Маршрут Z: Последний очаг человечества (В прошлом “Mi luz”)

             Прошёл ровно год с того момента, как вирус, позже названный S-V1 (Strain Variant One), прорвался сквозь города и границы, унеся с собой всё, что казалось незыблемым. Соединённые Штаты, некогда сверхдержава, рассыпались быстрее, чем кто-либо мог предсказать. Не от внешнего врага. Изнутри — через страх, хаос и биологическую одержимость, ставшей нормой для нового мира.       На первый взгляд кажется невероятным, что всё рухнуло так быстро. Но скорость — в этом была вся суть. Вирус действовал молниеносно: заражённый человек терял разум и становился агрессивным в течение нескольких часов. Города, где плотность населения была высокой, стали первыми жертвами. Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго — вспыхнули и потухли, как спички в урагане.       Первые недели несли не смерть как таковую — они несли паническое осознание того, что смерть теперь повсюду. Правительство США, как и многие другие, пыталось сдерживать опасный вирус. Но три дня промедления стоили стране её городов. Через месяц почти 70% населения были мертвы или превращены в нечто иное.       Наиболее уязвимыми оказались те, кто считал себя в безопасности: горожане, офисные служащие, туристы, студенты. Слишком зависимые от инфраструктуры, слишком неподготовленные к миру без электричества, воды и бензина.       Но Америка — страна не только мегаполисов. Через год остались те, кто не ждал спасения. Те, у кого в погребе — запасы на пять лет, в сарае — дизельный генератор, а под подушкой — оружие, которое они не боялись использовать. Наиболее безопасными стали штаты вроде Монтаны, Аляски, северных районов Вайоминга и части Юты. Не потому, что туда не дошёл вирус — зомби дошли везде. А потому, что там некому было заражаться в таких количествах, как в городах. Простая математика: меньше людей — меньше шансов для эпидемии.       Военные пытались сдержать, пытались создать «зелёные зоны». Некоторые базы остались, как тайные подземные комплексы в Аппалачах. Но армия больше не структура. Это — разрозненные группы, охраняющие свои анклавы. И они не всегда рады видеть гражданских.       Сегодня, спустя год, мы можем только догадываться: сколько осталось выживших? Сигналы по коротковолновой радиосвязи приходят даже не от десятка групп. Некоторые учёные предполагают: в живых — не более 0.3%. Это около миллиона человек.       Остальные — или мертвы, или бродят, теряя остатки человечности.       Это не конец. Но это — не жизнь в прежнем смысле. Это тишина в улицах Нью-Йорка. Это ржавеющие автомобили на шоссе. Это дети, рождённые уже после вспышки, никогда не видевшие жилые дома и школы. Это карта страны, где теперь нет границ, но есть территории, куда лучше не заходить.       Это Америка. Но не та, что была.       

Первое правило выживания: никогда… никогда не говори никому, о чём ты на самом деле думаешь.

Четырьмя часами ранее

      — Эй, Клара.       — Мм.       — Клара, вставай.       Тёмноволосая девушка в ответ недовольно застонала, уткнувшись лицом глубже в подушку.       — Клара, мама куда-то ушла!       Внезапно дверь автодома открылась. Одетта замерла, прикрыв ладонью рот. Зашумели шкафы. Было отчётливо слышно, как Кармилла собирала патроны. Так же незаметно, как и вошла, женщина покинула дом, оставив дочерей в лёгком замешательстве.       — Куда она ушла? — спросила проснувшаяся Клара.       — В том-то и дело: я без понятия!       — Она просто ушла?       — С оружием.       — Но зачем?       Бледная девушка свесилась с края матраса и взглянула в окно.       — Она направляется в лагерь.       — Что-то случилось с осталь-…?       Младшую из близнецов прервал мужской крик, приглушённый стенами автодома.       Девушки переглянулись.       — Мама этого не одобрит, — возразила Одетт, когда заметила в глазах напротив знакомую решительность.       — Не одобрит, если узнает, — ухмыльнулась Клара.       Старшая лишь тяжело вздохнула в ответ.       Они набросили поверх пижам тёплые худи и вышли из автодома в поисках «великой истины». Также взяли с собой биты. Вдруг что. Сам Дьявол не предскажет, что могло произойти у остальных.       Хлёсткие сёстры Кармайн родились в небольшом городке на юге Испании. А когда им двоим стукнуло шесть, переехали в Америку — их мать нашла себе работу повыгоднее. Её повысили до главного инженера в «О’Коннел Индастриз», оружейной компании, оснащавшей армию США. К женщинам там относились, мягко говоря, с подозрением, однако их мать прорвалась в ряды лучших и заставила всех недовольных молчать в своём присутствии. Такая уж она. Боевая. Но как тогда, так и сейчас она оставалась матерью, любящей, по-своему заботливой и нежной.       И девочки волновались о ней.       — Что за чёрт, — прошептала Клара, выглянув из-за угла.       Она увидела, как Киллиана, того забавного ирландца, тащили вдоль улицы. На первый взгляд он не давал никаких признаков жизни. Два мужика, держащих его за бледные щиколотки, были в странных белых масках с острозубыми улыбками.       — Кто они такие? — нахмурилась Одетт, сжимая в руках биту.       — Ну и ну, только взгляните, — послышался голос за их спинами. — Не слишком ли вы молоды для шпионажа?       Девочки рывком повернулись на голос. В тени закоулка стоял высокий мужчина в потрёпанном алом пальто. Его натянутая улыбка заставила сестёр выставить перед собой железные биты.       — Кто вы?! — громче, чем изначально планировалось, проговорила Одетт.       — Это неважно, если вы пришли сюда не знакомиться со мной, — ухмыльнулся тот и направился прямо на них.       Девочки до этого времени не видели ружья, умело спрятанного за спиной незнакомца.       Бита Одетты улетела в неизвестную сторону, ударившись о деревянный приклад. Другая Кармайн замахнулась на него, в первый раз промазала, но после того, как тот отскочил в сторону, она тяжело ударила его в левый бок. Незнакомец рвано выдохнул, одной рукой приобняв своё туловище. Почему-то на его светлой рубашке проступила кровь. Он сощурил глаза, но улыбка никуда не исчезла. Кажется, даже стала шире. И кровожадней.       Внезапно он возвёл ствол к небу. Раздался оглушающий выстрел. Девочки растерялись. Он отбросил дробовик и достал откуда-то из глубин пальто складной нож. Мужчина сделал резкий выпад, Клара вновь замахнулась, но не успела. Тот вонзил свой нож ей под рёбра. Неистовая боль пронзила девичье тело. Она не нашла в себе силы для крика, лишь жалко всхлипнула, осев на землю.       — Клара! — следом он бросился на Одетт.       Она не далась так легко. Но в конце концов её грубо впечатали лбом в ближайшую стену. Светловолосая девушка свалилась неподалёку от сестры.       — Интересно… — единственное, что расслышала Клара, перед тем как тьма полностью застелила её глаза.

~

      И вот, наступило утро. Неизменное солнце показалось из-за холмов, отогнав ночную темень, так же, как и вчера. Так же, как покажется завтра. Вечное дневное светило. Ему далеки те проблемы, что грозились уничтожить человечество, будто стайку недоедливых букашек.       Может, таковыми они и являлись?       Родился очередной день в Преиспедней, что разверзлась на Земле за один лишь год, и Морде был непрочь сгореть в ней.       — Что это, блин, было?! — удивлённо взвопила Вельвет.       Группа укрылась от масколицых в автодоме Кармайн. Улыбчивую предводительницу они связали и бросили в крошечной ванной.        — Какого чёрта, старик? — присоединился Вокс, расположившись за столом перед виновным. — Как ты вообще-…       — Откуда у тебя пистолет? — прервал того Киллиан, нахмурившись.       — Вопросы потом, как мы выберемся отсюда?       А Зези знала, что этот момент когда-то настанет. Мистер Морде — тёмная лошадка, как она уже говорила.       — Так, а мы не можем просто уехать? — медленно протянул Вал, моргая невпопад.       — Ты что? под дозой? — тут же огрызнулась на него Кармайн.       — Не-е! — заулыбался он. — Валентино, мать твою! — нервно взвопил Вокс. — Этого нам не хватало!       — Я не стану объясняться перед вами, друзья, — устало протянул немолодой мужчина.       Он убрал с глаз седые волосы и откинулся в кресле. — Кармилла, — начал он шёпотом. — Боюсь, я понятия не имею, где твои дочери.       Кармилла отвела голову в сторону, её лицо болезненно скривилось.       — Лишь по воле случая они узнали о моей профессии и предложили отпустить, если я смогу помочь их товарищу.       — И ты не помог?! — возмутилась девчушка Вел.       — Они каннибалы, — бросил Зестиал, и все замерли в осознании их бедственного положения. — Они не станут просто так отпускать свой ужин.       — Но теперь у нас есть их командир, мы могли бы, — протянул Вокс, раздумывая над планом. — Ну, не знаю… Сделать обмен?       — А каков шанс, что они не погоняться за нами? С их-то командиром.       Каждый из их разношёрстной команды с удовольствием бы бросил остальных на съедение, однако только Вокс и Кармайн знали, где находится лагерь выживших, а у них были свои условия, потому, к всеобщему сожалению, они так и остались «командой».       — Я иду искать своих дочерей, — огласила женщина, натягивая перчатки на руки.       — Что? Нет! — взвопил Киллиан.       — Кармилла, это иррационально, — сказал Морде, встав на ноги.       — Или лучше расскажи нам, где находится лаге-ерь! — протянул Валентино, сдувая с носа невидимые пылинки.       Дом мгновенно погрузился в тишину. Всех посетила одна мысль. Ведь все здесь были хищными игроками в жизнь.       — Может, Вал прав? — тихонько ответила Вельвет.       — Я… тоже согласна, — неуверенно проголосовала Зези. — Расскажи. Киллиан напряг свой слух.       — Никто не уедет отсюда один, — раздражённо прошипел Морде. — Мы все в опасности, не усугубляйте ситуацию.       — Мне плевать, я иду за Кларой и Одетт, — презрительно хмыкнула Кармилла и направилась к выходу.       Валентино проводил её затуманенным взглядом.       — Я-я-я кажется видел их, — как бы ненароком протянул мужчина. — Они лежали в одной из бочек из-под пива…       Кармилла развернулась к нему, сжимая кулаки едва ли не до крови.       — Вокс, если ты не заткнёшь своего благоверного, это сделаю я, — каждое её слово было пропитано болью и гневом.       — Кармайн, его не заткнуть даже под дулом писто-…       — А ты заставь! — вскрикнула женщина и выставила перед собой заряженный дробовик.       Сидевшие за столом Киллиан и Вокс подскочили со своих мест.       — Ты что, с дуба рухнула! — заорала Вельвет, невольно прикрывшись руками.       — Йо-оу, какая грозная, — лишь произнёс Вал, с интересом разглядывая железный ствол, направленный прямо на него.       — Кармилла, — сглотнула Зези. — Ме-едленно отложи пушку в сторону.       Лишь Зестиал остался невообразимо спокоен. Он подошёл, нашептал что-то ей в ухо и воистину по-английски покинул автодом. Все эти действия проходили в гробовом молчании.       — Супер, — пожал плечами Валентино.       — Вал, заткнись к чертям собачьим, — огрызнулась Вельвет, пристально следя за пальцем Кармайн на спусковом крючке.       Кармилла всё же опустила ружьё и вышла вслед за Морде, кинув напоследок презрительный взгляд. Все внутри, казалось, облегчённо выдохнули.       — Больная, — пробормотал Вокс, невольно сдержав порыв тут же броситься к своему партнёру.       На улице стояла утренняя прохлада. Проспавший лишь половину ночи Зестиал был не в самом лучшем расположении духа, однако он знал, что это ни в какую не сравнится с чувствами её дорогой подруги. Он ждал. И дождался того, чтобы она присоединилась к нему у двери.       — Ты хотел поговорить, — и это не вопрос, а факт.       Кармилла встала рядом, оперевшись спиной о свой автодом.       — Дорогая, я знаю, что тебя разрушает изнутри сама мысль о том, что Клара и Одетт где-то там, в лапах людоедов, где ты не можешь их защитить…       С каждым его словом женщина будто сдувалась: её гнев сменялся безудержным страхом.       — Однако, если ты сейчас рассоришься с этими людьми, твоим дочерям будет не к кому возвращаться. Это ведь худший исход событий, не так ли?       Кармилла сомкнула губы в тонкую линию и нехотя кивнула.       — Поэтому прошу тебя, дорогая, умерь свой гнев, — мужчина зачем-то протянул ей руку.       Кармайн недоуменно взглянула сначала на ладонь, а после на самого Морде. Тот, словно фокусник, выудил из рукава своей рубашки записку.       — Они передали мне это. После всего… случившегося.       Та нахмурилась. Взяла старую бумажку и раскрыла её.       — Рассвет, около радиостанции, — зачитала вслух Кармилла. — Наш друг нужен нам больше, чем твоя смерть.       Она передала клочок бумаги обратно. Её рука осталась в его ладони.       — И что ты собираешься делать?       — Не знаю.       — Что за раненый друг? С ним… всё плохо?       — Он не заражён.       — Почему ты так в этом уверен?       — Тогда они бы знали, что с ним делать.       Кармилла посмотрела ему в глаза. И сжала руку. Он ответил ей молчаливый взглядом сонных глаз и лёгкой улыбкой.       — Они убьют тебя, когда поймут, что их друг может справиться и без тво-… — Кармилла осеклась, когда до её слуха донёсся хруст иссушенной ветки.       Зестиал поднял голову и недоумённо схмурил брови.       Человек. Направлялся прямо к ним шаткой походкой. Он был в каком-то красном рваном тряпье, напоминавшем старый халат. Или, скорее, пальто…       — Эй, вы, — зазвучало от него. — Кто-то из вас обещал мне помочь.       Мужчина споткнулся о собственную ногу и опасно зашатался. Кармилла разглядела его вторую руку, спрятанную внутри пальто.       — Стой там, — прокричала она в ответ.       Дробовик всё ещё был у неё.       — Вы, — тот тяжело задышал, остановившись, — обещали… помочь.       — Да, я врач, — кивнул Морде, слегка заслонив собою Кармиллу. — Хирург, если быть точнее.       Незнакомец поддался вперёд.       — Покажи другую руку. И стой на месте! — громче прикрикнула Кармайн.       На губах незнакомца заиграла до жути искусственная улыбка, будто её силою натянули на его лицо. Он застыл. И медленно вынул вторую руку, подняв её над головую. Она была испачкана в свежей крови.       — Открытая рана в боку? — вслух поразмыслил Зестиал.       — Не спеши. Вдруг он врёт, — прошипела Кармилла и подняла оружие.       — Собираетесь добить? Пожалуйста! Но тогда вы не уйдёте отсюда, — усмехнулся незнакомец. — После того как вы забрали у нас Рози, я один удерживал толпу голодных каннибалов. И где ваше «спасибо», хм?       — Рози, — задумчиво повторил Зестиал. — Значит, так её зовут.       — А нам какая разница, — фыркнула Кармилла и вновь повысила голос: — Почему мы должны тебе верить?       — Не знаю! Придё-кх-тся, — его тело скрутила боль, и он начал медленно спускаться вниз, к земле.       — Я иду к нему.       — Прикрываю, — Кармилла устало вздохнула и нацелилась на человека в красном пальто.       Хирург подошёл к осевшему на землю незнакомцу. Заставил снять верхнюю одежду, расстегнул рубашку. И начал аккуратно разворачивать бинты. Зестиал внимательно осмотрел разрез, берущий начало от левого плеча и доходящий до правого бока незнакомца.       — Я могу зашить твою рану.       — Я-кх уже это сделал.       — Причем, очень неумело. Рано загноилась. Ты умрёшь либо от потери крови, либо от инфекции. Либо от всего сразу.       — А вы шутник.       — Со смертью не шутят, — отрезал Морде и помог другому мужчине встать на ноги. — Как тебя зовут?       Незнакомец с секунду молчал. Будто размышлял, стоит ли новому знакомому врать.       — Аластор.       — Зестиал Морде. Теперь, не мог бы ты показать мне относительно чистый дом?              Внутри автодома было всё относительно спокойно.       