Ты навсегда в моём сердце

9 лет спустя

      Осеннее утро в Гилфорде встретило жителей пасмурной и дождливой погодой. С ночи шёл дождь, и, казалось, не собирался заканчиваться. Серые тучи нависали над городом, делая его более мрачным, но не менее красивым. Капли дождя стучали по окнам и крышам, а бегущие по улицам люди желали быстрее укрыться от непогоды, раскрывая зонты и натягивая капюшоны. Сейчас было особенно приятно оказаться дома, в тепле и уюте, наслаждаясь чашкой горячего чая.       И именно сегодня был такой день для Тэхёна, как, в принципе, и другие похожие дни. Он сидел дома на диване перед камином, делая очередной перевод книги. Работа фрилансером так затянула его, что он давно перестал думать о том, чтобы работать в офисе, только иногда выбираясь туда, чтобы показать директору, что он жив и здоров.       Ну как директору. Гарольд Уэльс был его другом со времён учёбы, когда Ким перебрался с мамой в Англию. Ей тогда предложили преподавать корейский язык на факультете востоковедения в Лондонском университете, а Тэхёну было уже всё равно, где учиться и жить — ведь жить он перестал в тот самый день.       Гарольд был светловолосым с зелёными глазами парнем, немного ниже корейского студента и на год старше. Когда увидел его потерянного в стенах ВУЗа, то решил взять под своё крыло красивого, но грустного парня и ввести в курс дела, знакомя с университетом и студенческой жизнью. Ким принимал его помощь, но ближе к себе не подпускал — открывать свою душу перед кем-то ему не хотелось, поэтому всегда только отмахивался, говоря, что «Всё хорошо» или «Я в норме».       Ближе к окончанию учёбы Тэхён, привыкший к своему вечно позитивному другу, всё-таки вылил тому всё, что копил в своей душе эти годы. Это был их первый разговор по душам, как и первая в жизни такая попойка, после которой Ким отходил пару дней.       Жизнь текла размеренно. После окончания, Тэ получил свой первый заказ на перевод книги «Блаженный» в двух томах. Спасибо преподавателю, который посоветовал его одной фирме как лучшего своего студента. Когда Гарольд узнал об этом, ему пришла идея создать свое агентство, которое будет искать заказчиков, нуждающихся в переводе книг и публикаций. Ким был ему благодарен за клиентов, которые вскоре стали связываться с ним напрямую.       Сидя в своей любимой гостиной и слушая мелодию дождя, Тэ тяжело вздыхал, понимая, что сроки горят, а его перевод ещё не готов. Проведя носом по воздуху и вздохнув запах свежей выпечки, он улыбнулся — это единственное, что могло поднять ему настроение утром.       — Милый, завтрак готов. — прозвучал тонкий женский голосок со стороны кухни. — Мой руки и приходи.       — Иду, Лизи. — крикнул он в ответ, закрывая ноутбук и вставая с дивана.       С Элизабет Смит они познакомились в одной милой домашней кондитерской три года назад, где девушка работала, а Тэхён зашёл купить какао с бисквитом, о которых говорил весь город. Пекарня Uncle Smith's Baking была известна не только в Гилфорде, но и по всей Англии. Её основал прадед Элизабет много лет назад, обеспечив своих будущих потомков хорошим заработком. Когда Лизи была совсем маленькой, её отец создал сеть по всей Англии, благодаря чему сейчас она вообще могла не работать и спокойно жить в своём уютном доме недалеко от озера и наслаждаться прогулками по саду.       — Как всегда превосходно пахнет. — обнял за талию и поцеловал в макушку светлых волос. — Я так скоро поправлюсь. — усмехнулся, садясь за стол.       — Если б была предрасположенность, то давно бы ходил уже колобком. А... нет — перекатывался. — засмеялась она, разливая чай с мятой по бокалам.       