Внутренняя борьба

-Эх Тараска, ничего то ты не понимаешь, -сказал Пётр Афанасьевич, выслушав рассказ сына. - разве ж можно так просто отпустить её. -А что ещё мне делать? Насильно мил не будешь -Бороться, вот что делать. Неужто тебя всему учить надо, я тебя не узнаю, Тараска, ты ж с детства упрямый, никогда не сдаëшься. -Не знаю бать, не знаю, давай отдыхать, поздно уже. Тарас ушёл спать, а Пётр Афанасьевич ещё немного посидел, размышляя может ли помочь сыну. В конце концов он решил остаться, чтобы сблизиться с ним, наладить отношения. Уже и в Архангельск отписал жене о том, что планы поменялись, поскольку акции оказались обманом, что с сыном всë хорошо и беспокоиться не о чем, а также что решил задержаться у него на неопределённый срок. Рассказал жене и о их приключении, и об Анастасии Андреевне, удивительной барышне, работающей с Тараской. Спустя некоторое время, он, не придя к какому-то решению, всë же отправился спать. На следующий день Тарас Петрович как и обычно отправился на службу, день обещал быть спокойным и вероятнее всего скучным, предстояло разобрать накопившиеся бумаги, да разобраться с делами недовольных граждан. Мысли его были заняты словами отца о том, что необходимо бороться, об Анастасии и том, что ему теперь делать. Вместе с тем ему казалось,что все кому не лень пришли в участок и именно к нему, к середине дня он уже изрядно подустал, и вот, казалось, поток людей стал снижаться, как вдруг раздался стук в дверь. -Тарас Петрович, -обратился к приставу Ухов. - там к вам Ардашников Андрей Константинович пожаловали. -Ну так впускай. Ухов тут же скрылся из виду, а в кабинет вошёл Андрей Константинович. -Доброго дня, Тарас Петрович -Доброго Андрей Константинович, что привело вас к нам? Неужто что-то случилось? -обеспокоенно поинтересовался Тарас, в конце концов он не понимал, что такого могло понадобиться Ардашникову, что он пришёл в участок лично, а не прислал, к примеру, Арину. -Нет, нет, не беспокойтесь, благодаря вам всë хорошо. Я к вам по личному делу, Анастасия не в курсе того, что я здесь. -сказал Андрей Константинович присаживаясь напротив пристава. -Я вас внимательно слушаю. -Как вы знаете мы с Анастасией скоро отправимся в Париж, нужно лишь разобраться с несколькими формальностями касательно восстановления моей репутации, да и моих прав, но с этим нам любезно помогает зам.министра Виноградов. В общем всë вроде бы хорошо, но есть кое-что, что меня беспокоит -Что именно, Андрей Константинович? -Анастасия кажется счастливой, но в её глазах отражается какая-то печаль. Я вижу, что её что-то тревожит. К сожалению, мы с дочерью слишком многое упустили, и пока не смогли открыться и полностью доверять друг другу, поэтому боюсь что мне она не расскажет причин своих душевных терзаний, именно поэтому я пришёл к вам. Хочу поговорить с вами о ней. -Андрей Константинович, не поймите меня неправильно, но, почему бы вам не поговорить с кем-нибудь из Семагиных? Они ведь ваши друзья, да и Анастасия Андреевна столько времени провела с ними, что наверняка они смогут рассказать вам гораздо больше. -Возможно, но на то есть две причины: Во-первых, у Семагиных хватает своих душевных забот, каждый отвлечен своей любовью, да и вряд ли захотят раскрывать чужие тайны и вмешиваться в наши отношения. Он предпочтут, чтобы мы сами разобрались. А во-вторых, исходя из тех, немногих и не слишком подробных рассказов Семагиных, которые я уже успел услышать, я могу сделать вывод, что в участке и на расследованиях Анастасия провела гораздо больше времени, чем дома. -Насчёт последнего это вы верно подметили, Анастасию Андреевну было сложно удержать от новых расследований. Я, признаться честно, даже не всегда понимал откуда она узнала о новых преступлениях, думал уже шпион завёлся в участке. -ответил Тарас и улыбнулся, вспоминая как Анастасия каким-то волшебным образом появлялась на местах убийств. -Вижу я не ошибся. Вы действительно тот, кто мне сейчас нужен. -Позвольте полюбопытствовать, почему вы в этом так уверены? Что если я не оправдаю ваших надежд? Я и сам то не уверен в том, что смогу вам помочь. -Тарас Петрович, думается мне, вы достаточно сблизились с моей дочерью. Я слышал о том как Настя начала с вами сотрудничать, вы единственный мужчина, кто поверил в неё, возможно вы не сразу поняли её, не сразу воспринимали как настоящего следователя, но вы всë же никогда не отталкивали её от себя, наоборот, пусть и неофициально,но вы сделали её полноценным членом своего коллектива. Вы ведь стали не просто напарниками, но и добрыми друзьями. Вчера, когда вы нас спасли, я видел в её глазах облегчение, искреннюю радость, нежность, с которой она смотрела на вас и как вы смотрели на неё. Я ведь тоже был молодым, влюблённым, потому знаю как выглядит влюблённость. Вы ведь любите её, не так ли? -Андрей Константинович, «...»