Часть 4
22 мая 2025 г., 08:00
***
Утро выдалось пасмурным. Чонгук приехал на рассвете, но сидел в машине, не решаясь выйти. Всю дорогу до Пусана он прокручивал в голове возможные сценарии их разговора с Чимином. Думал, есть ли у них хоть малейший шанс, если омега всё же простит. Мысленно прощался с родителями, карьерой, привычной жизнью — и в итоге остался наедине с единственной — надеждой. Он больше не собирался возвращаться в фирму отца. И уж тем более не собирался прощать родителей, тех кто отнял у него пять лет. Если бы не их вмешательство, он и Чимин были бы сейчас женаты. Были бы счастливы. Растили бы детей. Чонгук был в этом уверен. Подъезд выглядел так же, как и несколько дней назад. На третьем этаже горел свет — Чимин всегда вставал рано. Чонгук представил, как тот пьёт чай у окна, и сердце сжалось. Чонгук вышел из машины, чувствуя, как подошвы липнут к мокрому асфальту, словно пытаясь его остановить. Рука дрогнула, стоило ему нажать кнопку домофона. Где-то глубоко внутри теплилась робкая мысль: «Всё будет хорошо. Он простит…» — Чонгук?.. — голос Чимина был сонным, едва слышным. — Да, — выдохнул он. Но связь уже прервалась, и замок щёлкнул. Лестница тянулась бесконечной полосой. На третьем этаже его ждала знакомая дверь. Чимин стоял у косяка — в свитере с растянутыми рукавами, с тёмными кругами под глазами. Усталый. Но, для альфы как и раньше самый красивый. Недосягаемый. — Заходи, — бросил омега, отворачиваясь. Квартира пахла имбирным чаем. Здесь не изменилось ничего. На столе стоял заварник, пар поднимался из носика. — Я… — начал Чонгук, входя. — Кофе? — перебил его Чимин. — Да. Не спал всю ночь, — тихо ответил он, присаживаясь и не отрывая взгляда от омеги. — У меня мало времени, — Чимин наливал кипяток в чашку, даже не глядя в его сторону. — Через час встреча с адвокатом. — Нашли Вонхо? — Нет. Не думаю, что его ищут. Меня уволили… — Чимин вздохнул. — Меня неделю не было на работе, никто даже не сообщил начальству, что я был в тюрьме. Узнал об этом только вчера. Чонгук сжал зубы. Он понимал, что увольнение — это не про «отсутствие», а про влияние родителей. Но пока решил промолчать. Не сейчас, он расскажет Чимину это позже. — Я собираюсь оспорить это. Попросил помощи у адвоката, — Чимин продолжил. — А ты… зачем вернулся? — Я всё бросил. Ушёл. От семьи, от фирмы. От всего, — выдохнул Чонгук. — Зачем? — Чимин поставил чашку, едва не пролив кипяток. Его взгляд выражал недоумение. Почему альфа приехал, зачем вообще это говорит. Чимин отвернулся, чтобы скрыть дрожь в руках. Его пальцы вцепились в край стола, словно ища опору в этом внезапном шторме эмоций. — Я всё знаю, — Чонгук протянул руку, пытаясь коснуться руки Чимина, но тот резко ее убрал. — Мне давно уже не важно, что ты знаешь… — Сону признался, — перебил омегу Чонгук. — Вчера. Рассказал всё. И про фотографии, и про отца. Как они всё провернули… а я даже не заметил. Чимин вздохнул. Губы дрогнули, но он упрямо сжал их в тонкую линию и молчал. — Я был слепым, — Чонгук с трудом подбирал слова, будто каждое слово давалось ему с трудом.