И это было правдой — два года, как они живут вместе, и она не перестаёт каждый день баловать своего любимого мужчину новыми и старыми десертами. Благодаря этому хобби, меню кондитерской обновилось, а Элизабет стала главным технологом в семейном деле.       — Шути, шути. Вот действительно растолстею и что будешь тогда делать? — облизав ложку от крема и направив её в сторону девушки, спросил Ким.       — Всё также продолжать тебя любить. — мило улыбнулась она и, подойдя ближе, обняла парня.       Ким приподнял уголки губ и молча кивнул. В их отношениях слова любви звучали только с её стороны, а Тэ изнутри грызла совесть, что он никогда не сможет их ей сказать.       Включив музыку, девушка вернулась к нему и, взяв за руки, отвела немного от стола, чтоб ненароком не задеть его.       — Потанцуем, господин Ким? — с хитрецой спросила она.       — Потанцуем, госпожа Смит. — улыбнулся Тэхён, обнимая её и начиная двигаться в такт музыки, кружа партнёршу.       Движения их были легки и изящны, словно они парили над полом. Мужчина уверенно вёл свою даму, бережно поддерживая её за талию. Она же доверчиво прильнула к нему, положив руки на плечи. Их танец был подобен течению реки, которая то ускоряется, то замедляется, но всегда движется вперёд. Элизабет смотрела на него, словно пытаясь запомнить каждую чёрточку любимого лица, а Ким только мягко улыбался в ответ, видя с каким трепетом на него смотрят.       Легко, спокойно, комфортно — такие слова приходили в голову каждый раз, когда он был с ней. Совместные походы в кинотеатры, рестораны, танцы дома под луной — всё это вызывало в Тэхёне нежные чувства, которые он старался дарить в ответ. Очень старался, но выходило плохо.       Смит была красивой, светловолосой девушкой с янтарными глазами, очень светлой душой и добрым сердцем, которая покорила Тэхёна своей нежной улыбкой, заботой и терпением. Только спустя год общения, Ким не смог больше сопротивляться её чарам и согласился попробовать жить вместе, переехав в усадьбу, которая реставрировалась и передавалась из поколения в поколение.       Тэхёна тогда очень сильно ломало изнутри. Борясь со своими внутренними демонами, он пришёл к выводу, что девушка для него идеальный вариант, ведь с парнем он точно больше никогда не будет — для него существовал только один на всей планете. А Лизи… Она проявила столько упорства в сочетании с нежностью, мудростью и терпением, что Тэ в итоге сдался.       Смит знала его историю, принимала это и понимала, что он не сможет её полюбить. Но где-то в глубине души надеялась, что когда-нибудь растопит сердце корейского красавчика. Узнала она об этом, кстати, в день своего рождения — Тэхён тогда очень старался выглядеть весёлым, но получалось плохо. Лизи предложила ему сбежать с вечеринки и зайти в один из пабов. Там, приняв изрядную долю алкоголя, Ким и поведал, что день её рождения, это день их расставания с Чонгуком. Там он и узнал, что с ней был одного года рождения, только Лизи на день старше его.       — Ты в пекарню? — повернул голову парень, слыша шорохи позади себя.       — Да, нужно довести до идеала новый рецепт маковых плюшек, а здесь, — она провела в воздухе. — невозможно приготовить в таких объемах. Буду ближе к семи вечера. — сказала она и, подойдя к парню, наклонилась, чтобы получить свой поцелуй.       — А я буду корпеть над этим. — указал на ноутбук. — Сроки горят, а готово только наполовину.       Когда девушка ушла, он развернулся, удобнее разместившись на диване, и продолжил печатать текст. С одной стороны, этот заказ должен был быть самым лёгким, ведь нужно было перевести с родного корейского языка, но в тоже время оказался самым тяжёлым, впуская в сердце пережитые воспоминания, о которых периодически напоминал браслет на запястье.

