошел на кухню. Родители уже сидели за столом и завтракали. – Доброе утро, соня, – сказала его мама, улыбаясь ему. – Как спалось? – Отлично, – ответил Джисон, садясь за стол. – Просто замечательно. – Ты сегодня прямо светишься, – заметил отец, с удивлением глядя на него. – Что-то случилось? Джисон покраснел, не зная, что ответить. Он не хотел рассказывать родителям о Минхо. – Да нет, ничего особенного, – пробормотал он. – Просто хорошо выспался. – Ну, если у тебя все так хорошо, может быть, ты наконец-то возьмешься за учебу? — вдруг сказала мать, откладывая вилку. — Ты знаешь, что твои оценки совсем никуда не годятся. Джисон похолодел. Он знал, что этот разговор рано или поздно состоится. – Я… я стараюсь, — пробормотал он. – Стараешься? — повысила голос мать. — Твои оценки говорят об обратном! Ты совсем перестал заниматься, только рисуешь свои картинки! – Мама, ну почему сразу начинаешь? — тихо сказал Джисон, опуская голову. – А что я должна делать? — воскликнула мать. — Радоваться твоим низким баллом? Ты должен думать о своем будущем! – Я и думаю! — огрызнулся Джисон, не выдержав. – Да что ты понимаешь в этом будущем?! — взорвалась мать. – Хватит, — прервал их отец, бросив сердитый взгляд на мать. — Не надо ссориться за завтраком. Мать сердито поджала губы и отвернулась. Джисон молча доел свой завтрак, чувствуя, как к горлу подступает ком. Он встал из-за стола, ничего не сказав, и вышел из дома. Он направлялся в парк, к скамейке, где они вчера познакомились с Минхо. Он не знал, придет ли Минхо сегодня, но он надеялся на это всем сердцем. Джисон вышел из дома и направился в парк. Голова была забита обрывками фраз из ссоры с родителями. «Ты совсем перестал заниматься!», «Да что ты понимаешь в этом будущем?!». Каждое слово ранило его, словно удар ножом, но острее всего было осознание того, что они говорили это из любви. Он знал, что родители любят его, он чувствовал это всегда. Они хотели для него только самого лучшего, они мечтали о его успешном будущем. Но их представление об этом “лучшем” будущем так сильно отличалось от его собственного. Они видели его врачом или юристом, престижную работу и стабильную жизнь. А он мечтал о другом: рисовать, создавать что-то новое, выражать себя через искусство. Их любовь ощущалась как клетка, пусть и золотая. Они окружали его заботой и вниманием, но при этом не давали ему дышать свободно, не позволяли ему самому выбирать свой путь. И это душило его больше всего. Он хотел, чтобы они просто поверили в него, чтобы поддержали его увлечения, чтобы дали ему шанс самому определить свою судьбу. Он дошел до скамейки и опустился на неё, глядя в пустоту. Он пытался прогнать грустные мысли, но они возвращались снова и снова. Он чувствовал себя совершенно беспомощным. Что он мог сделать? Как объяснить родителям, что его интересует не только учеба, что у него есть и другие интересы, другие мечты? Как убедить их, что рисование – это не просто хобби, а его призвание, его способ самовыражения? Время тянулось медленно. Солнце поднималось все выше, а Минхо все не было. Надежда на встречу с ним постепенно таяла. Может быть, у Минхо сегодня какие-то дела? Может быть, он занят с другими друзьями? Ведь он такой общительный, наверняка у него полно дел и интересных людей, с которыми он проводит время. Зачем ему тратить его на такого как Джисон? Джисон вздохнул и поднялся со скамейки. Наверное, Минхо сегодня не придет. Он разочарованно посмотрел на пустую аллею и направился к выходу из парка, чувствуя, как в груди нарастает тоска. В этот момент он услышал знакомый голос: – Эй, Джисон! Он обернулся и увидел Минхо. Он стоял у входа в парк и махал ему рукой. На лице у него сияла яркая улыбка, словно солнце, прорвавшееся сквозь тучи. Сердце Джисона забилось быстрее. Все его тревоги и печали мгновенно отступили. Он улыбнулся в ответ и побежал навстречу Минхо, чувствуя, как в его душе расцветает надежда. – Привет, – сказал Минхо, когда Джисон подбежал к нему. Он старался не смотреть Минхо в глаза, боясь, что тот заметит его смущение. – Что-то случилось? – спросил Минхо, внимательно глядя на него. – Ты какой-то грустный. Джисон вздохнул. Он не хотел рассказывать Минхо о своих проблемах, но тот почему-то вызывал у него доверие. – Да, – признался он. – С родителями поругался. – Из-за чего? – поинтересовался Минхо. – Из-за учебы, – ответил Джисон. – Они считают, что я должен больше заниматься и меньше рисовать. Минхо нахмурился. – А что ты сам думаешь? – спросил он. Джисон пожал плечами. – Я не знаю, – ответил он. – Я люблю рисовать, но родители считают, что это несерьезно. – А ты пробовал им объяснить? – спросил Минхо. – Пробовал, – ответил Джисон. – Но они меня не слушают. Минхо задумался на мгновение. – Знаешь, – сказал он, – я думаю, что ты должен заниматься тем, что тебе нравится. Если тебе нравится рисовать, то рисуй. Не позволяй никому тебе говорить, что ты должен делать. Джисон посмотрел на Минхо с благодарностью. – Спасибо, – сказал