Meet her again

Стамбул. 2013. Узкие улицы Стамбула были залиты утренним солнцем. Воздух уже прогревался, но в тенистых переулках все еще сохранялась приятная прохлада. Город жил своей жизнью: пахло свежей выпечкой, сладкими специями и кофе. На каждом углу торговцы выкладывали фрукты, громко зазывая покупателей. Риверс шла рядом с Рамлоу, лениво покачивая в руке легкую сумку. Она с любопытством смотрела по сторонам, иногда задерживаясь у витрин. Брок шагал уверенно, привычно лавируя между прохожими. — Так, что нам вообще нужно? — спросила она, прищурившись от солнца. — Пена для бритья, — без лишних слов ответил он. — Ты скучный, — фыркнула она, отбрасывая назад непослушную прядь волос. — Давай хоть еды возьмем, а то твоя пена не слишком питательная. — Я рассчитывал, что ты скажешь это, — он кивнул в сторону небольшого магазина на углу. Внутри было прохладно, полки были заставлены яркими упаковками, а воздух пах чем-то сладким и чуть химозным. Брок сразу направился к отделу с косметикой, а Мэдлин осталась у фруктов. Она крутила в руках спелый персик, проверяя его на мягкость. — Он хороший, бери, — посоветовал продавец, пожилой мужчина с седой бородой. Она улыбнулась и кивнула, бросив пару персиков в пакет. Потом ее взгляд упал на гранаты — огромные, темно-красные, будто светящиеся изнутри. — Они сладкие? — спросила она. — Как мед, — заверил продавец. Мэдлин взяла один, задумчиво рассматривая его. В это время мимо нее прошел Брок, направляясь к кассе, и она, хмыкнув, быстро схватила еще несколько вещей: упаковку печенья, плитку шоколада и бутылку гранатового сока. — Смотри-ка, тебе повезло, я купила нам завтрак, — с улыбкой сказала она, когда подошла к нему. — Если завтрак — это печенье и шоколад, то да, повезло, — усмехнулся он, выкладывая покупки на кассу. Когда он потянулся за своей пеной для бритья, Мэдлин заметила стеллаж с краской для волос. Она замерла, разглядывая коробки с самыми разными оттенками — от натуральных до кричащих. — Хочешь сменить цвет? — неожиданно спросил Брок. Она чуть вздрогнула от того, как легко он угадал ее мысли. — Может быть… — протянула она. — Как думаешь, что мне пойдет? Он даже не задумался, просто протянул руку и взял коробку с глубоким красным оттенком. — Этот. Она удивленно посмотрела на него, но почему-то не сомневалась в его выборе. — Красный, значит? — с улыбкой повторила она. — Красный, — кивнул он, бросая упаковку к остальным покупкам. Когда они вернулись домой, солнце уже стояло высоко. Мэдлин разобрала покупки, оставив гранаты и печенье на столе, а потом потянулась, собираясь идти в душ. Но тут Брок достал коробку с краской и бросил на нее выразительный взгляд. — Пошли. — Ты так торопишься, будто это вопрос жизни и смерти, — рассмеялась она. Он не ответил, только легонько подтолкнул ее в сторону ванной. Мэдлин села на край ванны, а Брок, откатив рукава, изучал инструкцию. — Ты точно знаешь, что делаешь? — Насколько сложно это может быть? — О, я предчувствую катастрофу, — драматично вздохнула она, но все же позволила ему накинуть полотенце ей на плечи. Брок выдавил краску в миску, размешивая ее кисточкой, потом осторожно собрал ее волосы в пучок и принялся разделять их на пряди. — Ты так аккуратно это делаешь… — пробормотала она. Он не ответил, просто продолжил работать. Его пальцы мягко скользили по ее волосам, зарываясь в них. Каждый раз, когда он убирал очередную прядь назад, его пальцы едва заметно касались ее кожи. — Если бы я знала, что ты будешь таким осторожным, давно бы попросила тебя покрасить мне волосы, — усмехнулась она. — Просто не хочу, чтобы ты потом жаловалась, — закончил он, слегка улыбнувшись. Мэдлин закрыла глаза, чувствуя, как он бережно проводит кисточкой