Издёвки Неметона

— Прекрасно, — ворчит волк, лежа на диване в гостиной Стилински и устало пялясь в потолок. Чуть меньше часа назад он запихивал обернутое в черный непрозрачный пакет тело в багажник и молился, чтобы его не остановил какой-нибудь дотошный коп. — Именно об этом я и мечтал — воровать трупы, чтобы мой семилетний парень колдовал зелье, благодаря которому меня не посадят за растление малолетних. — Ты слишком драматизируешь, — фыркает мальчишка. Он тоже не отдыхал, между прочим — от машины и до самого Неметона нес отрезанную детальку Габриэля. Пакет из Walmart, кто бы знал, идеально подходит под пропорции мужской головы. Стайлз даже мог бы оставить хвалебный отзыв на качество изготовляемых пакетов: голова подпрыгивала и билась почти на каждой кочке, потому что рост Стайлза и вес его ноши не позволяли поднять ее достаточно высоко, чтобы мальчик не выбился из сил раньше времени, при этом с учетом всех обстоятельств пакет остался целым и не пропустил ни единой капли крови, так что оценка 5/5 достаётся поставщику пакетов для Walmart. — Ты так думаешь? — Вы оба чертовски подозрительные, — раздается ворчливый голос помощника шерифа. Стайлз настолько пригрелся на груди мужчины, что ему даже лень поднять голову, чтобы дополнить свои слова мимикой, поэтому он смазано бубнит, надеясь, что отец не слишком стар, чтобы его не услышать. — Да ладно тебе, мы же не убиваем направо и налево. — Вы именно это и делаете. И я попрошу вас прекратить, чтобы мне не пришлось никого из вас вызывать на допрос. Кто кстати следующий в вашем списке смертников? — Пока никого на ближайшие лет восемь или даже девять, — отвечает Питер, и Стайлз плавится от того, как вибрация от его голосовых связок проникает в него мягким успокаивающим урчанием. Ни один из них этого не видит, но Джон окидывает их обоих недоверчивым взглядом, после чего слегка насмешливо выплевывает: — Славно. Стайлз не будет обращать внимание на своего скептически настроенного родителя. Он будет лежать и думать, как он рад, что на своем пути они ни разу не столкнулись с красоткой Дороти. С другой стороны, а что еще он мог ожидать — в ночное время в клинике и не должно быть много народу. Едва они зашли в помещение, руны поприветствовали его слабой вспышкой света, чары разрушились, и Питер только тяжело вздохнул, когда увидел количество крови, засохшей и почерневшей. — Господи, отвратительно, — только и сказал тогда он, выворачивая из кармана здоровый черный пакет для строительного мусора. — Детка, тебе только мясником работать. — Я планировал пойти в ФБР. Питер на это насмешливо фыркнул и затолкнул ноги Габриэля в полиэтилен. Вспоминая, Стайлз улыбается. Он лежит на мужчине, обхватив его своими худыми конечностями, словно китайская мартышка, и довольно мурлычет тому, спрятав нос где-то в районе груди. Дурная привычка носить футболки с разрезами до пупа еще не дошла до гардероба Хейла, поэтому Стилински чувствует, как складки ткани впиваются ему в щеку, оставляя следы. Он морально вымотан. Вымотан постоянным стремлением всех спасти и предотвратить катастрофу вселенского масштаба. Он хочет побыть семилеткой хотя бы пару дней, но не уверен, что у него хватит наглости оставаться в стороне, зная, что каждую секунду своего существования Бейкон Хиллс находится под угрозой уничтожения. — Тыковка, помолчи, пожалуйста, — шепчет Питер. Голос его ленивый и вялый, а глаза прикрыты. Его грудь вздымается мерно и неторопливо, так что у Стайлза есть все подозрения, что мужчина скоро уснет. — У меня начинает болеть голова. Будущий шериф со своего места — буквально соседнее кресло — насмешливо фыркает и переворачивает страницу газеты, которая отродясь никогда не читалась в этом доме. Быть незаметными — не коронная фишка Стилински, думает мальчик, вспоминая, что он сам недавно буквально своими руками дал отцу причину для беспокойства. Просто… Хейл взрослый, пышущий гормонами мужчина, которому физически