Flashback

      Когда Чонгук оказался в Америке, он сразу написал Тэхёну об этом. Они общались каждый день, насколько это было возможно - ведь разница во времени была существенной. Как правило, они только отвечали на полученные ночами мессэджи. Иногда им удавалось найти время, чтобы увидеть друг друга онлайн. Вот тогда они были счастливы по-настоящему - касаясь рукой экрана и проводя по нему, мечтали, что скоро смогут почувствовать это прикосновение вживую.       Каждый раз, смотря на браслет, где две серебряные птицы и знак бесконечности были оплетены чёрной кожей, улыбка появлялась на лице Тэхёна. Это был самый дорогой сердцу подарок, который он поклялся хранить и носить вечно.       Время шло, их общение по видео становилось реже. Чонгук объяснял это тем, что стал работать после учёбы, чтобы накопить денег и вернуться в Сеул. Тэхён же ничего не говорил, хоть и скучал, лишь мечтая побыстрее увидеть его здесь в Корее. Он тоже хотел пойти на подработку, чтоб вместе собрать денег, но мама категорически была против, зачем-то постоянно нагружая сына всё больше и больше английским языком, хотя у того и так не было с ним проблем.       Спустя пару месяцев Чонгук пропал. Просто перестал выходить на связь, писать и даже читать сообщения. Тэхён не мог понять в чём дело, очень переживал и не находил себе места. Учёба шла из рук вон плохо, ему вообще не было до неё дела. С мамой стали чаще ссориться, так как та слишком настойчиво заставляла учиться.       Каждый раз, когда Ким нажимал на кнопку вызова, в ответ слышал только «абонент недоступен». Он пытался отвлечься от своих мыслей, которые просто съедали его голову, но это было невозможно. Со временем пришло понимание, что он должен перестать ждать, хотя не мог этого сделать, продолжая надеяться, что Чонгук напишет ему, и всё будет, как прежде.       Но Чонгук так и не написал. И Тэхён понял, что должен смириться с этим — вот только не знал, как.       — Собирай потихоньку вещи, сынок. — обратила на себя внимание мама, заходя в комнату. — Мы скоро переезжаем.       — Что? Куда? Зачем? — отбросил учебник по английскому и вскочил с кровати. — Я не могу. Я никуда не поеду.       — Послушай, Тэхён. — вздохнула она, присаживаясь в кресло. — Меня переводят работать в Лондон, и я забираю тебя с собой. Это ненадолго, через пять лет мы обязательно вернёмся сюда домой. — старалась говорить довольно мягко.       — Пять лет? Пять лет? — не мог успокоиться парень, расхаживая по комнате. — Пф, всего-то каких-то пять лет. — ехидно возмутился он, размахивая руками. — А моё мнение ты узнала? Хочу ли я поехать с тобой?       — Это не обсуждается. Я тебя перевела в тот же университет, продолжишь учёбу там. Тем более, — вздохнула она, вставая и подходя к двери. — английский ты знаешь довольно неплохо.       — Ты ничем не лучше их. — остро бросил ей в спину сын, напоминая о случае с Чонгуком.       — У тебя три дня, чтобы собрать вещи. — сказала женщина, глубоко вздыхая, и, не поворачиваясь, покинула комнату.       Она знала, что Чоны собираются улетать в Америку, знала и об истинной причине их отъезда, так как общалась с родителями, обсуждая изменения в их сыновьях после той поездки, но ничего не сказала сыну, посчитав, что так будет лучше. Госпожа Ким всегда желала ему только счастья и винила себя в том, что не смогла уберечь сына от "такой" любви, когда ушла в траур после смерти его отца. Возможно, она и смогла бы её принять со временем, но Чоны убедили её в обратном. В надежде, что это всё только юношеский интерес, который скоро пройдёт, она согласилась, что так будет лучше.       Жалела ли она? Конечно, жалела, когда видела, как её сын страдает, но пути назад не было. Она только молила, чтоб Тэхён когда-нибудь простил мать.       Долгое время, находясь на чужбине, Ким не отключал свою сим-карту в надежде, что сможет связаться с Гуки. Спустя два года он вытащил её из телефона и убрал в маленькую коробочку — ждать бесполезно, прошло слишком много времени.

Конец Flashback

      Парень откинул голову назад и тяжело вздохнул. Время, конечно, облегчает боль, но нет такой силы, чтобы перестать любить. В этом он был слаб и признавался самому себе. Какой бы замечательной не была Лизи, но Ким не мог полюбить её и даже не старался это сделать, ведь однажды он уже отдал своё сердце, пообещав любить вечно.