по ее волосам, как его пальцы чуть дольше обычного задерживаются на ее коже. Это было странно… Нет, не странно. Это было приятно. — Ты ведь специально выбрал красный, да? — спросила она, не открывая глаз. — Конечно, — спокойно ответил он. — Почему? Брок ненадолго замер, будто обдумывая ответ, а потом его голос прозвучал чуть мягче, чем обычно: — Потому что он тебе подходит. Яркий, но не слишком. Глубокий. Живой. Мэдлин открыла глаза и посмотрела на него через зеркало. В его взгляде не было сомнений — он действительно видел ее именно такой. Она улыбнулась. — Хорошо, что я тебе доверяю. Брок не ответил, только продолжил свою работу, но что-то в его движениях стало еще более осторожным. Когда он закончил, они немного помолчали, просто ожидая, пока краска впитается. Атмосфера в ванной сменилась — стала какой-то интимной, почти домашней. — Если цвет получится ужасным, ты первый об этом узнаешь, — предупредила она, улыбаясь. — Ну, по крайней мере, будешь ненавидеть меня с красивыми волосами, — усмехнулся он. Мэдлин тихо засмеялась. Когда пришло время смывать краску, Брок помог ей, аккуратно смывая теплой водой. Его пальцы снова скользили по ее волосам, но теперь, казалось, не было никакого предлога — просто легкие, бережные касания. Когда она наконец посмотрела на себя в зеркало, увидела насыщенный красный цвет. — Ну, что скажешь? — спросил он. Мэдлин провела пальцами по волосам и улыбнулась. — Вау… Ты был прав. Брок слегка наклонился вперед, чтобы посмотреть в зеркало вместе с ней. — Я всегда прав, — сдержанно сказал он, но уголки его губ приподнялись в довольной улыбке. Она хмыкнула. — В следующий раз можешь выбрать что-то еще для меня. Он посмотрел на нее, затем медленно, почти незаметно убрал с ее щеки крошечную каплю воды. — Договорились.

***

Когда Джек Роллинс ступил на турецкую землю, он был готов к чему угодно — драке, побегу, ликвидации цели. Но точно не к тому, что услышал, едва переступил порог небольшой съемной квартиры, где его встретили Брок Рамлоу и Мэдлин Риверс. — Мы женимся, — буднично заявил Брок, опираясь о дверной косяк. Джек моргнул. — Чего? — Завтра. В посольстве. Ты будешь свидетелем, — добавила Мэдди, сидя на подоконнике и разглядывая его с веселым прищуром. Джек провел рукой по лицу, будто надеясь, что ослышался. — Блин, Рамлоу, тебя нельзя оставить одного с женщиной, ты сразу женишься, — ухмыльнулся он. — А через сколько месяцев мне ждать маленького Брока? Брок смерил его взглядом, но Мэдди только показала ему средний палец. — Это договор, чтобы потом не было сложных ситуаций на допросах. Просто согласись.  Роллинс вздохнул, но улыбка не сходила с его лица. — Ладно. Но если делаем это, то хотя бы нормально. — Фу, какой же ты романтик, Джек, — фыркнула Мэдди. — Просто мне не хочется, чтобы у моего лучшего друга была свадьба хуже, чем у каких-то пафосных идиотов. Утром Мэдлин стояла перед зеркалом и в последний раз оценивала свой образ. Белое платье было простым, но элегантным: короткий подол подчеркивал стройные ноги, а тонкие бретели оставляли открытыми плечи. Белые перчатки до локтя добавляли образу изысканности, но контраст с ярко-красными волосами делал его еще более притягательным. — Черт… — пробормотала она себе под нос, слегка касаясь кончиков волос. Она не привыкла видеть себя такой. Но ощущение было приятным. Из соседней комнаты раздался голос Брока: — Ты там уснула? — Терпение, жених, — усмехнулась она, прежде чем выйти. Как только она переступила порог, Брок замер. Он не был человеком, которого легко можно было чем-то поразить. Он видел всякое — кровь, смерть, предательство. Но сейчас… Сейчас он смотрел на нее, и весь мир будто сжался до этой одной точки. Контраст белого и красного