Да как так-то?

Три месяца – это как три века, если ты пытаешься адаптироваться к новой жизни. Колумбия уже не казалась таким уж скучным местом, но и раем тоже не стала. Просто место, где я временно торчу. К жаре я привык, к шуму адаптировался, к местным торгашам – тоже, и даже выучил несколько полезных фраз на испанском, спасибо соседу по этажу. Вечно бурчит с утра в лифте. Жизнь… что ж, она просто шла своим чередом. Школа… блин, вот где начинается настоящая жесть. Поступил, последний класс, учеба - скука, дети - суки, учителя - грымзы. К моему огромному удивлению, я стал там кем-то вроде местной знаменитости. А как же, новенький, симпатичный парень с приятной внешностью, как такого пусю не заметить. Да, признаю, внешность я себе состряпал красивую: шатен с зелеными глазами, бунтарский стиль, в общем, ходячая катастрофа для пубертатных гормонов. Плюс, мой язык – эта гремучая смесь сарказма, цинизма и язвительности – почему-то нравится местной молодежи. Я прямым языком говорю иди нахер не мешай, а им нравится. Чуть ли кипятком не ссут. Честно говоря, иногда я веду себя как последний мудак (по моему скромному мнению, вынужденно и оправданно). Но кого это волнует, верно? Однако, эта внезапная популярность меня жутко раздражала. Я же не хотел выделяться! Моя цель – затеряться, слиться с серой массой, стать если не невидимкой то уж точно не популярной личностью. Но нет, вместо этого я стал магнитом для внимания. Может я просто не умею вести себя тихо? Да не, бред. У меня так же появились поклонники (и, к моему глубочайшему изумлению, поклонницы), и хейтеры, которые считали, что я "типо" увел у них девушек. — Да нахер они мне сдались? — думал я, закатывая глаза — Я гей, блядь! И хотя я не собираюсь кричать об этом на каждом углу, это факт. И если кому-то хочется верить в то, что я разбил его тупое сердечко, ну, пожалуйста, не отвлекайте меня от более важных дел. На самом деле, всё моё внимание было сосредоточено на экси. Там я мог отрываться по полной, выплескивать накопившуюся энергию и раздражение. И тут, к моему удивлению, я неплохо освоился. Тренер Вильям, лысый мужик с маниакальным блеском в глазах, хвалил меня чуть ли не после каждой тренировки. Говорил, что боги наконец-то его услышали и послали ему нормального игрока. Да пошёл он! Этот Вильям-млям, как будто с цепи сорвался, когда я появился. Каждый раз, когда я забивал гол или делал что-то толковое, он начинал прыгать вокруг меня, как сумасшедший, и кричать — Ты лучший, ты лучший! — А я лишь думал — Да ладно, чувак, не перегибай палку. Я просто играю, а не спасаю мир. Но больше всего меня бесило, что он постоянно сравнивал меня с какими-то мифическими героями — Ты как Месси, только лучше! — говорил он, и я чуть не блевал. Ну да, конечно, я такой же талантливый, как Месси, только вот с харизмой у меня явно похуже. Нет, мужик он неплохой и порой таких пиздюлей вставит, что ты больше никогда не захочешь видеть его злым. Да и советы дельные дает. Но его фанатизм в мою сторону иногда даже не то что бесит, а пугает. Такое ощущение, будто других хороших игроков нет. Вот Марк например, вратарь. Парень заебись. Защищает ворота как проклятый, нужно будет - и лбом мяч поймает, и позу раком примет. Я же только недавно вообще клюшку в руки взял и начал играть, а уже такое внимание. Вот перехвалит меня, я зазнаюсь, и что тогда? Нарвусь на реального гения, там-то мне в жбан и дадут, показав мое место у параши. Тот же серьезный Эндрю, когда тот дурью не мается и реально защищает ворота. Там только если душу дьяволу или же самому Эндрю продать нужно, чтобы забить хотя бы 5 голов. Но знаете что? Мне нравилось играть. Держать клюшку, чувствовать этот азарт, этот животный восторг, когда забиваешь гол. Видеть, как соперники бесятся, не успевая за мной. Чувствовать нехватку воздуха в легких и боль в руках и ногах. Мне нравился этот, надо признать, довольно жёсткий вид спорта. Получить клюшкой по морде и потерять зубы – проще простого, если ты затормозил. И это добавляло адреналина. Я до сих пор не понимаю, откуда у меня такие способности. Это старые навыки тела? Или это мой природный талант? Оригинальный Нил, если верить книгам, в детстве играл в “Воронах” на позиции защитника. Я решил попробовать себя в нападении. И моя скорость в этом, безусловно, очень помогает. К тому же, я начал тренироваться ещё дома, до школы. Месяц мучил себя