***

      Гилфорд по-настоящему был прекрасным, очень уютным местом в тридцати минутах езды от шумного Лондона. Сочетание классического английского города с пряничными домиками на центральных мощённых улочках и сельской местности с зелёными холмами и старыми замками завораживало. Кто-то мог посчитать его достаточно скучным из-за отсутствия большого количества развлечений, но для Тэхёна он стал своего рода отдушиной, где смог найти покой, устав от шумной столицы.       Парень любил гулять вдоль живописной реки Уэй, вспоминая Ханган в Сеуле, по которой ходили прогулочные суда. А если хотел уединиться, то уезжал на холмы или Silent Pool, где мог подумать о жизни, глубоко подышать или даже крикнуть куда-то в небо, чтоб хоть немного стало легче.       Первый раз он оказался здесь, когда учился на четвёртом курсе, благодаря своему другу, который пригласил его на выходные к себе домой. Спустя время Ким приехал ещё раз, именно тогда и познакомился с Лизи. Возвращаться сюда чуть ли не каждую неделю вошло в привычку. Он любил гулять по окрестностям, наслаждаясь живописными видами и свежим воздухом.       Встречи с Лизи всегда были особенными. Они разговаривали обо всём на свете — от повседневных дел до глубоких философских тем. Девушка была умной и интересной собеседницей. Время с ней проходило быстрее, заставляя парня не думать о прошлом. А когда она взяла инициативу в свои руки и предложила переехать к ней, мужчина согласился, посчитав, что ему действительно здесь будет спокойно.       В те поздние вечера, когда улицы становились тихими, а тени удлинялись, Тэхён часто гулял по городу в одиночестве. Он не торопился, словно пытался уловить что-то неуловимое в воздухе. В его голове роились мысли, которыми любил делиться с Чонгуком, даже если тот был всего лишь воображаемым собеседником.       — Почему люди так часто чувствуют себя одинокими, даже имея рядом кого-то? — спрашивал он себя, глядя на мерцающие огни фонарей. — Почему они не могут быть с тем, кого выбрало сердце?       Тэхён представлял, как Чонгук отвечает ему своим успокаивающим голосом, словно ветер, шепчущий в листве деревьев. Продолжая свои ночные прогулки и размышляя о жизни, парень находил утешение в этих воображаемых разговорах. В такие моменты он чувствовал себя ближе к Чонгуку, чем когда-либо, и верил, что, несмотря на расстояние и время, их связь крепка.       — Как ты там? — сел на скамейку на холме, с которого открывался великолепный вид на город. — Надеюсь, что ты жив и здоров. — усмехнулся. — А я вот умер в тот дождливый декабрьский день. — выдохнул, проведя рукой по лицу. — Я так скучаю, Чонгуки. — поднял голову к небу. — Знаешь, я чувствую себя пленником этой любви, но при этом не молю о свободе.       Ветер играл в волосах парня, нежно перебирая и развевая их во все стороны, а где-то на горизонте показались первые вспышки молнии. Они были похожи на маленькие фейерверки, которые неожиданно вспыхивали и так же быстро исчезали.       — Помнишь, как однажды в деревне ты испугался сильного грома, а потом и молнии, которая осветила наш домик? — засмеялся. — Я всегда вспоминаю тебя, когда идёт дождь. — улыбка сошла с лица. — Где ты? С кем ты? Как же я хочу услышать твой голос. — покачал головой из стороны в сторону, сжимая пальто в районе груди. — Жизнь без тебя, как остаться без воздуха. Я дышу рефлексами, но не живу вовсе. Сколько мне ещё ждать? — он поднял лицо к небу, чувствуя, как первые капли дождя коснулись его лица, смешиваясь со слезами. — Мир, в котором я ищу тебя глазами, будто опустел, Чонгуки. — прикрыл веки. — Я не готов отпустить тебя. — крикнул он в темноту, сжимая кулаки. — Если есть шанс увидеть тебя ещё хоть раз, просто дай знак.       Где-то в воздухе раздался оглушительный раскат грома, а молния, которая иногда появлялась в темноте маленькими вспышками, ударила разрядом, соединив небо и землю и озаряя всё вокруг ослепительным светом.       — Спасибо. — улыбнулся парень, смотря в черную даль и вставая с лавочки.       Сегодня, в очередной раз, хоть и ненадолго, но ему стало легче.