он. – Ты всегда знаешь, что сказать. Минхо улыбнулся. – Всегда пожалуйста, – ответил он. – А теперь пошли. Я знаю одно место, где можно хорошо провести время. – Куда? – спросил Джисон с любопытством. – Увидишь, – ответил Минхо, подмигнув ему. – Пошли. Он взял Джисона за руку и повел его за собой. Джисон вздрогнул от неожиданности. Рука Минхо была ледяной, словно кусок льда, хотя на улице стояла жара. Он попытался не показать своего удивления и послушно последовал за ним, чувствуя, как его сердце наполняется надеждой и радостью, перемешанными с непонятным беспокойством. Они шли по улицам города, сворачивая в узкие переулки и обходя людные площади. Джисон внимательно следил за Минхо, не зная, куда они направляются. – Мы уже скоро? – спросил он, когда они вышли на окраину города. – Почти, – ответил Минхо. – Еще немного. Наконец они остановились перед старым, заброшенным зданием. – И что это? – спросил Джисон, с сомнением глядя на здание. – Это мое секретное место, – ответил Минхо. – Пошли. Он открыл скрипучую дверь и вошел внутрь. Джисон последовал за ним, чувствуя легкое беспокойство. Внутри было темно и пыльно. Они шли по узкому коридору, поднимаясь по крутой лестнице. – Куда мы идем? – спросил Джисон, задыхаясь от усталости. – На крышу, – ответил Минхо. – Оттуда открывается потрясающий вид. Наконец они вышли на крышу. Джисон замер от восторга. Перед ними открылся панорамный вид на город. Солнце заливало улицы золотым светом, создавая неповторимую атмосферу. – Вау, – выдохнул Джисон, не отрывая взгляда от пейзажа. – Это невероятно. – Я же говорил, – ответил Минхо с улыбкой. – Здесь можно хорошо рисовать. Он достал из рюкзака скетчбук и карандаши и протянул их Джисону. – Рисуй, – сказал он. – Вырази свои чувства на бумаге. Джисон взял скетчбук и карандаши и начал рисовать. Он рисовал город, солнце, облака. Он рисовал все, что видел вокруг, и все, что чувствовал внутри. Минхо сел рядом с ним и молча наблюдал за его работой. Джисон чувствовал его поддержку и это придавало ему уверенности. Он рисовал, пока солнце не начало садиться. Город постепенно погружался в сумрак, и небо окрашивалось в яркие цвета. – Готово, – сказал Джисон, откладывая карандаш. – Посмотри. Он протянул Минхо скетчбук. Минхо взял его в руки и внимательно изучил рисунок. – Это потрясающе, – сказал он. – Ты действительно очень талантливый. Джисон покраснел от смущения. – Спасибо, – пробормотал он. – Знаешь, – сказал Минхо, глядя на него, – я думаю, что ты должен показать свои рисунки другим людям. Ты должен поделиться своим талантом с миром. Джисон задумался. Он всегда боялся показывать свои работы кому-либо, кроме себя. Он боялся критики, насмешек, непонимания. Но слова Минхо звучали убедительно. Может быть, пришло время рискнуть? – Хорошо, – сказал Джисон, приняв решение. – Я подумаю. – Вот и отлично, – ответил Минхо с улыбкой. – Я знал, что ты сможешь. Когда они спустились с крыши и вышли на улицу, уже стемнело. Они попрощались и разошлись в разные стороны. Дома Джисон долго не мог уснуть. Он ворочался в кровати, обдумывая слова Минхо. Наконец он решил действовать. Он достал телефон и открыл инстаграм. Он долго выбирал самый удачный снимок рисунка, сделанный на крыше, и, наконец, остановился на одном. Он открыл свой профиль, названный J.One. Его аккаунт был почти пуст. Всего две фотографии: одна – черно-белый снимок его самого, где лицо наполовину скрыто под козырьком кепки, создавая загадочный и немного отстраненный образ. Вторая – пейзаж, снятый на телефон во время одной из его редких прогулок за город. Подписчиков было немного: несколько одноклассников и пара знакомых. Зато в подписках у него были его любимые исполнители, смелые художники, чьи работы его вдохновляли, и несколько аккаунтов с вдохновляющими цитатами о творчестве и самовыражении. Джисон нажал кнопку “Поделиться”. Он не стал добавлять подпись. Ему нечего было сказать. Он просто хотел, чтобы люди увидели его рисунок. Он закрыл инстаграм и положил телефон под подушку. Сердце бешено колотилось в груди. Он не знал, что произойдет дальше. Но он сделал то, что должен был сделать. Он рискнул. Встреча с Минхо изменила все. Минхо был другим. Он был открытым, искренним, понимающим. Он не осуждал его за его странности, а наоборот, проявлял к ним интерес. Он словно видел его насквозь, понимал его душу. Он закрыл глаза и попытался заснуть. Но мысли не давали ему покоя. Он снова достал телефон из-под подушки и открыл инстаграм. Он посмотрел на свой профиль. Ничего не изменилось. Ни одного нового лайка, ни одного нового комментария. Он вздохнул и снова положил телефон под подушку. Наверное, никто не заметил его рисунок. Наверное, он не так уж и талантлив. Но он не сдавался. Он решил, что будет продолжать рисовать, несмотря ни на что. Он будет выражать свои чувства на бумаге, даже если никто их не увидит. Потому что рисование – это его жизнь, его способ самовыражения. Он наконец-то заснул, утомленный переживаниями и надеждами.