упражнениями на координацию, бегал как проклятый каждое утро и вечер, растягивался до потери пульса. Шпагат теперь – раз плюнуть. Но вот когда я взял клюшку в руки, меня осенило. Я – левша. А Нил – правша. И это проблема, которую я до этого не замечал. Когда я впервые взял в руки клюшку, мой мозг чуть не перегрелся от напряжения. По старой привычке я схватил её левой рукой, но тело, видимо, решило, что не, не канает и инстинктивно переложило клюшку в правую. Началась настоящая битва между мозгом и телом! Я то и дело ловил себя на том, что моя левая рука тянет клюшку не в ту сторону, а правая, словно взбунтовавшись, мешает ей. Это было как в кошмарном сне: я пытаюсь ударить по мячу, но мои руки действуют по собственной воле, не понимая какая ведущая. Несколько раз я даже выронил клюшку прямо на поле, к великому ужасу своих товарищей по команде. Они, наверное, подумали, что я решил устроить шоу и решил закончить игру таким оригинальным способом. Это был полный пиздец. Пришлось срочно начинать тренировать левую руку. Я решил стать амбидекстром. Это будет круто, и чертовски полезно. Во время игры – бац! – резко меняю руку и забиваю гол под другим углом. Соперники охренеют. Тренировки превратились в настоящий ад. Вечерами я изматывал себя упражнениями на левую руку, днём – оттачивал навыки на площадке. Дома, я шлифовал новые приёмы с шваброй в руках, пока мои мышцы не начинали предательски дрожать. Однажды, во время тренировки, Вильям подошёл ко мне и хмыкнул: — Ты что, выпендриваешься? Бери клюшку в левую, если тебе так удобно. Чё насилуешь себя и меня. Мне уже поднадоело смотреть, что на поле клюшка впереди тебя бежит. Я ухмыльнулся и пожал плечами. — Развиваю универсальность. Буду играть обеими руками. Вот увидишь. Будет сюрприз для соперников. Скажем джокер в рукаве. Вильям пожал плечами и отошёл. А я продолжил тренироваться, мечтая о том дне, когда смогу с лёгкостью менять руку и забивать голы, вызывая восторг у зрителей и злобное шипение у соперников. Но буду использовать этот прием незаметно. Чтобы все голову ломали, каким макаром мяч полетел в противоположную сторону от изначальной траектории. Придется также скорость рук тренировать. Но это херня по сравнению с удивлёнными рожами в будущем. В школе, конечно, творился полный бардак. Фанатки, хейтеры, учителя, пялящиеся как на диковинного зверька… Брр, аж мурашки по коже. Но всё это меркло по сравнению с еженедельными визитами к миссис Агилар. Эта бабушка оказалась настоящим сокровищем, а не просто милой старушкой, сдающей квартиру. Каждый вторник, как штык, я появлялся у неё на пороге. И каждый раз меня ждал стол, ломящийся от божественных пирогов и разнообразной выпечки. Бабушка, видимо, решила, что я – голодающий студент, которого нужно откормить до состояния небольшого бегемотика. И, чёрт возьми, у неё это получалось! Я жрал её пироги, как в последний раз, забывая обо всех своих диетах и тренировках. Но я в обязательном порядке, после визитов к ней, увеличивал режим тренировок, чтобы не заплыть жиром. Но все же главное – это её истории. Миссис Агилар рассказывала о Колумбии такое, что волосы дыбом вставали. Легенды, страшилки, байки, которые, судя по всему, были чем-то большим, чем просто слухами и выдумками. Моя интуиция кричала, что в этих историях есть доля правды, и это меня жутко забавляло. Например, однажды она рассказала мне о «Ла Дороге» – плачущей женщине, которая бродит по ночам вдоль рек и озёр, ищет своих утонувших детей — Говорят, если услышишь её плач, то лучше бежать, не оглядываясь, иначе она затащит тебя в воду — шептала бабушка, сжимая мои руки своими костлявыми пальцами. И я, такой взрослый и ни чего не боящийся человек, невольно вздрагивал. А ещё она поведала мне о «Эль Сильбоне» – свистящем человеке, который скитается по лесам и полям, неся на плече мешок с костями своих жертв — Если услышишь его свист, лучше спрятаться и не дышать, иначе он найдёт тебя и скормит твои кости своим собакам — говорила бабушка, глядя мне прямо в глаза своим пронзительным взглядом. И я, как завороженный, слушал её, забывая, что я вообще-то не верю в подобную хрень. Но больше всего меня зацепила история о «Эль Дорадо» – золотом городе, который якобы спрятан где-то в джунглях — Говорят, этот город охраняют древние духи и дикие звери, и только избранный сможет найти его и забрать сокровища — говорила бабушка, подмигивая мне. И