Лагерь «Светлячок»

От такого поворота судьбы даже Курдюк прифигел, протянул сочувственно: — Кабздец тебе, Валет. И хотя стало ясно, что он уже не собирается меня выпотрошить при первой же возможности, всю ночь я проворочался без сна. Мне мерещились пытки и унижения завтрашнего дня, и жопа заранее тревожно ныла. Вот ведь Гвидон, а? А я-то его хорошим считал! Лежу я, значит, страдаю, глаз не сомкнул — и тут голос до противного бодрый: — Проснись и пой, Короленко! Я аж подскочил. Думал, задремал, привиделось. То есть прислышалось, получается. Но нет. Задремать-то задремал, а Гвидон — вон он, самый настоящий. Стоит в дверях, весь такой рассветом подсвеченный, уши смешным розовым горят. — А? Чего? — говорю. — На базу пора, давай собирайся. Умывайся, одевайся… Зубная щётка есть или вместо неё тоже Чехов? Стоит и веселится, гад! А Курдюк с Колоском дрыхнут без задних ног, плевать им на всё. Я на койке сел, по босым ногам холодок пола сразу до мозга дошёл и немножко прочистил сознание. — Мне ещё к Добрыне сначала, — говорю. — А на базу после завтрака, этот же говорил. — Пересвет, — подсказывает Гвидон. — И раз такое дело, то поедем-ка мы пораньше. На базу надо успеть к открытию, а то ещё разгребут всё самое годное. И ржёт, гад! Одними глазами, но ржёт. Встал я наконец окончательно, даже одеяло заправил, чтобы пацанам за это при всяких там осмотрах не прилетело, и потащился приводить себя в порядок. Стою, жидкой струйкой умываюсь и думаю, как буду объясняться, если сейчас какой-нибудь Емеля ввалится и спросит, какого это я после отбоя шляюсь. Побудки-то ещё не было! И что-то шибануло меня вместе с ледяной водой уверенностью, что Гвидон мне всё-таки с недосыпа померещился. Чего бы мы тащились на эту базу в такую рань? Чего бы он лично припёрся в наш кокон? Чего бы у него, в конце концов, несолидно, как у пацана какого-то, горели розовым уши? Выключил я воду, растёр лицо полотенцем и потащился на выход. Щас, думаю, из умывальной сразу в кусты и потихоньку назад в кокон, чтобы не заметили. И приснится же! Только вышел на крыльцо — а там Гвидон. — Готов? — говорит. — На. Это тебе вместо завтрака. И булку с изюмом мне протягивает.