Сказка на ночь

      Чонгук уже сорок минут стоит в душе. Он дважды вымыл голову и трижды все остальное. Сказать, что он нервничает, это не сказать ничего. Станок в руках дрожит так, что он всерьез подумывает, что сейчас вскроет себе яремную вену.       Его сексуальный опыт настолько ничтожен, что он боится облажаться, даже не начав.              Впервые Чонгук переспал с парнем на третьем курсе. Он подцепил его в баре, в котором отмечал с одногруппниками успешно закрытую сессию. Алкоголь сыграл злую шутку. Секс, как и сам парень, ему не понравился. Слишком ненатурально стонал, слишком похабно и дешево выгибался, говорил слишком мерзкие смущающие вещи и почему-то упорно требовал номер телефона после. Хотя Чонгук не планировал не то что продолжения знакомства, а подумывал втихую свалить прямо в процессе. Хоть он и кончил, но удовольствия не получил. После всего хотелось отмыться. Того парня еще видел позже несколько раз, но проходил мимо с таким видом, будто тот декорация, и ни разу даже кивком не поздоровался.       Второй секс случился года четыре назад. И все, что удалось вспомнить после той ночи, это красивую загорелую спину и жаркие стоны. Чонгук точно помнил, что было очень хорошо и не один раз. Но ни лица, ни имени, ни даже места он так и не вспомнил. После той попойки и близости проснулся он дома с таким жутким похмельем, что решил, будто умер и уже активно варится в адском котле. В зеркале показывали какой-то фильм ужасов с Чонгуком в роли главаря зомби. Лицо сливалось цветом с серой плиткой душевой, сосуды в глазах полопались, темные круги косплеили панду, и выходило чуть не лучше оригинала. На шее красовался засос размером с Австралию.       На этом и закончилась вся опытность Чонгука. Больше он так не напивался и в барах никого не цеплял. По одной простой причине. Ему не нравились люди, которые в этих барах находились. А градус в крови был недостаточно высок, чтобы соглашаться на одноразовую связь. Про многоразовые речь вообще не шла в силу личных качеств и постоянного одергивания самого себя от новых знакомств.       Есть и еще одна пикантная проблема. Чонгук внимательно смотрит на душевую лейку и зависает минут на пять. Он никогда не думал и не планировал быть принимающим игроком. Но… Это же Ким Тэхен и ему хочется отдаться без остатка и играть по его правилам. Член предательски дергается, намекая на то, что Чонгук точно не пожалеет.       — Блять… Решайся уже, — с каким-то шипением бормочет Чон и… решается.

***

      В комнате горит только ночник. Чонгук сидит на краю кровати, уперев локти в колени и сверля глазами невидимую точку на бежевой стене. Когда в дверь раздается тихий стук, Чон дергается и мечется глазами по номеру.       «Может, сделать вид, что меня нет?» — мелькает мысль, но Чонгук старательно гонит ее прочь. — «Ну да, а Тэхен тупой идиот и не поймет, что я еще больший тупой идиот».       Он ползет к двери и открывает сияющему Киму. Тот улыбается уж слишком счастливо и сразу обнимает каменное от нервного напряжения тело, заходя в номер и закрывая дверь.       — Чонгук? — отстраняется и с беспокойством смотрит в глаза. — Что-то не так?       — Нет, все… хорошо. Просто… — Чон теряется. Ну не признаваться же, что он тупо трусит.       — Я не умею читать мысли. Не расскажешь, что тебя беспокоит? — голос взволнованный. Руки гладят плечи, и это прикосновение такое приятное, что Чонгук невольно прикрывает глаза.       — Нет, я в порядке. — шепчет Чон. — Просто… поцелуй меня. Пожалуйста, — как-то слишком надрывно просит.       