я, представив себя этим избранным, вдруг загорелся желанием отправиться на поиски этого мифического города. Ну, а вдруг? Ладно, шутки в сторону. Конечно, я понимал, что это всё сказки. Но в этих сказках была какая-то магия, какая-то притягательная сила, которая заставляла меня верить. И, чёрт возьми, мне это нравилось! Помимо бабушкиных сказок, в моей жизни был только экси. И там тоже не всё было гладко. Тренировки становились всё более жёсткими, соперники – всё более наглыми, а моя левая рука – всё ещё непослушной. Я тренировался, как проклятый, стараясь довести свои навыки до совершенства. Чтобы меня запомнили. Это все конечно весело, но была у меня одна МАЛЕНЬКАЯ проблема. Настоящий треш в моей жизни начинался, когда в кадре появлялся Билли. Этот амбал, как заноза в заднице, постоянно отравлял мне жизнь. Билли, был защитником нашей команды. Гора мышц, лицо, будто топором вырублено, и мозгов, наверное, столько же, сколько у морской свинки. Его бесило всё: мои успехи, похвала тренера, моя скорость, мои финты. Особенно то, что я раз за разом обходил его кривую защиту. Однажды, во время тренировки, этот недоумок даже попытался сломать мне шею клюшкой. Я, конечно, увернулся, но понял, что с этим типом шутки плохи. Решить вопрос силой? Нет, это не мой метод. Физический контакт – это для быдла. Я же предпочитал интеллектуальное издевательство. Игра в психолога – вот мой конёк. И Билли стал моей любимой подопытной крысой. Я начал методично выводить его из себя. Подкалывал, высмеивал, комментировал его действия с таким невинным видом, будто просто делюсь своими наблюдениями. И всё это – с ехидной улыбкой на лице. — Эй, Билли, ты сегодня какой-то медленный — говорил я, пролетая мимо него на скорости света — Тебе, что, мешок с картошкой привязали к ногам? Или батарейки сели? Так иди зарядись не позорь нас. — Билли, ты уверен, что это правильная техника? — спрашивал я, глядя, как он неуклюже пытается отбить у меня клюшку и забрать мяч — Может, тебе стоит почитать учебник? А лучше начать с нуля, ведь навыками от тебя и не пахнет. — Билли — говорил я, забивая гол прямо у него перед носом — ты, наверное, забыл, что экси – это командная игра. Тебе бы не помешало научиться взаимодействовать с партнёрами. А то стоишь как амёба по среди поля, ни дать, ни взять. С каждым моим словом Билли закипал всё сильнее. Его лицо краснело, как переспелый помидор, мышцы напрягались, словно стальные канаты. Он был готов разорвать меня на мелкие кусочки. Однажды, после особенно удачной, конечно для меня, тренировки, когда я в очередной раз оставил Билли в дураках, я подошёл к нему и с сочувствующим видом сказал: — Билли, не переживай так. Не всем же это дано. Главное – участие. Хотя, тебе бы и в этом поучаствовать. Может ты лучше пойдешь в кружок вязания? Свяжешь мне теплые носочки на зиму. Тут Билли сорвался. Он с рыком бросился на меня, сжимая кулаки. Но тут его схватили остальные члены команды. — Эй, Билли, чёрт тебя возьми, успокойся! — кричали они, с трудом удерживая его — Не делай глупостей! — Отпустите меня! — ревел Билли, пытаясь вырваться — Я ему сейчас морду набью! — Билли, не позорься! — говорил один из парней, с трудом держа его за руку — Ты же знаешь, что он этого и добивается! — Он меня достал! — вопил Билли — Я его больше не могу терпеть! — Терпи! — рявкнул другой — Иначе вылетишь из команды! Я стоял в стороне, наблюдая за этой сценой с нескрываемым удовольствием. Билли, орущий и брызгающий слюной, был просто восхитителен. Настоящее зрелище. — Ну что, Билли? — сказал я, когда парни немного успокоили его — Может, попробуешь ещё раз? Или ты боишься, что я опять тебя унижу? Ох, бедный Билли, как я посмел обидеть такого большого мальчика? — с напускной слезой проворковал я, хлопая глазками. Билли зарычал и попытался вырваться, но парни держали его крепко. — Заткнись! — прошипел Билли, глядя на меня полными ненависти глазами — Я тебе ещё покажу! — Да ладно? — ухмыльнулся я — С нетерпением жду. Я знал, что играю с огнём. Но мне нравился этот риск. Мне нравилось видеть, как люди теряют контроль, как их животные инстинкты выходят наружу. И Билли был для меня идеальной игрушкой. Он сам виноват, не трогал бы меня, я бы тоже его не трогал. Я собирался играть с ним до тех пор, пока мне не надоест. Ну или же пока мне не набьют морду, что вряд ли получится. Как говорится, "быстрые ноги-пизды не бояться"