Ну, как «спокойно»… Рукоприкладства пока не случилось, а это уже очень даже.       Вельвет ссорилась с Киллианом неизвестно из-за чего. Зези пыталась вклиниться в их словесную войну, однако каждая её попытка оказывалась провальной. Вокс пытался как-то привести своего партнёра в чувства. Он набрал в раковину воды и, подтянув туда Валентино, начал плескать ею ему в лицо.       — Ты что… делаешь?! — недовольно закашлялся тот.       — Стараюсь пробудить в тебе чувство ответственности, идиот! — яростно забормотал Вокс.       — Че-ввлблу-го?!       — Приди уже в себя!       А пока кошмар в гостиной медленно набирал обороты, кое-кто в ванной успел проснуться.       Рози заёрзала, лёжа на полу. Её руки были заведены за спину и, как и ноги, туго обмотаны верёвкой. Она уже поняла, что оказалась в ванной какого-то переносного дома. Здесь было невообразимо тесно. Женщина ещё раз пошевелила руками, чтобы к ним обратно прилила кровь. Она вся успела онеметь, пока лежала на холодном кафеле в тылу врага. Каннибалка осмотрелась вокруг в поисках любых острых предметов. Ничего. Или…       Светловолосая женщина ссузила глаза. И разглядела на раковине бритву синего цвета. Вот и её шанс. Она неуклюже села, а после с трудом приподнялась и встала на колени. Они больно заныли. Рози тяжело вздохнула и попыталась встать, оперевшись плечом о пластиковые дверцы душевой кабины. Это заняло без малого десять минут.       Шум голосов за дверь не утихал. Рози предположила, что они обсуждают план действий. Где она играет немалую роль. Женщина осторожно подпрыгнула ближе к двери и прислонилась к ней ухом, чтобы лучше слышать.       — Валентино, очнись!       — Оставь его уже! Он в хламину, — это произнесла молодая девушка.       — Вокс, где находится тот лагерь? — голос довольно высокий, но мужской.       — Вокс! Не говори ему!       — Вокс, расскажи, тогда мы уйдём отсюда! Без этих стариков! — другой женский голос, грубоватый, с хрипотцой.       — Вельвет, Зези права. Мы можем прямо сейчас свалить отсюда!       — Лагерь для выживших! Слышишь, для выживших, а не для живущий! Пусть халявщики сваливают отсюда! — тот же хриплый женский голос.       — Думаете, там найдётся для вас местечко? Вряд ли, ха! — вновь звонкий голос молодой девушки.       — Говорят, там целый город!       — И мы доберёмся туда! Без вас, идиотов!       «Целый город… для выживших?» — пронеслось в голове Рози. Кто бы что ни говорил, но она дорожила своими людьми.       Рози выросла в «идеальной» американской семье в одном из лучших районов Вашингтона. Её отец работал в правительстве, мать была домохозяйкой. Помимо неё в доме росли ещё трое мальчиков — её младшие братья.       Она была идеальной во всём. Кроме семейной жизни. Их отец изменял налево и направо, мать пила. Её младшие братья разберлись кто куда, и лишь она на долгие осталась прикрывать трещины в картине под названием «Счастливая семья». Вскоре мать умерла. Отец взял в жёны другую спустя месяц после… официальных похорон. Рози уехала в другой штат, лишь бы не смотреть в глаза подонку, что звался её отцом. Ей тогда было двадцать четыре года.       Сейчас ей тридцать пять. Несколько месяцев назад ситуация в мире стала совершенно неконтролируемой: власти капитулировали, военные ушли. Люди остались сами по себе. И она стала королевой в собственном городе каннибалов. В своей большой и дружной семье.       С недавних пор еды стало не хватать: людей поблизости просто не осталось. И они начали отправляться на недельные рейды. Настолько всё было плохо. Но теперь. Целый город беженцев, где они могли бы жить и процветать, не говоря никому об их ма-аленьком секрете. Это рай для них!       И у Рози появилась идея. Сомнительная, ибо кто знает, что могли нести эти чокнутые в доме. Но даже такой слабый шанс на жизнь был лучше, чем медленная смерть в объятиях Колорадской пустыни.       И совсем скоро Рози претворит свой план в жизнь…