***

      Когда наступал декабрь, Ким становился мрачнее тучи, и в этот период Элизабет старалась его не беспокоить. Привыкла. Она настолько была влюблена в него, что была готова свыкнуться со всем, лишь бы он был рядом и обнимал так, как никто другой, целовал так, как никто другой в мире этого не делал.       Частенько, когда девушка видела Кима задумчивым, то поджимала нижнюю губу и опускала взгляд. Ей всегда казалось, что она насильно держит его возле себя, хотя это было не так. Мужчина мог уйти в любой момент, и Лизи бы не стала его держать, хоть и сердце бы разрывалось изнутри — она изначально знала на что идёт, но желание быть в объятиях этого парня было куда сильнее, чем понимание, что это всё ненадолго.       Англия и дождь — синонимы, по-другому сказать нельзя. Ощущение, что где-то там наверху решили, что над этой страной всегда будет висеть эта ненавистная всеми людьми туча, и только летом будет пропадать где-то за горизонтом, даря тепло и солнце.       Ким вышел из такси и, раскрыв зонтик, направился к пабу. Серые тучи нависали над городом, а капли дождя беспрестанно падали на асфальт, образовывая лужи. Декабрь выдался достаточно дождливым, и Ким уже успел к этому привыкнуть. Конечно, он мог спокойно доехать до Лондона на своей машине, но сегодня был не тот день. Они с Гарольдом решили встретиться и выпить, а точнее напиться, так как настроение было ни к чёрту у обоих.       Когда Тэ подошёл к пабу, дверь открылась, и из него вышел друг в сером пальто и классическом черном костюме и, заметив Кима, помахал ему рукой.       — Привет, дружище! — крикнул он. — Я уже начал думать, что ты не придёшь.       — Прости, немного задержался. — ответил тот, открывая дверь паба. — Ну что, пойдём внутрь?       — Да, конечно. — ответил Гарольд, пропуская парня вперёд.       Это был типичный английский паб со созвучным названием Lager Pab, интерьер которого был сделан в темных тонах. На всю длину помещения располагалась длинная барная стойка со множеством стульев рядом, так как англичане любили приходить на стаканчик, другой. И чтобы не занимать столики, за которыми, как правило, сидели компании, останавливали свой выбор именно на этом месте.       Парни, проходя сквозь толпу, дошли до забронированного столика в углу паба и сели, заказав по кружке тёмного пива. Ким чувствовал, как друг напряжён и ему нужно выговориться. Чокнувшись бокалами, он посмотрел на Гарольда и приподнял уголки губ.       — Ну, рассказывай, что у тебя случилось? — спросил, сделав глоток пива.       — Уфф… — выдохнул он, затягиваясь прикуренной сигаретой. — Мы расстались с Адель.       — Хм, почему? — сдвинул брови Тэхён.       — Она так захотела. — пожал плечами и до дна осушил бокал. — А я не стал спорить. — махнул официанту, подзывая его к себе.       — Подожди, вы три года вместе. Не могла же она просто молча уйти? — проводил рукой по волосам Ким, убирая отросшую чёлку назад.       — В Англии многие так уходят — молча. — усмехнулся, заказывая подошедшему официанту виски.       — Вообще ни черта не понимаю. Давай по порядку. — выдохнул друг, следом допивая пиво.       Гарольд смотрел на зажигалку, которую крутил своими пальцами, и только усмехался своим мыслям. Когда им принесли бутылку виски и сковородку жареных сосисок, он разлил спиртное по стаканам, поднимая один из них.       — Я просто неудачник. — усмехнулся и залил в себя порцию алкоголя, морщась от послевкусия. — Она, конечно, прямо не сказала, но из её слов я понял так.       — А теперь расскажи мне всё, чтоб я тоже хоть немного понимал. — сказал Ким, накалывая сосиску. — И не забывай есть, а то улетишь раньше времени такими темпами.       — Она думала, что очень скоро я стану достаточно богатым и смогу её полностью обеспечивать. — пожал плечами, усмехнувшись.       — Ты же хорошо зарабатываешь. — удивился Ким, застыв с вилкой во рту.       — Но не для её хотелок. Каждую неделю она требует от меня новые брендовые сумочки, шмотки. А я откладываю деньги на развитие своей фирмы и не могу позволить себе такие траты. — выпил опять залпом виски. — Я не скупердяй, ты не подумай. Просто… Просто я открыл глаза и понял, что я сам ей не нужен. Когда в очередной запрос отказал ей в покупке, она психанула и сказала, что достойна большего.       — А ты что? — Ким сидел, уперевшись на спинку стула, и внимательно слушал.       — А что я? — усмехнулся. — Сказал, что тоже больше не вижу смысла в таких потребительских отношениях.       — Ты не подумай ничего такого. — вздохнул Тэхён. — Но я рад, что ты открыл глаза и увидел её сущность. Там точно не было любви.       — Ты знал? Почему не сказал? — приподнял брови Гарольд.       — Догадывался. Да и не хотел лезть в ваши отношения. Ты был счастлив с ней, и мои слова настроили бы тебя только против меня. — разлил виски и поднял бокал. — Просто тебе нужно было время, чтобы самому всё увидеть. — приподнял правый уголок губы в усмешке. — За свободу?       — За свободу. — улыбнулся друг. — Ух, даже как-то полегчало. Спасибо.       — Да ладно, было бы за что. — отмахнулся Ким, смакуя спиртное.       Паб шумел, люди сменялись один за другим, ненавязчивая музыка разливалась по помещению. Официанты сновали между столиками, стараясь не пропустить ни одного заказа. Бармен за стойкой ловко управлялся с напитками, создавая шедевры из пены и льда. Кто-то уже успел подраться возле входа, и их вывели на улицу, чтобы не мешать остальным гостям.

🎵 Glimpse of us - Joji

      Допив бутылку виски, парни заказали ещё одну и закуски. Сегодня был только их вечер — вечер откровений и разговоров по душам. Никаких телефонов, которые в самом начале были убраны в карманы и поставлены на беззвучный режим. Адель больше не позвонит, а Элизабет… В такие дни она никогда не тревожила Тэхёна, спокойно ожидая его дома.       — Теперь твоя очередь. — сказал Гарольд, заглядывая в глаза друга. — Это всё декабрь? Из-за него ты такой поникший?       — Всё хорошо. — слегка улыбнулся Ким и вздохнул. — Пройдёт этот месяц, и всё остальное пройдёт.       — Скучаешь по нему?       — Безумно. — посмотрел на друга Тэхён. — Я всегда по нему скучаю, по всему, что связано с ним: по его улыбке, по его уверенности, по тому, как смотрел на меня и обнимал. — поджал нижнюю губу. — Каждый раз думаю, а как было бы, если б мы никогда не расставались, если б он был рядом? — усмехнулся.       — Вау. Я, наверное, впервые слышу такие слова. — кивнул головой. — Но Элизабет прекрасная девушка. Так и не смог полюбить её? — вдруг выдал Уэльс свой вопрос, которого раньше избегал.       — И не смогу. И она это знает. И я ненавижу себя за то, что не могу дать ей то, что она заслуживает. — откинулся на спинку стула. — Она прекрасная, просто удивительная девушка, которая приносит в мою жизнь солнечный свет. Когда снаружи темно и льёт дождь, она врывается, словно радуга, озаряя всё вокруг. И только, — он опустил взгляд на стакан, который крутил в руках. — благодаря ей, я, можно сказать, вышел из своего уныния. Лизи всегда поддержит, утешит, никогда ничего не потребует…       — Да она идеальная, друг. — воскликнул англичанин.       — Возможно, и идеальная. — перевёл взгляд на Гарольда. — Но идеальная, не значит подходящая. А знаешь, что самое паршивое? — ударил себя в грудь. — Я всегда вижу его в ней, когда смотрю в глаза. Я мечтаю, чтоб Чонгук оказался на её месте, и ничего не могу с этим поделать. И от этого так тошно. — покачал головой. — Тошно от самого себя, что не ухожу, что не даю ей возможность встретить того, кто будет любить её и боготворить, как она того заслуживает. — выдохнул и залпом выпил обжигающую жидкость, отказавшись от закуски, предложенной другом. — Не знаю, что причинит ей больше боли: если я уйду или останусь.       — У меня такого не было — к сожалению, или к счастью, не знаю. Но девять лет — это срок, Тэ. — положил руку поверх его. — Может пора отпустить?       — Это единственное, в чём я слаб. — усмехнулся, крутя браслет на запястье. — Никто не сможет стереть мою любовь к нему, которая запечатана в сердце. Даже я сам.       Время было три ночи, когда Тэхён вернулся домой. Тихо закрыв за собой дверь, хотел уже подняться в комнату, как его внимание привлекла тень на диване. Он глубоко вздохнул и, подойдя к нему, присел на корточки, смотря на прекрасное и спящее лицо его девушки, на которое слегка попадал свет от фонаря с улицы.       В другой ситуации, он бы обязательно полюбил её и отдал своё сердце, ведь именно у неё оно было бы целым до конца дней. Тяжело вздохнув, Ким опустил голову и покачал. Он правда не хотел причинять ей боль, но, видимо, об этом надо было думать до того, как соглашался на эти отношения.       — Что же мне делать? — еле прошептал он, убирая прядь с её лба. — Как мне отпустить тебя, не причиняя боли, чтоб ты была счастлива, Лизи? Время и ты облегчаете мою боль, но нет такой силы, чтобы я мог перестать любить. — глубоко вздохнул, опустив голову. — В этом огромном мире я не смогу больше полюбить так, как люблю его. Прости меня… Прости… Я так устал думать, я просто хочу чувствовать.       Тэхён поднялся и пошёл на цыпочках в свою комнату, стараясь не создавать шума. Раздевшись и приняв душ, он лёг в кровать, обнимая одеяло ногами. Сердце ныло, душа болела, в глазах появлялась влага. Сегодняшний разговор с другом ещё больше укоренил в его голове мысль, что пора или что-то делать, или мириться с жизнью без Чонгука.       — Я не справляюсь. — шептал он. — Пожалуйста, поговори со мной, обними меня, приди ко мне хотя бы во сне. Как же я хочу услышать и увидеть тебя. — шмыгал носом. — Чонгуки, мне так тебя не хватает. Я безумно скучаю, любимый.       А в это время слёзы скатились из глаз Элизабет, которая слышала каждое сказанное Тэхёном слово, когда тот стоял возле неё, потому что не спала — ждала, как ждут любимых людей, и как жаль, что не любящих в ответ. Вытерев рукой дорожки от слез, она повернулась на другой бок и накрылась полностью одеялом, чтоб никто не смог услышать её всхлипов. Любовь — это самое сильное чувство, которое может испытать человек. И если оно в венах, то ничем его уже не вывести оттуда.       «Пора отпускать». — пронеслось в её голове перед тем, как она погрузилась в сон.

