Да как так-то?

Квартира встретила меня тишиной и полумраком. Я бросил сумку на диван и без сил опустился в кресло, пытаясь отдышаться и прийти в себя. В голове царил хаос: мысли, воспоминания, образы — всё смешалось в единую мерзкую картину. Эспис. Эта фамилия звучала в моей голове как проклятье. Как же так получилось? Как этот мерзкий тип смог обмануть меня, заманить в свою ловушку? Ведь я всегда был осторожен, всегда держал дистанцию с людьми, даже если они сам липли ко мне. А тут… позволил ему приблизиться. Позволил ему увидеть мою слабость. Проигнорировал сигналы интуиции. Она же, блядь, орала благим матом, что что-то не так. Не иди туда, там жопа. А я? А что я? Я проигнорировал ее к хуям и попер на дополнительные занятия. Я с силой зажмурил глаза, пытаясь забыть о том, что случилось в кабинете истории. Но воспоминания продолжали преследовать меня, словно назойливые мухи. Его руки, его поцелуи, его отвратительный шёпот — всё это вызывало у меня чувство глубокого отвращения. Меня передёрнуло, и я снова ощутил, как холодный пот выступил на лбу. В голове проносились ужасные сцены, и я не мог избавиться от чувства омерзения. Как же мне хотелось сейчас вернуться в прошлое и все же убить этого ублюдка. Жестоко. Изощрённо. Чтобы он запомнил этот урок в последние свои мгновения. Мои руки и так в крови, одним больше, одним меньше — плевать. Но сейчас мне нужно было отвлечься. Выкинуть из головы эти мерзкие мысли и просто расслабиться. Забыть о том, что произошло. Хотя бы на время. Клуб, мне нужно туда. Я резко встал с кресла и направился в спальню. Нужно было переодеться. Надеюсь, клуб поможет мне забыть это. Что-то яркое, сексуальное и наплевательское. В зеркале посмотрев на себя, я подумал, что нужно смыть эти кровавые воспоминания. Эти ощущения рук и этот запах. Сначала душ, потом всё остальное. Стоя под кипятком, я с силой тер свое тело мочалкой, особенно те места, где касались мерзкие руки. Я тер до красноты, была даже мысль стереть до мяса, но передумал, мне еще играть, травмы не нужны. Вымывшись чуть ли не буквально до блеска, посмотрел в зеркало. Шатен с пустыми голубыми глазами. Шрамы по всему телу, будто пустили через мясорубку. Но к этому я привык. А вот к новым уже синим синякам — нет. Отпечатки пальцев на запястьях. След от руки на бедре. Засосы на внутренней части бедра и ключице. Слава богу, их было мало и они неяркие, быстро заживут. Но, смотря на эти следы, я чувствовал себя мерзко. Решив не насиловать свои глаза, я пошел в гостиную, чтобы высушить волосы и одеть новые линзы. Я быстро переоделся в чёрную обтягивающую майку, джинсы и высокие берцы. Накинул сверху кожаную куртку и посмотрел на себя в зеркало. Ну, неплохо. По крайней мере, выгляжу так, будто ничего не произошло. При выходе на глаза попались нарукавники, которые так ни разу и не надел, посмотрел на синие запястья, решил, что вот и повод. Надел их, и они идеально прикрывали запястья, пряча следы. Идеально. Может быть, буду даже носить чаще. Вызвав такси, я выбежал из квартиры и направился в клуб. Всю дорогу меня не покидало ощущение, что за мной кто-то следит. Я несколько раз оглядывался, но никого подозрительного не замечал. Паранойя - ты ли это? Но всё равно, чувство тревоги не покидало меня. Будто Эспис всё ещё где-то рядом, поджидает подходящего момента, чтобы снова схватить меня. Нет, я не позволю ему сломать меня. Я выстою. Я буду сильным. Он там, с разбитым рылом, а я здесь, еду пить. Клуб «Райские Сумерки» маячил впереди как спасительный маяк в бушующем море. После того, что произошло, мне нужно было именно туда - место, где громкая музыка заглушит все мысли, а яркий свет заслепит воспоминания. Но реальность, как всегда, оказалась не такой радужной. Выйдя из такси, я сразу понял, что этот вечер простым не будет. У входа в клуб образовалась не просто очередь, а настоящая толпа разъярённых зомби, жаждущих крови… то есть, алкоголя и танцев. Людей было столько, что казалось, будто все жители Колумбии решили провести эту пятницу именно здесь. —Да чтоб вас всех — пронеслось у меня в голове, когда я увидел эту адскую очередь. Мне, человеку, который привык решать проблемы быстро и эффективно, стоять в толпе и ждать – это просто пытка. Но выбора не было. Раз уж я решил забыться, то придётся потерпеть. Блядь, вот именно сейчас мне бы пригодились свои люди там. Чтобы не стоять в очереди и не капать слюной от желания выпить. С кислой миной я занял своё место в конце очереди и начал ждать. Вокруг творилось какое-то безумие: пьяные подростки целовались в засос, какие-то мужики орали песни, а