— Позволил ему влезть в мою жизнь. В нашу. Мне жаль… У меня с ним ничего не было, пока мы с тобой встречались. Мы… сошлись только спустя два года. Поверь. Прости… — Прошло пять лет, — Чимин говорил тихо, глядя куда-то за спину альфы. — Ты не обязан извиняться. Это уже… не имеет значения. — Для меня имеет! Я думал, ты бросил меня. А тебя… тебя вынудили. И я даже не стал бороться. Послушал сначала отца, потом папу… — голос альфы сорвался. — А они всё это время дёргали за ниточки, подсовывая мне Сону. Чимин медленно выдохнул. Его пальцы теребили край рукава — он искал, за что зацепиться, чтобы не утонуть. Он хотел верить Чонгуку. Хотел. Но прошло уже слишком много времени. И пусть ему и было не всё равно, это ничего не меняло. Прошло слишком много времени. — Сону для меня не имел никакого значения. Я не любил его. Не люблю. Всё это было… пустым. Я просто… искал тебе замену, — Чонгук замолчал, словно испугавшись собственной откровенности. Чимин слабо усмехнулся, взгляд всё ещё избегал взгляда альфы. — А теперь ты нашёл меня, — сказал омега спокойно, почти отрешённо. — И что дальше? Думаешь, можно просто вернуться к тому, что было? Что ты приедешь, попросишь прощения — и я упаду в твои объятия? — Нет, — покачал головой Чонгук. — Я не прошу тебя вернуться ко мне. Я не имею на это права. Я просто хочу, чтобы ты знал правду. Чтобы ты перестал видеть во мне… изменщика. Чимин закрыл глаза. В памяти всплыли те самые фотографии — Чонгук и Сону, голые в постели, их переплетённые пальцы. Тогда он твёрдо решил вычеркнуть альфу из своей жизни. Позвонил, оборвал все связи и забрал документы из института. Телефон выбросил в море, поклявшись себе, что сможет быть счастлив и без Чонгука, начав новую жизнь в Пусане. — Я не видел в тебе изменщика, — прошептал Чимин тихо. — Я видел в тебе мальчишку, который любил меня. А потом… просто наигрался с омегой, который не подходит ему по статусу. — Это неправда, — Чонгук сунул руку в карман и достал кольцо. Положил его на стол перед Чимином. — Я хотел сделать тебе предложение после твоего выпуска. Чимин сжал руки в кулаки. Внутри что-то взорвалось — боль, тоска, надежда. Всё сразу. — Я не прошу ничего, — прошептал Чонгук. — Просто… не отталкивай меня. Позволь быть рядом. Хоть немного. Я любил тебя тогда. Любил всё это время. Сейчас… я сам не знаю, кто ты. И кто я. Но я хочу узнать. Если ты позволишь. Чимин долго смотрел на него. Молча. Взвешивая слова альфы. — Я не знаю, смогу ли простить. Или снова открыться. Но если ты и правда хочешь… — Чимин замолчал, будто взвешивая слова альфы. — Но мы можем начать с дружбы. — Я подожду, — Чонгук кивнул, медленно, с облегчением. — Сколько потребуется. Я сейчас уйду, дам тебе время, да и мне нужно вернутся домой. Я постараюсь уладить все дела и переехать в Пусан на этой неделе. Когда дверь за альфой закрылась, Чимин наконец дотронулся до кольца, что Чонгук оставил лежать на столе. Оно было холодным. Совсем не таким, как в его мечтах пять лет назад.***
Прошло чуть больше недели с тех пор, как Чонгук, сдержав обещание, покинул Сеул и переехал в Пусан. Он снял небольшую, но уютную квартиру всего в нескольких минутах ходьбы от пляжа. Вопреки мрачным прогнозам отца, уверенного, что альфа без семьи — никто, работу Чонгук нашёл на удивление быстро. Папа звонил несколько раз, но Чонгук не отвечал. Он знал, о чём будут эти разговоры, и не хотел снова разочароваться в папе. Сейчас — нет. Возможно со временем. Сейчас он выбирал тишину. С Чимином они за это время не виделись, но несколько раз говорили по телефону. Прошлое не обсуждали — между ними словно возникла негласная договорённость: не бередить старое, не касаться больного. Каждое утро Чонгук писал Чимину. Короткое, ненавязчивое сообщение: «Как дела?» Иногда — фото: чашка дымящегося кофе на фоне рассвета, раскрытая книга на подоконнике, морской пейзаж за окном. Он не ждал ответа. Просто хотел, чтобы Чимин знал — он рядом, пусть и на расстоянии. Иногда Чимин отвечал. Коротко. Сухо. Порой — просто точка. Маленькая, чёрная точка, как