В следующую секунду он чувствует прохладные пальцы на шее и горячие губы, которые нежно касаются его. Тэхен не спешит, мягко сминает, скользит кончиком языка, и этому невозможно противостоять. Чонгук подается вперед, углубляя поцелуй. Цепляется пальцами за футболку Кима на спине, прижимаясь грудью к широкому торсу. Тэхен разрывает поцелуй, бегает глазами по лицу Чона и невесомо гладит большими пальцами скулы.       — Если ты не хочешь, я не буду уговаривать и тем более принуждать. Я хочу, чтобы тебе было хорошо и комфортно. И секс вообще не главное, — очень тихо, не отводя взгляда. — Можем просто уснуть в обнимку, и я уже буду счастлив, — с улыбкой говорит Тэхен.       — Я хочу! — слишком резко выпаливает Чонгук, смущаясь своей несдержанности. На что Ким тихо смеется и обнимает за плечи. Утыкается в шею губами, целует, поднимаясь к уху, чем вызывает мурашки по всему телу.       — Тогда просто расслабься и доверься мне, — обжигает шепотом.       Чонгук шумно выдыхает и плотнее прижимается, чувствуя, как в штанах нарастает возбуждение. Он откидывает голову назад, давая больше доступа. И Тэхен не заставляет себя долго ждать, целует кадык и спускается поцелуями к ключицам. Чуть втягивает кожу до легкой красноты, но без отметин. Чонгук отпускает тихий стон, и это действует на Тэхена как афродизиак. Он опускает руку на ягодицу, сжимая ее, и вырывает второй стон. Чонгук явно чувствует чужое возбуждение, которое упирается в бедро, и приотпускает страхи и тормоза.       Тэхен не сделает плохо. И это снова не про похоть.       Чонгук делает осторожный шаг назад, не отрывая рук от талии Кима, чуть тянет его на себя. Тот поднимает слегка затуманенный взгляд, понимая без слов. Дойдя до кровати и не отводя взгляда от глаз Чонгука, Тэхен цепляет пальцами край футболки, безмолвно спрашивая, на что получает кивок и тянет вверх, снимая ее. Бегает глазами по красивому рельефу мышц.       Сегодня нет «помощи» алкоголя, и Чонгук, опуская глаза в пол и кусая губу, решается сказать то, что должен.       — Я никогда… — застывает, обрывая себя.       — Это твой первый раз? — спокойно, умело скрывая удивление, чтобы не смущать, спрашивает Тэхен.       — Нет. Я никогда не был снизу, — сдавленно шепчет Чонгук.       — Гуки, мне не важна позиция. Мне важен ты, — так же тихо отвечает Тэхен и пальцами поднимает подбородок, заставляя посмотреть в глаза.       — Я хочу… — Чонгуку кажется, что он шевелит губами беззвучно, но каким-то чудом Ким его понимает.       — Хочешь со мной попробовать? — осторожно спрашивает и получает еле заметный кивок. — Просто скажи, ты мне доверяешь? Это важно и очень ценно.       И снова кивок, на который Тэхен реагирует таким нежным поцелуем, что Чонгук теряет ощущение происходящего, будто зависая в пространстве. Он не понимает, где пол и потолок, и даже не чувствует, как оказывается лежащим на кровати. Пропускает момент, когда Тэхен снимает свою футболку и его штаны. Все кружится, уши заложило. Он встряхивает головой, стараясь вернуться в реальность, и видит темную макушку прямо перед собой. Чувствует влажный язык, плавно обводящий ключицы, спускаясь ниже, и теплые ладони, скользящие по бокам. Тэхен поднимает голову, следя за тем, чтоб Чонгуку все нравилось. Ким завораживающе красив сейчас, и Чон отдается во власть тем ощущениям, которые дарят его губы, язык и руки. До умопомрачения приятные. Он чуть улыбается, давая понять, чтобы тот продолжал, и откидывает голову на подушку. Когда губы касаются чувствительного соска, обжигая дыханием, Чонгук шумно втягивает воздух и чуть подается вперед, выгибаясь в спине. Зарывается пальцами в волосы.       