был ошеломляющим. Она выглядела как огонь в снегу — яркая, живая, свободная. Ее кожа, освещенная мягким светом, казалась безупречной, а карие глаза сверкали озорством. Брок не мог оторвать взгляд. Он не сразу заметил, что Джек тоже это подметил. Роллинс усмехнулся, но, к его чести, промолчал. — Ну что, пошли? — голос Брока был хрипловатым, но он быстро взял себя в руки. — Да. Но сначала… — Мэдди взяла пиджак, который купила специально для него, и резко кинула ему в грудь. — Надень это, а то выглядишь так, будто идешь на допрос. Он ловко поймал пиджак и с ухмылкой вспомнил, как она его купила. — Ты мне его просто швырнула в магазине. — А ты что, думал, я буду часами выбирать? — пожала плечами она. Брок только усмехнулся и надел пиджак. Церемония прошла быстро. В посольстве не было пышных украшений, оркестра и толпы гостей. Только они трое, чиновник и пара документов. — Объявляю вас мужем и женой, — наконец сказал человек за столом. Мэдди повернулась к Броку, чуть наклонила голову и улыбнулась. — Ну что, муж? Он молча посмотрел на нее, затем, не дожидаясь ни секунды, наклонился и поцеловал ее.  Поцелуй был неожиданным даже для самого Брока. Это был порыв — резкий, почти инстинктивный. Он не думал, не взвешивал, просто потянулся к ней, поймал ее губы своими, будто это было единственное правильное действие в этот момент. Мэдди резко замерла, широко распахнув глаза от неожиданности. Она даже не сразу ответила, но потом тепло его губ, твердость его рук, удерживающих ее, будто бы не позволяя отстраниться, заставили ее расслабиться. Когда Брок отстранился, ее щеки горели. — Ты… — начала она, но осеклась, едва встретившись с его взглядом. Брок смотрел на нее с таким выражением, будто сам не до конца понимал, что только что сделал. Мэдди сглотнула и тронула пальцами уголок своей губы, словно проверяя, не привиделось ли ей. — Не смотри на меня так, — пробормотала она, отворачиваясь, но Брок видел — ее уши тоже покраснели. Его губы дрогнули в едва заметной ухмылке. — Я женился на тебе, мне можно, — спокойно сказал он. Мэдди фыркнула, но улыбка не сходила с ее лица. Когда они отстранились, Джек, криво ухмыльнувшись, хлопнул их по плечам: — Ну, теперь вы официально облажались. — Облажался ты, потому что теперь нам придется тащить тебя праздновать, — ответила Мэдди. Они отправились в небольшой ресторанчик, спрятанный в переулках старого города. На столе стояли простые, но вкусные блюда: мясо на гриле, острые турецкие закуски, свежие фрукты. Вино лилось щедро, и даже Брок, обычно не любивший посиделки, выглядел расслабленным. — Ладно, я рад за вас, — наконец сказал Джек, поднимая бокал. — Серьезно. Честно говоря, я думал, что вы друг друга убьете раньше, чем этот сраный отпуск закончиться. Мэдди фыркнула, а Брок только покачал головой. — Мы еще успеем, — шутливо пробормотала она. Они смеялись, разговаривали, а время шло. После полуночи Джек, наконец, встал. — Ладно, голубки, я сваливаю. — Так быстро? — Мэдди изобразила разочарование. — Мне еще в аэропорт. А вам… — он махнул рукой, ухмыляясь. — Вам явно есть чем заняться. Брок хмыкнул, а Мэдди лишь улыбнулась, вновь одаривая его средним пальцем. Когда они остались одни, квартира показалась странно тихой. Брок сидел на диване, смотря на Мэдди, которая стояла у окна. Она развернулась к нему, и в ее взгляде было что-то, что заставило его замереть. Они не говорили. Не нужно было слов. Мэдди медленно подошла, опустилась рядом и, не сводя с него глаз, положила ладонь ему на грудь. Он резко втянул воздух, когда ее пальцы легли поверх ткани пиджака. — Этот пиджак тебе идет, — тихо сказала она. — Ты хочешь, чтобы я его оставил на себе? — усмехнулся он, но в голосе слышалась хриплость. — Нет, — ее