одна девушка вообще решила устроить стриптиз прямо посреди толпы, которая ей одобрительно улюлюкала. Идиллия, одним словом. И тут, как назло, ко мне начал приставать какой-то тип. Высокий, лысоватый, в блестящей рубашке, которая явно видела лучшие времена. Ему, наверное, было лет сорок, не меньше — Что тебе нужно, старый извращенец? — подумал я, но вслух ничего не сказал. — Приветик, красавчик — промурлыкал он, подмигивая мне — Что делаешь сегодня вечером? Один? Я промолчал, надеясь, что он просто отстанет. Но он был настойчивым. Попытался положить мне руку на плечо. Тут моё терпение лопнуло. После того, что произошло с Эсписом, любое прикосновение вызывало у меня отвращение, особенно мужчин явно старше меня. А прикосновение этого старого хрыча – особенно. — Руки убери! — огрызнулся я, отталкивая его. — Ой, какой ты грубый — удивился он — Ну ладно, буду понежнее. И снова попытался приблизиться ко мне. Да что ж такое! — Я сказал – не трогать! — рявкнул я, глядя на него волком — Иначе пожалеешь, что родился! Я твои кривые пальчики через мясорубку пущу! Он, кажется, испугался моего взгляда и поспешно отошёл, бурча что-то вроде: Да и пошёл ты… — Фух, пронесло. После долгого и томительного ожидания, когда каждая секунда казалась вечностью, наконец-то подошла моя очередь подойти к турникету. Я с трепетом протянул охраннику поддельный паспорт, в котором я был уверен на 100%, но страх все же был. Моё сердце на мгновение замерло, словно предчувствуя опасность. Но охранник, не проявив ни малейшего интереса к фотографии или году рождения, спокойно пропустил меня внутрь — Работают же люди — подумал я, с облегчением. И вот я внутри «Райских Сумерек». И тут на меня обрушилась стена звука и света. Громкая музыка, от которой вибрировали внутренности, мерцающие огни, которые резали глаза, толпа полуголых тел, которые извивались в танце… Полный комплект — Добро пожаловать в ад — подумал я, но вслух не сказал. Народу было столько, что я с трудом мог протиснуться сквозь толпу. Казалось, будто все жители города решили забыть обо всех своих проблемах и отдаться во власть безудержного веселья. Что ж, я их понимал. Пробившись сквозь толпу, я наконец-то добрался до бара. Заказал самый крепкий коктейль, который только смог придумать бармен — Мне нужно, чтобы это дерьмо меня вырубило — сказал я ему. И он, похоже, меня понял. План напиться и забыться начал приобретать реальные очертания. Постепенно алкоголь начал делать своё дело. Напряжение отступало, мысли становились более размытыми, а мир вокруг – более ярким и красочным. Я даже завязал разговор с одним из барменов. Парень оказался довольно интересным собеседником. Мы проболтали около часа, обсуждая всякую ерунду, пока его не сменил другой бармен. Новый бармен был полной противоположностью предыдущего. Высокий, стройный, с руками и шеей, покрытыми татуировками. Чёрные волосы и какие-то мутные, серые глаза. И чертовски красив — Ну что ж, грех не воспользоваться моментом — подумал я, и решил завести с ним разговор. Хуже от этого мне не будет. И к моему удивлению, он поддержал его. Мы говорили обо всём подряд: о политике, о людях, о смысле жизни, о том, зачем вообще жить, если мы всё рано, рано или поздно умрём. — А ты пессимист — усмехнулся он, наливая мне очередной коктейль — Своим мировоззрением ты мне кое-кого напоминаешь. — Кого же интересно? — подумал я, но вслух не спросил. В какой-то момент я осознал, что общаюсь с этим парнем уже довольно долго, но даже не знаю, как его зовут. — Кстати — сказал я — а как тебя зовут? А то общаемся как старые знакомые, а имени твоего не знаю. — Роланд — ответил он, с лёгкой улыбкой. И тут на меня словно вылили ведро ледяной воды. Роланд. Роланд, бармен, который подсыпает наркотики в коктейли по просьбе Эндрю Миньярда. Что за чёрт?! Какого хрена он здесь делает? Я протрезвел мгновенно. Стал более пристально разглядывать Роланда. Да, это он. Тот самый парень из книг. Как же я мог его не узнать? Хотя там внешность не описывалась, неудивительно, что я его не узнал. В голове замелькали мысли —Может, это к лучшему? Если я сближусь с ним, то когда-нибудь в будущем, если Эндрю скажет ему подсыпать мне наркотики, чтобы проверить меня он дважды подумает, прежде чем это сделать. Но тут же отбросил эту мысль как бредовую. Нет, это не сработает. Роланд наверняка слушается Эндрю беспрекословно. У них там какая-то своя игра. Да и, чего греха таить, они если я помню, иногда занимаются совместной дрочкой и минетом со стороны Эндрю в подсобке клуба. Я в пролёте. Но и хрен с ним. Плевать. Забью на то, что я знаю, кто он