Тэхен втягивает нежную кожу в рот, срывая тихий стон, отчего чуть слышно рычит, понимая, что Чонгуку приятно. Продолжая водить языком вокруг и иногда слегка прикусывать, пальцами другой руки играет со вторым. Расслабляет, дает понять, что все чувствует. Чонгук снова тихо стонет и боится позорно кончить от такой простой ласки. Член дергается и неприятно трется о резинку боксеров.       Тэхен отпускает соски, легкими поцелуями спускается на живот, ведет языком по кромке белья, чуть прикусывая кожу, вызывая мурашки и легкую дрожь.       — Тэ… — слышит сверху сдавленно и накрывает ладонью член через тонкую ткань. Чуть сжимает, но не давит, плавно водит.       Чонгука выгибает снова. Он рвано дышит и вздрагивает, когда пальцы хватают резинку с двух сторон и тянут вниз. На грани сознания он чуть подтягивается на локтях вверх, желая видеть, что делает Тэхен.       Ким встает с кровати, отбрасывая боксеры на пол, достает из своего кармана тюбик со смазкой и упаковку презервативов, бросая на кровать, и снимает свою одежду.       Чонгук зависает на красивом теле. Тэхен создан не земной природой. Он из других миров и вселенных. Настолько красив, что ощущается чувство нереальности.       Совершенно неожиданно Ким приседает возле кровати и целует щиколотку, невесомо, без нажима. В голове Чонгука происходит разрыв всех возможных шаблонов. Гигабайты просмотренного порно стираются из памяти. Ни в одном не было столько нежности и заботы. Столько… любви.       Тэхен ведет губами вверх, едва касаясь разгоряченной кожи. Чуть задерживается на коленке, обводя ее языком. Сгибает ногу, отводя в сторону и ставя пяткой на кровать, продолжает путь языком и губами уже по внутренней стороне бедра.       Чонгук дышит через раз, загипнотизированный всеми чувствами сразу. То, как реагирует его тело и мозг, не поддается никаким объяснениям. Он тонет в солнечном меду, обволакивающе теплом.       Тэхен опускается торсом между ног, отводя вторую, целует под ягодицей и поднимается к паху, поднимая взгляд. Снова безмолвный вопрос и кивок в ответ.       Когда губы касаются основания члена, Чонгук задерживает дыхание и откидывается на подушку. Что такое минет, он знает только в теории. И уж точно не рассчитывал узнать это на практике и почувствовать на себе.       Широким мазком языка Тэхен не спеша добирается до влажной головки, обводя ее по кругу и плавно втягивая в рот. Стон настолько громкий, что немного пугает, и Ким замирает. Чонгук кончиками пальцев касается затылка, прося продолжить, и Тэхен опускается ниже, вбирая до половины. Не торопится, позволяя привыкнуть к ощущениям. Но рука на затылке давит чуть настойчивее, и он начинает двигаться, не опускаясь до конца, а только плотно сжимая губы.       Чонгука пробивают волны дрожи, он тихо мычит и с силой зажмуривает глаза. Это что-то настолько фееричное, что…       — Тэ… Я… — рвано хнычет, и Тэхен понимает, что разрядка слишком близко. Он выпускает член изо рта, тянется за смазкой, выдавливая прозрачную жидкость на пальцы.       — Пожалуйста, говори о любом неприятном ощущении. Или не говори, а дай понять как-то. Твой первый раз не должен причинять боль, — тихо просит Ким и подносит палец. Водит по кругу, расслабляя. — Я вхожу, — предупреждает, вводит один палец до половины, тут же замирая.       Чонгук не испытывает ничего. Ни дискомфорта, ни удовольствия. Он чуть качает бедрами, прося большего, и Тэхен вводит палец до конца, плавно поступательно кружа им. Опускается ниже, целуя бедро, пах, второй рукой чуть водя по члену, отвлекая от возможных неприятных ощущений.       — Больше, — слышит сверху и добавляет второй палец.       Чуть распирающее чувство немного отрезвляет, и Чонгук поднимает голову, глядя на Тэхена.       — Я добавлю третий, — предупреждает Ким и приподнимается к Чонгуку, целуя в губы, проникая языком, сплетая с чужим.       