***

      Тэхён как всегда сидел в гостиной за ноутбуком и выбирал подарок девушке на предстоящий день рождения, когда хлопнула дверь. Закрыв ноутбук, он повернулся в сторону входа, откуда не спеша в его сторону шла Элизабет.       — Голодная? — получив тихий кивок головы в знак согласия, он встал и направился на кухню. — Садись. — сказал он, указывая на стул. — Я сейчас всё разогрею. — залез в холодильник и достал мясо с овощами.       — Закончил с переводом? — поинтересовалась она, грустно смотря в его сторону.       — Да, успел сдать всё в срок. — согласно кивнул. — Сегодня у нас будет корейский ужин. — улыбнулся. — Я приготовил самгёпсаль, рис, кимчи и ещё немного закусок. — задумался. — Ах да, вино. — достал бутылку из винного шкафа. — Тоже успело охладиться.       Ужин проходил как обычно за тёплыми разговорами обо всём. Лизи рассказывала, как прошёл её день, что нового удалось сделать и как рост прибыли увеличился в разы после того, как внесли в меню новые блюда. Ким радовался её успехам, как своим, и всегда поддерживал любое начинание.       — Что с тобой? — спросил он обеспокоенно, отпивая вино. — Что-то случилось?       — Я думаю, что пришло время нам поговорить, Тэ. — она вздохнула и перевела на него глаза, в которых блестела влага.       — Хорошо. — сказал он, накрывая её руку своей. — Что тебя беспокоит, Лизи?       — Ты, Тэхён. Я вижу, как тебе плохо. — выдохнула. — Я думала, что со временем ты сможешь впустить меня в своё сердце. — недовольно покачала головой. — Прости, что была такой эгоисткой.       — Никогда не говори так. — взял её руку в свою ладошку. — Ты самая потрясающая, добрая, нежная девушка из всех, кого я встречал.       — Однако, так и не смогла завоевать твою любовь. — её глаза были устремлены куда-то в сторону стола. Смотреть на парня не было сил.       — Прости, но я с самого начала ничего не утаивал от тебя, оберегая свою любовь, что в сердце. — он перевёл взгляд за окно, где ветер играл с листьями каштана. — Это моя вина, что нам приходится сейчас говорить об этом. Если б я тогда не согласился…       — Не говори так. Мы оба знали, на что шли. Мы хотели попробовать, но наши надежды не оправдались. Такое бывает. — Смит посмотрела в его глаза. — Я недавно поняла, насколько твоя любовь сильна, и как она ломает тебя изнутри. И я не вправе держать тебя.       Тэхён встал и, подойдя к ней сзади, обнял, поцеловав в макушку светлых волос.       — Ты знаешь, как я отношусь к тебе и как относился всё это время. — пытался сдерживать дрожь в голосе.       — Знаю, мой хороший. Но ты никогда не сможешь полюбить меня так, как его. — опустила голову, прочистив горло. — Ты старался быть счастливым и меня делал такой же, за что я благодарна. Но… я вижу, как ты не счастлив в итоге. Я отпускаю тебя, Тэхён. — сказала она, обернувшись, а по щеке скатилась слеза.       Ким уткнулся лицом в её плечо и заплакал, наконец отпустив себя и позволив хоть на короткое время показать свою боль. Элизабет обняла его и прижала к себе, проводя рукой по волосам и шепча успокаивающие слова. Слезы текли рекой — они прощались с частью своей жизни, в которой пытались быть счастливыми.       — Я никогда не забуду тебя, Лизи. — говорил он, проводя рукой по её щеке. — Ты словно солнце освещала мою серую жизнь.       — Всё, что не делается — делается к лучшему. — улыбнулась она сквозь слезы. — Благодаря тому, что ты появился в моей жизни, я нашла своё хобби, которое принесло большой доход нашему семейному делу. — улыбнулась.       — И я очень рад этому. — крепко обнял её, покачиваясь.       — Пообещай мне одну вещь. Как найдёшь его, то обязательно сообщишь. А лучше пришлёшь ваше фото. — старалась улыбаться, поглаживая по спине.       — А ты мне, как только встретишь своего того самого. — прошёлся пальцем по кончику носа. — Ты заслуживаешь самого лучшего мужчину на свете, Лизи. — взял пальцами за подбородок. — Пообещай мне, что, если нужна будет помощь, ты всегда обратишься ко мне, и неважно за сколько тысяч километров я буду от тебя.       — Обещаю, Тэ. И спасибо, что был в моей жизни, пусть и не так долго.       — И тебе спасибо. — сказал, забирая в свои объятия.