голос был едва слышен, когда она расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки. Брок накрыл ее руку своей, чуть сжал. — Ты уверена? Брок смотрел на нее, но в его взгляде не было обычного хищного огня. Там было что-то другое — неуверенность, которую он редко показывал. Он помнил. Помнил, что с ней сделали. Помнил, что ее тело, возможно, еще не до конца исцелилось. Что, может быть, шрамы — не только на коже, но и глубже, там, куда он не мог заглянуть. Мэдди знала, о чем он думает. Она тоже боялась. Но страх тонул в чем-то другом, более сильном, более жгучем. Она уже захлебывалась в собственной похоти, в этом пьянящем желании, в чувстве, что только он мог прикоснуться к ней вот так. — Да, — ее голос был хрипловатым, но в нем не было ни капли сомнения. Брок смотрел ей в глаза еще пару секунд, словно давая возможность передумать. Ее губы нашли его, сначала осторожно, будто проверяя, но потом в этом поцелуе разгорелся жар. Его руки скользнули по ее спине, притягивая ближе. Она была теплой, мягкой, живой. Он чувствовал биение ее сердца, каждый вздох. Это не было просто желанием. Это было чем-то большим. Его пальцы нежно скользили по ее рукам, осторожно снимая перчатки. Платье… белое, такое невинное, скоро оказалось на полу. Тишина в комнате была обволакивающей, наполненной теплом и чем-то новым, неизведанным. Свет от уличных фонарей мягко пробивался сквозь занавески, отбрасывая золотистые блики на их обнаженные тела. Мэдди лежала рядом с Броком, лениво водя пальцем по его груди, рисуя невидимые узоры. Его рука лежала на ее талии, тяжёлая, но не сдерживающая — просто присутствующая, будто он не хотел терять этот момент. Она тихо выдохнула, глядя в потолок. — Теперь ты мой муж. Брок хмыкнул, не открывая глаз. — А ты моя жена. Она усмехнулась. — Звучит чертовски странно. — Привыкай, Рив. Она замерла. Рив. Не Риверс. Не Мэдди. Простое, короткое «Рив», но сказанное с какой-то неожиданной теплотой. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него. Брок смотрел в потолок, но она видела легкую улыбку, притаившуюся в уголках его губ. — Ты только что дал мне новое имя? — ее голос прозвучал мягче, чем она хотела. — Оно тебе идет, — спокойно ответил он. Она долго смотрела на него, а потом, вместо ответа, просто придвинулась ближе, кладя голову ему на плечо. Брок не возражал. Его пальцы лениво скользнули по ее спине, создавая ощущение покоя, смешанного с чем-то более глубоким. — Тогда ладно, — тихо сказала она, закрывая глаза. Рив.

***

Вашингтон. 2014. — Поверить не могу, что ты уходишь! — воскликнул Родригез, сдвигая брови и упирая руки в бёдра. — Чёрт возьми, Мэдди, ты серьёзно? Мэдлин только устало улыбнулась. Она ожидала такой реакции от отряда. — Родригез, это не конец света, — спокойно ответила она. — Я не умираю, не уезжаю на край света. Просто создала свою команду. — Просто?! — Хуан раздражённо провёл рукой по лицу. — Ты ведёшь себя так, будто уходишь из офиса в другую компанию! — Это мой выбор. — И ты позволил ей?! — развернувшись к Броку, он уставился на него с явным укором. Командир УДАРа лишь пожал плечами. — Она взрослая, я не могу ей запретить, — ответил он, скрестив руки на груди. Родригез шумно выдохнул и покачал головой, но спорить дальше не стал. Он не мог запретить Риверс идти своим путём, даже если это его бесило. Прощание получилось тёплым — долгие рукопожатия, крепкие объятия, короткие пожелания удачи. Никто не говорил «прощай» — все знали, что мир тесен, особенно их мир. Но стоило Хуану заглянуть в досье новоиспечённого отряда ШАМС, как мир для него перевернулся. Хельга Родригез. Он замер, перечитывая имя снова и снова. Его младшая сестра. В отряде Риверс. На позиции снайпера. Сердце