Три пальца уже свободно двигаются, но Тэхену этого мало. Он чуть поворачивает руку и находит ту самую точку. Чонгука бьет как в лихорадке крупной дрожью, и с губ срывается громкий стон прямо в поцелуе.       — Повтори, — просит Чон, и Тэхен снова проводит пальцем по железе.       Тело под ним выгибается, но поцелуй он не разрывает. Только глубже проникая языком, касаясь неба и обводя чужой.       Внезапно рука исчезает, и Чонгук недовольно мычит, закрыв глаза.       Тэхен приподнимается, садясь на пятки между разведенных ног. Разрывает упаковку, быстро надевая презерватив и снова обильно выдавливая смазку на руку, растирая ее по своему члену. Возвращается к губам. Целует мягко, прося посмотреть на него. Чонгук открывает глаза, но будто не видит ничего. Взгляд затуманен и плывет.       — Хороший мой, такой нежный, самый красивый, — шепчет Тэхен. — Ничего не бойся. Я буду очень аккуратно двигаться. Обещаю, больно не будет.       Помогая себе рукой, Ким чуть толкается и вводит только головку.       Чонгук шире распахивает глаза, прислушиваясь к ощущениям, но не испытывая неудобства. Просто легкое давление. Тэхен сделал все, чтобы исключить боль.       Чон чуть ерзает по постели, и Ким медленно погружается до половины, снова замирает, выцеловывая все лицо и шепча ласковые слова.       Боли нет, есть непривычно распирающее чувство, но никакого болезненного дискомфорта, и Чонгук на пробу приподнимает бедра, насаживаясь сам, чем вызывает легкий стон Тэхена, и улыбается тому, что Киму тоже приятно.       — Тэ, — тихо зовет и сталкивается взглядом, кивая.       Тэхен начинает медленно поступательно двигаться, а у Чонгука перед глазами вспыхивают искры оттого, что тот почти каждый раз безошибочно попадает по заветной точке.       Поцелуй выходит жадным, мокрым. Тэхен тоже не железный и еле держался, чтобы не сорваться, но страх все испортить и причинить неудобства удерживал. Он разрывает поцелуй и приподнимается на локтях, чуть ускоряясь. Чонгук так податлив и настолько красиво стонет, что Тэхен и не рассчитывает продержаться долго. Видя, как тот кусает губы и запрокидывает голову, крышу рвет неимоверно. Ким припадает губами к открытой шее и, не удержавшись, прикусывает нежную кожу. Опускает руку на член Чона, медленно водя, оглаживая большим пальцем головку, и вырывает протяжный, утробный рык. Чонгук кончает рывками, содрогаясь всем телом и пачкая живот и грудь. Тут же сжимается вокруг Тэхена, и тот рвано толкается еще несколько раз, кончая с тихим шипением в презерватив, и сразу осторожно покидает тело Чонгука. Припадает губами к чужим, мягко сминая в ленивом поцелуе.       — Гука, ты самый лучший, — шепчет в губы и слышит всхлип. Приподнимается, видя, как соленые дорожки сбегают из закрытых глаз к вискам. — Тебе больно? — обеспокоенно шепчет, стирая пальцами влагу. — Чонгук, пожалуйста, скажи. Зачем ты терпел, если так плохо?       — Мне… Не больно, — сквозь всхлипы тихо говорит Чон.       — Тогда что случилось? Что я сделал не так? — волнение грозит перерасти в панику.       Тэхен нервно выцеловывает все лицо, готовый сам сорваться на слезы. Он сделал плохо своему человеку. Настолько, что тот плачет. Сердце бьется с такой скоростью, что вот-вот не выдержит и остановится. Ким утыкается в шею и дрожащими пальцами гладит лицо. Что могло произойти?       — Тэ… — еле слышно зовет Чонгук, и Тэхен сразу поднимается, лихорадочно бегает глазами по лицу, а самого уже потряхивает от ужаса. — Тэхен, ты… Боже… Мне так… Это… — Чон запинается на каждом слове и задыхается от эмоций. — Так хорошо…       Тэхен шумно выдыхает свой страх, и его отпускает, наваливается тяжесть облегчения.       — Ты меня напугал, Гука, — нежно целует в висок, собирая губами подсыхающие слезы, гладит ладонью скулу. — Мой золотой, я чуть не умер только что.       — Прости. Я сам не ожидал, что будет так… — Чонгук открывает глаза, успокоившись и выровняв дыхание, смотрит на Тэхена чуть затуманенным взглядом. — Видимо, слишком хорошо было. Прости, что напугал.       Ким роняет голову на плечо Чона, но тут же подрывается, часто и коротко целуя в губы.       — Не нужно извиняться за это, — улыбается Тэхен. — Мне тоже было очень хорошо. Подожди минуту.       Ким садится на кровати, стягивая презерватив и выбрасывая в урну. Встает, уходит в ванную и возвращается с влажным полотенцем. Опускается на край кровати, осторожно вытирая живот и грудь Чонгука, стирает следы смазки.       — Что ты?.. Я сам. — Чон в смущении закрывает глаза ладонями. Это даже не забота, это что-то запредельное.       — Лежи и наслаждайся. Мне нравится это делать. Мне все безумно нравится. Ты, невероятный, нравишься и любить тебя нравится до одури. — У Тэхена не поворачивается язык назвать то, что произошло, сексом. Это было чистой любовью. Он заканчивает вытирать уже красного до плеч от неловкости Чонгука, наклоняется и целует того в живот. — Я становлюсь зависимым, — усмехается своим словам.       Поднимается, бросая полотенце на пол, тянет одеяло из-под Чона, и тот забавно ерзает, чтобы получилось его достать. Тэхен забирается на кровать, укрывая их, и пытается убрать с лица Чонгука его руки, которые приросли намертво. Тот мычит, качает головой и упорно отказывается это делать. Расплакался как девчонка, еще и Тэхен вытер его сперму.       — Мне стыдно, — бубнит в ладони.       — За что? — Тэхен целует в тыльную сторону рук, водя кончиками пальцев по животу Чонгука. — За то, что ты живой и такой чувствительный? — продолжает целовать уже каждый палец. — Ты себе не представляешь, как это прекрасно.       Чонгук чуть раздвигает пальцы и одним глазом подсматривает за Тэхеном.       — Это все смущает, — продолжает бубнить в ладони.       — Чонгук, — чуть строже говорит Ким, а в душе его сады цветут от умиления и нежности. Какой же ему достался удивительный парень. — Не прячься, пожалуйста. Это все естественно. Так должно быть. Я буду о тебе заботиться, и ты не сможешь мне это запретить никогда. И мое самомнение только что взлетело до небес, — тихо смеется. — Неужели я так хорош?       Чонгук наконец отлепляет руки от лица, и тут же на него нападает Тэхен, целуя в щеку и обнимая за талию.       — Я даже не подозревал, что так вообще бывает, — честно признается Чон.       — Еще и не так бывает, — томным голосом тихо говорит Ким.       — Я не только про сам секс. Твое отношение… — Чонгук снова краснеет.       — Это не отношение, — спокойно объясняет Тэхен. — Это мои чувства и желания. Я хочу делать тебе хорошо. Хочу, чтобы ты улыбался и радовался. И я просто безумно хочу с тобой просыпаться. — Ставит кулак ребром на грудь Чонгука, кладет подбородок на него и смотрит снизу вверх. — Если честно, я есть хочу.       — Тэхен, — смеется Чонгук, окончательно расслабляясь и приобнимая Кима за плечи, — ты бываешь не голодным?       — Нет, — таким же смехом отвечает Тэхен. — Стоит один раз познать удовольствие, и я становлюсь жадным до него. — И оба понимают, что это совсем не про еду.       Чонгук приподнимает голову, намекая, и Ким тут же припадает губами в поцелуе, почти сразу его разрывая.       — Закажем в номер?       — Давай. — Тэхен тянется к тумбочке и хватает буклет отеля с меню. — Хочу пибимпаб. Ииии… О, булочки с кремом! Ты что будешь? — спрашивает, лежа на животе и глядя через плечо.       — Давай и мне. Только без булочек, сладкоежка, — тихо смеется Чонгук. — И кофе.       Тэхен звонит по внутреннему телефону в ресторан, заказывает поздний ужин.       — Надо хотя-бы трусы надеть, а то персонал охренеет, если я так выйду за едой. — Ким встает с кровати и, сверкая задом, ищет боксеры в куче одежды. Находит, натягивает на себя, поворачивается и сталкивается с бездной глаз Чонгука. Взгляд вполне однозначный и очень голодный. Тэхен прищуривается. — Гука, золото, что в твоей голове?       Тот отмирает и отводит смущенный взгляд.       — Ты очень красивый, — тихо говорит Чонгук.       — Ты ведь не об этом думаешь. — Хищником крадется Тэхен и забирается коленями на кровать.       Чон поджимает ноги, кутаясь в одеяло с головой.       — Об этом, — глухо звучит из своего кокона, чувствуя, как прогибается матрас под нависшим над ним Кимом.       — Вот именно, об «этом», — выделяет последнее слово Тэхен и тянет одеяло, пытаясь распаковать свою жертву. — Я тоже готовился, — урчит в макушку, скрытую слоями материи.       Чонгук медленно высовывает голову, открывая только глаза, и растерянно смотрит.       — Ты… Тоже? — бормочет.       — Я же говорил, что мне не важна позиция. — Тэхен прожигает взглядом. — Поэтому ты волен делать все, что захочешь. И у нас есть еще полчаса до ужина.       — Я не хочу отвлекаться на еду, если… — запинается Чонгук и прикрывает глаза.       — Хорошо. Но одеяло отпусти, — шепчет Ким. — Хочу тебя поцеловать.       Чон выбирается из воздушной кучи и сам обнимает за шею Тэхена, целуя. Медленно и чувственно. Ким довольно мычит в поцелуй, зарываясь рукой в волосы, и чуть не всем весом валится на Чонгука, вынуждая того выпрямить ноги.       — Тэ, — разорвав поцелуй, зовет Чон, слыша в ответ мычание, — расскажи о себе. Я ведь ничего не знаю.       — Да нечего рассказывать. — забираясь под одеяло, устраиваясь удобнее и притягивая к себе Чонгука, говорит Тэхен. — Обычная семья, живут в Кванджу. Сами мы не оттуда, но переехали, когда родилась Миру. Родители работают на оптовом складе. Мама логист, папа в отделе закупок. Скучный офисный планктон, — смеется Ким, намекая на них самих. — Сестра только университет заканчивает. У нас большая разница в возрасте. Я учился в Коре на бюджете и потом пошел сначала в одну компанию, но там… В общем, все не очень хорошо вышло, и я устроился к нам. Увидел тебя и потерял голову. Конец истории, — улыбается Тэхен.       — Как-то уж слишком коротко. — Чонгук притирается щекой к плечу Кима, а тот сразу начинает копаться в его волосах.       — Что ты хочешь узнать? Мне будет проще, если ты спросишь. А так я могу всю ночь рассказывать в подробностях, тебе быстро наскучит, и ты уснешь.       — Как ты понял, что ты не создан для мира женщин? — осторожно спрашивает Чонгук.       — Как ты красиво спросил. Я впечатлен, — и по голосу слышно, что и правда впечатлен. — На первом курсе универа. Я расстался со своей школьной любовью. Она была моей одноклассницей, и у нас толком и не было ничего. За ручку гуляли и пару раз целовались. Возможно, если бы случилась хоть какая-то близость, я бы раньше понял. Но вышло, как вышло. Я поступил, она провалилась. Осталась в Кванджу, и отношения, если их вообще можно так назвать, сошли на нет, — Тэхен говорит тихо, но уверенно, и Чонгук понимает, что не врет. — А потом на очередной вечеринке меня в углу зажал старшекурсник, и я возбудился за секунду. Охренел настолько, что мгновенно протрезвел и сбежал. Долго мучился, не понимал реакцию своего тела. А понял очень просто. Догадаешься, как?       — Порно? — просто спрашивает Чонгук.       — В точку! — довольно говорит Тэхен и продолжает. — Я смотрел гетеро всегда и думал, что мне просто наскучило, что стало неинтересно. Листал ролики и случайно наткнулся на видео с парнями. И все повторилось как на вечеринке. Секунда и здравствуйте. Проверил теорию несколько раз с разными видео. Меня как по голове ударили. Страдал, конечно, какое-то время, отказывался верить и принимать. А потом плюнул и решил, что буду тем, кто я есть.       — А отношения? — Чонгуку неловко спрашивать, но очень любопытно.       — Дважды. Первые чистая похоть и закончились рвано и непонятно. Мы просто перестали друг другу звонить и писать. И никто не проявлял инициативу возобновить общение. — Тэхен ненадолго замолчал. — А вторые… За них меня уволили с прошлой работы, — смеется.       — Ты встречался с коллегой? — удивленно спрашивает Чонгук.       — С директором. — Чон поднимает голову и таращится на Тэхена. Тот целует его в лоб. — Не удивляйся. И такое бывает. Расставались мы бурно и шумно. С битьем посуды. Мои вещи летели с балкона моей же квартиры, представляешь? — Ким хохочет, и видно, что это не было болезненное расставание.       — Что произошло? — Чонгук уже не смущается, видя, как открыто говорит Тэхен.       — Тупой и еще тупее смотрел? — Кивок в ответ. — Это про моего бывшего, оба в одном лице. Он решил, что я ему изменяю. А вычислил он это самым гениальным способом. Миру только поступила в университет, и я везде с ней таскался, чтобы помочь. То с переездом, то с покупкой одежды, то просто поддержать и в кафе сходить. Этот идиот нанял какого-то псевдодетектива, и тот ему предоставил сотню фото во всех ракурсах. И естественно, я обнимал сестру и даже целовал ее в лоб. Она моя малышка, и я ее люблю. Хоть она и чокнутая немного. Самый тупизм в том, что он ее видел на фото раньше много раз. Они есть в моих соцсетях. Что там в голове переклинило, я не знаю, но факт остается фактом. — Чонгук упирается подбородком в плечо и слушает так внимательно, будто от этой информации зависит его жизнь. — Встретил он меня с работы не слишком трезвым и полностью глухим и слепым к любым моим доводам. Орал, размахивал руками и выгонял из моей квартиры. Понятно, что после такого я работать уже не мог и уволился. И, как мне кажется, моя сестра просто стала поводом, а не причиной. Бывший уже через неделю начал новые отношения.       — Тэхен, знаешь, мне никогда не было так спокойно как сейчас, — внезапно переключается Чонгук.       — Гука, я постараюсь, чтобы так было… Погоди-ка… — Тэхен резко замолкает и задумывается, хмурясь на свои мысли. — Вот это я эгоист, конечно. Прости меня.       — Ты о чем? — В глазах полное недоумение.       — Я тут бесконечно тебе говорю, что не уйду, что не брошу, что останусь с тобой. — Чонгук напрягается, ожидая услышать, что все это было приятным развлечением и сейчас закончится, но Тэхен ломает ему мозг. — Но ведь даже не спросил, хочешь ли этого ты. Я только о себе и думал. Как мне хорошо и как я не хочу тебя отпускать. Чонгук, — переходит на более официальный тон Ким, — я хочу с тобой встречаться. Что скажешь?       Чонгук заметно расслабляется и даже тихо смеется.       — Ким Тэхен, иногда ты такой дурак. — Почти сразу становится серьезным. — У меня за один день произошло событий больше, чем за всю жизнь. Я как будто проснулся. И я считаю, что именно сегодня был мой первый раз. А вчера первый поцелуй. До этого все было лишь выдумкой, — Чон снижает голос до шепота и опускает глаза. — И мне кажется, что этот вопрос лишний и все и так очевидно…       Договорить что-то Чонгуку не дают. Тэхен обеими руками обвивает его талию и валит на спину, нависая сверху. Все сомнения тонут в поцелуе.