обрывок нити, всё ещё связывающий их. И Чонгук цеплялся за неё, надеясь, что однажды она снова станет крепкой. Иногда Чимин сам присылал фото — как в тот день с мороженым. И вот — пятница. Чонгук предложил встретиться. Не дома. Без давления. Просто выпить чаю. Просто пройтись. «Не свидание, если не хочешь, — написал он. — Просто хочу узнать: ты всё ещё любишь чай с имбирём, или теперь предпочитаешь что-то другое?» Чимин прислал ответ, через несколько минут и Чонгук хвалил господа за это. Если бы омега долго думал над ответом, Чонгук бы не выдержал и позвонил. «Хорошо. Кафе на набережной. То, что тебе так понравилось, только не опаздывай.» Кафе было небольшим, уютным, с видом на морскую гладь. В это время суток здесь почти не было людей — только редкие прохожие, шум прибоя и лёгкий аромат свежеобжаренных зёрен в воздухе. Чонгук набрёл на него случайно, возвращаясь с работы и увидел смешную вывеску с Дональд Даком, что пил кофе. Тогда он сфотографировал ее и отправил Чимину. Омега же ответил на сообщение спустя час и поинтересовался как кофейня. Чонгук пришёл раньше, выбрал столик у окна, заказал себе чёрный кофе и, поколебавшись, имбирный чай — на случай, если Чимин всё ещё его любит. Он нервно постукивал пальцами по бокалу с водой, ловя себя на том, что постоянно смотрит на входную дверь. Почему-то альфа волновался, словно подросток перед первым свиданием, и боялся, что Чимин в последний момент передумает — и просто не придёт. Но Чимин пришёл. Вовремя. Без опозданий, с лёгкой улыбкой на губах. И выглядел он лучше, чем Чонгук запомнил: отдохнувшим, без кругов под глазами и с живым румянцем на щеках. На омеге был рваный вязаный свитер и джинсы. Чонгуку даже издали показалось, что он видит в прорехах на ткани ключицы Чимина и родинку под грудью, которую в порыве страсти так любил целовать. — Привет, — сказал Чимин, опускаясь на стул напротив. — Можешь не пить, если разонравилось, — Чонгук подвинул ему чашку. — Всё ещё нравится. Спасибо, — Чимин взял чашку и отпил немного. Наступила тишина. Только шум прибоя и звяканье посуды в зале. — Ты хорошо выглядишь, — нарушил тишину Чонгук. — Ты тоже. Пусан тебе идёт, — Чимин улыбнулся. — Всё это ещё немного странно, — Чонгук не удержался и ответил такой же, чуть неуверенной улыбкой. — Словно всё это… сон. — А ты чего ожидал? Что я сразу брошусь в объятия, как только приду? — Чимин приподнял бровь. В голосе не было колкости. Скорее — лёгкая ирония. — Нет, — быстро ответил Чонгук. — Я рад, что ты пришёл. Правда. Уже этого — больше, чем я надеялся. — Мне тоже странно. Будто мы актёры, играем в чужую жизнь. Только чувства — наши, — Чимин отвернулся к окну, отпил чай. Его пальцы немного дрожали, но голос звучал ровно. — Прости, я немного нервничаю, — тихо признался Чонгук. — Как тогда, в первый раз. — Это не свидание, — напомнил Чимин, но губы дрогнули. — Давай учиться быть друг с другом заново. Я не спешу, — Чонгук протянул руку и взял в свою руку омеги. Чимин не оттолкнул, для альфы это уже был знак. — И не дави, — Чимин мягко усмехнулся. — Иначе я исчезну. — Не буду, — серьёзно кивнул Чонгук. — Обещаю. Сегодня — просто чай. А завтра… как скажешь ты. Чимин наконец улыбнулся по-настоящему.***