глухо ударило в рёбра. В голове тут же всплыло её лицо — юное, упрямое, с горящими глазами. «Нет. Чёрт возьми, нет». — Риверс! — прорычал он, захлопывая папку и направляясь к выходу. Она шла по коридору, но Хуан догнал её. — Ты в своём уме?! — его голос эхом разнёсся по коридору. Мэдлин остановилась и развернулась к нему. — О чём ты? — О Хельге! Ты взяла её в свою команду! Мэдди слегка вскинула подбородок, будто бросая вызов. — Да, и? — «И»?! — он едва сдерживал гнев. — Она ребёнок, Риверс! — Ей двадцать два. — И что? Это ничего не меняет! Она моя сестра! — Она не твоя собственность. — Да какого чёрта?! — он всплеснул руками. — Ты даже не сказала мне! — Потому что это не твоё дело. — Не моё дело?! — он покачал головой, его лицо покраснело. — Это МОЯ сестра, Риверс! К чёрту всю официальную фигню, к чёрту приказы! Это моя семья, ты понимаешь?! — И она сделала свой выбор. — Какой, к чёрту, выбор? Ты забрала её в самую гущу ада! — Она знала, на что шла. — Она молода, чёрт возьми! — А ты не был таким же? — резко спросила Мэдди. — В двадцать два ты уже служил, убивал, выполнял миссии. Но для неё это внезапно слишком? — Она не я! — Но хочет быть. Родригез замолчал. — Она талантлива, — продолжила Мэдлин. — Идеальный глаз, твёрдая рука. Если бы не моя команда, её бы всё равно куда-то забрали. — Ты могла сказать мне. — Чтобы ты что? Начал уговаривать её передумать? Запретил? Он зарычал сквозь зубы, сжал кулаки. — Ты не понимаешь. — Я всё прекрасно понимаю. — Нет! — выкрикнул он. — Ты не теряла семью! Мэдди напряглась, но ничего не сказала. — Я был её защитником с самого детства, — тихо, но яростно продолжил Хуан. — Я помню её, когда она была малышкой, когда держала свою первую винтовку. Я учил её стрелять, а теперь ты забираешь её в бой?! — Она сама пришла ко мне, — твёрдо ответила Мэдди. — Ты могла отказать. — Нет. — Почему?! — Потому что она хороша. — И ты можешь смотреть мне в глаза и сказать, что это не из-за меня?! Мэдди сжала губы, прежде чем ответить: — Это не из-за тебя. Это из-за неё. Они долго сверлили друг друга взглядами. Наконец, Родригез шумно выдохнул, провёл руками по лицу. — Проклятье, — пробормотал он. — Просто… Проклятье. Мэдди слегка склонила голову. — Ты не можешь защитить её от всего, Родригез. Он горько усмехнулся. — Может, и не могу. Но ты можешь. Она кивнула. — Пригляжу за твоей сестрёнкой. Хуан только махнул рукой и ушёл. А Брок, наблюдавший за всем издалека, подумал: «А кто же приглядит за Рив?».

***

Ночь была глубокой, небо затянуло густыми облаками, погружая город в непроглядную темень. Брок Рамлоу уже собирался лечь спать, когда завибрировал телефон. Он нахмурился, глянув на экран — Мэдлин Риверс. — Рив? — он ответил сразу, сев на кровати. — Привет, командир. Он приподнял бровь — голос у неё был расслабленный, даже довольный. — Ты что, выпила? — Смешно. Я же не пью. Приезжай завтра ко мне за город. Возьми ребят. — Ты решила устроить вечеринку? — Познакомить вас с моими. — С ШАМС? — Ага. Брок хмыкнул. Это было неожиданно, но разумно. Они с Риверс теперь официально стояли на одной ступени — командиры элитных боевых отрядов. Взаимопонимание между их людьми могло сыграть ключевую роль в будущих операциях. — Во сколько? — К полудню. — Будем. Она повесила трубку, и Брок усмехнулся, покачав головой. — Командир Рив, значит…