такой, и продолжу общаться с ним. Нужно собрать больше информации. Ненавязчиво и очень тонко стал намекать, знает ли он Эндрю, Аарона и Ники. Не называя их имён и не вдаваясь в подробности. Просто задавал наводящие вопросы. И мои подозрения подтвердились. Он их знает. Хоть и не назвал имён, но я всё понял по его уклончивым ответам, и загадочной, даже ностальгической улыбке. Значит, те уже работали здесь. Интересно, Эндрю уже под таблетки или ещё нет? Он же вроде парней до полусмерти избил, защищая Ники, которого чуть не избили за то, что он гей. Вот же идиоты. Но и суд пидорасы, прописать человеку мощные антидепрессанты, да такие, что у человека крыша едет и он не понимает и не контролирует себя. Что даже такому сухарю, как Эндрю, снесло башню, и он всё время лыбился и вёл себя как псих. Всё ему хиханьки да хаханьки было. Кузена припугнуть, приставив нож к рёбрам, легко, руку сломать, чтобы не играть, расплюнуть, нервы все мотать, всегда - пожалуйста, даже просить не нужно. И отходняк у них то ещё удовольствие, руки дрожат, голова гудит, блевать тянет, что сказать, ломка. Брр, жёсткая хрень, не хотел бы я быть под ней. Я б в итоге наверняка запутался, реально мне весело или штырит, а крыша мне бы вдогонку махала ручкой на прощанье, говоря — Не унывай, всё пучком. Крепись, я рядом, но не с тобой. Ладно, когда встречусь с ним, тогда и узнаю. И у меня есть какое-то шестое чувство, что рано или поздно я его встречу. И причём до начала сюжета книг. Я продолжал общаться с Роландом, стараясь не думать о том, кто он такой и чем занимается. Алкоголь постепенно уносил меня в мир забытья. Эспис отступил на задний план, уступая место более приятным мыслям. Я почти расслабился. Но, как говорится, счастье длится недолго. — Эй, Роланд! Налей-ка мне, как обычно! А то Ники ноет, что сейчас помрёт без топлива! Этот голос… будто знакомый, излишне весёлый и пропитанный какой-то угрожающей беззаботностью. Инстинктивно я напрягся. И тут, словно в замедленной съёмке, поворачиваю голову. И вижу его. Эндрю, мать его, Джозефа Миньярда. Это точно он, а не Аарон, жопой чую. Он, с силой опершись руками о барную стойку, смотрел на Роланда с дикой ухмылкой на лице. Судя по мути в глазах, он был под кайфом. Под таблетками, как и предупреждали книги. Я, словно идиот, застыл, рассматривая его. Широкие плечи, сильные руки, платиновые волосы, карие глаза… Сука, почему именно те глаза, которые мне пиздец как нравятся?! Острые черты лица, пирсинг брови. Да, он невысокого роста, даже ниже меня, но это ни капли не делает его милым или беззащитным. От него прямо веет угрозой. Хищник. Опасность. Я продолжал пялиться на него, как дебил, рассматривая каждую деталь его лица. Он, видимо, заметил мой взгляд, или же просто устал от того, что его рассматривают, как картину Моны Лизы, и повернулся ко мне. Быстрый, пронзительный взгляд. И ухмылка, которая с каждой секундой будто становилась шире. — А что это мы смотрим? — пропел он, его голос был тихим из-за музыки, но от этого ещё более пугающим — Глазки лишние? Давай вырву, чтоб не мешали. И угрожающе протянул руку к моему лицу. В этот момент в моей голове всплыл образ Эсписа. Его руки, его поцелуи, его мерзкий шёпот. Я, словно под действием электрического разряда, рефлекторно отшатнулся, как от удара. А потом, ошалело, смотрел на удивлённого Эндрю. Чёрт! Я не контролировал себя! Рефлекс. Блядский рефлекс, чтоб его побрал. Эндрю смотрел на меня так, будто понял, что я не контролировал себя. Что это защитная реакция, реакция на то, что могут прикоснуться. Даже не на угрозу. Он сжал руку в кулак и убрал её в карман. Даже сделал шаг назад, чтобы не прикоснуться и не нависать надо мной. От этого жеста моё сердце пропустило удар. Почему он так поступил? Что это значит? Я смотрел на него, как баран на новые ворота, не зная, что сказать и что делать. Он же, словно потеряв интерес, повернулся к Роланду, который принёс поднос с напитками. С усмешкой взял поднос и сказал. — Эй, Роланд! Присмотри за ним, чтобы не обижали и не трогали. И кивнул в мою сторону. Роланд, явно удивлённый таким вниманием со стороны Эндрю к моей скромной персоне, кивнул в ответ. Эндрю же ушёл, растворяясь в толпе. Я провожал его взглядом до тех пор, пока он не пропал из поля зрения. Повернувшись к Роланду, я увидел его лицо, искажённое удивлением. — Что… — начал он, заикаясь — Что ты сделал, что Эндрю проявил к тебе интерес? И откуда ты знаешь Эндрю? Ты вообще его знаешь? Я молчал. Лишь взял со стойки чужую стопку хер пойми чего и выпил залпом. — Приятно познакомиться — пробормотал я, в пустоту.