необходимо регулярно заниматься сексом. Стайлз не виноват, что в его голове засел еще больший извращенец, который и нашептал ему идею устроить с Питером секстинг по стационарному телефону. Стилински не хочет даже знать, откуда Даку узнал про секстинг, потому что явно из какого-то его архивного отдела в мозгу, где валяется целая коллекция удивительно-восхитительного порно. В некоторых кино он даже играет главную роль, потому что они с Питером в прошлой жизни были теми еще затейниками. Стайлзу пришлось очень долго уговаривать оборотня, чтобы тот хотя бы попробовал. — Детка, давай просто посмотрим, что из этого выйдет, — сказал Стайлз, подготовивший достаточно аргументов, чтобы переубедить Питера. — Ты не будешь меня видеть. Только голос. Помнится, раньше тебе этого было достаточно, чтобы кончить. — Стайлз… — волк тяжело вздохнул на том конце провода. Послышался шорох простыней и скрип кровати, словно мужчина устраивается поудобнее. — Это дурацкая идея. — Вовсе нет. Давай я начну, а ты уже решишь, стоит оно того или нет? Договорились? Питер еще раз вздохнул. Старая дева, ей богу. Откуда внутри него столько воздуха? — Ладно. Давай попробуем. — Кайф! — Стайлз прокашлялся, прочищая горло, и попытался сделать свой голос на несколько тонов ниже и грубее, чтобы не так сильно походить на ребенка. — Представь, я лежу сейчас в кровати полностью обнаженный. Моя кожа еще слегка влажная после душа, а соски… — Стайлз. — Да, детка? — Либо готовь свою бурду, либо мы ждем твоего совершеннолетия. — Какого черта чувак?! — закричал Стайлз, но оборотень уже положил трубку. Питер в своей комнате раздраженно поморщился, заваливаясь обратно на подушки: «Какого терта тювак?» — он совершил попытку передразнить мальчишку, но это не вызвало в нем ожидаемого веселья. Что ж, зато он больше не возбужден. Стайлз в этот момент, обернутый в хлопковую пижаму с забавными уродливыми человечками, попытался набрать номер еще раз, пока до него не дошло, что Питер специально не вернул трубку обратно на базу, чтобы Стилински не мог до него дозвониться. Стайлз думал, что еще большего унижения просто не может испытать, пока, повернув голову на скрип со стороны коридора, не увидел отца. В его руке кружка с теплым молоком и тарелка с овсяными печеньками в виде звездочек и сердечек — Стайлз совсем забыл, что Джози принесла им целую корзину самодельной выпечки. — Давай сделаем вид, что ты этого не слышал, а я представлю, что не видел, как вы сосались с Мелиссой в гостинной, когда думали, что я сплю? — Отличная идея. С тех пор отец как будто бы постоянно на стреме. Заходит к нему в комнату чаще, когда он там с Питером, и даже подслушивает, совсем по дурацки приставляя стакан к стене — Стайлз однажды возвращался с кухни и застал его на корточках возле его комнаты. Джон даже не попытался придумать достойной отговорки. Он просто молча встал и ушел в свою спальню, хлопнув дверью. Что ж, отец и сейчас пытается посматривать за ними, но успокаивается и откладывает газету, когда понимает, что оборотень благополучно уснул. Он встает со своего кресла, расправляет складки на форменных брюках — а Стайлз должен переодеваться в домашнее, когда приходит — Что за несправедливость?! — и бредет на кухню, еле слышно шурша тапочками. Стайлз долго не думает и, осторожно поднявшись с волка, топает следом. Раньше их кухня казалась парню крохотной. Особенно когда рано утром они с отцом то и дело задевали друг друга, пока пытались закинуть в себя что-то калорийное, чтобы выдержать до обеда. Сейчас Стайлзу приходится сделать шагов десять, чтобы дойти от двери до раковины. А для того, чтобы достать что-то с верхних полок приходится брать табуретку, а иногда и стремянку. Джон сидит за кухонным столом и с насмешкой в глазах наблюдает за тем, как неуклюже его сын взбирается на табуретку, затем открывает шкаф и осторожно ставит ногу на столешницу. Он тянется за припрятанной бутылкой Джека Дэниэлса, когда