В кофейне они провели время вплоть до закрытия. Сами не заметили, как прошло время. Обсуждали предпочтения и то, как изменились их вкусы. Когда им вежливо намекнули на время, оба удивились. Стоило им выйти Чимин, чуть подумав, не стал предлагать расстаться сразу. Вместо этого просто кивнул в сторону пляжа. — Пройдёмся? — предложил Чимин. — Да, думаю, это отличная идея, — Чонгук улыбнулся. Чонгук шагал рядом, сохраняя небольшую дистанцию. Он не задавал лишних вопросов, не смотрел в глаза слишком долго. И от этого Чимину было легче. Песок был влажным и плотным. Море немного беспокойным, волны катились к берегу в размеренном ритме, чуть пенясь у ног. Чимин снял ботинки, потом — носки, закатал штаны и пошёл босиком. — Попробуй. Иначе это не считается настоящей прогулкой в Пусане, — Чимин засмеялся, видя озадаченное лицо альфы. Чонгук молча последовал примеру омеги и улыбнулся. Песок был прохладным, солёный ветер щекотал щёки. Он смотрел на Чимина, который улыбался так открыто и лучезарно, что хотелось переступить черту, схватить его в объятия и поцеловать. — Помнишь, как мы однажды поехали все вместе на Чеджу, а в полночь сбежали к морю? — спросил Чимин, не глядя на альфу. — И у нас сломалась зажигалка, — тихо усмехнулся Чонгук. — Мы не могли разжечь костёр, и в итоге я грел тебя… — Я не об этом, — Чимин покраснел вспоминая, чем закончилась тогда эта ночь. — Ты был тогда так красив в свете луны и всё время хотел, чтобы я смотрел на звёзды, а я видел только тебя, — добавил Чонгук. — Эти мгновения были самыми лучшими в моей жизни. Чимин повернулся и посмотрел немного странно на альфу. С тоской, но пытался скрыть это за лёгкой улыбкой. И тут послышался первый раскат грома. Едва заметный, но обещающий — скоро польёт дождь. — Нам стоит… — начал Чимин, но не успел договорить. Небо вспыхнуло. И через мгновение дождь хлынул стеной, стремительно и яростно. Они замерли на секунду, промокая с головы до пят, а потом оба рассмеялись — одновременно. Громко, искренне, как будто сбросили с себя многолетнюю тяжесть. — Ну вот, — выдохнул Чонгук, убирая волосы, что прилипли к лицу, — теперь точно как тогда. — Тогда мы тоже промокли. Только не прятались, — Чимин смотрел на Чонгука, сердце от привычного так знакомого движения забилось неровно. Хотелось отвернуться, но он не смог. — Не будем и сейчас. — Чонгук сделал шаг ближе. — Можно я… просто постою рядом? Омега ничего не ответил. Но не отошёл. Не отпрянул. И это уже значило многое. Ветер усилился, капли кололи кожу, но они стояли посреди пустого пляжа, молча, просто вместе. Вновь — как будто впервые. Промокшие до нитки, с лужами в ботинках и прилипшей к телу одеждой. — Если простудимся, вина будет на тебе, — буркнул Чимин. — Тогда мне и лечить, — с лёгкой усмешкой ответил Чонгук. — Пойдём ко мне. Я живу недалеко, всего пара кварталов. — Ладно. Но у тебя должен быть хотя бы чай. Имбирный, — Чимин колебался ровно секунду. — Есть. Целых две пачки. Я готовился, — с притворной гордостью сказал альфа и сбросил мокрую куртку, отряхивая волосы. Шли довольно быстро, перепрыгивая через лужи. На узких улицах почти не было людей — дождь прогнал всех по домам. У подъезда Чонгук набрал код, придержал дверь, пропуская омегу. Чимин вошёл первым, сдержанно осматриваясь. Всё внутри пахло свежей краской и новой мебелью. Он знал этот район, только недавно здесь закончилось строительство. Квартира действительно была небольшой: кухня-гостиная и спальня, но уютной — большая терраса с видом на море, мягкий свет, плед на диване, книжная полка, на которой уже стояла фотография моря и фото Чимина с альфой. Стоило Чимину обратить на неё внимание, как он покраснел и отвернулся. — Проходи, — сказал Чонгук, бросив ключи на тумбочку. — Я найду тебе что-нибудь сухое. Чонгук ушёл в спальню, оставив Чимина в гостиной. Омега огляделся — всё было немного небрежно, но было заметно, что альфа только недавно