***

— Чего?! — Родригез резко сел на кровати, едва не стукнувшись головой о стену. — Ты не ослышался, Хуан. Собирайтесь, мы едем к Риверс. — Нахрена? — ШАМС хотят нас видеть. — Чёрт, это что, официальный визит? Не слишком ли много чести? — Нет. — Тогда какого… — Просто собирайся, Родригез. Через полчаса все были готовы. Броню никто не надел — обошлись обычной тактической одеждой. По дороге шутили, подкалывали друг друга, но у Родригеза настроение явно было не самое лучшее. — Не нравится мне это, Брок, — буркнул он, глядя в окно. — Что именно? — То, что ты так спокойно ведёшься на её приглашение. — А ты что, боишься? Родригез фыркнул: — Я не боюсь, но… Это Мэдди. Брок усмехнулся. Он аккуратно коснулся пальцами до серебрянной цепочки на шее. На цепь от жетонов было продето обручальное кольцо, которое осталось под футболкой. — Ну да, ты прав. Они подъехали к большому двухэтажному дому, окружённому густыми деревьями. Дом выглядел массивно, но уютно, с широкой верандой и парой машин у входа. Риверс встретила их на крыльце — в чёрной тактической куртке, с собранными в тугой хвост волосами. — Добро пожаловать. — Ну, ты теперь официальная, да? — ухмыльнулся Арни Логан. Мэдди кивнула. — Теперь я — Командир Рив...ерс... командир Риверс. Брок услышал, как она говорит это о себе, и ухмыльнулся на ее ошибку. — Пойдём, познакомлю вас с девочками. Они вошли в дом, и сразу стало ясно, что ШАМС серьёзно подходили к своей роли. Женщины — большинство с покрытыми головами — сидели за столом, разбирая тактические карты. Мэдлин специально набирала в команду беженок, которые хотели в дальнейшем работать в родных странах.  В воздухе пахло кофе и специями, но атмосфера была напряжённой, будто они пришли не на дружескую встречу, а на военный совет. — Это УДАР, — представила их Мэдлин. — А это мой отряд – ШАМС. — Салам алейкум, парни, — усмехнулась одна из женщин, поднимаясь со стула. — Алейкум, — ответил Родригез, скрестив руки на груди. Но он тут же замер, увидев знакомую фигуру. — Хельга. Его сестра стояла рядом с Мэдлин, в идеально сидящей тактической форме. На груди — нашивка с солнцем. — Ну конечно, — саркастично прорычал он, подходя ближе. — Добро пожаловать, братей, — спокойно ответила Хельга. — Что ты творишь, чёрт возьми?! Она только кивнула на свою форму. — Я часть команды. — Ты часть… — он сжал кулаки. — Тебе здесь не место! — Я снайпер, Родригез. Это моё место. — Ты слишком молода для этого дерьма! — Ты тоже был, — вмешалась Мэдлин. — Но это не помешало тебе стать элитным стрелком. Родригез хотел заорать, но сестра внезапно шагнула вперёд и обняла его. Он застыл. — Я не ребёнок. И я справлюсь. Он медленно выдохнул, ощутив, как напряжение отпускает его. — Чёрт… — выдохнул он, обнимая её в ответ. — Ну, раз семейные сцены закончились, может, уже познакомимся? — раздался голос Арни. Бойцы УДАР разошлись по дому, знакомясь с женщинами из ШАМС. Они были разными — кто-то опытный, кто-то только начинал, но у всех в глазах горел один и тот же огонь. — Вы работаете только по Ближнему Востоку? — спросил один из УДАРовцев, глядя на карту. — Нет, но там у нас больше операций, — ответила Аиша, аналитик отряда. — Значит, если вас отправят в Европу… — Мы справимся. — Вы — единственный женский отряд? — Пока да, — ответила Сабрина, техник. — Но это только начало. Брок наблюдал за всем со стороны, изучая девушек, их поведение. Они были собраны, внимательны, но чувствовалась некоторая отстранённость. Риверс хорошо поработала. Мэдлин подошла к нему. — Ну? Что думаешь? Он взглянул на неё и усмехнулся: — Ты правда «Командир Рив» теперь. Поверить не могу, тебе же всего двадцать четыре. В твоем возрасте, я облизывал задницу командирам в пехоте. Она приподняла бровь. — Видишь, как красиво звучит? Лучше чем «Командир Рамлоу» Он покачал головой. — Не привыкай к этому слишком быстро. И по документам, ты – Рамлоу. Она усмехнулась, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое. — А ты, Брок? — Что? — Привыкнешь? Он задержал на ней взгляд, но ничего не ответил. Только ухмыльнулся, чувствуя как в груди зарастает волнение.