натыкается на глубокую черную морщину между нахмуренных бровей отца. — Был чертовски тяжелый день, — пытается он объясниться, но отец продолжает молча следить за его действиями. — Неспроста затихарился, — шепчет Ногицуне, и Стайлз не может с ним не согласиться. В их семье на генетическом уровне никто не умеет молчать, так что тишина со стороны помощника шерифа кажется пугающей. Но и Стайлз не был бы Стилински, если бы чего-то боялся. Поэтому он уверенно ставит бутылку на стол, рядом с ним стакан и наливает на два пальца — детские пальцы и детская доза, так что он на самом деле не собирается много пить. Так, прополоскать горло и успокоить нервы. Но едва Стайлз собирается пригубить, Джон перехватывает стакан и забирает его вместе с бутылкой. — Не-а. — Обломщик, — хмыкает Даку. — Отвратительно, — Стайлз с завистью смотрит, как Джон доливает себе виски и делает первый глоток, громко выдыхая, словно в рекламе кока-колы. — Может выпить эликсир из заначки? — Чтобы напиться? — старший Стилински насмешливо выгибает бровь. — Серьезно? — Не только напиться, — мальчик слезает с табуретки и ставит ее в дальний угол — Я мог бы разбудить Питера и… — Без подробностей! Мне достаточно знаний о том, что вы ради своих брачных игрищ всадили пол литра твоего магического лимонада чуть больше чем за неделю, — Джон делает еще один глоток и снова выдыхает. Стайлзу начинает казаться, что отец делает это специально, чтобы его подразнить. — Сделаю новый. — Учитывая вашу неуемную энергию, мне очень интересно, где ты возьмешь столько тел для жертвоприношения. — У нас уже есть труп Валака, — пожимает плечами Стайлз. Он раздумывает, совершить ли набег на холодильник ради стакана молока, но вялый топот со стороны гостинной заставляет его возбужденно встрепенуться. Его волк сонно чешет брюхо, когда, проплывая мимо, смазано клюет его в макушку и бредет к холодильнику. Он наливает Стайлзу стакан молока, а себе берет пустой, чтобы плеснуть немного виски. — Мы не будем тратить зелье для того, чтобы ты мог напиться, — говорит он. Стайлз закатывает глаза и в пару глотков жадно осушает стакан. Питер тут же протягивает руку, чтобы нежно вытереть его молочные усы, и мальчик уговаривает себя не вцепиться в эту руку своими новыми коренными зубами. Большим их количеством. Он немного утихает и перестает обижаться, когда Джон разрешает Питеру у них переночевать. У Стайлза в комнате недавно появилась прекрасная раскладушка с ортопедическим матрасом. Отец буквально заставил Питера купить ее, чтобы его родительское сердце было спокойно. Несмотря на то, что оборотень успокаивает Стайлза, что его отец ворчит чисто из-за упрямства, что на самом деле того веселят все эти родительские штучки, парню порой очень хочется прервать отца и Мелиссу на самом интересном. В отместку, чтобы они хотя бы прятались в спальне, а не зажимались на диване в гостиной, как подростки. Питер приходит в комнату Стайлза чуть позже. Джон выхватил из участка какое-то подозрительное дело и хотел задать пару вопросов, чтобы быть уверенным, что в нем не замешано что-то сверх, так что мальчишка уже сидит в пижаме на своей кровати в ожидании волка, пока тот неторопливо раздевается, чтобы сменить уличную одежду на пижамную. — Господи, до чего же хорош, — стонет Ногицуне, когда Питер оказывается без футболки, брюк и нижнего белья. Его крепкие ягодицы быстро скрываются за пижамными штанами, но они оба все равно успевают их рассмотреть. — Что ты сказал? — спрашивает Стайлз, когда, наконец, до него доходит смысл сказанного. — Ничего. — Ты серьезно? Прекращай пускать на него слюни! Это вообще-то мой мужик! Лис равнодушно фыркает. — Тело-то у нас одно. Так что, хочешь ты или нет, а мне тоже перепадет. Стайлз возмущенно хлопает глазами, глядя прямо на волка. — Нет, ты слышал? Питер кривится и натягивает рубашку для сна, отчего Даку огорченно вздыхает, а Стайлз вспыхивает красным от злости. — Даже знать не хочу.