переехал. Чимин не сомневался, через время он обживётся. — Будет велико, но ты не против? — Чонгук вернулся с мягкими спортивными штанами и тёплым свитером, протянул омеге. Сам он успел переодеться в домашние штаны и футболку. — После такого дождя мне всё равно, — буркнул Чимин, пряча лёгкую улыбку. — Где ванная? — Прямо по коридору. Прими душ, тебе нужно согреться. Пока Чимин принимал душ и переодевался, Чонгук поставил чайник и достал пачку имбирного чая, которую купил в первый же день в Пусане — сам не зная зачем. Он немного лукавил, когда говорил, что купил только две, на самом деле он скупил весь ассортимент этого чая в магазине. Но, сейчас взял самую первую, что ему попалась. Когда Чимин вернулся, воздух уже наполнял согревающий аромат специй и меда. — Держи, — Чонгук протянул кружку. — Ты же ни чего не задумал? — тихо спросил Чимин, делая глоток. — Не собираешься воспользоваться ситуацией? — Нет, что ты… — Чонгук улыбнулся. — Как только дождь закончится, я вызову тебе такси. А пока… может, фильм? — Можно, — кивнул Чимин, уголки губ дрогнули в улыбке. Они устроились на диване под одним пледом — рядом, но не вплотную. Между ними оставалась осторожная дистанция, но она уже не казалась непреодолимой. — Что хочешь посмотреть: драму или комедию? — Комедию, — слабо улыбнулся Чимин. — Без драм. Мы и так в одной живем. Чонгук кивнул и начал листать подборку фильмов. Чимин пил чай, наблюдая за дождем за стеклом террасы. — Помнишь эту? — спросил Чонгук, показывая обложку. — Как я могу забыть? Я тогда заснул на тебе. А ты три часа не двигался, боясь разбудить, — Чимин рассмеялся. — Я бы и сейчас не пошевелился. Даже если бы фильм длился десять часов, — улыбнулся Чонгук, включая кино. Чимин ничего не ответил немного покраснел и спрятался за чашкой. Чонгук включил фильм и они устроились поудобнее на диване. Сначала между ними оставалось пространство. Затем Чимин позволил своему плечу слегка коснуться Чонгука. Потом — разрешил накинуть плед. Наконец — опустил голову на его плечо. А чай очень быстро был забыт, на кофейном столике. — Все в порядке? — почти шепотом спросил Чонгук. — Просто устал. Здесь… спокойно, — Чимин закрыл глаза, вдыхая знакомый запах альфы. — Твой аромат всегда меня успокаивал. Я чувствую себя в безопасности. — Если захочешь что-то рассказать… Я здесь, — Чонгук осторожно переплет их пальцы. — Не сейчас, я пока не готов об этом говорить. Возможно, потом… немного позже. Чонгук просто кивнул и крепче обнял. Когда фильм закончился, на экране замелькали титры, Чонгук опустил свой взгляд на омегу, Чимин не шевелился. Чонгуку даже показалось, что он уснул. Но стоило ему шелохнуться, как Чимин приподнял голову. — Можешь остаться, — тихо предложил Чонгук. — Только если хочешь. Я постелю тебе в спальне, а сам на диване. — Не надо, — ответил тихо Чимин. — Я не хочу тебя обременять. — Ты никогда меня не обременял. Просто… я боюсь отпустить тебя одного в полночь с таксистом, — Чонгук улыбнулся смотря омеге в глаза. Чимин задержал взгляд на его улыбке, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди. Ему было уютно в объятьях альфы. Спокойно и он чувствовал себя в безопасности. После возвращения домой, Чимин плохо спал, помогали таблетки, но часто просыпался ночью, от собственного крика. Полность выспаться ему удалось только в ту ночь, когда Чонгук был рядом. — Ладно. Останусь. Но только если… ты тоже ляжешь в спальне. Диван неудобный, — несмело предложил Чимин. — Как скажешь. Я… могу лечь на полу, если… — Чонгук замер, глаза расширились от неожиданности. — Не дури, — фыркнул Чимин, поднимаясь с дивана. — Твоя кровать думаю достаточно широкая для двоих. Если, конечно, ты не против? Омега сказал это так естественно, будто не было этих пяти лет разлуки. Будто они просто вернулись с прогулки и посмотрев кино идут спать. Чонгук поспешно встал, поправляя футболку. — Конечно не против. Я… принесу новое постельное белье… — Не нужно, — Чимин уже шёл к спальне, но на пороге обернулся. — Ты же знаешь, я засну в любых условиях. Главное… — Чимин запнулся, словно поймав себя на чём-то важном. — Главное? — тихо переспросил Чонгук, застыв в шаге от него. Чимин отвернулся, но Чонгук заметил, как покраснели его уши. — Главное, чтобы было сухо… — Сухо… — повторил Чонгук и улыбнулся. Чимин быстро скрылся в спальне, оставив Чонгука стоять с бешено колотящимся сердцем. Альфа глубоко вдохнул и мысленно молился всем богам, чтобы выдержать эту ночь. — Ты всё ещё храпишь как трактор? — Чимин сидел на краю кровати и подтянул под себя ноги. — Я никогда не храпел! — Чонгук фальшиво возмутился. — Ага, конечно, — усмехнулся Чимин, и между ними повисло то самое ощущение — лёгкое, знакомое, будто годы разлуки испарились. Чонгук погасил свет и лег поверх одеяла смотря в потолок и думал о сегодняшнем вечере. Чимин лежал к нему спиной, завёрнутый с головой в одеяло. Не прикасался к омеге, боясь спугнуть его. Прокручивая детали и надеялся, что омега позволит повторить его ещё раз. Когда он практически уснул, Чимин повернулся к нему. — Чонгук? — прошептал Чимин. — Да? — Чонгук повернулся к нему. — Спасибо. За… сегодня, — Чимин приподнялся и оставил лёгкий поцелуй на губах альфы. Чонгук притянул Чимина к себе и несмело углубил поцелуй, будто под вопросом. «Можно?» Ответом стало дыхание Чимина — тёплое, ровное. Его руки — обвившие шею Чонгука. Поцелуй был мягким, осторожным. Не стремительным — нет, альфа будто проверял границы, которые долгое время были закрыты. Чонгук касался губ Чимина бережно, с благоговением, будто боялся разрушить то хрупкое доверие, которое тот только начал ему возвращать. Чимин отвечал на поцелуй с затаённой дрожью — не от страха, скорее от слишком сильного чувства. От воспоминаний, от боли, от желания. Его пальцы сжались на футболке Чонгука, будто он сам не был уверен, что всё это происходит наяву. — Ты дрожишь, — прошептал Чонгук, отрываясь на секунду. Его голос был низким, слегка хриплым. — Ты боишся? — Нет. Я… я просто не ожидал, — признался Чимин. — Не ожидал, что это будет так… по-настоящему. Чонгук провёл ладонью по его щеке, вытирая каплю влаги — то ли слезу, то ли просто след дождя, высохший на коже. — Мы можем остановиться. Прямо сейчас. Всё хорошо. — Я не хочу останавливаться, — Чимин коснулся его лба своим. — Я просто не хочу торопиться. Не хочу, чтобы это стало… чем-то мимолётным. Мы слишком много потеряли времени. — Я здесь не ради одной ночи Чимин, — Чонгук кивнул, прижимаясь лбом к Чимину. — Я хочу быть с тобой. Столько, сколько ты позволишь. Чимин позволил себе улыбнуться. Слабой, едва заметной улыбкой, но в ней было больше чувства, чем во всех словах. Он подтянул одеяло, что сбилось во время их поцелуя, устроился рядом, положив голову на грудь Чонгука. — Я позволю. Просто обними меня крепче и не отпускай, этого сейчас будет достаточно. — Всегда, — прошептал Чонгук, обнимая его крепко, но нежно. Они не говорили больше. Им не нужно было. В этот момент всё было на своих местах. Так они и заснули — в объятиях, без обещаний, но с верой, что они смогут начать все сначала. В то, что теперь всё будет иначе и они смогут.
